Unlike

      Как добиралась домой Шики не помнит вовсе – все было как будто в тумане. Адреналин все еще колотил в висках, а по спине бегали мурашки. Оримир скрылся в Сером Мире, но отчего-то она явно слышала его тяжелое дыхание. Когда они добрались до дому, на улице было совсем темно.       Шики неаккуратно скинула кроссовки у входа и тут же направилась к холодильнику.       – Оримир, садись на диван, – приказала она, доставая зеленку и вату.       Демон послушно сел на диван, не подозревая о том, что произойдет дальше. Последний хозяин кольца жил около двухсот лет назад, да и Оримиру он не особо нравился, поэтому он понятия не имел о том, что такое "зеленка".       Шики села на колени рядом с диваном, а слева положила склянку с мотком ваты. Сказав демону повернуться спиной, она расправила его крылья. Алая кровь уже запеклась на его черно-зеленом крыле, но как только она прикоснулась к ране, Оримир вздрогнул.       – Болит? – спросила она.       – Немного, – явно не понимая, что происходит, ответил тот.       Шики поднялась на ноги, взяла со стола небольшую кастрюлю – кажется, она была чистой – и зашла в ванную. Там она набрала воды, взяла из-под раковины чистую тряпочку и вернулась в зал. Оримир сидел, не шевелясь, одновременно изнывая от любопытства и страха.       – Как ты думаешь, – вдруг заговорила Шики, – что это было?       – Что «это»? – не сразу понял демон.       – Эти... неясные тени... это ведь те же самые неясные тени, о которых ты говорил мне там, в лесу?       – Да, – Оримир вздрогнул от того, как Шики провела влажной тряпкой по крылу.       – Я думала, они что-то вроде растений. Думала, они не могут действовать по собственной воле.       – Так и есть. В смысле, всегда так и было.       Шики положила тряпку в кастрюлю. Запекшейся крови больше не было, и из ранки едва сочилась кровь. Она взяла в руки флакончик с зеленкой.       – Тогда почему эти тени атаковали меня? – спросила она, откручивая прилипшую крышку.       – Я не знаю.       – Что значит, ты не знаешь?       – А то и значит. Я никогда раньше такого не видел. Ай! Что это такое?!       Шики, крепко держа его крыло, легонько прижала смоченную зеленкой ватку. От неожиданного жжения Оримир чуть было не вырвался, но она была готова к этому, поэтому сжала его жилистое крыло еще сильнее.       – Ньяяяя... – жалобно запищал демон.       – Терпи, – строго сказала Шики. – И не дергайся.       – Да что это еще такое?       – Обычная зеленка, – подула она на ранку.       – Какая еще зеленка? Отпусти, щиплется!       – Сидеть!       – Ньяяя!       Сжав локтем голову непослушного демона, Шики продолжила лечебные процедуры. Диван ходил ходуном вместе с ними, пока она промокала рану ваткой. Ей едва удалось поймать склянку с зеленкой, когда демон чуть было не пнул ее на пол. К счастью, совсем скоро она в последний раз макнула ваткой рану, и отпустила его.       Оримир, явно этого не ожидая, тут же рванул с места, взлетел, не рассчитал скорость и ударился в стенку. Шики пришлось отодвигать диван от стены, чтобы достать его. Ей невольно вспомнился тот день, когда она впервые надела кольцо. Тогда, помнится, его появление настолько напугало ее, что она ударила его тапком, после чего ей пришлось отодвигать холодильник. Ну, что за неуклюжее создание, этот Оримир!       – Успокоился? – еще смеясь от воспоминаний, спросила Шики.       – Это же не отрава какая-нибудь? – злобно спросил демон. – У меня аллергия на отравы. Давным-давно я слышал одну историю, когда демону дали яд, и он умер от этого. Яд убивает, ты знаешь об этом, да?       – Никакая это не отрава. Это зеленка. Это... – внезапно она поняла, насколько трудно будет объяснить, что это такое на самом деле. – Это... лекарство. Да. Зелье.       – Зелье? – подозрительно переспросил Оримир. – Оно вкусное?       – Пить нельзя, – помахала рукой девушка. – Только мазать.       – Мазать?       – Мазать-мазать. Не будет заражения крови, и все нормально заживет.       – Заживет?       – Да!       На этом оживленная перепалка неожиданно закончилась. Шики стояла на диване, Оримир сидел, скрестив руки на груди, на его спинке у стены. Повисло тяжелое молчание.       – Спасибо, – первым нарушил его Оримир.       – Н-не за что, – заикнувшись, ответила та.       Оримир перелетел на кресло, а Шики поставила чайник.       – Так что ты обо всем этом думаешь? – спросила она.       – Я думаю, – ответил Оримир и замолчал, как будто думать об этом он стал только сейчас, – что это дело рук ангела.       – Ангела? – Шики почувствовала, как по спине пробежали мурашки. – они на такое способны?       – Не совсем. Давай-ка я тебе объясню.              Все дело в том, что изначально апостолы не обладали вообще никакой силой. У них была только власть этой силой управлять, но принадлежала она людям. Вот почему они, в итоге, стали такими опасными. Они могли подстраивать мир под себя, вот так вот! Поэтому когда Смерть с ними разобралась, и были сотворены новые люди, эта самая власть была разделена на две части. Половина досталась людям, а другая – Апостолам.       Но так было устроено, чтобы не было больше никакой опасности, что по отдельности они не могут существовать. Поэтому, чтобы воспользоваться такой властью, нужно было объединить человека и Апостола. Так Триттас сделал, чтобы ни те, ни другие не стали угрозой, как первоначальные люди. Так и появилось правило, по которому Апостолы могут прикрепляться к людям – да-да, именно так это и называется – только по взаимному согласию. Вот когда человек упрашивает высшие силы, как ему кажется, или молится – вот тогда можно. И тогда, в момент прикрепления, эта власть, которой были раньше наделены люди, пробуждается и перетекает в Апостола. Так до появления ангелов они влияли на развитие человечества.       Так вот поэтому я думаю, что управлять неясными тенями может только ангел, прикрепленный к человеку. При этом я совершенно уверен, что он до сих пор не подозревает о том, что ты владеешь кольцом.              – Почему? – спросила Шики.       – Потому что он напал на тебя, – пожал плечами демон. – Любой мало-мальски разумный ангел сразу смекнет, что никакие неясные тени не совладают с Величием Триттаса. А даже если бы он понял это после боя, Ноктис бы уже давно стоял в этой комнате.       – Хм...       Действительно, если верить Оримиру, ангелы совсем сумасшедшие, когда дело касается фрагментов Триттаса. Боятся его пуще смерти, и не позволят ему возродиться. Но кое-что все-таки не давало ей покоя.       – Но ведь ты говорил, что ангелы высасывают жизненную энергию из человека, но при этом дают ему то, чего он так хотел, так? Как было с Мишей?       – Да, все так.       – Значит ли это, что кто-то, – она сглотнула, – кто-то хочет моей смерти настолько, что к нему прикрепился ангел?       Эта мысль казалась ей безумной. Кто может желать ее смерти? Желать ее всем сердцем?       – Ну... – протянул Оримир. – Это может быть не обязательно именно так.       – Как тогда?       – Говорю же тебе, ангелы – очень хитрые. Они не боятся использовать грязные методы. Например, кто-то тебя сильно обидел, и ты со зла пожелала ему смерти. Ангел был рядом и – хлоп! – все, прикрепился.       – Но ведь это чувство вскоре проходит, нет?       – Разве только если ангел не подпитывает его изнутри.       – Вот как...       Маска Смерти, которую Шики достала на следующий день после кольца, все еще скрывала ее от взора самого могущественного существа на Земле. Тем не менее, той ночью она спала беспокойно. Ей снилась смерть Евы, раз за разом, без остановки. Она не могла проснуться, но и не могла изменить ничего в своем сне. Как и раньше, она была лишь безмолвным наблюдателем. Шики чувствовала ее страх, чувствовала боль от сжавших ее пальцев, чувствовала безумное биение сердца в груди.       Ева умирала, и Шики умирала вместе с ней.       

