Талисман Дьявола

Очередное крайне неприятное, но ставшее для меня привычным утро принесло один весьма настырный и совершенно беспардонный сюрприз в лице явно единственного и неповторимого – хвала всему сущему, что данный индивидуум всего в одном лице – Йоичи. При виде облокотившегося на косяк двери и скрестившего руки на груди старшеклассника, на моём лице явственно проступает удивление. На циферблате наручных часов стрелки указывают на половину седьмого утра. Что может быть нужно этому блондину от меня в столь ранний час, да ещё и в субботу – я представить не могла совершенно. Только отсутствие адекватных идей касательно причины нахождения этого парня возле двери моего дома остановило от применения в ход оружия под кодовым названием «я вас не знаю, идите дальше». Всё же, не смотря ни на что, вчерашние действия Хирумы совершенно точно были довольно обидными. И это я ещё мягко назвала всю ту карусель разрозненных чувств, что умудрилась испытать. Вообще, после тех действий, больше всего на свете хотелось, как минимум побить этого «великого» экспериментатора, не считающим нужным ставить жертв экспериментов своих в известность о той деятельности, которую он намеревается разводить. Тем более, что и мотивов тех или иных действий он так же не разъясняет. - Доброе утро. – без особого желания произношу я, настороженно глядя на блондина, осознавая, что то, что этот человек стоит сейчас на пороге моего дома ничто иное, как намёк на какую-то его задумку. Я молчу, ожидая хоть какого-нибудь ответа, но Йоичи не торопит события, разглядывая меня, словно неизвестную, ранее никогда не виданную зверушку, случайно попавшую в поле его зрения. Внимательный взгляд серьёзных зелёных глаз, так отличающийся от прилипшей к губам весьма коварной ухмылке, останавливается на моём лице. Странный – то ли задумчивый, то ли заинтересованный – прищур заставляет внутренне подобраться, будучи готовой к любому повороту событий. - На. – он буквально швыряет мне в руки ранее мною незамеченную увесистую спортивную сумку красного цвета. – Сегодня тренировка, так что пошли. Я застываю, пытаясь осознать сказанное, потому что смысл откровенно не доходит до меня полностью. Тренировка в субботу – немного странно, но допустимо, вот только идти мне явно предлагается прямо в том виде, в котором я нахожусь. В принципе, такое поведение – насколько я успела понять – вполне в его стиле. Меня интересует несколько иной вопрос: какой была бы его реакция, в случае если бы я в это время – как все нормальные и адекватные люди – спала в своей кровати? Хотя, думается мне, глупо полагать, что он поступит иначе, нежели напросится в гости с дальнейшим издевательством над моим ещё не проснувшимся разумом. Оглядев свой внешний вид, который, с учётом чёрных спортивных штанов, кроссовок и тёмно-серой толстовки, можно было назвать вполне приемлемым, решаю не рисковать, и нагоняю шедшего впереди Йоичи. - С чего бы ты тренировки по выходным устраивать решил? – интересуюсь я, поправляя спортивную сумку весьма ощутимого веса. Мне в ответ прилетает широкая улыбка, полная издевательского превосходства. Он явно осознаёт, как сильно раздражает эта его ухмылка, которая почти никогда не слезает с его лица, сменяя только окраску в зависимости от того, что именно он желает донести до человека, с которым ведёт диалог. - В команде новый игрок. Это отличный шанс проверить вашу физическую подготовку. – он кинул на меня беглый взгляд и вернулся к созерцанию пути. Однако я даже не представляла, что вместо нового игрока в коморке клуба нас будут поджидать не один, а два незнакомых мне человека. И если забитый и пугливый парень-шатен был явно ожидаем Йоичи, то девушка-шатенка с более светлым оттенком волос, нежели у тёмненького невысокого юноши, явно стала совершенно нежданным гостем. Более того – её присутствие эльфа явно раздражало, потому как расчётливый взгляд и оскал, которым он её одарил, ничего хорошего сулить не могли явно. Даже меня пробрало, хотя после всех