Журналюга

      Рано утром он прислал нейтральное сообщение: «Куда привезти вещи?». Отправил ему название отеля, получив в ответ приказное: «Через двадцать пять минут будь в холле».       Чёртов повелитель маленьких Джастинов.       Комп был нужнее уязвленного самолюбия. Пришлось подчиниться. Не теряя времени, отправился в душ, но не успел сбросить утренний стояк, как настигло новое сообщение: «Жду. И заебись как спешу». Натянув джинсы и куцый халат на голое тело, сунул в карман телефон и помчался вниз.       Нетерпеливо постукивая свеженачищенным ботинком, Кинни стоял в центре «всего», уверенный в себе и невъебенно прекрасный в очередном Армани, в одной руке держа мобильный телефон, а в другой — мой рюкзак. Протянув мне сумку, он хотел было развернуться, чтобы сразу уйти, но я и не думал забирать свои вещи, продолжая стоять и с вызовом пялиться на него. Неважно, каким он был со мной вчера, но такого наговорить бывшему парню... — Зачем ты с ним так?.. — Заткнись и не лезь не в своё дело, Джейсон.       Что же, по крайней мере, он не стал притворяться, что не понимает, о ком я. Но видя, что я не отстану, всё ещё ожидая объяснений, сдался. — Глядя на красивенькую обложку, ты и понятия не имеешь, насколько гнилой этот парень. Хорошо, что вовремя понял и порвал с ним. Но он, сука, не успокоился и решил шантажировать меня, даже мамашу свою чокнутую подключил. Та было побежала в полицию, да вовремя сообразила: если будет помогать сыну, то два «голубка» снова окажутся вместе, а смириться с тем, что её сын — гей, было тяжелее, чем потворствовать его счастью. И не получившему своё Джастину только и осталось, как доказать, какое мы все дерьмо. Показушник херов. Уверен, он и не собирался умирать. Во всяком случае, время он правильно рассчитал, чтобы не сдохнуть. Изворотливый, сука. — Чтобы он не задумал и каким бы не был, он мог умереть. Так говорить… это неправильно, Брайан. Он же человек, тварь божья. Не тебе судить. — Вот-вот, всё правильно, Солнышко, — от этого странного непривычного прозвища потеплело внутри и захотелось снова прижаться к нему, ощутить его желание на своих губах. Но пока я набирался смелости, чтобы предложить подняться в мой номер, он всё испортил, разом отогнав все крамольные мысли. — Ведь я так и сказал — Тварь. И Бена, наверняка, он с толку сбил.       И непривычно грустнея, спросил: — Ты знал, что у Джастина ВИЧ? — Да. Он сам рассказал. — Однако, как вы близки. Может, и ты меня шантажировать станешь? Тогда, не обижайся, сначала в очередь встань. — А ты… всё это время не знал, что ли? — Нет. — И когда же узнал? — что-то неприятное не давало покоя, зудя в голове, как надоевшее насекомое. — Сегодня.       Сегодня? От кого? Когда он успел? Ночью с ним виделся снова? Но сторонясь неприятных ответов, я не стал больше расспрашивать. Он опять протянул сумку, демонстрируя, что на этот раз разговор для него уж точно закончен.       Но отвлёк мой мобильный. Вчера, с пользой потратив время, весь день пялился в «Блумберг», и то, что там увидел, мне сильно не понравилось: открытая длинная по чертовым «кроссовкам» как-то неправильно повела себя. Низко-волатильной бумаге было предназначено стабильно расти из-за постоянного спроса и намеренно ограниченного предложения компании-эмитента на новый товар от известного дизайнера. Спрос этот был грамотно подогрет интересом покупателей и элитарностью мест продаж. Но по картинке, мерцающей на экране, того не скажешь. Поручил помощнику съездить в Бронкс, проверить, не перекочевала ли невостребованная элитная обувка прямиком в местные стоки. Если моя догадка верна, придётся избавляться от акций, пока не стало слишком поздно.       Я остановил Кинни, подняв указательный палец в просьбе ненадолго притормозить. — Привет! Ну что там? — Как ты и сказал, видел как минимум в четырёх. — Единичные экземпляры или запасы на складе? — Склады завалены у них. Как ты учил, наплёл им про поставки в Юту. На радостях пообещали бесперебойно отгружать крупными партиями. Что будем делать?       