* * *

             Когда она проснулась, на часах было уже за полдень. Мама лежала рядом и читала какую-то книгу в мягком переплете. Видимо, она заметила ее тяжелый сон – на табуретке рядом с ней лежала пара таблеток и кружка воды.       – Одна жаропонижающая, потому что ты вся горишь, – пояснила мама, – а другая – противовирусная, для профилактики.       Потянувшись за таблетками, Шики почувствовала, как ломит все тело. Такое ощущение, будто кто-то всю ночь избивал ее палками. Таблетки оставляли неприятный аромат на языке, и теплая вода едва ли избавляла от него. Только стаканчик вчерашнего сока смог согнать этот привкус.       – Тебе бы отлежаться сегодня, – продолжала тем временем мама. – Не дай Бог заболеешь.       – Хорошо.       И Шики послушалась ее. На самом деле, она даже не встала с кровати. Она просто взяла ноутбук и…       – О.       – Что такое?       – Да нет, ничего.       Одно входящее сообщение. Данил Зорин принял ее заявку в друзья.       "Привет", - писал он. Сообщение было отправлено только что, поэтому он все еще был в сети.       "Привет", - ответила ему Шики и добавила несколько смайликов. Меньше всего она хотела, чтобы кто-то заподозрил ее в плохом настроении и начал расспрашивать. Но, вопреки всем ее ожиданиям, он не спросил, как дела.       "Зачем добавилась?"       Руки застыли над клавиатурой. Это был неожиданный вопрос.       "Просто так", - набрала она.       "Ты не подумай, я ничего против не имею. Дело в том, что мне постоянно кидают заявки какие-то незрелые школьницы и молчат, как партизаны"       "Я не школьница"       "Ты школьница"       Только Шики хотела возмутиться, как Данил тут же добавил:       "Но зрелая"       Шики невольно рассмеялась. Мама как-то странно на нее посмотрела.       "Вообще-то, я в этом году поступаю в университет"       "Ах, ты какая. И все-таки, как ты наткнулась на мою страницу?"       "Дима Колбасин показал мне твои рисунки. Мне они очень понравились"       "Дима? Какие это он тебе рисунки показывал? У него ничего моего нет. Разве что старье какое-нибудь"       Данил прислал несколько рисунков. Некоторые из них Шики видела у Димы, другие видела впервые. Они были очень похожи друг на друга: все нарисованы карандашом, некоторые аккуратно обведены, другие набросаны достаточно нечетко. Все до единого были изображением человеческого тела, иногда обнаженного, иногда в одежде, как будто бы Данил пытался прощупать человеческую анатомию, уловить движения, жест. И, как заметила Шики, получалось у него весьма неплохо.       "Эти?" - спросил он.       "Да"       "Я так и думал. Этим рисункам уже года два, не меньше. Вот поновее"       И он скинул еще несколько рисунков. Стиль предыдущих работ угадывался мгновенно, но качество выросло просто невероятно. Несмотря на намеренно угловатые формы, каждая деталь в рисунке - это по-прежнему были рисунки людей, на этот раз почти все в одежде - была аккуратно прорисована и обведена.       "Круто!" - воскликнула Шики. - "Мне очень нравится" - и добавила смайлик.       "Ты тоже рисуешь?"       "Да"       "Покажешь?"       "У меня нет сканера, только фотоаппарат..."       "Покажи уже"       "Ахах, ну ладно" - ответила Шики.       И так, совершенно неожиданно для нее, завязался веселый и непринужденный разговор. Шики узнала, что Данил, в отличие от нее, не заканчивал художественной школы, а просто рисовал всю жизнь, пока не достиг своего нынешнего уровня. Она, в свою очередь, рассказала ему о том, как начала фотографировать, показала сначала самые ранние фотографии, а потом те, что сделала в день, когда нашла кольцо. Данил оказался очень внимательным слушателем, он действительно проявлял интерес к тому, что ему рассказывала Шики, задавал вопросы, хвалил за хорошую работу, и совсем не стеснялся ругать за ошибки и недочеты.       "Ты только не принимай на свой счет", - поспешил добавить он. - "Если я критикую, то только потому, что хочу, чтобы ты развивалась. Мне нравится все, что ты делаешь, я считаю, у тебя есть талант, и мне кажется, что не развивать его было бы глупо"       "Спасибо", - ответила ему Шики, не в состоянии согнать глупую самодовольную ухмылку с лица.       