Separate Lives

I’ll be there for you These five words I swear to you When you breathe I want to be the air for you I’ll be there for you, Bon Jovi

Эмма провела кистью по скуле, завершая легкий, естественный макияж, и сделала несколько шагов назад, чтобы взглянуть на свое отражение в полный рост. В попытке успокоить свои нервы, она дрожащими пальцами разгладила несуществующие складки на зеленой блузке и черной юбке. Это всего лишь свидание. С Киллианом. После того, как ты в конце концов признала, что все три года скучала по нему. И после того, как ты наконец-то согласилась дать этим отношениям шанс. И после того, как ты признала, что в твоём понимании «долго и счастливо» — это растить маленьких пиратов и принцесс. С ним. Эмма втянула носом воздух и прикрыла глаза. Это всего лишь свидание… Когда Эмма услышала стук в дверь, ее желудок сделал презабавнейший кульбит, но она расправила плечи и пошла открывать. По пути она успела поймать на себе взгляд Генри, мирно сидящего в гостиной. Он показал ей палец вверх и одобрительно прокомментировал ее наряд: — Отлично выглядишь, мам, — с улыбкой произнес он. Эмма обозначила ответную улыбку и открыла дверь. И тогда… она на миг подумала, что пора бы изучить способы лечения вывиха нижней челюсти — слишком уж часто приходится поднимать ее с пола при виде Киллиана Джонса. Он был одет в темные брюки, темно-синюю рубашку и серую жилетку. Кожаная куртка была перекинута через левую руку, а в правой он держал букет пионов. В его глазах появились искры радости и веселья, стоило ему увидеть Эмму. — Ты потрясающе выглядишь, Свон, — чуть бездыханно сделал комплимент он. — Ты выглядишь… — запнулась Эмма. — Знаю, — ухмыльнулся Киллиан, и она закатила глаза. — Для тебя, — протягивая букет, произнес он. Эмма приняла цветы и улыбнулась, закусывая нижнюю губу. — Пойду поставлю их в воду. Скоро вернусь.

***

Он улыбнулся и вошёл в коридор вслед за Эммой. — Привет, Киллиан, — поприветствовал его появившийся из гостиной Генри. — Генри, пацан, — неловко поздоровался Киллиан и выдавил улыбку. Почесав за ухом, он извиняющимся тоном, неожиданным для самого себя, спросил: — Ты же не против? В смысле, что я и твоя мама… — нервно запнулся он. Генри широко ухмыльнулся: — Киллиан, я был не против на протяжении последних трех лет. Это вы валяли дурака, — отозвался он. Киллиан робко улыбнулся мальчишке и переключил внимание на вернувшуюся из кухни Эмму: — Всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовалась она. — Да, — отмахнулся Генри. — Повеселитесь, — вместо прощания произнес он и исчез в своей комнате. — Пойдём? — предложил Киллиан, и Эмма с улыбкой кивнула. Его рука оказалась на ее талии еще до того, как они вышли из квартиры. В тот момент, когда дверь за ними захлопнулась, Киллиан остановился, поэтому Эмма врезалась ему в грудь. Прижав любимую к двери, он положил руку на прохладную серую поверхность справа от лица Эммы и ухмыльнулся. — Я знаю, что по традиции положено дождаться окончания свидания, но я не уверен, что продержусь так долго, — предупредил он и большим пальцем приподнял ее подбородок. Он целовал ее глубоко, языком проникая в ее рот, без слов говоря, что успел соскучиться. — Здравствуй, Свон, — чуть отстранившись, выдохнул ей в губы он и коснулся носом ее щеки. Эмма накрыла его губы своими, продолжая их поцелуй. — Здравствуй, Киллиан, — мягко ответила она. Киллиан потянул ее за собой, и они начали спускаться по лестнице. Достигнув выхода, Эмма прижалась к нему и вновь нетерпеливо поцеловала, свободной рукой лаская волосы на его затылке. Разорвав поцелуй, Эмма растянула губы в самодовольной улыбке, которая явно была реакцией на его осоловевший взгляд. — Ты когда-то просил не церемониться*. Считай, словила тебя на слове, — закусив губу, пояснила она. — Мне нравится… Но чего так долго ждала, лапочка? — прошептал он ей на ухо. — Я могу быть упрямой. — А то я не знаю, — фыркнул Киллиан, снова целуя её. Когда они наконец-то отстранились, он прочистил горло: — Нам лучше поспешить, а то упустим бронь.

