Мир добрых людей

      Глава 17              Мы ненадолго остановились, я переводил дух, а Саске просто стоял рядом, поддерживая меня. К тому времени сам идти я уже не мог, только с посторонней помощью. Всё тело давно покрылось потом, кожа постоянно покрывалась крупными мурашками, волосы шевелились, а мышцы бессистемно сокращались болезненными судорогами. И это если не вспоминать о другой боли – той, что разрывала изнутри, только упрямство, желание увидеть месть и праведную, какой я её нахожу, кару за всё, что делает с людьми эта Деревня, не позволяло мне смириться с кончиной в этом подземелье. Я должен увидеть всё своими глазами!       Словно в ответ на мои мысли, все подземелья задрожали от мощного взрыва, по стенам и потолку тут же побежали стремительно расширявшиеся трещины, поднялась пыль, и мы с моим напарником двинулись на выход из этого места. Ноги заплетались, подгибались, в глазах приступами двоилось и всё расплывалось, а тело то совсем теряло чувствительность, но снова возвращалась боль. Сквозь колотящую в ушах кровь мне удавалось слышать не только треск камня и шелест каменной крошки, но и звуки снаружи – это была натуральная какофония звуков, где преобладали крики людей, пытающихся спастись от повторения известного кошмара. Когда мы добрались до выхода и перевалились через оплавленный порог, я удивился месту, где мы оказались – мы встали на склоне горы Хокаге, совсем недалеко от вершины. А я всегда думал, что в горе оборудованы бункеры для простого населения, да склады, а оно оказывается, что старики всунули туда и тоннели этого уродского Данзо с его куклами-болванчиками.       В лучах закатного солнца Коноха казалась залитой кровью, даже деревья перестали быть зелеными, напомнив мне фотографии из Чернобыля, а именно «Рыжий лес», в котором от радиации всё зеленое стало рыжим. Кроме этого, изменения касались ещё и масштабных разрушений в Деревне. Например, Башни Хокаге более не существовало, от неё остались обугленные развалины – следы от коронной техники биджу, а заканчивалась она большой, если не огромной воронкой на месте квартала Сарутоби. Сквозь судороги я улыбался, радостно и счастливо: нет больше Сарутоби! Конец этому уродскому клану торгашей и гнид! Туда и дорога этому гнезду гнили и потомственных сволочей, вслед за кланом Шимура! Я как-то от Курамы слышал, что от клана Шимура на момент рождения моего воплощения в этом мире оставалось две семьи, но когда тот странный Учиха выдрал Лиса из Кушины, то от линии Шимура остался один хромой урод. Вполне вероятно, что именно это и свело окончательно с ума старейшину Конохи, но мне как-то плевать, главное, больше таких уродов не будет, как и Сарутоби. Что же касается двух других старейшин, Утатане и Хомура, то они простые выходцы их потомственных шиноби, но не клановые, просто им повезло оказаться в своё время в одной команде под предводительством не меньшей сволочи, чем они сами.       Обводя взглядом вспыхнувшие пожары, торчащие то тут, то там каменные и земляные столбы и стены, огромные грязевые лужи, и просто груды обломков, я был доволен, да. Потом я посмотрел туда, где сражался Курама. Огромный, страшный и злющий на весь мир биджу запускал с хвостов огненные кольца и шары в мельтешащих вокруг него шиноби, пока простые горожане спешно спасались бегством во всех направлениях. Я даже заметил, как одну из больших групп горожан, бегущих в сторону Западных ворот накрыло большим огненным шаром, мгновенно испепелив несколько десятков человек. Почувствовал ли я за это вину? Хммм… нет. Совсем. Полное равнодушие. А вот когда было заметно, что Курама каким-либо образом умертвил очередного шиноби, на душе прямо теплело, если бы мог, каждый раз поднимал чарку по этому поводу! Туда им всем, уродам, и дорога!       