На самом деле, она улыбалась уже так долго, что мышцы лица начали болеть.       Когда их разговор подошел к концу, на часах было шесть. За все это время Шики успела изрядно проголодаться.       "Я пойду уже", - писала она. - "Поесть надо бы"       "Хорошо. У меня тут тоже кое-какие дела. Спишемся в следующий раз"       "Пока"       И Шики закрыла ноутбук. Не смотря на жалобы желудка и затекшие ноги, она чувствовала себя превосходно. Даже Оримир заметил, как засияло ее лицо.       – Приготовлю–ка я себе чай, – поднимаясь с дивана, сказала она. – Тебе приготовить?       – Хорошо бы, – ответил демон. – Как насчет тренировки? Твоя мама ушла несколько часов назад.       Надо же, Шики совсем этого не заметила.       – Пожалуй, не сегодня. Может быть зав…       Но она не успела договорить – зазвонил телефон. Он был погребен под одеялом на диване, поэтому Шики понадобилось какое-то время, чтобы найти его.       – Алло? – вставая с дивана с телефоном в руках, ответила она.       – Привет, Аня, – раздался знакомый голос. – Это Миша.       – Привет-привет, – включая чайник, весело ответила Шики.       – Как ты там? Я тебя не отвлекаю?       – Нет, все просто замечательно. Ты как?       – Это хорошо, – Миша сделал вид, словно не услышал ее вопроса. – Я тут подумал… может, нам встретиться еще раз? Завтра, например?       На самом деле она задумывалась о том, что он может ей предложить нечто подобное. Для себя она сразу же решила, что откажет, но сейчас у нее было настолько хорошее настроение, что ей отчего-то не хотелось ему отказывать.       – Хорошо, где встретимся?       – Давай там же, в «Сметане», в пять вечера?       – Идет.       – Отлично. Тогда увидимся завтра.       – Пока.       И она положила трубку. Тут же закипел чайник. Шики приготовила себе кружечку чая, и достала еще одну поменьше, для Оримира. вместе Они уселись смотреть какое-то аниме на ноутбуке, и через несколько часов Шики благополучно заснула.       

* * *

             Утром Шики чувствовала себя гораздо лучше. Мама уже ушла на работу – нужно было проводить месячный отчет – поэтому она решила отправиться на встречу с Мишей пораньше.       Июльское солнце палило так, словно хотело превратить всю Землю в один большой печеный хлебушек. Посреди раскаленных улиц города появились бочонки с холодным квасом и лимонадом – вот уж действительно как червяки после дождя. До встречи с Мишей оставался еще час, поэтому Шики блуждала по центру от одного бочонка к другому, в надежде наткнуться на него, или на какой-нибудь интересный магазин, или вообще на что-нибудь, что могло бы спрятать ее от знойных лучей дневного светила. У очередного бочонка даже образовалась очередь, и она заняла место за молодой девушкой с длинными волосами в короткой клетчатой юбке и черной майке. Шики тут же узнала ее.       – Рыбка?       Девушка обернулась и удивленно взглянула на нее.       – Чешир?       – Привет.       Рыбка внезапно побледнела и, заикаясь, спросила:       – Ч... что ты здесь делаешь?       – Жду тут кое-кого. А ты?       Шики почувствовала что-то неладное после того, как та пропустила ее вопрос мимо ушей, и продолжила смотреть на нее, как на приведение.       – Что-то случилось? Ты в порядке?       Рыбка попыталась улыбнуться, но получилась какая-то страшная гримаса.       – Я в порядке. А ты как? С тобой все хорошо? Не болеешь?       – С чего бы мне?.. – подозрительно спросила Шики.       Что здесь происходит? Что с ней?       – Ладно, эм... – замялась Рыбка. – Мне пора уже идти. Да. Пора. Увидимся позже. Пока!       – Девушка, что Вам? – спросила пухлая продавщица, отпустив последнего клиента.       Но Рыбка даже не повернулась в ее сторону. Напротив, она развернулась и убежала – только пятки и сверкали.       – Пф, – хмыкнула продавщица. – А Вам что?       – Стаканчик кваса, пожалуйста.       Шики еще раз посмотрела Рыбке вслед. Что с ней такое? Она явно не ожидала увидеть ее здесь, это точно, но почему? Надо будет потом обязательно расспросить ее об этом. В конце концов, это было несколько оскорбительно.       Допив квас, Шики выкинула пластиковый стакан в большой мусорный мешок, прицепленный к бочонку, и вернулась к ресторану "Сметана". Как только она подошла к двери, из-за угла появился Миша и подбежал к ней.       – Привет! – расцвел он в улыбке. – Давно ждешь?       – Только вот подошла, – почему все ее встречи начинаются с этих слов? Это уже смешно. – Пойдем?       Оказавшись внутри, Шики внезапно почувствовала резкий подъем настроения. Они сели за свободный столик, выбрали себе что-то легкое из меню, и между ними завязался какой-то ненавязчивый разговор. На этот раз Миша хотел побольше узнать о Шики, о ее увлечениях, об учебе, а та была лишь рада отвечать на вопросы. В конце концов, она настолько увлеклась, что рассказала ему о Даниле Зорине и о том, как вчера она наконец-то с ним поговорила. Миша пытался этого не показывать, но она-то видела, как внутри у него что-то зажало, и он почувствовал легкий укол ревности.       – Так он живет в Ростове? – как бы невзначай спросил он.       – Нет, нет, он не местный, – ответила Шики. – Он живет где-то в сорока километрах от Ростова, какая-то станица, не помню. В Ростове редко бывает.       – Ясно, ясно...       Пришедшая официантка с тарелками перебила их, и когда она ушла, Шики, на радость Мише, сменила тему.              После ресторана они решили прогуляться по Парку Горького, что находился неподалеку. Времени у них было еще много, поэтому они спустились вниз, в центр Парка, прогулялись по цветущим аллеям, прошли вдоль парка развлечений с какими-то странными игровыми аппаратами и качелями. В это время народу здесь было много, играла музыка, а предприимчивые торговцы мороженным зазывали потенциальных покупателей. Шики воспользовалась случаем и подпиталась энергией особо назойливых продавцов. От них не убудет.       Выйдя из парка, они снова оказались на Большой Садовой. Судя по всему, они сделали круг.       – Смотри, – Миша указал на небольшое бело здание с двускатной крышей, на котором была красочная вывеска "5D КИНОТЕАТР". – Ты была когда-нибудь в таком?       – Нет. Хочешь сходить?       – Почему бы и нет. Ты не против?       – Я – нет. Пойдем.       Они купили два билета у худощавого парня в толстых очках, и зашли в кинозал. То была небольшая комната с пятью отдельными креслами, стоявшими на черных металлических постаментах вплотную друг к другу, низким потолком и экраном на всю стену. Шики с Мишей заняли первые места, надели пластиковые трехмерные очки – и погрузились в действо. Несмотря на относительно дешевую графику, изображение было взаправдашно объемное, вентиляторы создавали достоверную симуляцию ветра, а кресла двигались с такой плавностью и четкостью, что путешествие по монорельсу сквозь египетские пирамиды ощущалось всеми внутренностями. Путешествие понравилось им обоим настолько, что они тут же решили попробовать еще одно.       Вышли они из кинотеатра только через полчаса, опробовав половину из предложенного репертуара. У Шики кружилась голова, немного подташнивало, но она была счастлива. И вот они уже хотели уходить, как...       – Шики, – раздался шепот Оримира. – Тени.       Неясные тени.       Этого хватило, чтобы Шики спустилась с небес на землю. Головокружение и тошноту сняло, как рукой, когда она нырнула на первый уровень Серого Мира. Действительно, неясные тени, прорастающие на протяжении всего парка и прилежащей к нему улицы, начали преобразовываться в те самые сферы, из которых в прошлый раз появились темные силуэты. Шики тут же вынырнула в реальный мир.       – Миша, мне нужно бежать, – быстро сказала она.       – Что? Зачем?       – Я... – на мгновение Шики замолкла и подумала – действительно ли нет возможности остаться сейчас с ним? – Я не могу сейчас сказать, у меня... нет времени.       Она уже развернулась и готова была уйти, как он схватил ее за руку.       – О чем ты? Что-то случилось?       – Все в порядке, просто мне нужно идти, – холодно ответила она. – Пока.       – Постой!       Но ее уже было не удержать. Шики вырвалась из его рук и убежала обратно в парк. Там она снова перешла на первый уровень Серого Мира, где собирались неясные тени. Они собирались со всего парка – все мысли, радости и несчастья, переживания и волнения людей обратились в единую форму – в неясные тени, что атаковали ее позавчера. Где-то глубоко внутри поселился страх, заставляющий бежать быстрее, но Шики понимала, что ни в коем случае нельзя позволить ему завладеть ее рассудком.       