***

Киллиан привёл ее в небольшой итальянский ресторан вблизи реки. Заведение было уютным, по-своему очаровательным, а вид из окна позволял насладиться ночным пейзажем. — Здесь мило, — прокомментировала Эмма. — Ты любишь итальянскую кухню? — Обожаю. В основном только и ем итальянскую еду, — признал он. — И это место мне очень-очень рекомендовали. Сказали, что здесь готовят великолепную пасту «Карбонара», — улыбнулся Киллиан и накрыл своей ладонью ее руку, нервно подрагивающую на белой скатерти. — Хочешь вина? — спросил он. — Я не люблю пить перед тем, как садиться за руль, но ты можешь заказать, если желаешь. — Думаю, это логично, что коп не садится захмелевшим за руль, — согласилась Эмма. — Подаешь пример и всё такое… — И давай будем честны, Свон, я вожу, имея лишь одну здоровую руку. Не стоит притуплять мои рефлексы и подвергать опасности себя и тех, кто находится в машине. Эмму впечатлило его заявление, и Киллиан стеснительно улыбнулся, заметив ее реакцию. Он бы наверняка почесал за ухом, но его рука была занята: держала её руку, и Эмму не покидало ощущение, что он никогда не захочет ее отпускать. — Так… — начала она, когда они сделали свой заказ. — Какова ваша история, детектив Джонс? — она пригубила воду и вопросительно приподняла бровь. — Как вышло, что человека со столь необычным акцентом забросило работать в полицию Нью-Джерси? — Ты хочешь узнать мою историю для этого мира, Свон? — поинтересовался он, и Эмма кивнула. — Ладно, если коротко, то так: я родился в штатах, но в детстве с братом и матерью переехал в Ирландию. Мама умерла, и меня растил Лиам. Он умер в автомобильной аварии. Я решил вернуться в Штаты и стать копом. Несколько лет я встречался с Милой. Ее жестоко убили, и тогда же, от рук тех же преступников я потерял кисть руки. После этого я на время ушел из полиции, в основном, работал частным детективом в Мэне, — хмыкнул он, и Эмма понимающе кивнула. — Но потом я принял решение вернуться в правоохранительные органы: стал детективом в отделе по раскрытию убийств и особо тяжких преступлений, — вздохнул он. — Как видишь, большая часть истории и важные детали неизменны, моя биография лишь слегка отличается. А какова твоя? Дэвид твой старший брат? — полюбопытствовал Киллиан. — Да, в детстве нас разлучили по разным приютам, поэтому у нас разные фамилии. Мы нашли друг друга несколько лет назад и воссоединили… семейные узы. Остальное тоже мало отличается: я отдала Генри на усыновление, он нашел меня в возрасте одиннадцати лет, теперь и у меня, и у его приемной матери есть права опеки, — со вздохом рассказала Эмма. — Знаешь, в таких историях всегда приходится латать много дыр, но… — Но обычно достаточно лишь очаровательно улыбнуться и сменить тему, — закончил за нее Киллиан и ухмыльнулся. — Всегда работает, — искренне рассмеялся он. Остаток ужина они беседовали о том, как Киллиану удалось приспособиться к жизни в этом мире и к новой профессии, и о том, как Эмма вернулась к работе залогового поручителя и ее новом деле, за которое она взялась после ухода из участка. Оплатив чек, Киллиан пригласил ее прогуляться к реке. Пока они шагали по тротуару, он взял Эмму за руку и сплел их пальцы. — Ты когда-нибудь возвращалась… — взглянув на нее, спросил он, — в Сторибрук? Эмма покачала головой: — Дэвид с Мэри Маргарет время от времени ездят навестить Бабулю, Руби и гномов, но я как-то не чувствовала необходимости присоединиться, — поколебавшись, она продолжила: — Узнав, что ты покинул город, я поняла, что мне там нечего делать, там для меня ничего не осталось. Киллиан поднес их соединенные руки к губам и с улыбкой коснулся костяшек ее пальцев. — Но всё в общем и целом по-прежнему. Разве что Белль бросила Голда, — сообщила Эмма. Киллиан встал на месте как вкопанный: — Белль бросила Тёмного? Почему? — Она узнала, что он лгал ей насчет кинжала и подала на развод. Вообще-то, она сейчас встречается с одним из друзей Робина, Уиллом Скарлетом. Осознав, что Киллиан смотрит на нее с выражением полнейшего ужаса на лице, Эмма обеспокоенно спросила: — Киллиан, в чём дело? — Тёмный плохо воспринимает, когда его бросают женщины, Эмма… — пояснил он. В его глазах читалось беспокойство и боль. — Белль может быть в опасности. Как и мужчина, с которым она встречается. Эмма положила руки ему на плечи. — Я знаю, — успокаивающе начала она. — Именно поэтому тогда Реджина наложила на них защитное заклинание и убедила их покинуть город как можно скорее. Магия Голда не работает за пределами Сторибрука, Киллиан. Белль с Уиллом уже больше года живут в Бостоне. Они в безопасности. У меня там остались знакомые, к которым, если потребуются, они могут обратиться, — уверила его Эмма. Киллиан натянуто улыбнулся: — Прости, Свон… Это просто… — запнулся он, часто моргая. Эмма крепче его обняла и коснулась большими пальцами висков: — Я знаю, Киллиан. Я знаю, — успокоила она. Спустя несколько секунд он отпрянул и прочистил горло: — У меня есть несколько знакомых в полиции Бостона. Я им завтра позвоню. Если Голд что-то предпримет, они позаботятся о том, чтобы он получил по заслугам и навсегда оказался в тюрьме, — пояснил он свое волнение. — Это не месть, Эмма. Она в прошлом. Это правосудие. Она кивнула и взяла Киллиана за руку, и они продолжили свою прогулку. Через несколько минут он обвил руками талию Эммы.

