Западня

— И куда он делся? — негромко обратилась Сара к своему единственному оставшемуся собеседнику, когда Алан, в сопровождении спасателя, скрылся в глубине частично расчищенного туннеля. Объект их обсуждения неслышно соскользнул с крыши, тут же оказываясь поблизости. — Я здесь. — Ох, мать! — отшатнулась девушка, театрально хватаясь за сердце, — Откуда ты вылез?! — Простите, — машинально ответил он, продолжая мысленно прикидывать имеющееся в его распоряжении время, — На самом деле я хотел поблагодарить вас за… — Не стоит, — довольно твердо вдруг перебил его Дин, глядя прямо в синие глаза, — Это все Джанет. Вполне очевидный вопрос настолько выразительно читался на лице мутанта, что тому даже не пришлось его озвучивать. Парень с неохотой пояснил: — Я сделал это только потому, что она очень просила. Произнесенное ни капли не ухудшило то восхитительное настроение, что кипело в душе Лео с того самого момента, как он осознал чужое содействие. — И, тем не менее, — он улыбнулся мягко, обводя теплым взглядом оставшихся пассажиров, — Вы все-таки помогли мне… Спасибо. — Иди уже, — отвел взгляд Дин, — Они скоро вернутся. От глобального расхождения того, что говорил этот паренек, с тем, как он это говорил, Лео не мог унять махровую благодарность в сердце. Коротко кивнув, он хотел было стремительно рвануть в сторону завала, где вдоль предпоследнего вагона люди пробили брешь, как вдруг голос Сары остановил его. — Погоди! — воскликнула она, но замолчала, стоило Леонардо повернуться, словно она сама не знала, что хотела сказать, — Я… Просто… — девушка сморгнула набежавшие вдруг слезы и улыбнулась так, что в груди защемило, — И тебе спасибо за все. Мутант не понимал, в чем причина такой всепоглощающей тоски в тонких девичьих чертах, отчего она вдруг заплакала, когда ее глаза были сухи даже в то время, когда они балансировали на грани между жизнью и смертью. Время поджимало, Леонардо знал, что вероятность столкнуться с возвращающимися спасателями крайне велика. Эта же поспешность заставила его улыбнуться, молчаливо принять странную благодарность и устремиться к проему в завале. Он поговорит с ней. Обязательно поговорит и узнает причину ее ненормальной грусти. Просто сделает это немного позже. Все в порядке. Убеждая себя в этом, он бежал, надеясь успеть добраться до участка, где было возможно спрыгнуть в канализацию. Он хорошо запомнил расположение этого пересечения — однажды Майки чуть не свернул там себе шею, пытаясь запрыгнуть на крышу несущегося на всех парах поезда. По мысленным прикидкам, это место должно находиться буквально в нескольких десятках метров от него. Если он правильно сориентировался на местности, конечно. После короткой пробежки сквозь узкую щель ему открылась недоступная ранее часть туннеля с застывшим посередине пути первым вагоном. За ним проглядывалась какая-то громоздкая машина, лениво просвечивающая фарами. Леонардо хотел было привычно спрятаться за какой-либо объект, но вовремя заметил пустой салон, благодаря чему не стал тормозить на данном отрезке пути. Тем не менее, остановиться ему все же пришлось, когда он увидел маячившую впереди едва заметную фигуру Алана в объятиях спасателя. «А где Теренс?» — нахмурился он от понимания, что не видит другого своего «спасителя», который должен был продвигаться на незначительном расстоянии дальше. Ответ мироздание дало тут же. С затемненных частей потолка вдруг спикировали две до боли знакомые фигуры, устремившиеся прямиком на объекты его наблюдения. — Стоять! — приказ слетел с губ быстрее, чем он подумал о вероятностях его уместности. Оба тела чуть ли не споткнулись на лету, рефлекторно подчинившись голосу лидера, и лишь затем до Рафаэля дошло, что он вообще-то Бесстрашному не подчиняется, и он стремительно доделал свою работу — мужчина в спецодежде бессильно свалился на землю. — Лео! — тут же вскинул неверящий взгляд Майки, буквально позабыв про то, что Алан все еще в сознании и теперь в открытую смотрит на него, чуть ли не распахнув глаза до боли. — Не трогайте его, — поспешно подбежал он к братьям, когда заметил вполне очевидное намерение Рафа залететь ладонью по загривку и Алану, — Это друг. — Лео-о!! — Микеланджело, казалось, не слышал и не видел ничего, бросившись на брата с радостным воплем. Уже в следующее мгновение лидер оказался в