Нужно было что-то делать.       – Переходи на второй уровень, – подсказал Оримир. – Здесь много народу.       Шики закрыла глаза и на бегу нырнула на второй уровень. На этот раз она прочувствовала порог в животе и пропустила его через себя, как когда-то переходила на первый уровень. Тут же в лицо ударил прохладный ветерок, остужая нагретое солнцем тело. Мир окрасился в серые тона, люди исчезли, и вместо них появились неясные тени. Они уже полностью сформировались и приняли форму девушки с длинными волосами, только на этот раз их было не пятеро, а пятьдесят или около того.       – Вот это не очень хорошо, – сказал Оримир и закричал: – Бежим!       И они побежали. Шики рванула вперед со всей скоростью, на которую была способна, и тут же тени набросились на нее. Оримир взлетел ввысь, а девушка взмахнула рукой вокруг себя – и огромная рука Триттаса тут же разбросала неясные тени вокруг нее. На этот раз она покончила с ними быстро, но на смену пяти тут же пришло еще десять.       Шики вырвалась из Парка и оказалась на Пушкинской. Неясные тени были слева от нее, и тут же бросились следом, как только девушка рванула направо, вверх по улице.       – Кажется, я могу... – начал Оримир, но тут же одернулся. – Я хочу кое-что попробовать, но ты беги и не оборачивайся!       – Что ты еще там вздумал?       Она обернулась и увидела, как Оримир протянул руку и из его ногтей ударили в землю две огромных белых иглы – точно такие же, какие были у ангела Миши. Он пронзил одну из теней, которая тут же растворилась в воздухе, как сигаретный дым.       – Ого! – чуть не споткнулась Шики от удивления. – Ты и такое умеешь? Почему раньше молчал?       – Я не умел, – ответил тот, поспевая за ней. – Я получил эту способность, когда ты убила того ангела, помнишь? Ты поглощаешь способности тех, кого убьешь. Так устроены ангелы и демоны.       – То есть и я могу делать что-то подобное?       – Я не знаю. Может быть. А может, и нет.       С громким звоном еще одна игла вонзилась в землю – и тут же испарилась в воздухе с еще одной тенью.       – Почему они не нападают?       Шики еще раз оглянулась. Действительно. Тени держатся на расстоянии, но не отстают и не нападают. Чего же они хотят? Ответ напрашивался сам.       Шики резко затормозила.       – Они ведут нас в ловушку!       Как она и ожидала, тени тоже остановились, окружив ее со всех сторон. Некоторые из них снова слились в единое облако, представшее прямо перед Шики, которое тут же выросло до человеческих размеров. Однако оно не приняло форму девушки, как тени до нее, а так и осталось неясной фигурой.       – Шики, – прошептал Оримир. – Это и есть наш ангел. Выходи в реальный мир.       Девушка вздохнула и медленно вышла из Серого Мира. Когда мир вернул свои краски (и свою жару), неясные тени исчезли, а на их месте оказалась...       – Рыбка! – выдохнула Шики.       Светловолосая девушка в черной майке и клетчатой юбке. Ее лучшая подруга.       – Чешир.       – Как?.. – Шики захлебывалась вопросами. – Почему?       – Неужели ты до сих пор не поняла? – искренне удивилась Рыбка. – Ведь это все твоя вина.               С тех самых пор, как мы с тобой познакомились, ты всегда была лучше всех. Все носились за тобой, как за Граалем, Чешир то, Чешир это... Я думала, что если я стану такой же, как ты, то тогда успех будет и на моей стороне. Тогда я и стала твоей подругой.       Но как бы я ни старалась, ты все равно была лучше меня. И тогда я задалась вопросом: а действительно ли это так? Я поняла, что на самом деле, дело не в твоих талантах, а в том, что ты все загребаешь под себя. Когда появляется шанс покрасоваться, ты тут как тут, привлекаешь всеобщее внимание. И в итоге те, кто пришли после тебя, остаются с разбитым корытом. Мои друзья переставали со мной общаться, меня не признавали одноклассники – считали меня бездумной копией тебя – и даже мой парень в итоге ушел от меня!       