Застрявшие

      С самого раннего детства Маринетт терпеть не могла уроки физкультуры.       Сначала из-за неуклюжести и окружающих, которые не могли не комментировать её очередное воистину фантастическое падение, столкновение со стеной, запутывание в волейбольной сетке или способность ловить мяч затылком. И даже если одноклассники находили в себе силы тактично промолчать, рядом всегда находился её верный враг – Хлоя Буржуа. Уж она-то не упустит ни единой детали позора Мари.       Когда, казалось бы, хуже быть не могло – стало. В их классе появился Адриан Агрест, и неуклюжесть Маринетт обрела второе дыхание. В очередной раз вписываться в дверной косяк, падать парню под ноги или, ещё лучше, благодаря своей неловкости сбивать его с ног, стало в разы мучительнее.       Маринетт примирилась и с этим. Во многом потому, что пришло время, когда ситуация опять ухудшилась. Хотя куда уж? Став владелицей Камня Чудес божьей коровки, из-за постоянной нагрузки в виде беготни по крышам, полётам между домами, подтягиваниям, прыжкам, акробатическим этюдам, легко дававшимся в боевом облачении, Маринетт постепенно обрела физическую силу, выносливость, координацию движений, гибкость, ловкость и быстроту реакций и вне трансформации. Всё это теперь жило в ней на уровне рефлексов.       И пусть при виде Адриана её мозг отключался и тело пускалось отплясывать очередную нелепую джигу, на самом деле Маринетт с лёгкостью могла сдать любой норматив, выиграть в любом спортивном состязании и при этом даже дыхание не сбить. Куда сложнее было маскировать свой внезапно открывшийся талант, потому что упасть случайно всегда проще, чем заставить себя унизительно ткнуться носом в пол спортзала специально.       Вот поэтому Маринетт мечтала о внезапной температуре, кишечном расстройстве или стригущем лишае в день урока физкультуры.       И Вселенная наконец-то услышала её мольбы, да ещё самым удачным образом. Мадам Бюстье разрешила не переодеваться в спортивную форму и попросила всех собраться в спортивном зале. Она, голосом полным искреннего сочувствия, сообщила о недомогании месье де Жанкура, и попросила проявить всех понимание и вести себя как взрослые люди.       От них всего-то и требовалось, что тише воды, ниже травы просидеть полтора часа в спортзале, никуда не выходить, спортивный инвентарь не трогать, скандалов и междоусобиц не устраивать. Вроде бы всё легко и понятно, да, они, действительно, люди разумные.       Класс разбрёлся по спортзалу, рассаживаясь по разным углам парами, группками или в уединении, никто не испытывал проблем с заполнением собственного досуга.       Милена и Айван сидели на одной скамье, Джулека и Роуз чуть поодаль, но и те, и другие тихо о чем-то беседовали, склонив друг к другу головы. То и дело до Маринетт доносился искристый смех Милен или Роуз. Ким, Адриан и Макс с жаром обсуждали какую-ту новую игру, сгрудившись над портативной консолью. Нино слушал музыку, слегка постукивая носками обутых в кеды ног и кивая головой в такт. Алья прислонилась к его плечу и с головой погрузилась в Ледиблог. Хлоя обсуждала последние новинки моды с Сабриной, но делала она это так громко, что уж скорее требовала непременного внимания вообще от всех, чем обращалась лично к подруге. Аликс, пренебрегая просьбой мадам Бюстье, в одиночку гоняла по залу мяч, несмотря на свой небольшой рост, раз за разом ловко закидывая его в корзину.       Маринетт думала, что опять предастся самозабвенному рисованию Адриана, но, когда взгляд наткнулся на уже что-то рисующего Натаниэля, желание переводить бумагу пропало. Может, ей вместе с мальчишками поглядеть на новую игру? В играх она спец.       