крепких объятьях, на которые не преминул ответить. Ему хотелось прижать младшего покрепче, обхватить руками и стоять так ровно до тех пор, пока сердце не скажет «достаточно», но разум не позволил удариться в сентиментальности, отчего объятие получилось коротким и смазанным. Недовольный данным раскладом Майки прижался сбоку, удовлетворяя свою потребность в выражении любви протиранием лица чужим плечом. Отстраненно поглаживая брата по макушке, Лео не сводил с Рафаэля сосредоточенных глаз, в то время как Алан, на время потерявший дар речи, играл роль молчаливой декорации на заднем плане. — Там дальше шли женщина с ребенком, девушка, мальчик и старик, — невольно нахмурился Лео, понимая, какой способ расчистки выбрали для себя братья, — Я надеюсь, вы не додумались и им дать по голове? — И тебе привет, сиятельный ты наш, — пробурчал Раф, передвигая зубочистку в другой уголок рта, — Это первое, что ты можешь нам сказать после того, как чуть не сдох под камнями? — Мы волновались, — подняв блестящие от непролитых слез глаза, добавил Микеланджело. — И, отвечая на твой вопрос, — вставил темпераментный брат, — Нет, мы их не застали. «То есть вас остановило только это» — расшифровал Леонардо и покачал головой, несколько потерявшийся в собственных чувствах. С одной стороны, он был — очень-очень сильно — рад видеть членов своей семьи в полном здравии — отсутствие Донни воспринималось спокойно, потому что братья не выглядели опечаленными или напуганными. С другой же… — Какого черта вы здесь делаете? — отстранился он от более-менее пришедшего в себя Микеланджело и заглянул за массивную Рафову тушу. Немного дальше обнаружился бессознательный Теренс в компании не менее бессознательного спасателя. Раф задохнулся от возмущения. — С добрым утром! — съёрничал он — Мы тебя спасаем, вообще-то! — Я не нуждался в помощи, — недовольно заметил Леонардо, раздосадованный тем, что братья как всегда хотели помочь, а в итоге лишь добавили проблем. Очень скоро здесь пройдут спасатели и обнаружат четыре бессознательных тела, хотя изначально Лео планировал не оставлять никаких подозрительных следов. — Ты… Да ты… — знатно подахирел от сказанного Рафаэль, — Да иди ты нахуй, Лео! Он, главное, чуть себя не сожрал от переживания за брата — чего он, конечно же, не скажет вслух, — и когда он, весь такой взволнованный и решительный, прибежал его спасать, что он услышал?! «Я не нуждался в помощи»?! «Не нуждался он, сука, в помощи!» — чуть ли не рыча, он отвернулся от брата и демонстративно направился в противоположную сторону, ощущая, как в груди скребется цепкое, колкое разочарование, — «Ну простите, о наш совершенный, что посмели засомневаться в вашем великолепии!» Вполне очевидная обида, всколыхнувшаяся в глубине хищных, почти золотых глаз, задела что-то внутри лидера — и правда, чего это он творит? Они ведь переживали, как и он, нельзя винить их за это. Понимая, что все возможное идет не так, как должно, а время поджимает, Леонардо лихорадочно поклонился Алану, пробормотав нечто вроде «извинитепожалуйстаспасибозапомощь», и бросился за темпераментным членом семьи. — Раф! — позвал он, стремительно подхватывая нужный ритм быстрого шага, чтобы держаться рядом, — Ты прав, я глупость сморозил… Прости. Вид растерянного и искренне сожалеющего лидера Рафа вполне удовлетворил. Он лишь буркнул намеренно равнодушное «угу» и несильно пихнул старшего в плечо, демонстрируя свою заботу грубой лаской. Плакаться на груди лидера, как младшенький, он себе позволить не мог — не то чтобы ему хотелось, — но хоть как-то донести до своих натянутых нервов безопасность брата — вполне. Когда семейство мутантов проскользнуло в родную канализацию, Леонардо вздохнул с облегчением. Знакомый вид подземных коридоров обещал долгожданное спокойствие и безопасность. — Где Донни? — спросил он, наконец, то, о чем сразу же подумал, но отложил вопрос ввиду приоритета других задач. Он тут же почуял неладное, когда, вместо ответа, Рафаэль состроил максимально безучастный вид и демонстративно его проигнорировал. — Донни? — хлопнул глазами Майки, поднимая брови в наивном удивлении, — Какой Донни? — Вы определенно с ним знакомы, — понимание, что самые несносные члены семьи, очевидно, опять устроили какую-то шалость, заставило лидера грозно скрестить руки на груди, — Ну, знаете… Тот