Не обращая внимания на возмущённого Кинни, всё ещё державшего рюкзак, я расстегнул молнию и достал свой лэптоп. Включил и, не тратя времени на условности, чтобы не держать навесу, плюхнулся прямо на пол, для удобства скрестив под себя ноги. Как и ожидал, картина та же. — Что делать? Скидывать, блядь. И быстрее. Закрой длинную, открой короткую, развернём тренд к херам, пока нас самих жопой кверху не развернуло. Когда рынок очухается, снимем сливки и быстро закроемся. — Класс! Признайся, ты ведь, сука, задницей чувствовал, что с этими акциями что-то не так будет, иначе зачем было на гарантированную длинную СтопЛосс ставить. Как тебе это удаётся, Джастин? — Как? Хер знает как. Сдается мне, что я теперь только этим местом и чувствую, Билл. Да блядь, комп сейчас вырубится, зарядить не успел. Перезвоню.       Вскочил и лихорадочно начал рыться в поисках зарядок для ноута и мобилы. Да куда же, блядь, я их засунул вчера?! Ненужные в тот момент вещи, не переставая, вываливались на пол. И хрен с ними. Наконец выудив желаемое, помчался в своей номер, напрочь позабыв про недовольного Кинни. Да кому нужны эти тряпки? Раз он так занят, бросил бы всё к херам и валил по своим делам.       Отдав последние распоряжения, довольный собой, не сдержался и вслух похвалил себя: — Ну что, Джастин, кто теперь крутой парень? — Полагаю, Джейсон? — послышался насмешливый голос Брайана. Я обернулся: Кинни стоял в дверях, одной рукой обнимая мою сумку, из которой горой торчало поднятое с пола барахло. — Ты теперь все свои поступки с ним будешь мерить? — Извини. Спасибо, Брайан. Дело срочное, — растерянно бормотал, игнорируя свой прокол, мысленно всё еще находясь по другую сторону экрана. — Да вижу, рыбка опять резвилась в мутной воде. Как ты в этом разбираешься? Загадка для меня. — Для меня тоже, — попытался отшутиться, окончательно вернувшись в реальность. В следующий раз нужно быть внимательней.       Он наконец избавился от обузы, аккуратно положив рюкзак на кровать, на которой за несколько секунд я умудрился устроить себе импровизированный офис. Но вместо того, чтобы уйти, подошел ко мне ближе. Я закрыл крышку ноута и встал с постели. Ну что еще? — Хотел извиниться… за вчерашнее.       «Да ладно, я сам повел себя… как чёртово динамо. Считай, что мы квиты», — мысленно оправдывался в ответ, неотрывно глядя ему в глаза, отыскивая признаки подлинности вербального сожаления.       Но слова в его мире не имели значения. В своём распрекрасном костюме он опустился передо мной на колени и, продолжая смотреть на меня, расстегнул джинсы. Вид Брайана Кинни у меня в ногах подействовал сильнее любого афродизиака.       Довольный отсутствием белья и наличием эрекции, он взял мой член в рот, но обильно покрыв слюной, сразу же выпустил на свободу, к моему явному разочарованию. Потом ухмыльнулся чему-то, раскрыл указательный и большой пальцы в виде буквы «L», положил их в основание пениса и стал медленно продвигаться к головке, полностью накрывая её ладонью, а затем опускаясь назад. Движения руки были размеренны, точны, но недолги, снова сменяясь ртом. Горячим, влажным и умелым. Поначалу его плоский язык скромно полизывал нижнюю часть пениса, заманивая всё глубже в глотку. Блядь, как ему удается так глубоко принимать — девки начинали давиться уже на половине. Он снова выпустил меня наружу и начал щедро вылизывать, изредка уделяя внимание яйцам. Оставив одну руку у основания члена и сложив пальцы другой в кольцо, накинул его на пенис и стал ублажать меня ртом, двигаясь одновременно с рукой вверх и вниз вдоль ствола.       Запрокинув голову назад, я скулил от его умелого минета. Всё, что я когда-то испытывал до него, меркло. Ни одна чёртова баба не сравнится.       Чтобы отсрочить момент невозврата и ложно полагая, что ещё способен контролировать хоть что-нибудь в своей жизни, я глубоко вдохнул и попытался сжать мышцы задницы и лобка. Кинни, поняв мой бесполезный прием, сбавил темп и при этом начал слегка надавливать на промежность, помогая ненадолго ослабить нарастающее возбуждение, наградив серией коротких оргазмических сокращений. Когда же я бурно кончил ему в рот, дополнительно наслаждаясь тем, как он послушно заглатывал каждую порцию выброшенной спермы, тело и особенно ноги уже не слушались меня. И как только Кинни отпустил меня, я повалился на кровать, прямиком на компьютер и провода. — Прощён? — буднично поинтересовался Брайан, любуясь эффектом от проделанной надо мной работы.       