Эксгумация

POV Newt Когда я заразился? Сложный вопрос. Я и сам, наверное, не смогу на него ответить. Меня давно мучают головные боли и слабости. Но связаны ли они с болезнью? Не помню. Но хорошо помню то утро. Горло внезапно сдавило, как будто что-то застряло в нём. Что-то очень склизкое и мерзкое. Оно обволакивало трахею, мешало дышать, и я никак не мог прокашляться. А когда наконец-то смог и открыл глаза — вся раковина была в крови. Наверное, в этот момент я и понял, что умираю. С того дня я изменился. Фрайпан сказал, что я стал каким-то загадочным, а Минхо, что я слишком много зырю. А я не зырил. Я всего лишь пытался запомнить их. Их всех и каждого, до последней детали. Это было важно. В один момент я понял, что начинаю забывать. Сначала какие-то мелочи, вроде того, какого цвета было моё покрывало в глэйде. Смешно, не правда ли? Я укрывался им два года… Потом что-то более серьёзное. И я стал записывать. Записывать основные вещи, происходившие со мной, а потом и имена друзей. Я повторял их как мантру, каждый раз перед сном. И вспоминал. Тем временем, мне становилось хуже… Я помню, как первый раз померк свет. Это случилось в Денвере. На стене. Мы сидели за столом, обсуждали дальнейшие планы, а потом внезапно тьма. Когда она расступилась — я прижимал перепуганного Томаса к стене. И как только сил хватило? Я не помню, что произошло накануне. Пожалуй, это был первый раз, когда свет отключили так на долго. Тогда я понял, что пути назад уже нет. За оставшееся время я пытался успеть завершить все, что когда-либо начинал. Чтобы не осталось незаконченных дел или недосказанных фраз. Я написал письмо Томасу. Смешно, ведь переписывал три раза. Написать-то написал. Но не успел сказать. Трёх важных слов. И это единственное, о чём я сожалею. Тьма сгущалась всё чаще и чаще. Последние мои воспоминания обрывочны… Я помню, как Томми нес меня на плече. Я уже не в состоянии ходить. А потом я падаю. Тьма. И вот, я уже сижу поверх Томаса, вцепившись в его горло. Это ужасно! С трудом разжимаю пальцы. Томас ударяет меня, и я падаю рядом. Тьма. В лицо мне бьёт свет прожектора. А потом появляется Томас. Наверное, это конец? Нет, я не хочу больше причинять ему боль! В поле зрения попадает пистолет. Я хватаю его и приставляю к своей голове. Тьма. Снова передо мной Томми. Я прошу его убить меня, но он не слушает. Пожалуйста, Томми, пожалуйста! Тьма. Томас. Ошарашенный Томас стоит передо мной. Его глаза округлились до небывалых размеров. В них застыли слёзы. В чём дело? Что произошло? И почему мне так… Опускаю глаза и вижу нож, торчащий из моей груди. Я сам держу его рукоять. Значит, всё-таки… Конец? Я открываю рот, чтобы сказать то, что так давно держал в себе. Но силы покидают меня. Их нет. Держаться нету больше сил. И я падаю. Томми кидается ко мне с криками. Но я уже ничего не слышу. Томми… спасибо, что был рядом. До самого конца. Навеки. Твой. Нью…

***

Тьма. А потом… «Ньют…» Что это? «Ньют…» Снова… Такое знакомое слово. Я слышал его раньше? Нет, голос мне не знаком. И слово… Что это? «Ньютон!» Меня словно ударяет током. Тьма рассеивается. Ньют… это… имя… Перед глазами пробегает ряд картинок. Но так быстро, что я не успеваю понять. «Ньютон! Ньют!» И ещё порция картинок. Уже других, осознанных. Какие-то стены, деревья… Отражение светловолосого мальчишки с карими глазами. Что это? Кто этот мальчик. Я поворачиваю голову. Передо мной стоит безносый шиз. Я не знаю его. Вижу впервые в жизни. Но… он продолжает повторять это имя. Я хочу знать, что оно значит! Хочу! Каждое повторение слова вызывает картинку. Или коротенький видеоряд. Я вздрагиваю. Мозг отзывается болью. «Ньют!» — шиз начинает отдаляться. Я делаю шаг вперёд. Затем другой. Стой, стой, не уходи! Дай мне разобраться. Тьма. Больше никаких картинок. «Минхо» Что это? Я уже слышал такое слово. «Алби, Уинстон… Чак!» Глэйд. Я помню его! Высокие стены, деревья и ребят! Минхо — он бегун. Он бегал в лабиринт и составлял карты. А Алби руководил. И… маленький бесхозный Чак. А вот Фрайпан готовит похлёбку, снова недосолённую. Фрайпан. Глэйд. Ребята! И… чего-то нахватает. «Ф…Фрай…пан. Бренда! Хор…хе. То…» Напуганный мальчик в ящике. И водопад из сотни вопросов. Потасовки с Галли. И он сидит рядом, привалившись к бревну — мы пьём какую-то отвратную бурду из банки. Парень кидается в лабиринт… Я помню. — Томас… Мой милый… друг. По щеке скатывается горячая слеза, оставляя влажную дорожку, которую я чувствую кожей. «Тереза». И все радостные картинки исчезают. Ужасы. «Она последняя». Ворота больше не закрываются на ночь. Гриверы. Трупы на потолке, шизы в окнах. И во всём виновата она. Она! Табличка «предатель» на двери! Ярость застилает мне обзор. Тьма.

***

«Ньют…» Этот голос! Такой… близкий и… родной. Знакомый. Знакомый до боли. Я знаю его. Пожалуйста, не уходи! Не уходи! «Ньют…» — снова это слово. Да что же оно значит? Я смотрю вокруг себя, но не вижу ничего. По коже разливается тепло. Меня кто-то касается, и я вздрагиваю. Почему… Почему это тоже мне знакомо? Я плохо чувствую своё тело, но пытаюсь дотянуться до невидимого объекта. Ну же, кто ты… «Где же ты пропадал… Я думал, ты уже…» — и всхлип. И мне становится больно. Не плачь, пожалуйста, не плачь! Кто бы ты ни бы, я не хочу, чтобы ты плакал. Я бы успокоил тебя, но я тебя не вижу. Тянусь к голосу, что есть сил и… Тьма расступается. Края изображения размыты, да и само оно не отличается чёткостью. Я вижу парня с большими заплаканными глазами. Густые чёрные реснички намокли и слиплись, а глаза покраснели. Я знаю тебя. Знаю! Я видел тебя раньше! И я помню твоё имя. Ты… — Т…Том…ми… Я вижу его! Это он… это… а кто, он? И что тут делает? Тянусь пальцами за ответами и… теплом. Да, мне нравятся его прикосновения. Пытаюсь взять его за руку, но пальцы не слушаются. Томас всё делает сам. Я чувствую, как его пальцы касаются моих, проникая между ними. Во все глаза смотрю на парня. Томас. Я. Тебя. Помню! Это ты… мой друг, и… Я писал тебе письмо. Я хотел сказать тогда! Перед самой своей смертью, я хотел сказать… — Том…ми… Дикая, адская боль пронзает мои мозги. Я зажмуриваюсь, сжимая зубы. Нет, я не в силах её терпеть. И… отчего-то знаю, что последует дальше. Оно всегда следует. Одно и то же. Нет, нет, нет! Я не хочу! Не хочу уходить! Я хочу остаться тут, с ним. Томми! Мои пальцы максимально крепко сжимают его руку, а потом расслабляются Тьма наступает. Я погружаюсь во тьму.