четвертый мутант, находящийся рядом с нами на протяжении всей жизни. — Ах, то-от Донни! — Было видно, что Микеланджело натурально балдел от поддержания подобной беседы. Шкодливо ухмыльнувшись, он преспокойно сдал виновника событий, — Так это Раф его запер. Вздохнув, лидер перевел на брата наполненный вселенской мукой взгляд, в котором так и читалось «зачем ты ставишь под угрозу наше семейное благополучие, брат мой?». Донателло был крайне миролюбивым созданием, что не означало, что глубоко спящего в нем изверга невозможно было раздраконить. Леонардо еще не забыл, как полгода назад их доморощенный гений так психанул, что оставил братьев неделю куковать в убежище без света. Это были крайне тяжелые семь дней, наполненные запахом дешевых восковых свечей, без микроволновки, электрического чайника и — о, господи — телевизора. После того, как Донни вышел из своего добровольного затворничества из лаборатории, братья чуть ли не на руках его носили в течении месяца. — Что? — на удивление, без капли сожалений возмутился Рафаэль, — А что мне еще оставалось?! Он хотел заставить меня отдыхать, когда ты был неизвестно где! — И ты решил вместо себя «заставить отдыхать» его? — перевел Лео, вскинув одну бровь. Он уже предполагал, что ожидает братьев дома, и надеялся не попасть под горячую руку по причине своего отсутствия во время свершения данного неправомерного действия. Только после этого до него дошло понимание, что «отдыхать» — слово, означающее лежать безвылазно и пить кашки через трубочку — у них принято только после получения каких-либо травм, и он поспешно добавил, — Погоди… Ты был ранен?! — Не то слово, — немного нервно хохотнул Майки, — Ему хуже всех досталось, — он махнул в сторону Рафова панциря, и только сейчас Лео заметил крупный скол, расположенный прямо по центру, — Мы еле доволокли его тушу до дома. Ну, после того, как сами очухались, — пояснил он, — Дону, например, по башке хорошенько так прилетело. Я уж испугаться успел, думал, вдруг он все мозги свои драгоценные растеряет. Дрожь прошла по коже, когда Лео осознал, что его страхи были не такими уж беспочвенными, а его команда не была совсем невредима. До конца пути они не разговаривали. Дома их ждал злой как черт Донни. Деликатно сняв дверь с пазов — даже пробивать себе путь он умудрялся как-то чересчур вдумчиво и аккуратно, — он спешно собирал в рюкзак весь потенциально полезный хлам на случай, если придется вытаскивать незадачливую родню. Чуть ли не пихнув Лео в сторону гения — лидер ощутил, что сыграл роль банального отвлекающего маневра, — Раф и Майки ретировались куда-то наверх пережидать бурю. Черты лица Донателло разгладились, как по волшебству, трансформировав выражение «я готов убивать» в «я люблю весь мир», и Леонардо заподозрил, что, использовав его для привлечения внимания, братья не так уж и не понимали, что творят. — Лео! — радостно воскликнул Донни, чуть ли не плача от свалившегося на него облегчения. Выглядел он так, словно ему хотелось броситься на лидера с объятиями, но отчего-то он не мог сдвинуться с места. Тепло улыбнувшись, Леонардо самостоятельно сделал шаг вперед, устраивая подбородок на стройном плече. — Я дома. Несколько долгих секунд они были недвижимы, словно не видели друг друга несколько лет. Лео слегка отстранился. — Я могу попросить тебя о помощи? — Конечно, — нахмурился Донателло, озадаченный легкой взволнованностью брата. — Мне бы хотелось узнать адреса кое-каких людей, — он несколько смущенно потупился, — И поблагодарить их за то, что помогли мне. Донни удивленно отшатнулся. — Тебя видели?! «Более того, я сидел с ними рядом все это время!» — ответил мысленно Лео, но внешне просто утвердительно кивнул. Напоминание о его новых друзьях всколыхнуло еще один участок памяти, заставив помрачнеть. — И еще… — он прикусил губу, обыскивая стол на предмет ручки с бумагой. Найдя искомое, он движением руки остановил поток вопросов и погрузился в воспоминания, тщательно и вдумчиво выписывая каждый слог. Когда на листке сформировалась тройка длинных заковыристых слов, он протянул их брату, — Ты знаешь такие лекарства? Возможно, я где-то ошибся в букве, но… Гений задумался, выискивая в своем высокоразвитом разуме, в котором практически никогда ничего не забывалось, что-либо похожее. — Про это название точно ничего не знаю, — он