Журналюга

— Джейсон, мать твою! — недовольно орал Кинни, видимо, уже не в первый раз.       Что б тебя, я так привык считать себя пиздатой «Синтией», что успел подзабыть своё «настоящее» имя. — Простите, сэр. Замечтался… — И о чём же? — Подруга пообещала анальный секс сегодня. В первый раз, — на ходу придумывая причины своей задумчивости, опрометчиво ступил не на свою территорию. — Ответственное мероприятие, — усмехнулся Кинни, — ты уже всё подготовил? — Не понимаю. — А что тут понимать: смазка, презики, латексные салфетки. Если конечно, не мечтаешь нажраться её дерьма, когда сперва станешь работать языком. Не удивлюсь, если это первый анал и для твоего «малыша». Сколько там у тебя в штанах, шесть или семь дюймов? — Восемь, — горделиво отбрил его, пропуская едкую ремарку про мой скудный сексуальный опыт. А если и так, что с того? Не всем суждено с малолетства долбиться в задницу. — Тем более. А по виду и не скажешь. Кто она? Может, библиотекарша? Эти книжные черви знают о сексе абсолютно всё. Горячие штучки, только опыта маловато. Даже жаль, что я не по бабам, а библиотекари нынче большая редкость. — Нет, она — интерн в отделении скорой помощи, — скупо ответил, фигея от яркой картинки, возникшей в моей голове — обнаженный Кинни в образе Калигулы, после любовных утех отдыхающий в обнимку с экземпляром библии Гуттенберга, распластавшись на древних кожаных фолиантах Нью-Йоркской публичной библиотеки, что на 5-й Авеню в Брайант-парке… почти Брайан-парке. Да он тот ещё экспонат... — Смотри-ка, какая ответственность на тебе — плохой секс сегодня и пиздец её пациентам завтра, — не унимался мой босс.       Зря я затеял этот разговор, завтра неминуемо пристанет с расспросами, как всё прошло. Бедная девочка… но отступать теперь некуда. Придётся Дафни соответствовать внезапным эротическим фантазиям. — Что вы хотели? — попытался вернуть его к работе, сворачивая с опасной темы. — Подготовь большую переговорную: японцы дозрели до встречи. — Ок. Не против, если уберу оттуда всю мотивационную хрень? — На кой? Что не так с «Уважая прошлое, твори настоящее»? Вполне в духе этой ебанутой нации. — Но не на китайском же языке. — Знаешь китайский? — любопытство проскользнуло в его глазах. — Нет. Японский. — Может, есть ещё какие рекомендации? — скорее снисходительно, нежели всерьёз, поинтересовался Кинни.       Посмотрим, дружок, как ты запоёшь сейчас. — Немного: не протягивать руку первым, только если сами предложат, — у них приняты поклоны. При поклоне сделай так же, складывая руки на уровне глаз. Визитку свою вручай правой рукой, а левой — сделай вид, что поддерживаешь снизу, беспокоясь, чтобы карточка не упала. А от них бери — левой, а взяв, обязательно держи двумя руками, демонстрируя, что внимательно изучаешь. Не перебивай, не лезь напролом, не переходи сразу к сути, начни с мелочей, гармонично, маленькими шагами дойдя до главного. Обращаясь по фамилии, прибавляй "сан". Ни при каких обстоятельствах не вынуждай их произносить «нет». Считывай невербальные знаки. — И это, по-твоему, немного?!  — Я только начал. Если приедет руководитель: по отношению к нему других — заметишь сразу, он важно расположится с правого края, а остальные — от него по принципу правой руки, строго по убыванию в должности. Ты должен сесть напротив, отзеркаливая своих подчиненных по рангу. Иную рассадку сочтут за неуважение. А если будут выглядеть одной сплоченной командой, постарайся вычленить того, от кого будет зависеть принятие решения, но не показывай его превосходства, аргументируй для него, а обращайся ко всем. — Ясно — выебать всех, но удовольствие чтобы получил один. Что бы ты знала, сладкая, качественная групповуха — как раз мой профиль. — Не вздумай шутить — всё равно правильно не поймут, а если поймут — ещё хуже. Да, баб из команды долой. — И как я без главы художественного отдела? — С компанией, где женщина на ведущей роли, дел иметь не будут, расценят как проявленное неуважение. Для них — это верный признак того, что партнёр повёл себя недостойно и не заслуживает доверия. — Херня! — Тебе решать. Неплохо бы подготовить что-нибудь — вдруг заявятся с подарками, и нужно будет отдариться в ответ. Не дешёвое, но и не очень дорогое. Нельзя проявить небрежность, но дорогой подарок воспримут как давление. И не вздумай распаковывать при них — дурной тон. Да, ещё — не следует их кивание принимать за согласие — это всего лишь знак вежливости, что тебя услышали. Хорошо бы подать чай, настоящий, а не местную подделку под чайную церемонию, иначе решат, что наша компания — такой же театрализованный фарс, преследующий лишь одну цель — пустить пыль в глаза и отыметь клиента. — Ладно, я всё понял, и не с таким справлялись. У тебя — два часа. Делай, что считаешь нужным.       Мысленно поблагодарил Джона, заставившего изучать этот ненормальный язык, и невзирая на грёбанный Пёрл-Харбор, не задумываясь, каково мне было, отправившего меня одного в ад, в страну, презирающих любых иностранцев и особенно американцев. Школа жизни, быстро превратившая меня из застенчивого гайкокудзина 外国人 в наглого гайдзина 外人, сравшего на все их поклоны и ебучие недомолвки.