***

— Прости, если слишком остро отреагировал, Свон. Я рад, что ты сегодня со мной, Эмма. Ты ведь знаешь, да? — прошептал он ей на ухо, пытаясь передать, что прошлое всегда так или иначе будет его преследовать, но он готов жить дальше. Что он давно был готов жить дальше. — Знаю, — откликнулась Эмма, — тебе не нужно извиняться, Киллиан. Нет ничего зазорного в том, чтобы беспокоиться о чьем-то благополучии. Особенно с учетом того, через что прошел ты, — убедительно заключила Эмма. Киллиан притянул ее для поцелуя, пальцами надавливая на бедра и подталкивая вперед, пока Эмма не уперлась спиной в стену. Его поцелуй был длинным, глубоким, и Эмма отвечала ему так же: напористо и страстно, прижимаясь к нему плотнее. — Киллиан… — прошептала она между поцелуями, — Генри сегодня у меня, поэтому мы, наверное, хотим вернуться к тебе… — она замолкла и запрокинула голову, позволяя ему покрывать поцелуями ее шею. Когда он нашел в себе силы остановиться, то с вызовом посмотрел на Эмму: — Свон, я не имею ни малейшего намерения тянуть тебя сегодня к себе домой, — серьёзно произнес он, и в ту же секунду на лице Эммы отразились паника и шок. — Лапочка, я буду джентльменом и провожу тебя домой по окончании нашего свидания. Я не хочу спешить… — Не хочешь спешить? — скептически спросила Эмма. — Твоя рука практически на моей заднице, и ты прижимаешь меня к стенке, Киллиан… — она приподняла бровь и самодовольно улыбнулась. — Ладно, — рассмеялся он. — Не спешить усерднее, чем обычно, — легко коснувшись ее губ, пробормотал он.