полугодовых кошмаров, не покидавших меня ни на одну ночь, уж чего-чего, а уж такого прессинга бояться я перестала. - Какого чёрта ты тут делаешь? – интересуется он с порога, как только осознаёт смысл произошедшего. Девушка, до этого пытавшаяся прожечь в старшекласснике дыру своим грозным взглядом, который не возымел – впрочем – никакого эффекта, упёрла руки в бока и, словно огромная дикая гусыня, двинулась в сторону блондина, едва ли не шипя с угрозой в его адрес. - Сена-кун ни за что не вступит в твой клуб, Хирума. – она явно пыталась говорить в угрожающем тоне, вот только высокий голос, громкость которого росла едва ли не в геометрической прогрессии, заставлял лишь морщиться, так как резал слух. – И не смей даже близко подходить к нему со своими предложениями! Йоичи выслушивает её высказывания молча, с совершенно безразличным лицом, которое лично мне за эти три дня у него доводится видеть впервые. Лишь кивает – стоит нам пересечься взглядами – в сторону двери, за которой кроется небольшая душевая. Хвала всему сущему, что не заставил переодеваться на глазах у всех – тот ещё номер был бы. Я переодеваюсь, как можно быстрее, чтобы успеть насладиться неожиданно выпавшем на мою долю шоу, потому как лично мне и в голову не могло прийти мало того, что повести себя столь безобразно, устроив сцену перед зрителями, так ещё и вообще на этого эльфа накричать. Решать вопросы надо аргументами, а не тоном и громкостью голоса. Кстати, эта девушка своим поведением напомнила мне одну девочку из сна, которая была весьма скора на решительные действия, когда в дело шли эмоции. И эти действия всегда были весьма неприятны. Тем не менее, это было раньше, но когда та девочка повзрослела, она довольно сильно изменилась в лучшую сторону. Здесь же просто рай для психолога, не иначе. Я вернулась как раз вовремя, чтобы застать самую интересную часть разговора, в котором – к слову сказать – про молча сжавшегося в комочек мальчишку успели позабыть, цапаясь уже совершенно по другому поводу. Усевшись на скамейку рядом с ним, я отложила шлем от формы и улыбнулась, заметив, как тот обернулся в мою сторону. - Узумаки Акира. – я протянула руку для рукопожатия, внимательно рассматривая мальчишку. Невысокий, как большинство японцев, худой и нескладный, что, вероятно, пройдёт лишь через несколько лет, когда он подрастёт, зажатый, будто в любой момент готов дать дёру, с большими карими глазами, обрамлёнными по-девичьи пушистыми ресницами, и растрёпанной шевелюрой, тёмного цвета каштана. - Кобаякава Сена. – нерешительно ответил он, пожимая протянутую ладонь. Я перевела взгляд на двух спорящих людей. Точнее, одна-то спорила, но вот Йоичи… Этот просто стоял, совершенно безучастно начищая свой автомат, который, как мне кажется, и без того превосходно блестел, но если уж он таким образом приводит себя в состояние покоя и равновесия, из которого его отчаянно пытается вывести эта странная девушка, то за это ему определённо стоит медаль подарить, потому что лично меня её ругань уже стала доставать. - А тренировка планируется когда? – как бы невзначай интересуюсь я, практически мгновенно получая возможность насладиться вожделенной тишиной, которая, в принципе, благополучно разбивается тысячью мельчайших осколков, потому что претензии не совсем адекватной девушки переходят на новую стадию. - Ты что устроил, Хирума?! Уже и девушку заставил в свой клуб вступить?! Это никуда не годится! Мало того, что ты пытался втянуть в это Сену, так теперь из-за отсутствия игроков, решил ещё и девушку заставить играть на поле? Ты в своём уме, Хирума?! – она не выдержала, перейдя на реальный крик. Мне едва не заложило уши от того, как резко она выкрикнула последнюю фразу. Это уже было не просто разговором на повышенных тонах, а действительно крик. Как только старшеклассник-блондин сумел удержать на лице совершенно безучастное выражение – не представляю, потому что лично я скривилась так, будто съела лимон, а Сена зажал уши руками, издав испуганный