Они вполне могли провести этот урок в спокойном безделье, если бы не неожиданное предложение Альи:       – Ребята, давайте сыграем? – дождавшись, когда все поднимут к ней заинтригованные взгляды, блогерша триумфально уточнила. – В бутылочку.       – Эй, Алья, – встрепенулся Нино, – могла просто намекнуть. Я бы не отказал.       И тут же схлопотал тычок острым локтём.       – Да ладно вам, это всего лишь игра. Способ весело провести время. Мы застряли здесь на полтора часа!       – Это может быть интересно, – ошеломлённые одноклассники повернулись к Роуз, которая тут же безуспешно попыталась спрятаться за Джулеку. – А что такого?       – Да, – весомо обронила Джулека.       – Видите, нас уже пятеро, – торжествовала Алья.       – А кто четвертый и пятый? – отозвался Ким.       – Я, Нино, Роуз, Джулека и Маринетт, – загибая пальцы перечислила мадемуазель Сезер.       Нино даже не удивился решению, принятому за него, он успел научиться перечить Алье только в действительно важных случаях.       – Э-э, Алья... – начала Маринетт, но подруга категорично на неё зашипела.       – Шшш, для тебя ж стараюсь! Ну, мальчишки, давайте, или вы собираетесь только смотреть, как целуются девушки?       Парни начали переглядываться, не слишком напуганные перспективой только смотреть. Почему бы и нет?       – Не вижу в этом смысла, – неуверенно возразила Милен.       – Да ладно, Милен, неужели ты не сможешь поцеловать Роуз или меня? Мы же подруги. Что в этом такого?       – Я целоваться с кем попало не стану! – вздёрнула свой маленький носик к потолку Хлоя, презрительно отворачиваясь.       – Хорошо, давайте договоримся, если целовать кого-то не хотите, то в качестве штрафа снимаете с себя одну любую вещь.       – А если мы так совсем разденемся? – пролепетала Роуз, обнимая себя руками, словно её уже начали раздевать.       – Да ну, – отмахнулась зачинщица, – представь сколько раз тебя должны отказаться поцеловать? На такую долгую игру у нас просто не хватит времени!       – Я в деле, – Аликс в очередной раз закинула мяч в кольцо и, поймав его, положила на место. – Будет весело.       – Ну... – Милена обменялась с Айваном неуверенными взглядами. – Ладно, мы поучаствуем, если все согласятся.       – Отлично! Нат?       Натаниэль вздрогнул, но ответил Алье пожатием плеч, что было истолковано как положительный ответ.       – Прекрасно, Ким, Макс, Адриан?       – Хорошо.       – Так и быть.       Адриан не успел ответить сам, за него всё решил ураган по имени Хлоя:       – Конечно, мы с Адрианчиком играем!       Сабрина шла в комплекте.       Алья сунула Нино в руки полупустую бутылку воды, парень понял подругу без слов и покорно допил содержимое.       – Вот и умнички, – её радость должна была насторожить, но никто не придал этому значения. – Уточняю правила: тот, кто крутит бутылочку, целует того, на кого укажет крышка. Поцелуй длится пять секунд. Если целоваться не хотите – снимайте с себя одну вещь. Серьги, заколки, кольца, часы и прочая бижутерия одеждой не считаются. Всем всё понятно?       Ребята, послушные злой воле Сезер, сели тесным кругом – плечом к плечу – в центре зала.       – Я предложила, – безапелляционно начала Алья, – всех уговорила, бутылка моя, я первая!       Хлоя уже сделала глубокий вдох, чтобы начать возражать, но была остановлена суровым взглядом поверх очков. Смуглые пальцы жестом прожжённого уличного фокусника раскрутили бутылку. Все подались вперед, почему-то считая этот самый первый ход чуть ли не судьбоносным. Бутылка замерла, зелёный колпачок горлышка указывал на Джулеку.       Девушкам пришлось встать и выйти в центр, их круг получился слишком большим, чтобы можно было дотянуться друг до друга, не сходя с места. Джулека в волнении откинула с лица челку, Алья улыбалась. Их поцелуй был простым прикосновением губ к губам, одноклассники мысленно считали до пяти, во все глаза глядя на девушек. Нино, казалось, сейчас в обморок упадёт.       – Вот, и небеса не разверзлись, и кары Господней не последовало, - Алья закатила глаза.       Для Маринетт причина, по которой Алья была такой довольной, оставалась загадкой. Джулека крутанула бутылку уверенно, пусть и не так театрально, как Алья. Ей досталась Хлоя.       – Что? Нет! Вы, должно быть, издеваетесь! Это ошибка!       – Хлоя, игра есть игра, целуй или раздевайся.       – Я до такого не опущусь! – Хлоя нервно сдёрнула с головы солнцезащитные очки. – Вот, я "разделась", довольны?       – Очки – это аксессуар – начала Алья, – я же сразу сказала...       – Ты перечислила серьги, заколки и прочую бижутерию. А эти очки стоят дороже, чем вся твоя одежда вместе взятая!       – Ладно, но парные вещи снимаем попарно, – Алья указала на туфли. – С ними расстанешься одновременно. Понятно?       – Понятно! Всё, давайте.       Не дожидаясь, пока Джулека стянет с рук ажурные полуперчатки, Хлоя раскрутила бутылочку. Какие бы надежды и мечты она на это не возлагала, горлышко смотрело на Маринетт.       – Фуу, у вас бутылка какая-то неправильная.       Хлоя с самым недовольным выражения лица, словно унюхала что-то с окончившимся сроком годности, аккуратно отставила в сторону балетки.       – Я ни на чём и не настаиваю, Хлоя. – Маринетт положила пиджак на пол позади себя. – Мне тебя целовать тоже не хочется, так что это у нас взаимно.       И пусть голос звучал уверенно, но сердце подпрыгнуло, в душе затеплилась надежда – ей-то уж точно повезет. Да, их в кругу сидит аж четырнадцать человек, и вероятность единственного нужного ей исхода просто ничтожна, но ведь она Леди Удача, Фортуна обязана ей улыбнуться. Не так уж часто Маринетт становится баловнем судьбы, так может, именно сегодня окупятся все её неудачи одним золотоволосым зеленоглазым джекпотом?       Рука дрожала, и вращение получилось вялым, бутылка проползла меньше круга, её движение почти остановилось, когда она указывала на Адриана. Сердце Маринетт замерло в радостном предвкушении, а ненавистный кусок пластика нашёл в себе силы проскользить ещё немного и остановиться напротив Нино.       Нет, Мари ничего против Нино не имела, но...       Тринадцать пар глаз выжидательно уставились на Алью. Девушка закатила глаза и махнув руками перед грудью изрекла:       – Целуйтесь.       – Алья, ты...       – Маринетт, это же Нино, ничего страшного.       Совсем некстати вспомнилось, что когда-то Нино нравилась именно Маринетт, и лишь Бражник со своей акумой помог столкнуть парня с Альей. Хоть что-то хорошее этот мотылёк сделал.       – Алья... – предпринял попытку сам Нино.       – Что Алья? Нино, да Маринетт нам как сестра или дочь, подумаешь, поцеловать родственницу. Можно подумать! Давайте уже!       Сестра или дочь? Пока одноклассники пытались разобраться в странных родственных отношениях семей Дюпен-Чен, Сезер и Ляиф, Нино повернул бейсболку козырьком назад и решительно шагнул к Мари.       Это было странно... Странно никак. С таким же успехом Маринетт могла бы на пять секунд, кстати, вслух отсчитываемых Альей, замереть, уткнувшись в стену. Она даже неловкости не ощутила. Стерильно.       Возвращаясь на место, Нино бросил гневный взгляд на свою девушку. Для чего ей эта игра понадобилась, он никак не мог понять. Хотела целоваться? Его уговаривать не надо. Он бы даже при всём классе её поцеловал, если бы она изъявила желание. И главное, ведь никто изначально играть не хотел. Какой магией эта ведьма усадила их в круг и теперь вынуждает целовать всех подряд?       Он с силой, вкладывая в бешеное вращение всё своё негодование, пустил бутылку в пляс. Адриан.       – Ну нет, прости, бро, но кем бы ты там мне не приходился – другом, братом, сыном, или что там ещё у Альи в голове, но тебя целовать я не буду.       Алья низко склонила голову, безуспешно пытаясь скрыть улыбку, её плечи тряслись от беззвучного смеха, она прошептала так тихо, что расслышать могли только сидевшие рядом Нино и Маринетт:       – Ну и зря, я б на такое посмотрела...       «Извращенка!» – молча, одними только губами откликнулся Нино, сдёргивая с себя бейсболку, Адриан снял рубашку.       Маринетт вновь воспаряла духом, теперь очередь Адриана, а значит у неё опять есть шанс. Она смотрела на ровный бег бутылки, заклиная её остановиться, указывая на неё. Ну, пожалуйста! Иначе она никогда-никогда так и не решится сделать шаг навстречу парню своей мечты, а в игре это, вроде как, и не её решение. Это судьба!       Горлышко бутылки указало далеко от Маринетт, хищная самодовольная улыбка вспыхнула на губах Хлои, она подскочила с места как ужаленная, нетерпеливо вытягивая Адриана в центр круга.       Маринетт опустила взгляд в пол, нервно сжимая кулаки на коленях, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не закричать. Не смотреть, не смотреть, не смотреть. Если она посмотрит, то расплачется, или кинется на Хлою с кулаками. Нельзя. Ни то ни другое нельзя. Это просто игра. И Адриан непременно бы отказался от этого поцелуя, Хлоя просто не дала ему шанса. Она такая решительная, а Маринетт…       Она прекрасно отдавала себе отчёт, что Адриан не будет ждать вечно, вокруг него вьётся множество девчонок. Рано или поздно он начнёт с кем-либо встречаться. Странно, что до сих пор ещё не начал. И едва ли его выбор падёт на незаметную Маринетт Дюпен-Чен, особенно если она наконец-то не очнётся и не сделает хоть что-нибудь решительное.       – Ну все, хватит, Хлоя. У нас тут игра, а не обед из трёх блюд.       Пусть Маринетт и не поднимала глаз, но такого описания было более, чем достаточно, чтобы составить впечатление о происходившем над её головой.       Теперь очередь дочки мэра раскручивать бутылочку. Судя по довольной и сытой улыбке Хлои, она действительно верила в своё везение и не на секунду не усомнилась, что ей опять улыбнётся удача. И тем громче был вопль её разочарования, как и сердитое бурчание Нино, без раздумий снимающего кеды. Хлоя стеная и заявляя, что чуть ли не умирает, вытянула ремень.       – Ремень – это аксессуар, – тут же вмешалась Аликс. – Снимай его вместе со штанами.       – Вот ещё! Мой ремень – это, безусловно, предмет одежды!       – Потому что стоит как весь мой гардероб?       – Да!       Это могло продолжаться довольно долго, но на Хлое из одежды, кроме ремня, оставались капри, кофта да футболка, а под ними бельё, если, конечно, мадам-такое-совершенство носит бельё. И почему они все такие злые? Хлоя и так рискует остаться без ничего к концу их игры.       – Ладно вам, – вмешалась Маринетт, – засчитайте ей ремень за вещь. – Хлоя надменно фыркнула, выражая свою уверенность, что и дальше все будут ей потакать. – Но это последняя поблажка, – жёстко добавила Мари.       Очередное вращение пластиковой бутылки наконец-то принесло глоток счастья всем. Даже Нино был доволен, склонившись к Алье за поцелуем. Не игровым, а вполне настоящим, никто и не думал считать секунды. Хорошо хоть, среди них нашлись скромники, решившие застенчиво отвести взгляд, правда, не все. Нино довольно улыбался, Алья хмыкнула, кривя губы, но глаза сияли. Только Хлоя опять не смогла сдержаться, хныча о том, что её чуть не стошнило.       В следующий ход Алье надо было поцеловать Сабрину, что она и сделала с искренней улыбкой. Может, Алья ведёт какое-то журналистское расследование, иначе чего ей так радоваться? Сабрина с воодушевлением крутанула бутылку, с азартом следя за её движением. А когда горлышко указало на Макса, она застенчиво улыбнулась, всем своим видом выражая, что совсем не против. Макс, поправил съехавшие очки, деловым тоном заметив, что находит согласие девушки лестным, и не отказался получить причитающееся ему согласно правилам.       – Сабрина, не-ет, как ты можешь? – естественно, мадемуазель Буржуа не умела молчать.       – Хлоя, это всего лишь игра, – шепнула ей Сабрина, тщетно пытаясь улыбаться не так довольно.       Привыкшая быть верной подругой, незаметной тенью, она радовалась, что её наконец-то заметили и не стали презирать за выбор и поступки Хлои.       Подарившая самой невыносимой девушке класса поцелуй её мечты, госпожа Фортуна явно устала от бесконечных замечаний дочери мэра, и принялась за месть – сначала той достался в пару Макс.       – Я не буду целовать никого кроме Адрианчика, – брезгливо отвернулась она, лениво стягивая с плеч кофту.       А потом Фортуна подбросила ей в напарницы Алью. Блогерша с каменным выражением лица сняла с себя рубашку, оставаясь в белой майке. Приподняв брови, она выжидающе уставилась на Хлою.       – Я не обязана этого делать!       – Конечно, Хлоя, ты можешь как всегда сбежать, поджав хвост.       – Хлоя Буржуа никогда не сбегает!       – Да ну?       Зарычав, Хлоя сняла свои невероятно ценные брючки от CHANEL и поспешно села на пол, оттягивая футболку вниз, в попытке хоть как-то прикрыться. Надо отдать ей должное, с лица так и не сошло прежнее по-королевски надменное выражение.       Для следующего поцелуя Алье досталась Милен. Девушка стеснялась, стыдливо отводила взгляд, но всё равно поцеловала хозяйку этого балагана. И в следующий же ход была вознаграждена судьбой за свои страдания очередным поцелуем истинной любви от Айвана. Везёт же некоторым! Эту парочку за лобзаниями заставали довольно часто, но порадоваться их большому и светлому чувству многократность повторений не мешала. Как и заволноваться о том, кого придется целовать Айвану в следующий ход.       Ему выпало встретиться взглядом с Роуз. Роуз, которая – на секундочку – первая поддержала безумную идею Альи, вся сжалась.       – Прости, Айван, я не могу.       Гигант только ободряюще улыбнулся заалевшей девушке. И девушка, и парень расстались с обувью. Интересно, в их кругу остался хоть кто-то обутый? Роуз робко коснулась бутылки, которая не смогла описать ни одного круга и замерла напротив Маринетт.       Мари с мольбой поглядела на робкую одноклассницу.       – Роуз, пожалуйста, – шёпотом позвала девушка, понимая, что на ней только и осталось, что бельё, бриджи и футболка, ещё немного и она окажется в одной лодке с Хлоей. Хотя, нет, Маринетт решила, что просто снимет бюстгальтер, и, да, она всё равно всем продемонстрирует своё сиропно-розовое бельё с рюшками и бантиками из атласных ленточек, но зато сама останется вполне одетой.       Роуз прониклась мольбой подруги. Её, в полном соответствии с именем, окутывал сладкий аромат цветов, а губы были мягкими и бархатистыми, как лепестки розы. Маринетт сама не ожидала, но от этого поцелуя её бросило в краску. Прежде, чем сесть на своё место, она прошептала однокласснице "спасибо".       Маринетт, как в тумане, до сих пор смущённая, не глядя крутанула бутылку, особо ни о чем не молясь и ни на что не надеясь. Главное – не Хлоя, а то придётся раздеться. Из плена грёз её вывел шёпот Альи, толкающей подругу в плечо:       – Маринетт, давай. Девушка посмотрела на бутылку, потом на смущённого больше Роуз Натаниэля. А ведь ему почти удалось отсидеться, почти повезло не принять участие в этой ярмарке тщеславия. Почти... Маринетт предпочла бы столкнуться с Хлоей, с ней хотя бы всё понятно.       