указал пальцем на первое слово, — а вот это, — он мазнул по второму и третьему, — знакомо. Это противорвотное. А это — седативное. Крайне мощное. Одно из его показаний к применению — галлюцинации. От этой информации в животе Леонардо что-то перевернулось. «У меня все же начались галлюцинации?» — вспомнился внезапно слабый, дрожащий голос Сары, когда она потерянно смотрела на него впервые. Лео тогда подумал, что эта фраза означала что-то вроде «глазам своим не верю», но сейчас… — Это… — горло внезапно сжалось, и ему пришлось прокашляться, чтобы не говорить хриплым от волнения голосом, — Психологическое заболевание? — Не обязательно, — задумался Дон, буднично пожав плечами, — Может, обычный рак мозга. «Я подозреваю, что встреча с тобой будет самым необычным событием в моей жизни…» Хоть Лео и понимал, что брат только предполагает, отчего-то легче от этого не становилось. Вспомнилось то, что Сару часто мучали сильные головные боли. Дышать становилось тяжелее. — Ты сможешь найти адрес? — негромко повторил он, еле контролируя собственный голос. От вырисовывавшейся в голове картины его бросало в холод, от которого, отчего-то, было жарко. — Сейчас? — уточнил Дон, не понимая причины, отчего лидер вдруг так нездорово побледнел, — Ты ведь еще даже не поел. — Пожалуйста. Вздохнув, гений перешагнул так и лежащую на полу дверь и опустился в кресло у компьютера. Леонардо присел на диван, сцепив пальцы в ожидании. — Я нашел список пострадавших в метро, — уведомил его Дон через некоторое время, — Кто тебе нужен? — Девушка по имени Сара. Гений снова отвернулся, внимательно просматривая список. Некая «Сара» в действительности там была в единственном экземпляре, что значительно сузило круг поиска. Спустя пять минут он отстранился от монитора, не зная, как сообщить брату новость, потому что, насколько он мог понять, Лео хотел поговорить с этой особой глаза в глаза, пока не зная, что это невозможно. Он отстранился от экрана, привлекая внимание выразительным вздохом. — Что-то не так? — насторожился Лео. — Адрес ее официальной прописки Форт-Уэйн. Лео знал близлежайшие города и мог со стопроцентной уверенностью заявить — в ближайших ста — а может, даже и двухстах — километрах от Нью-Йорка такого населенного пункта нет. «Как ее занесло сюда?» — ошеломленно подумал он, осознавая тот факт, что нагрянуть к ней домой в потемках с целью поговорить у него не выйдет. Это что же получается?..  — Может, она пока что находится в больнице? — не желал сдаваться Лео, — Знаешь, после аварии обычно…  — Может, — послушно согласился гений, — Но мы не можем быть уверены, что она останется там даже до вечера. А если и останется… Суваться туда опасно, но ты и сам это понимаешь. Донателло редко занимался самообманом, а потому тут же отметил в своих словах долю лицемерия. Он уже понял, что ситуация непростая, но в глубине души он ощущал желание не пускать брата куда-либо, просто потому что между благополучием неизвестной девушки и благополучием старшего не задумавшись выберет второй вариант.  — По-твоему, она больна онкологическим заболеванием? — начал говорить он, один за другим нанизывая на нить бусы произошедших событий, — И я так понял, она… Помогла тебе… Я могу понять твое желание встретиться с ней и поддержать… — сухие и безукоризненные аргументы легко сформировались в его разуме, — Но ты ведь сам понимаешь, что это ни к чему не приведет. Не ты, ни я не врач. Возможно, она уже смирилась со своей участью, поэтому путешествует. Если она решилась на подобное, она сильная девушка, а мы ей ничем не поможем. «Спасибо тебе за все…» Она знала. Она, черт возьми, знала и понимала все. И то, что они не увидятся больше — тоже. — Я собираюсь найти другие адреса, — попытался отвлечь брата Дон, видя его крайне ужасное моральное состояние, — Давай вместе? Ты будешь говорить, того ли человека я нашел… А потом Майки испечет торты для них, и мы все напишем им письма и разнесем по домам. Донателло все говорил и говорил, и в каждой его интонации слышалось «давай же, отвлекись, не думай о плохом, все хорошо будет». Леонардо и так это понимал. Как бы тошно ему ни было сейчас, он в любом случае придет в себя… Он ведь лидер, в конце концов. — Просто дай мне немного времени, — сухо произнес он, поднимаясь с продавленного дивана, — позже, Донни. Все позже.