писк. - Девушка… - я поднялась с места и подошла к ней, настойчиво развернув в свою сторону. – Во-первых, вы не на базаре, чтобы поднимать такой крик. Вас здесь и без него достаточно хорошо слышно. Во-вторых, вы уж меня извините, но с чего вы – не разобравшись ни в чём – утверждаете, что в клуб я вступила против своей воли? – глаза у неё с каждым разом становились всё больше и больше от удивления, а рот оставался открытым, потому что я не позволяла ей вставить и слова, продолжая свой монолог. – Ну и в-третьих, вы не пробовали хотя бы раз поинтересоваться у других, чего они хотят, прежде чем так яростно навязывать всем свою точку зрения? Рот девушка всё же захлопнула, правда, вместо того, чтобы уняться и, наконец, подумать над тем, что ей сказали, она набрала больше воздуха в лёгкие и нормальным тоном, но крайне быстро, высказала всё, что навыдумывала в своей голове. Отчего-то мне подумалось, что если бы оружие Йоичи стреляло словами, это выглядело бы примерно так же. - Ты почему защищаешь этого бесстыжего Хируму? Ты хоть знаешь, кто он такой? Да он же истинный дьявол в человеческом обличии, терроризирующий всю школу своим шантажом и запугиванием! – мне показалось, что мой глаз нервно дёрнулся после её слов. - И что? – на такой ответ сказать что-либо в принципе было нечего, но я поспешила пояснить смысл своего вопроса, потому что заметила, как у девушки в глазах появилось выражение, явно сопутствующее очередной глупости. – На данный момент времени меня всё устраивает. Вы же, девушка, даже не подумали над тем, чтобы прежде разбираться в ситуации, а сразу навешиваете ярлыки на каждого встречного человека. Не думали избавиться от столь вредной привычки? Пока что я ничего особого в нём не заметила, чтобы начать бояться до одури одного только имени данного – заметьте - человека. Я показательно закатила глаза, дождавшись шокированного выражения лица девушки, и посмотрела на чем-то довольного Йоичи, который с откровенным интересом рассматривал меня в поисках чего-то известного лишь ему одному. Видимо нашёл, потому как отлип от стены и направился в сторону Сены. Сегодня я, по сути, только зря потратила время, придя сюда, потому что у меня вовсе нет никакого желания чем-либо заниматься, особенно после такого шикарного «знакомства» с девушкой, которая кроме себя никого не желает слышать. Тут только шоковая терапия и поможет. Да и то, не факт, что полностью, потому что случай крайне запущенный. - Переодеваешься в спортивную форму и бегом на поле, секретарь. – практически прошипел в лицо испуганному мальчугану Йоичи, пакостно ухмыляясь. Видимо в том, что парень находится в состоянии крайнего спокойствия и умиротворения, я сильно ошибалась, потому сейчас на дне его чёрных зрачков притаилось почти животное бешенство, действительно способное напугать. Вот только отчего-то как раз-таки его я совершенно не боялась. Возможно, с моей стороны это было глупым, но что-то противилось возможности испугаться чего-нибудь, относящегося к нему. Только сейчас до меня постепенно доходит то, насколько нетипично моё поведение весь сегодняшний день. Я спокойна, даже чрезмерно, что для весьма эмоциональной меня уже довольно-таки здоровый показатель, а происходящее вокруг воспринимаю со здоровой долей скептицизма и некоторого обречённого принятия возможности происходящего, хотя обычно я бы, вероятно, вполне могла высказаться весьма грубо и крайне экспрессивно. Это заставляет задуматься и над тем, что мыслей о возможной иной жизни у меня становится несколько больше, чем было изначально. Запоздало приходит осознание: я всё меньше отгораживаюсь от этих кошмаров, переходя в стадию приятия событий, что тогда произошли. - Пошли. – бросает мне Йоичи, стоя в дверях, и молча разворачивается, широким шагом продвигаясь на поле. Если бы всё было так легко, как он пытался это показать. Сначала – забег на сорок ярдов, следом за этим – ловля мяча, передача паса, а после ещё и жим штанги лёжа. Показатели у меня не самые