Если бы не ты, моя жизнь была бы гораздо лучше. Нет, не так – я благодарна твоему появлению. Благодаря тебе, теперь я знаю, какой я должна быть. Но для того, чтобы я могла стать тем, кем хочу, ты должна исчезнуть. Наконец-то у меня появилась эта возможность.              С этими словами из ее спины с мерзкими чавкающими звуками выполз ангел – обезображенный торс однорукого человека с завязанными глазами. Рыбка на секунду скорчилась от боли, но в следующее мгновение ее лицо озарила улыбка.       – Покончить с ней! – прокричала она и вместе с ангелом вскинула правую руку вперед.       Шики нырнула в Серый Мир, но лишь для того, чтобы увидеть, как неясные тени напрыгнули на нее со всех сторон. Девушка была поглощена огромной черной тучей, в которую обратились многочисленные неясные тени. Рыбка улыбалась во все лицо, а ангел за ее спиной шипел от удовольствия. Туча вскоре завалилась на землю, и за ней уже не было видно ни девушки, ни ее спутника-демона.              Со звуком, похожим на тот, который издает рвущаяся бумага, огромные когти Руки Триттаса разрезали толстый слой неясных теней, и Шики, на удивление своей бывшей лучшей подруги, выпрыгнула вперед. Одной рукой за ее плечо держался Оримир, а вторую он вскинул вперед, как только выбрался вместе с хозяйкой из черного плена, и огромная белая игра пронзила грудь ангела. Рыбка вскрикнула и схватилась за грудь, как будто бы получила пулевое ранение, и упала на колени. Неясные тени растворились в воздухе, издавая предсмертные хрипы, тонкий визг, словно электрический звук синтезатора. Шики, искаженная устрашающей гримасой ненависти, подошла к Рыбке, и с широкого размаха дала ей пощечину. От удара такой силы девушка перевернулась и упала на живот, а Шики с силой наступила ей на плечо и схватила ангела, торчащего из ее спины. Потянула, пока с противным влажным звуком не вырвала его с корнем, и швырнула его на землю рядом с собой. Как и Миша, Рыбка тут же потеряла сознание. Ангел попытался уползти прочь, но Шики наступила на кровоточащий отросток, который соединял его с девушкой, и тот вздрогнул. Она замахнулась еще раз и со всей силы размазала его по земле рукой Триттаса. Его разрывающаяся плоть и ломающиеся кости отдавались болью на ее собственной ладони, и когда она убрала руку, от ангела осталась только перемолотая плоть. Тут же останки озарились ярким светом и перетекли в кончики пальцев руки Триттаса – сила этого ангела теперь была ее собственной.       Ангел мертв.       Шики, покрытая царапинами, упала на колени. Неясные тени успели изрезать ее лицо и руки, прежде чем сгинуть под ее последней атакой. Рыбка лежала без сознания рядом, но она теперь не хотела ее даже видеть. Ангел прикрепился к ней, значит, ее желания были искренними. И за это Шики никогда не сможет ее простить.       Стоило ей подумать об этом, как где-то глубоко внутри заныло чувство печали. Ей потребовалось несколько минут, чтобы понять, что то была печаль по утерянной дружбе.       Многие отворачивались от Шики, играя в показную дружбу, когда не добивались от нее того, чего хотели для себя. И хоть она была рада избавляться от двуличной ноши, каждый ушедший друг оставлял горький привкус предательства на ее сердце.       – Шики, – услышала она голос бедного Оримира. – Нам нужно идти.       Она поднялась на ноги и, еще раз взглянув на бесчувственную Рыбку, побрела прочь отсюда. Вскоре она ушла достаточно далеко и вынырнула из Серого Мира.              Когда она подошла к пересечению Пушкинской и Ворошиловского, кто-то окликнул ее сзади. Шики обернулась, и к своему ужасу обнаружила, что это Миша.       – Аня, – запыхавшись, говорил он. – Я тебя повсюду искал, где ты… что это с тобой?       – Ничего, – обернулась она, скрывая свое лицо. – Мне надо домой.       – Что случилось? Пойдем, я провожу тебя.       – Нет.       – Но…       – Нет! – крикнула Шики и оттолкнула его. – Не надо меня провожать! Не надо звать меня в рестораны! Надоело!       И тут случилось то, чего она ожидала меньше всего. Миша словно сошел с ума: его смазливое лицо вдруг исказилось от ненависти, своими тонкими пальцами он впился в ее руки, сильно сжимая, и прорычал:       – Нет, я буду провожать! Буду звать! Тебе будет хорошо со мной! Ты будешь моей!       