Саске помог мне опуститься на тёплый камень, и опереться спиной на другой камень, сам же встал рядом, молча наблюдая за происходящим. На наших глазах сразу несколько шиноби, пользуясь моментом, пока Курама отвлёкся, одновременно выплеснули изо ртов огромное количество воды, которую тут же подхватил мощный воздушный вихрь. Водно-воздушный торнадо значительно вырос, втягивая не только воду, но и землю, и понёсся на Кураму. Лис заметил новую атаку не сразу – и без того забот у него было вдоволь, а когда повернул голову и обнаружил, то попытался отпрыгнуть, но на его пути мгновенно выросла стена грязи с самого демона ростом, и ещё две рядом с первой, на несколько мгновений полностью его блокируя. Такую мощную технику вряд ли выполнил кто-то из АНБУ, да и среди клановых я что-то не помню таких монстров, значит, это наш дорогой дедушка обезьян старается. В принципе, намерения понятные, ведь каждый биджу воплощается в мире в своей форме в материальном виде, используя для этого свой основной элемент. То есть тот же Однохвостый формирует тело из песка или пыли, Трёххвостый – из грязи с большим процентом воды, Курама же – из горящей пыли, сжатой так, что та сохраняет постоянное состояние. Сложный процесс, который я не понимаю, только со слов самого Лиса кое-что разбираю, но то, что атаковать демона эффективнее всего другим элементом, противостоящим ему, это знают все, кому надо. Эта воздушно-водяная атака пусть и не убила бы Кураму, но Лис был вынужден потратить большое количество сил: его хвосты мгновенно вспыхнули ярко-жёлтым пламенем, собравшись в один поток, и разом ударили по смерчу, разрывая его в клочья. Хвосты биджу тут же потемнели, но кроме этого никаких видимых последствий для него не было. Лис просто выдохнул в сторону атаковавших его шиноби мощную струю огня, словно чудовищный огнемёт, он оставил сектор черной обугленной земли, длинной метров в сто, если не больше, а потом сиганул вперёд, и ещё раз, после третьего прыжка он оказался на территории какого-то клана, но разве будет демон обращать внимание на такие мелочи? От его лап в разные стороны полетели вспыхнувшие деревяшки, а Лис прыгнул дальше, оказавшись на территории одного из парков, который тут же сжёг очередным потоком огня, и встретил врага на более выгодных для себя условиях. Всё же редкие техники-дзюцу являются дальнобойными, чаще всего это дистанция метров в пятьдесят-шестьдесят, но это уже показатель среднего джоунина, так что на площадке, радиусом метров в сто пятьдесят, где негде укрыться, ему будет проще.       Что и было доказано очень скоро. Сразу несколько групп шиноби приблизились, и попытались атаковать водными и земляными техниками, смешивая их для большей эффективности, но Кураме надо было всего лишь взмахнуть хвостами в сторону врага, чтобы либо уничтожить, либо развеять сплоченную группу шиноби. От вырастающих каменных и земляных шипов и стен Лис уклонялся, правда, не всегда удачно, но всегда тут же контратаковал в ответ, к сожалению, также не всегда успешно. Мы видели, как Лиса атаковали несколько людей-великанов, выросших буквально за пару секунд, как они подхватывали большие камни, оставшиеся от предыдущих техник, и ими атаковали биджу. Видели, как Кураму мощными техниками атаковала фигура в церемониальном плаще и шляпе Хокаге, и его атаки были самыми опасными и болезненными для демона, но и самому старику приходилось скакать козликом, чтобы не попасть под огненную атаку. Стоит заметить, что каждая атака с любой из сторон наносила вред не только и не столько сражающимся сторонам, но и разрушала Деревню. Раз за разом дома и другие здания разлетались на куски, сминались, сгорали, разрушались водой и землёй.       - Видишь кого-нибудь из старейшин? – спрашиваю напарника, активировавшего свои чудо-глазки.       - Нет, - качнул головой брюнет, не отрываясь от битвы. –Кроме Хокаге, других стариков не вижу.       - И почему я не удивлён? – саркастично хмыкаю, пусть это мне и стоит болезненной судороги лица и шеи.       - Старейшинам нечего делать на поле боя, - прозвучал голос из-за наших спин, и Саске мгновенно развернулся, уже держа в обеих руках кунаи. – На то они и старейшины.       Я тоже кое-как повернул голову, потому смог рассмотреть нескольких шиноби явно не годных для битвы с биджу. Нет, действительно, что смогут сделать биджу менталист, теневик и Хьюга? Разве что рассмешить. И все такие серьёзные, морды хмурые.       - Не знаю насчёт двух других, но у Данзо в скрытой бинтами глазнице шаринган, как и в руке, которую он прячет, - негромко произношу, едва шевеля губами. – Да и вообще он не сильно уступает нашей старой обезьяне в силе, благодаря своему клановому наследию, так что он просто подлый змей, который прячется под камень, стоит появиться реальной угрозе…кха-кха…       Почувствовал, как по лицу потекло что-то горячее, а когда коснулся рукой, увидел на ладони кровь. Опустив руку на колено, снова смотрю на этих… людей.       - Ты ещё слишком мал, чтобы говорить о подобных вещах, - произнёс Иноичи Яманака, сверля меня тяжёлым взглядом, будто пытаясь проникнуть в мысли, вот только для их техник, самых сильных и опасных, нужно прикоснуться к цели.       - Да мне насрать, - хмыкаю, отворачиваясь к той картине, что мне более интересна, а именно – уничтожению живой силы и материальных ценностей Кровавого Листа. – Я умру в течении часа, а вы, уроды, будете и дальше подставлять задницы этим старым мразям, ещё и благодарить будете за то, что оприходовали вас пожёстче… - делаю небольшую паузу на то, чтобы снова стереть кровь с лица. – Интересно, если старейшины и старая обезьяна прикажут вам отдать Ино замуж за «нужного» человека, как скоро случиться свадьба? – всё же не удержался, и скосил глаз на блондина. – Как быстро ты, проститутка, отдашь свою кровь какой-нибудь уродской кукле, чтобы она трахала твою дочь? Чтобы таскала на опыты к новому Орочимару? Небось ещё и свечку держать будешь, чтобы хозяева не отвлекались на такие мелочи, да?       В следующий миг блондин оказывается прямо передо мной, и голову сильно отбрасывается назад и в сторону, в шее что-то болезненно хрустнуло, а затылок встретился с камнем. В глазах поплыло, к уже испытываемой боли добавилась новая, но уже через несколько секунд муть перед глазами достаточно рассеялась, чтобы я смог рассмотреть эту мразь.       - Да как ты смеешь, червь?! – прошипел довольно высокий шиноби, глядя на меня с перекошенной рожей.       Я несколько секунд смотрел на него, а потом скосил глаза на Саске, напротив которого стоял Хьюга с длинными волосами, собранными в низкий хвост широкой белой лентой. Напарник светил шаринганом, правда, только первой стадии, Хьюга же был ко мне спиной, потому я и не мог знать, активировал ли он бьякуган, или нет.       - Из всех… кха… присутствующих, - отвечаю, снова смотря в глаза блондина. – Ты, урод, стоишь ниже всех… кха-кха… наши кланы значительно старше, и трое из нас вообще произошли от Легенд этого мира. Как оно, чувствовать себя пособником осквернителей? Приятно было помогать в уничтожении Великих Кланов? – позволяю себе усмешку. – Ваш Лист основали те, кого вы сами же и уничтожили. Где теперь Учихи и Сенджу? Как вы теперь будете сдерживать Девятихвостого без Узумаки? – делаю новую паузу, ожидая ответа, но его нет, даже странно, перевожу взгляд на спину Хьюга, которые видят вокруг себя на триста пятьдесят градусов. – Интересно, когда придёт время, и Хьюги тоже станут не угодны Кровавому Листу? Когда серебристые глаза будут собирать с многочисленных трупов в консервные банки, а маленьких детей отправят на столы вот этих вот уродов блондинистых, чтобы те вывернули им мозги наизнанку, превратили в послушных пёсиков? – ещё одна пауза, и никакой реакции. – Что же, продолжайте в том же духе, господа проститутки, а когда придёт время, вспомните нас с моим товарищем, и умрите с осознанием того, какие вы тупые бараны!       