плохие, однако, их и хорошими назвать можно только с огромным трудом. Правда, в официальные игры меня никто не пустит, но это не мешает Йоичи стрелять во всё, что движется, и быть полностью недовольным моими результатами. Особенно теми, что относились к мячу. И руки у меня кривые, и бросать меня явно мартышка учила, но даже у той лучше выходить будет, чем у меня. Помимо этого он ещё и Сену брался испытывать, предварительно каким-то чудом выдворив с площадки эту странную, раздражающе шумную девушку. Недовольно вздохнув, я продолжила носиться по площадке, чудом стоя на ногах. Вообще, весь сегодняшний день можно назвать одним словом: сумасшествие. Едва ли меня хватит по приходу домой ещё на что-то, кроме как лечь в кровать и заснуть крепким сном в ласковых объятьях одеяла и подушки. Совершаю очередной рывок, уверенно хватая мяч, и, с трудом развернувшись, кидаю его обратно Хируме, который сегодня отчего-то с каждым часом становится всё веселее и довольнее. Экипировка, весящая довольно-таки немало, уже тянет меня к земле, а ноги едва ли не подкашиваются, и завтра определённо будут болеть. Дышать тяжело, пот льёт почти градом, стекая со лба, попадая в глаза, которые щиплет до слёз, катится по щёкам, подбородку, носу, шее. Нижняя майка формы уже прилипла к телу, словно вторая кожа, а джерси* явно не далеко отстало. - Закругляемся! – громко горланит парень, довольно смеясь и расстреливая воздух. Ну, у каждого свои недостатки. Правда, ещё вопрос, чьи недостатки хуже, ибо у меня одних только кошмаров наберётся на небольшой мешок. С усилием поднимаю руки и стаскиваю с головы шлем, спотыкаюсь и едва не пропахиваю носом землю. Я уже готовилась к неизбежному, когда огромный и добродушный Курита подхватил меня подмышки, помогая удержаться в стоящем положении и избежать встречи с землёй. - Хорошо, что ты пришла в клуб. – радостно сообщает мне парень, радостно улыбаясь. – С тобой Хирума наконец сможет полноценно тренироваться. – без задних мыслей продолжает он. Отчего-то мне кажется, что если бы об этом услышал сам предмет обсуждения, Рёкану сильно не поздоровилось бы за такую откровенность. Но я не спешу вмешиваться в монолог старшеклассника, потому что информация, которую он выдаёт, очень даже полезная и стоящая. Так я, в случае чего, ещё смогу дать словестный отпор Йоичи, которому «совсем не с кем тренироваться». Когда мы доходим до здания, блондин уже находится там, сидя за столом и что-то внимательно печатая в своём ноутбуке, внешне совершенно не обращая на нас с Куритой никакого внимания. Но отчего-то мне кажется, что всё это наносное, выставленное напоказ, но не более. И убедиться мне в этом удаётся практически сразу, как только Курита уходит в душ. - Ну и много обо мне узнала от этого чёртового поросёнка? – недовольно интересуется он, сверля меня крайне недовольным взглядом тёмных, словно свежая листва в ненастную погоду, зелёными глазами. Я на мгновение замираю, смотря в глаза, полные холодного зелёного льда, что режет своими острыми осколками. Сейчас, при таком освещении и взгляде, кажется, что сам Йоичи при рождении был слеплен из резких, доведённых до совершенства линий, только прикоснувшись к которым можно порезаться. Он смотрит холодно, с лёгким оттенком ожидания. Вот только чего именно он ожидает от меня – я не могу сказать. Единственное в чём я уверена – мой ответ в этом выжидании играет далеко не последнюю роль. Мне кажется странной его реакция, ведь ухмылка – без которой за все эти, пускай и малочисленные встречи я его ни разу не видела – сейчас не тревожит его лицо, а вместо неё тонкие бледные губы упрямо сжаты в узкую, прямую полоску, которую отчего-то хочется стереть с лица любой ценой, потому что этот жест кажется совершенно неправильным, намертво приклеенным туда, где ему быть не положено от слова «совсем». - Будто тебя это действительно беспокоит. – я стараюсь убрать из голоса напряжение, стальными тисками сжавшее меня в районе груди, заставляющего настороженно искать пути в случае