Шестеренки

      Во рту суше, чем в Сахаре. Язык липнет к нёбу. Вдохи сиплые – и каждый грозит быть началом приступа кашля. Лиам еле открывает опухшие глаза, обнаруживая себя в незнакомой комнате залитой полуденным солнцем. Пустые стены и пара матрасов прямо на полу, без каких-либо намеков на мебель. У двери несколько объёмистых дорожных сумок. На этом вся обстановка заканчивается. Лиам, с трудом поднимая себя, выдирает из памяти кусочки прошлой ночи. Вечеринка, похищение, Тео. И, видимо, тройное убийство. Тёплое и липкое. Кровь. Много, много, много и ещё больше крови, которую кто-то заботливо с него смыл. Вот так теперь выглядит его жизнь.       Он шатаясь поднимается с матраса и следует по узкому коридору, всё ещё не узнавая обстановку. Внизу слышатся голоса. Данбар спускается на пару ступенек и, увидев всех тех, кого он называет друзьями, с облегчением усаживается прямо на серый ковролин, которым обита лестница.       В воздухе разливается приятный запах жареных блинчиков и кофе. Лиама пока никто не замечает, и он наблюдает за ними через решётку перил.       Итан, усаживаясь на колени к Джексону, тянется к сковороде, но Лидия почти протыкает его ладонь вилкой, сурово глядя на воришку. Стайлз стучит по клавишам ноутбука, сидя за тем же островком, а Мейсон в обнимку с Кори валяются на диване рядом. На столешнице лежит оружие, какие-то карты и бумаги. Маккол чистит пистолеты, с таким видом, словно это самое обычное утреннее занятие для любого порядочного гражданина. Слышится звук открывающейся двери, в комнату проходит Дерек. Лиам всегда его побаивался из-за вечно мрачного взгляда и толстого уголовного дела, о котором только глухой не слышал в Бейкон Хиллс. Впрочем, сейчас его присутствие в компании наркоторговцев не казалось мальчишке удивительным. Это вообще многое объясняло. За ним вошел Тео, и Лиам почувствовал облегчение.       – Какого хуя ты здесь потерял? – голос Малии, которую с точки Данбара не видно, звучит возмущённо.       – Он нам помогает, – терпеливо отвечает Скотт, не обращая внимания на насупившегося Стилински.       – Пусть помогает из-за забора, если он хоть слово скажет, я ему… – Лиам решает, что самое время обозначить своё присутствие.       – Ничего не сделаешь, – твёрдо произносит он, стараясь держать равновесие спускаясь.       Все взгляды в комнате обращаются на мальчишку, и, в прежнее время, ему бы обязательно стало неуютно от такого внимания.       – Как самочувствие? – спрашивает Лидия, и в её голосе слышно заботу, по которой Лиам очень скучал, на самом деле, как и по всем ним.       – Гораздо лучше.       Малия всё ещё волком смотрит на Рейкена, лицо которого сейчас больше похоже на каменную маску. Ударь и сломаешь кисть. Маккол закатывает глаза и решает расставить всё по своим местам.       – Говорю один раз, – он встаёт со своего места, складывая руки на груди, как обычно делает перед матчами. – Большинству здесь, как и мне, не доставляет особого удовольствия сотрудничество с Тео, но в нашем положении у нас нет выбора, – Стилински звучно щёлкает языком, намереваясь перебить друга, но замолкает под его тяжелым взглядом. – Тео бесценный ресурс, он знает город лучше, чем любой из нас, знает всех нужных и ненужных людей. Нас давно не было в Бейкон Хиллс, мы расслабились, теперь имеем, что имеем.       Он на секунду останавливается, поворачиваясь к Малии и Стайлзу.       – Должен напомнить, что именно он предупредил нас о конкурентах. И это он вытащил Лиама из дерьма, в которое тот попал по нашей вине.       – Так нам его теперь в жопу целовать? – по лицу девушки видно, что она ещё сдерживается в выражениях.       – Нет, спасибо. Хватит того, что никто не будет пытаться меня убить, – с небольшой усмешкой отвечает Тео.       