***

      Эти два часа стоили мне двух лет жизни, но я справился. Без помощи друзей не обошлось. Правда, познакомился с ними не в Японии, а на фестивале цветения сакуры в Нихонмачи, японском квартале Сан-Франциско. И теперь мог по праву расслабиться, наблюдая, как мой начальник виртуозно использует свои таланты и полученные советы.       А Кинни хорош — не мог не залюбоваться им через стекло. За последнее время я настолько прочно вошёл в образ его помощницы, что, как чёртова девка, сидел и, открыв рот, пялился на своего внешне идеального босса: правильные черты лица, притягивающие взгляд полноватые губы, охренительная фигура. Какой же пенис должен прилагаться к мистеру долбанное Совершенство? Наверняка маленький и, сто процентов, кривой. Иначе схрена ему нужно было бы достигать таких высот в профессии?       Жаль, что он в другом лагере… Блядь, да в каком другом?! Он-то как раз в нашем. В смысле, по мужикам. Это же я как раз в другом, на секунду, будучи Синтией, даже пожалел об этом. Или не Синтией, а собой… Нет, ерунда какая-то, что-то я подзапутался.       Вздрогнув от нежелания даже на миг принять себя в новой неведомой доселе ипостаси, недовольно потряс плечами, избавляясь от глупых фантазий и прогоняя крамольные мысли прочь.       Кинни прервался и еле заметно улыбнулся мне, словно сумел заглянуть мне в голову, намекая, мол не всё потеряно, дружище, welcome, всегда рады. Ага, и не мечтай, к моей заднице ни одна мужеская сука не притронется.

***

      По невозмутимым лицам уходящих визитеров ничего не было видно, но я точно знал, что всё прошло неплохо. Этот дьявол и вправду мог покорить любого. Расспросить не успел — Кинни исчез сразу после японцев. Неужто отправился снять напряжение? И как это у них происходит… Да на хрен, что-то слишком часто я стал задумываться, каким образом мой босс разворачивает фантик для своей конфетки.       Вернулся он ближе к вечеру, держа в руках среднего размера бумажную сумку. Проходя мимо меня, поставил крафтовый пакет рядом. — В качестве благодарности за твою помощь. Слова к телу не приложишь, а ЭТО — вполне. Сегодня можешь уйти вовремя, дорогуша. Оторвись за двоих. Заслужила.       По восточной традиции я не стал заглядывать внутрь. Лишь когда он скрылся в своём кабинете, обнаружил в пакете латексные салфетки, мыло без вкуса и запаха, анальную смазку, бусы и прочие мелкие глупости для моих предполагаемых вечерних утех. Вот же ж сука.