При взгляде на его самодовольное лицо на секунду мне показалось, что он говорит вовсе не о себе. Но дискутировать с ним я был не в состоянии и только кивнул головой. Он поднялся, отряхнул брюки, дошёл до двери, но потом вернулся.  — Бонус. Или как там у вас говорят, «Маржин колл»? (Брайан намеренно «путает» финансовый термин Margin — «маржа, прибыль, надбавка» с биржевом термином Margin Call — «требование маржи».       Кроме того, «Маржин колл» — проклятие трейдеров, негативное событие, при котором баланс счета трейдера, необходимый для поддержания суммы залога по всем активным сделкам, приближается к нулю, и брокер принудительно закрывает трейдеру убыточные сделки. Трейдер, в лучшем случае, теряет большую часть депозитов, в худшем — разоряется.)       И потянув за руку, он поднял моё непослушное тело с кровати и впился поцелуем.       Маржин колл — страшный сон трейдера, проёбанные возможности и непокрытые обязательства. Не знаю, что всё это сулит мне, но либо я — хреновый трейдер, либо это — никакой не «маржин колл». В любом случае, как бы это не называлось, это было ебать как приятно. И чересчур сокровенно. Слишком интимно было ощущать собственный вкус у него во рту.       На этот раз его поцелуй вышел коротким, жадным и властным. Он будто запечатывал то, что только что проделал со мной, словно говоря мне о том, что его хозяин ещё вернётся и заберёт то, что по праву принадлежит теперь только ему одному. — Опаздываю, а то бы объяснил тебе ещё множество биржевых понятий так, как я сам это пониманию, — он по-мальчишески подмигнул мне и слинял.       В жалкой попытке прийти в себя, вытряс вещи из рюкзака, обнаружив среди них телефон Кинни. Чёрт, наверно, оказался там, когда подбирал моё барахло в холле. Как был, босиком, в джинсах и халате, рванул за ним.       Внизу его не было. Я выбежал на улицу, увы, его машина была уже далеко. Поймал такси, велев ехать следом. Шутка ли, в наше время остаться без телефона — всё равно что выйти голым в открытый космос.       Безуспешно пытаясь догнать его, мы выехали на окраину города. Странно, значит, он не собирался в «Киннетик». Попросил таксиста держаться на расстоянии. Немногим позже мы припарковались недалеко от частного дома, окруженного невысоким забором, в калитку которого вошел Брайан. Подойдя ближе и оставаясь незамеченным за деревьями, увидел, как навстречу Брайану вышел… Джастин.       Сначала они просто разговаривали, потом обнялись и стояли так довольно долго. Потом Джастин отстранился от Брайана и осторожно, словно боясь спугнуть, двумя руками притянул голову Кинни к себе, и они поцеловались... Говорят, от любви до ненависти один шаг, но кто-нибудь считал, сколько этих шагов требуется для противоположного направления?       Поцелуй вышел кратким. Прервавшись, Джастин посторонился, пропуская Брайана внутрь. И правильно, не ебаться же у порога.       Что, Кинни, старое чувство так просто не сдаётся? Или это теперь новый способ извиняться?       Брайан пробыл там долго, минут сорок. Мой водитель порядком занервничал, кидая неодобрительные взгляды на мои босые ноги. Пришлось рявкнуть. Стало немного легче, но потом стыдно за то, что сорвался на неповинного работягу. Не он оказался любвеобильным и скрытным мудилой.       Чтобы не тратить время на ненужные объяснения, положил телефон на крышу его машины, со стороны сидения водителя, и вернулся к своей. Дождался, когда Кинни наконец-то вышел из дома и, подходя к своему автомобилю, заметил телефон, а потом, чуть в стороне, и меня. По его лицу невозможно было угадать, какие эмоции он испытывает сейчас. Я показал ему на свой телефон, потом махнул им в сторону его машины, в ответ он благодарно кивнул. Ну вот, моя миссия и закончилась. Больше я ему ничего не должен.       Он было направился в мою сторону. Зачем? Не дожидаясь, я сел в машину и велел водителю ехать обратно в гостиницу.       Мне следовало бы радоваться счастливому воссоединению, но почему-то делать это совсем не хотелось. Отправив очередную иллюзию о себе в личный зоопарк бесполезных диковин, вспомнил вкус поцелуев Брайана на своих губах. Маржин колл, говоришь?       В знак приветствия новоявленной херни в своей жизни, опустил стекло и высунул в окно руку с гордо поднятым кверху средним пальцем. Не дождётесь, хрен вам всем, а не «маржин колл».