Речь Скотта действительно помогает снять большую часть напряжения. Рейкен всё ещё не поворачивается ни к кому спиной и уходит от прикосновения, когда Лиам пытается его приветственно обнять, но он, по крайней мере, держит пистолет в плечевой кобуре. Усаживаясь на диван к Кори и Хьюиту, подросток, закусив губу, думает, что это очень эгоистично со стороны Тео не показать ему её раньше. Все эти кожаные ремни, обтягивающие плечи, наводят на мысли вообще никак не связанные с оружием и стрельбой.       – Прости, дорогой, я не могу удержаться, ну ты же сам видишь, это просто…       Лиам в замешательстве оглядывается на Мейсона, который полностью разделяет эмоции Данбара по поводу внешнего вида дилера.       – Я вижу, – крупно сглатывая, отвечает Кори, так же приклеившись взглядом.       Лиам прыскает с их ошарашенного вида и с маленькой собственнической гордостью улыбается.       Парни перебирают оружие, которое привёз Дерек. Скотт с восторгом ребенка вытаскивает из кучи пару кастетов, примеряя их и взвешивая в ладони. «Святой Маккол», проносится голове у Лиама.       Внезапно он спохватывается, пугаясь больше, чем когда обнаружил себя едущим в тёмном багажнике.       – Мама! Она, наверное, уже в полицию позвонила!       – Не, – Мейсон хлопает его по колену, не отвлекаясь от разглядывания Тео. – Скотт с Кори ездили к тебе домой утром. Сказали, что у нас внезапная вылазка на озеро, а сам ты помогаешь с лодкой Лидии.       – И она поверила?       – Конечно, это же Скотт!       – Святой Маккол, – бормочет себе под нос Лиам, кивая.       Возня с оружием продолжает ещё примерно полчаса, пока Лидия не выгоняет их, чтобы накрыть на стол. Лиам уверен, что стопкам панкейков, которые она приготовила, нужна собственная инфраструктура и конституция.       Гостиная наполняется людьми и приятным гомоном довольных голосов. У Лиама теплеет в душе от почти семейной обстановки. Он цепляет себе сразу четыре блинчика и щедро сдабривает все карамельным сиропом. Вилки бряцают по тарелкам, и мальчишка только ко второму блинчику замечает, что Тео ускользнул. Всевидящая Лидия Мартин, заметив его ищущий взгляд украдкой показывает на дверь, ведущую во внутренний двор, и водружает на тарелку Лиама ещё пару блинчиков. Данбар, стараясь никого не потревожить, тихо отползает от стола и направляется в указанную сторону.       – Объясни мне, – вкрадчивый голос Дерека раздаётся над ухом Скотта, – почему вчера ты сказал всем стрелять на поражение в Тео, если он вернётся один, а сегодня он «бесценный ресурс»?       – Потому что Тео обещал нас всех перебить, если пострадает Данбар, – не отрываясь от тарелки, отвечает Маккол. – И потому что без него мы действительно можем не справиться.       Лиам выходит в одной футболке и вспоминает, что на улице всё ещё не лето. Он зябко передёргивает плечами и замечает Рейкена в глубине двора, сидящего на лавочке сильно вытянув ноги вперёд. Он дымит сигаретой и что-то сосредоточенно читает с экрана телефона.       – Опять биология? – Лиам присаживается рядом, заглядывая в экран и убеждаясь в своём предположении. – Там полный дом оружия и обеспокоенных людей, а Тео читает очередную статью о растениях.       – Мне страшнее, чем вчера уже не будет, – глухо отвечает Тео, откладывая телефон.       – Ты испугался за меня? – по-дурацки удивляясь, уточняет Лиам.       – А тебя, видно, неплохо ударили по голове, раз ты не понимаешь очевидных вещей, –безэмоционально бубнит дилер. Лиам отставляет тарелку и протягивает руки к Тео, беря его лицо в ладони.       – Возможно, мне было не так страшно, потому что я точно знал, что ты придешь за мной?       Глаза Тео вспыхивают огоньком тепла. Дилер прижимает мальчишку к себе. Лиам в кольце его рук всем телом ощущает хриплое болезненное дыхание и вибрацию от внезапно севшего голоса.       – Я убью любого, кто попытается навредить тебе.       – Интересный способ сказать «я люблю тебя», – Лиам произносит это прежде, чем успевает подумать, и тревожно замирает, чувствуя, как цепенеет Рейкен вокруг него. Дилер медленно отстраняется, переставая моргать и дышать, словно подросток внезапно стал фарфоровым.       – Тебе стоит поесть, – неловко переводит тему Данбар, протягивая тарелку с остывшими панкейками.