Закрываю глаза и осторожно дышу, чувствуя, как из глаз тоже потекла кровь, но вытирать я её не стал. Я чувствовал, что осталось мне совсем немного, возможно, пара десятков минут, или около того. Снова открываю глаза и смотрю на продолжающуюся битву. Жаль, что Курама не победит, очень жаль. И ещё жаль, что старую обезьяну не убьёт – уж слишком он вёрткий, этот старый макак. Надо было попросить Лиса, чтобы он ещё и кварталы Яманак и Нара уничтожил, пусть бы погибли не все, но всё же…       - Наруто?... – спустя пару минут прозвучал голос Саске, всё так же неподвижно стоявшего напротив Хьюги.       Я попытался открыть глаза, но у меня не получилось – веки склеились.       - Тут… кха-кха… но не надолго… Как там дела у Лиса?       - Скоро ему придётся бежать, если не хочет возвращаться в клетку, - ответил Саске.       - Интересно, как они его ловить будут, без мастеров запечатывания? – губы растягиваются в улыбке. – И в кого сажать будут? Кха-кха… будет смешно, если посадят в кого-нибудь их этих, - я слегка приподнял руку с колена, и качнул в сторону взрослых шиноби. – В кого-нибудь из их детей… уверен, даже ты бы посмеялся…       - Это вряд ли, - прозвучал ровный голос Учихи. – Они все слабаки, сдохнут быстрее, чем удержат биджу.       - И то верно, - соглашаюсь. – Но я надеюсь, Девятихвостый сбежит, и оставит Лист на растерзание соседям, - небольшая пауза на кашель. – Облако с радостью вспомнить о своём желании завладеть бьякуганом, и точно придёт, чисто по соседски… кхе-кхе…       Пока я сидел, ощущал постоянную дрожь и сильные толчки, а ещё слышал звуки сражения, уже не такого интенсивного, как раньше, но продолжавшегося. А ещё я осторожно касался окровавленным пальцем стопки кибакуфуд под краем рубахи, бумажные печати были прижаты поясом штанов, и по пути Саске их активировал своей чакрой, а я смазал своей кровью, так что когда я отниму палец, два десятка печатей АНБУ взорвутся буквально через секунду. У моего напарника будет целая секунда, чтобы выжить, а мне надеяться всё равно не на что, так пусть мой уход принесёт чуть больше пользы, чем уже принёс.       Но тут что-то изменилось, я почувствовал, что толчки земли стали чаще, послышался грохот, а стоящие рядом шиноби явно засуетились. Не знаю, что они хотели сделать, но я точно слышал звон железа и гул чакры – такое бывает, когда Хьюга начинает использовать свои техники напитки чакрой своего стиля. Даже не представляю, как Саске удалось отбиться от этого белоглазого чудовища, но когда Курама оказался рядом с нами, шиноби унеслись прочь, сбежав шуншином, правда, не все, я чётко услышал почти слитный звук падения двух тел на камень. Я хоть и ощущал, как Курама быстро переступал вокруг, чувствовал его тяжелые шаги, но звуков более не различал, так, сплошной слитный гул с редкими неразборчивыми словами-обрывками, в конце концов я почувствовал, как проваливаюсь в спасительную темноту. Дышать становилось всё тяжелее, внутри что-то хрипело и хлюпало, боль даже не думала прекращаться, превратившись в единый поток, истязающий плоть и разум. Мягкая пелена окутала со всех сторон, отсекая от всего мирского, стало хорошо и легко. Хотелось просто раствориться в этом состоянии, а я и не думал сопротивляться, широко раскинув руки, и с широкой улыбкой на воображаемых устах встретил свой конец…              