бегства. Не думаю, что этот парень кому-либо вообще способен доверить что-то в действительности важное, касающееся себя. Особенно если дела обстоят так, как в запале рассказала эта весьма неприятная, шумная шатенка. Однако, проверить всё равно не помешает. В ответ на мои слова, Йоичи весело рассмеялся своим странным смехом, полностью избавив меня от тех тяжёлых мыслей, что роились в моей голове с того момента, как он задал свой вопрос. Я практически упала на лавку, чувствуя не только облегчение, но и жуткое неудобство от того, что резко расслабив мышцы, совершенно забыла о тяжёлой амуниции, в которую была наряжена. Та своим весом сильно давила на плечи и спину. И были у меня мысли на счёт того, что форма, выданная мне этим тёмным эльфом, вовсе не должна быть такой весомой. С другой стороны, узнавать у него правдивость собственных мыслей я не собиралась. В конце концов, пять лишних килограмм при тренировке, могут оказаться даже немножко полезными. Надо будет озаботиться покупкой утяжелителей ещё и для своих пробежек. Тихо выругавшись, снимаю с плеч форму, оставаясь в простой чёрной футболке, в которой была на пробежке, и расслабляюсь окончательно, позволяя себе ссутулить плечи и облокотиться на колени, чтобы передохнуть. Этот Хирума очень непонятный парень. С одной стороны, все его действия вполне ясны и легко прослеживаются, но с другой – мотивы их остаются для меня загадкой. Его реакция на какие-либо действия и слова разнообразна и мне никак не удаётся выловить какую-то определённую закономерность, от которой она зависит. Я его знаю всего ничего – три дня, но количество вопросов относительно данной персоны с каждым разом всё больше и больше. И только ответов на них пока что так и не было найдено. Хотя у меня всё ещё впереди. По крайней мере, из команды уходить на данный момент времени я никуда не собираюсь, а дальше – посмотрим. Роль талисмана не такая уж и муторная. - Никуда не расходиться! – громко командует Йоичи, разворачивая пластинку жвачки. – У меня важное объявление. Утыкаясь вновь в свой ноутбук, он, кажется, совершенно теряет интерес к происходящему вокруг, однако от меня не ускользает тот факт, что сам парень – не смотря на всё своё напускное безразличие – тоже достаточно сильно выложился. Он не выглядел уставшим, но я не представляю, каких сил это ему стоило, потому как пальцы, порхавшие над клавиатурой, слегка тряслись, а грудь – пусть и беззвучно – вздымалась слишком заметно и часто для человека, который, как он пытается себя поставить, совершенно не устал. Вымотался он, но старается не показывать. Когда парень оборачивается, слегка приподнимая в немом вопросе светлую бровь, я только плечами пожимаю и развожу руками, откидываясь на шкафчик с вещами, стоявший позади. Когда все члены клуба собираются внутри - Курита выходит из душевой уже полностью переодетый, а Сена вбегает в раздевалку, плотно закрывая дверь и отрезая путь для собаки Хирумы по кличке Цербер - мы наконец дожидаемся того самого объявления. - Во вторник начинаются весенние соревнования. – данные слова вызвали у меня конкретный ступор, так как не думается мне, что состав в количестве трёх человек может участвовать в каких-либо соревнованиях вообще. - Мне плевать каким образом, но вы достанете ко вторнику восемь рекрутов. Каждый из вас обязан собрать как минимум по два человека. Используйте для этого любые средства. – он угрожающе оскалился и продолжил. – Кто соберёт меньше всех народу, сильно поплатится, понеся жестокое наказание. И сказал так, что сразу стало ясно: людей придётся набирать действительно любой ценой. Думается мне, что у данного старшеклассника имеются действительно жестокие идеи для наказания, которые не понравятся даже мне, не смотря на то, что я – в принципе – весьма безразлично отношусь ко многим попыткам морального давления. Ну, у меня ещё завтрашний день впереди, так что в любом случае успею придумать что-нибудь подходящее, даже с учётом того, что в школе все боятся Хируму Йоичи.