Нат девушке нравился, но как друг. А она ему нравилась как девушка. Откажется сейчас его целовать – оскорбит, и придётся всем продемонстрировать бельё. Поцелует – даст надежду. А ещё Адриан, так ненавязчиво сосватавший её рыжему художнику, наверняка, убедится в своей правоте.       Нельзя быть как Хлоя, а Натаниэль совсем не виноват в проблемах её личной жизни, она не может его обидеть за собственную неспособность признаться парню своей мечты. Маринетт шагнула в круг, даря однокласснику ободряющую улыбку, и подставляя губы для поцелуя. Когда они отстранились друг от друга, Мари с трудом подавила смех облегчения – ничего страшного не произошло, это просто игра. «Это просто игра» – мантра сегодняшнего дня, которой каждый убеждал себя в безобидности своих действий. Главное не дать себе в этом усомниться.       Следующим партнером по поцелуям для Натаниэля стала Аликс. Она не возражала и не медлила, позволила художнику собраться с мыслями, продержалась касаясь его губ пять положенных секунд, и решительно крутанула бутылочку. Аликс выглядела так, словно только и ждала, когда же очередь дойдёт до неё. Бутылочка указала на Кима. Ли Тьен скривился, выражая несогласие с ситуацией:       – Неет, я мелких не...       – А я из-за дураков не раздеваюсь, – отрезала Аликс, и быстрее, чем парень успел отреагировать, схватила его за грудки и притянула к себе, впиваясь совсем не невинным поцелуем в губы своего извечного соперника.       Несколько ребят зааплодировали, девушки улыбались, выражая восхищение решительностью Аликс.       – Давно пора, – одобрила Алья.       Аликс под гул оваций села на своё место, сохраняя маску невозмутимости, Ким постарался выглядеть столь же уверенным, но предательски порозовевшие щёки выдавали с головой. Он вращал бутылку со злостью, почему-то считая, что, поддавшись Аликс, проявил слабость. А может она и вправду опять его обыграла?       Во всяком случае в этот ход судьба подкинула ему шанс отыграться. Чем-то их пластиковой бутылке очень нравилась Хлоя. Или это Вселенная наконец-то обрушила на её голову кару за все те гадкие поступки и слова.       Ким когда-то действительно был влюблён в Буржуа, он искренне хотел ей понравиться, но взбалмошная блондинка умела вырывать из сердца всякие ростки тёплых чувств. Парень до сих пор иногда посматривал в сторону одноклассницы с тоской, но обида и разочарование так и не прошли.       – Снимай футболку, – он ухмыльнулся, довольный, что может отплатить обидчице унижением.       – Но, Ким, я же... – Хлоя попыталась напомнить о когда-то теплящихся в его душе симпатиях. Безуспешно, Ким уже снял с себя кофту.       – Не, с тобой целоваться я не хочу, потом еще противоядие искать.       Хлоя вспыхнула, сверля Кима испепеляющим взглядом.       – Ты об этом ещё пожалеешь!       И девушка с убийственной решительностью сняла через голову футболку. Красивое кипенно-белое кружевное белье могло бы послужить предметом зависти, если бы не его демонстрация при всём классе. Маринетт ощутила жалость к своему верному врагу, не потому что она осталась полуголой, а потому что никто из одноклассников не думал за неё заступиться. Даже Адриан сидел, уставившись в пол. Хотя, Хлою никто не заставлял, это же игра, а не экзамен, в любой момент можно встать и уйти. Так что она жертва собственного упрямства, гордыни, глупости и нежелания по-человечески относиться к окружающим. Нет, Маринетт не испытывает к ней сочувствия.       Хлоя схватила бутылку с таким видом, словно готова её смять и зашвырнуть куда подальше. Сегодня у мадемуазель Буржуа плохой день – зелёная крышка указала на Натаниэля.       Вот теперь художник выглядел испуганным, но лишь мгновение. Нат быстро осознал, что у него есть преимущество. Более того, все ждут именно его шага: поцелует или разденет догола. Он подошел к багровой Хлое, с ненавистью глядящей на проклятую бутылку. Она была так зла, что, кажется, забыла о своей почти наготе. Натаниэль протянул ей ладонь, галантно предлагая опору, чтобы встать, но Хлоя небрежно ударила его по руке.       – Неужели ты думаешь, что я буду целоваться с тобой?!       – Хорошо, – Нат на удивление спокойно скрестил руки на груди. – Тогда ты должна снять с себя одну вещь.       – Никогда!       – Вот, ты опять хлюздишь, что и требовалось доказать, – весёлый голос Альи заставил окружающих очнуться, они так погрузились в представшую перед ними сцену, что абсолютно забыли друг о друге. – Ты отлично прячешься за папочку, а сама ни на что не способна.       – Заткнись, Сезер!       И Хлоя, будучи в одном только нижнем белье, дорогом, красивом, изящном – повторила подвиг Аликс, хватая Натаниэля за пиджак и притягивая к себе. Нат такого точно не ожидал, он нелепо взмахнул руками, чтобы удержать равновесие, на лице застыло выражение ужаса.       – Видишь, Сезер, я могу утереть нос кому угодно!       – А-га, а сейчас ты кому нос утёрла? – Алья наслаждалась, даже не думая прятать телефон, на котором только что появился весьма компрометирующий снимок Хлои Буржуа.       Неизвестно могла ли закончится их игра дракой, но всё прервала Калин Бюстье. Она уже какое-то время стояла в дверях, и всех волновал вопрос, как много она видела и слышала. Парочку, в центре странного круга из застывших сидячими статуями учеников, она признала виновными сразу.       – Месье Куртцберг, мадемуазель Буржуа, пройдите, пожалуйста, к директору. Только оденьтесь, прошу вас.       Разумеется, всех остальных тоже не отпустили просто так. До конца урока мадам Бюстье читала им лекцию о недопустимости подобного поведения, особенно в стенах школы, долго говорила о ценности и хрупкости взаимоотношений. Так что урок физкультуры плавно обернулся уроком морали, этики и полового воспитания. Ребята бледнели, краснели и зеленели, кто от стыда, кто от смущения, кто просто переживал всё произошедшее, не зная, как правильно к этому относиться.       Натаниэля встречали как героя, а сочувствием к Хлое прониклись немногие. Только Сабрина обеспокоенно кружила рядом с подругой, щебеча слова утешения и поддержки, а Хлоя стенала и причитала. Недолго. Потому что спустя ещё урок, она, сославшись на недомогание, ушла домой.

***

      – Зачем ты это затеяла, – склонилась к подруге Маринетт.       – Хочешь сказать тебе не было весело?       – Ты ведь не могла знать, что всё так закончится?       – Вообще-то, подобный финал был закономерен. Но, да, такого поворота я не предполагала. – Алья откинулась назад, мечтательно поглядывая в потолок. – И жаль, что вы с Адрианом так и не нашли друг друга.       – Слишком уж сложная у тебя была схема, если изначально ты преследовала именно такую цель.       – С вами двумя, безнадёжными, все средства хороши. А вообще одну из двух целей я достигла: все когда-либо униженные и оскорбленные Хлоей получили шанс отыграться и хорошо воспользовались им. И теперь у меня есть это.       Алья показала фотографию: шокированный Натаниэль в цепких руках Хлои, даже на фото решительной, напористой и не терпящей никак возражений. Это выглядело так, словно сумасшедшая блондинка в неглиже накинулась на робкого мальчика и хочет, по меньшей мере, съесть его.       Маринетт тихо рассмеялась:       – Ты ведь никому это не покажешь, Алья?       – Конечно нет, но Хлое обязательно напомню, когда она в очередной раз решит пугать нас своим папочкой.       – Гордишься собой?       – Естественно, Маринетт, и ты должна признать, что я гениальна! – Алья разразилась хохотом злодея из старого шпионского фильма.       Маринетт только и оставалось надеяться, что Хлоя не станет следующей жертвой Бражника. Опять.