***

— Капитан Крюк не хочет спешить? — удивилась Эмма — она не могла поверить своим ушам. — Нет, Киллиан Джонс наконец-то добился свидания с женщиной, по которой сох несколько лет, и теперь хочет насладиться каждым шагом этих отношений. У нас никогда не было возможности сделать всё правильно и нормально, Свон. Ты разве не хочешь насладиться этим приключением? — спросил он, и в его ясных голубых глазах читалась мольба. — Да, полагаю, пока мы можем ограничиться первым свиданием, — робко улыбнувшись, сдалась Эмма. Киллиан положил обе руки ей на бедра и предупредил: — Но я, разумеется, намерен целовать тебя при каждой возможности и всеми знакомыми способами. — Серьёзно? — поддразнила его Эмма. — У меня парочка столетий опыта, я потрясающе целуюсь, — безапелляционно заявил Киллиан и вновь притянул ее для поцелуя - мягкого, неспешного, нежного, почти робкого. — Вот так целуется лейтенант королевского флота Киллиан Джонс, ваше высочество, — он взял ее за руку и повёл дальше к реке. — И вообще, — продолжил он, — я не думал, что ты из тех, кто пускает корабль в шторм на первом же свидании. — И ты прав… — подтвердила Эмма, — но перед вами устоять почти невозможно, лейтенант. Я большая поклонница того, как у вас получается провести корабль через шторм, — обольстительно прошептала она. В тот самый миг он обрушился на нее с требовательным, беспощадным поцелуем, объявляющим полные права на нее и ее чувства. Пальцы Киллиана потягивали за ее волосы, прижимая ещё ближе. Этот горячий поцелуй вызвал легкое головокружение и заставил их обоих восстанавливать дыхание. — Вот так целуется капитан Крюк, Спасительница, — исподлобья взглянув на Эмму, произнес он. Похоже, он был ослеплен и обескуражен, но и Эмма чувствовала то же самое. Теперь она знала наверняка, что никогда не ощущала ничего подобного, ей трудно было подобрать слова, чтобы описать, какое смятение охватило ее душу. — Никогда и ни с кем я не чувствовала ничего подобного. Никогда, — честно призналась Эмма. — И я тоже, — согласился Киллиан, почти отдышавшись. — Давай поцелуемся еще, — по-мальчишески улыбнулся он и прильнул для очередного поцелуя. А потом еще одного. И ещё. Когда они добрались до её дома, Киллиан остановился, мягко притянул ее к себе, положив руки ей на талию, и мечтательно взглянул на Эмму. Он наклонился и увлек ее в очередной поцелуй — медленный, вдумчивый. Углубив его, он проник языком в ее рот. Ласка, почти танец их губ и языков, была неторопливой, оставляющей в животе Эммы порхающих бабочек. — Вот так целуется детектив Киллиан Джонс, Эмма, — напоследок он чмокнул ее в губы и с полным восхищения взглядом посмотрел ей в глаза. — Так скажи мне, кого из них ты предпочитаешь, Свон? — игриво спросил он. — Я отказываюсь выбирать… можно мне всех? — ответила Эмма, закусывая уголок губ. — Ваше желание для меня закон, принцесса, — отозвался он и немедля вновь накрыл ее губы своими.

***

Когда они отстранились, губы Эммы были красны от поцелуев, ее зеленые глаза лучились счастьем. — Киллиан, сходишь со мной еще на одно свидание? — с улыбкой спросила она. И без слов было ясно: Эмма желала его, хотела этих отношений, хотела сделать следующий шаг, выражая всё это просьбой об еще одном свидании. — Я надеялся, что ты попросишь, Свон, — согласился он и мягко обхватил ее нижнюю губу своими. — Доброй ночи, любимая, — пожелал он и нехотя отвернулся, чтобы уйти. — Спокойной ночи, Киллиан, — улыбнулась ему Эмма. *Отсылка к 2-06 «Талахасси», где Эмма спасала Киллиана от ловушки великанов…