***

      

      - ТОРОПИСЬ, УЧИХА, У НАС МАЛО ВРЕМЕНИ! – злобно прорычал Лис Бедствий, отправляя с хвостов сгустки пламени, значительно ослабевшие, если сравнивать с началом битвы, да и сам он уменьшился в росте, да и покров чакры превратился в простую плёнку, вместо пылающего вала огня.       Брюнет работал молча, даже не думая вступать с демоном в споры, он и так всё отлично понимал, и торопился как мог. Изломанные мощный ударом тела он быстро лишил форменных жилетов с каркасом из чакропроводящей проволоки, а самих шиноби, которых во время попытки сбежать шуншином приласкал ударом удлинившегося хвоста демон, подтянул к почти мёртвому напарнику. Пока Учиха натягивал на бессознательного Наруто трофеи, демон успел проглотить шиноби, при этом он, намеренно или нет, даже чавкал, но Саске был занят делом, и даже не думал отвлекаться на манеры древнего существа. Когда же с делом было закончено, брюнет поднял глаза на демона, предусмотрительно потушив шаринган (Наруто предупредил Саске, чтобы тот никогда не смотрел на демона своими активированными глазами, мол у того «старая моральная травма» на эту тему). Лис, ничего не говоря брюнету, опустил свою здоровенную морду к Наруто, и из чёрной пасти показалось серебристо-золотое свечение, которое начало впитываться в бессознательного человека, втягиваться в глаза, нос, уши и рот. Продолжалось это не долго, но Саске успел заметить, как в районе очага чакры у блондина засветилась кожа, а потом по телу пробежала волна такого же свечения.       - ДЕРЖИСЬ, УЧИХА, И НАРУТО ДЕРЖИ, Я СЕЙЧАС БУДУ ПРОРЫВАТЬСЯ... – посмотрев на брюнета, прорычал биджу.       Саске понятливо кивнул, крепко обхватил Наруто руками, пуская чакру не только по своему жилету, но и по жилету своего напарника, создавая защитный покров. Затем над ними нависла морда Лиса, который, секунду посверлив брюнета взглядом жутких глаз, резко распахнул чёрную пасть, обхватил получившийся из двух подростков «шарик», и тут же сиганул с горы, попутно отправляя куда-то в сторону несколько огненных сгустков. Что там происходило снаружи, Саске видеть не мог, даже когда активировал шаринган, да и продержал его всего мгновенье, за которое чуть не ослеп – всё же смотреть глазами, которые видят чакру внутри чакрозверя – не лучшая идея. Подросток слышал шум, взрыв, постоянное оглушающее рычание демона, но все свои силы и концентрацию он отдавал на то, чтобы удержать контроль над защитным покровом, основанном на чакропроволоке в жилетах, иначе обжигающее дыхание демона давно бы покрыло обоих чёрной коркой ожогов, если не убило. В какой-то момент Саске даже впал в своеобразный транс, но быстро из него выпал, встревоженный нарастающим гулом откуда-то из глубины глотки демона. Вместе с гулом из черноты глотки биджу появилось багровое свечение, быстро набирающее яркость, а потом их сферу начало окружать потоками ярко-рыжей чакры биджу. Учиха ничего не мог сделать, кроме как удерживать защиту, он даже ни о чём не думал, так как иного выбора, кроме выполнять свою задачу, у него и не было. Чакра демона окружила их, полностью окутала, сильно сжалась, так что сквозь неё не было ничего видно, да и другие ощущения пропали, вроде шума и толчков от передвижения.       Саске не видел, как Курама, прикладывавший все силы, пытался сбежать, но огромная призывная обезьяна неожиданно стремительными атаками вынуждала тратить остатки казалось бесконечных запасов чакры, и покров больше не сдерживал вражеские атаки. Лис вскидывает голову, формирует биджудаму, и стреляет в огромную обезьяну ослепляющим потоком испепеляющей чакры, следом за которой вдаль улетает чёрный сгусток самой бомбы. Лучом биджу сжигает призывной обезьяне руку с посохом, и огромный примат исчезает в исполинском облаке дыма, но своё дело враг сделал – окончательно ослабил демона, и атака хокаге Сарутоби Хирузена ставит точку в данном сражении, разрывая Девятихвостого Лиса Бедствий вклочья…