Какая-то странная энергия пульсировала в нем, такая, какой Шики еще никогда не чувствовала. На самом деле, эта энергия уже давно была в нем, просто она не замечала этого. Слащавое чувство, от которого становилось мерзко на душе – что это такое?       – Шики! – Оримир вдруг появился в реальном мире и напал на Мишу, царапая ему лицо.       Парень завизжал от страха и боли, схватил демона и отбросил его в сторону. Шики споткнулась и упала, ударившись бедром о тротуар. Ей хватило смекалки, чтобы тут же нырнуть на второй уровень Серого Мира. И тут ее ждали только плохие новости.       Еще один ангел торчал из спины Миши.       Только на этот раз это была женщина с длинными золотистыми волосами. Уродливая, как и все остальные ангелы – у нее не было губ и нижней челюсти, а ее язык болтыхался из открытой шеи, как огромный лоскут омертвевшей кожи.       – О нет, – услышала она голос появившегося рядом с ней Оримира. – Только не это. И как я сразу не догадался?       – О чем ты?       – Этот Ангел. Я его знаю. Это Амур.       – Что?       На этот раз Ангел не стал ждать удара Шики. Он впрыснул свой яд Мише, и тот повалился без чувств прямо под ее ногами, а сам он отцепился от спины и, взмахнув двумя золотыми крыльями, вознесся над их головами. В левой руке Амур сжимал искусно вырезанный золотой лук со светящейся тетивой, а на правой руке у него была перчатка, немного напоминающая ту, что была у Шики.       Та, в свою очередь, осознав произошедшее, вскочила на ноги и спряталась за ближайшим деревом. Вовремя – ведь тут же с громким свистом рядом с ней вонзилась в землю длинная белая стрела, в то самое место, где она только что сидела и наблюдала за пробуждением Амура. Оримир тут же подлетел к ней.       – Что нам теперь делать? – шепотом спросила Шики.       – Понятия не имею. Но победить его мы обязаны.       Амур тем временем выпустил еще одну стрелу – и она пробила дерево насквозь. Шики увернулась в последний момент, но явно не ожидала такой проникающей силы. Она замахнулась и выскочила из-за укрытия, чтобы нанести удар, но Амур опередил ее. Ему удалось увернуться и взмыть еще выше, в то время как его стрела задела правую руку Шики и расцарапала ее чуть выше локтя. Кровь обагрила ствол дерева, а девушка, схватившись за рану, снова уперлась в свое укрытие.       – Шики! – Оримир подлетел к ней. – Он попал в тебя? Покажи!       Но она не отвечала. Она лишь сильнее сжимала плечо, смотря в пустоту, скрипя зубами, не обращая внимания ни на демона, ни на ангела. Поэтому когда Амур облетел вокруг дерева и их взгляды поравнялись, она никак на это не отреагировала. Она смотрела ему в глаза, в эти отвратительные белые глаза, когда он натягивал тетиву своего золотого лука. И когда Амур уже готов был отпустить появившуюся в его руке стрелу, неясные тени набросились на него со всех сторон.       – Что? – только и выдавил Оримир.       Шики сделала шаг вперед и отпустила свое плечо. Пытаясь вырваться из объятий теней, Амур выронил свой лук, но нападающих становилось все больше и больше. Девушка подняла его лук и снова взглянула ему в глаза.       Никто не произнес ни слова.       Она подняла лук и натянула тетиву. Между ее пальцами образовалась длинная белая стрела, ровная и сияющая под лучами серого солнца. Амур замотал головой, словно бы прося пощады, но никакой пощады для ангелов быть не могло.       Не от Шики.       Она разжала пальцы, и стрела с огромной скоростью пролетела сквозь голову ангела, как раскаленный нож сквозь масло.       Шики опустила лук, а неясные тени опустили безжизненное тело ангела на землю.       – Что… что ты только что сделала?       На этот вопрос у нее не было ответа. Амур, как и его первый ангел, покрылся ярким свечением и исчез – равно как и золотой лук – а неясные тени развеялись на ветру. И тут произошло неожиданное.       Рваная рана от стрелы кольнула ядовитой болью, и Шики снова схватилась за плечо. Упершись в дерево, она опустилась на землю. Оримир подлетел ближе.       – Что с тобой? – заверещал он. – Шики? Посмотри на меня. Что с тобой?       Но она не успела ответить на его вопрос, даже если бы могла. Взглянув в его глаза, она глубоко вдохнула и потеряла сознание.