Часодеи читают часодеев

— Давайте я. — протянула руки к книге Гроза. Глава 10 ЧЕРНОВОД — О, скоро ты опять сбежишь. — улыбнулся Ник. — Ну да. — ответила Василиса. — И обзаведусь очередной головной болью. — и когда на неё непонимающе посмотрели лишь кивнула на книгу. Мол, читайте и узнаете. Гроза решила быстрее начать. В туманной дымке бледных облаков скользила луна, отбрасывая дрожащие отблески на воду. Далеко-далеко, раскинувшись длинной полосой, красиво светились огни берега. — Красиво… — протянула Захарра. — Надо бы нарисовать. И тут же перед ней появились листок и карандаши и упали на колени. Захарра принялась за работу. Так что последующее чтение сопровождалось шорохом грифеля по бумаге. Правда, очарование ночного моря Василиса наблюдала всего лишь через узкое окошко кареты. Да и полностью насладиться морским пейзажем девочка не смогла бы: — Почему? — не понял Норт. Гроза продолжила читать и вскоре он получил ответ на свой вопрос. напротив, откинувшись на мягкие подушки сиденья, полулежала госпожа Мортинова и не сводила с младшей Огневой пристального взгляда. — А, ну теперь понятно. — кивнула сама себе Дейла. Карету вертело и шатало, поскрипывал дощатый пол под ковриком. Слышался близкий шум множества крыльев, и Василиса боялась предположить, кто же везет их по воздуху над темной водой. — Это малевалы, чёрные тонкороги, — словно угадав ход её мыслей, произнесла Елена. — Карету тянут малевалы. — Хочу ещё как-нибудь покататься на малевалах. Мне очень понравилось. — улыбнулась Василиса, вспоминая их с Лёшкой полёт на этом чудном звере. — Хорошо. Потом покатаемся вместе. — ответил Фэш, делая мысленную пометку, не забыть. Василиса неопределенно пожала плечами: она не знала, как ей вести себя с Еленой. — Врежь ей. — воскликнула Захарра, не отрываясь от наброска. — Я бы с радостью, но меня ж потом зачасуют. — грустно вздохнула Василиса — Ну, теперь у тебя есть возможность врезать ей, без особых последствий. — улыбнулся Фэш. — Я подумаю над осуществлением этой задумки. — девушка нахмурила лоб, как будто и вправду задумалась. Глаза госпожи Мортиновой недобро сверкали в полутьме кареты, и, если бы не полёт над бескрайним морем, Василиса давно рискнула бы выпрыгнуть на ходу. — Рискованная ты, однако. — восхитилась Чёрная Королева. — А то есть по её поступкам вы этого ещё не поняли? — спросил Нортон. — Разве нельзя назвать рискованным поступком, хотя бы тот, когда она без спроса отправилась в Змиулан, никого не предупредив? К злейшему врагу РадоСвета и её личного врагу, между прочим. А ведь это не самое рискованное, что она когда-либо делала… — Успокойся, старина. Всё в прошлом. Сейчас твоя дочь сидит напротив тебя. И если бы она туда не пошла, то не спасла бы нашего Короля. — спокойно возразил Миракл. — Правда поступки твои, Василис, были и правда рискованными. Нортон себе места не находил, когда ты лезла в новые передряги. Кажется, он даже постарел тогда лет на двадцать. — Правда? — удивилась девочка. — Да. — вздохнул Нортон. — Слава Часам, ты не видел, как я сальто на полу училась делать. — решила перевести всё в шутку Василиса. — Точно бы поседел. Или вообще инфаркт схватил бы… — Нортон на попытки его успокоить лишь невесело улыбнулся. — А ты меня удивила, — внезапно проговорила Елена. — Я думала, ты захочешь вернуться к прежней жизни, а ты полезла в самые дебри. — Я хотела вернуться к прежней жизни. Но в дебри я полезла, чтобы спасти друга. Ну точнее отца друга. Тогда ещё вообще не друга, но в общем, вы меня поняли. А потом я рассчитывала вернуться домой. — сумбурно прокомментировала Василиса — А почему не вернулась? — спросила Диара Дэлш. Она всегда восхищалась этой девочкой. Хоть и отец у неё преступник, девочка выросла храброй, доброй и очень внимательной к своим друзьям и близким. — Потом мне дали ключ, побили Лёшку. А потом бабушка меня переубедила. Знала на что давить. А потом все закрутилось… И вот я здесь. — Ну да, действительно в самые дебри полезла. — улыбнулся Нортон. — Это почему же в дебри? — не удержалась Василиса. Елена холодно улыбнулась, но не ответила. Закрыла глаза, словно потеряв к беседе интерес. Но Василиса решила не отступать. — А почему вы меня так ненавидите? — спросила она в лоб. — Это связано с моей мамой? — Либо ты слишком храбрая… — начал Константин. — Либо ты безрассудная Василиса. — закончил Фэш. — И тебе явно везёт. Ну, или судьба благоволит тебе. — Зато я узнаю правду. — насупилась девушка. — Обычно в гневе люди говорят правду. — Так что всё продуманно и идёт по плану. — помахала пальчиком Диана. — Василиса умная. — девушки улыбнулись друг другу. — Что не отменяет того, что она безрассудная и храбрая. — заметил Фэш. — Это ты отрицать не будешь? — Нет, конечно. — хмыкнула Диана. Ни один мускул не дрогнул на лице Елены, она даже не открыла глаз. — Ну хотя бы она молчит. Надеюсь, ты не сказала, больше ничего. — с надеждой в голосе сказал Нортон. — Надейся… — хмыкнул Родион Хардиус, очень хорошо зная характер своей правнучки. — Понятно, — как будто бы для себя сказала Василиса. — Вы давно уже влюблены в отца, а он предпочел другую, более веселую и красивую… — Что правда, то правда. Но, Василиса, как ты живой-то осталась после этих слов? Лисса улыбнулась Нортону и задумалась над тем, какой же её дочь выросла умной и догадливой. Причём специально её образованием никто не занимался. — Я же говорю ей везёт. — продолжал твердить Фэш. — Да поняли мы тебя, поняли. — обняла его Василиса. А потом шепнула на ухо. — И где бы ты сейчас был, если б не моё везение, м? — Нигде. — благодарно улыбнулся ей Фэш, обнимая девушку в ответ. — Эй. — оторвалась от рисунка Захарра. — Больше двух говорят вслух. — Уже молчим. — примиряюще поднял руки Фэш, показывая свои чистые намерения, а потом вновь вернул их на плечи Василисы. Договорить Василиса не успела: цепкие пальцы Елены быстро сомкнулись на её горле и близко-близко засверкали льдисто-голубые глаза. — Одной фразой, да не в бровь, а в глаз. — улыбнулся Родион Хардиус. — А заметь, как она взбесилась. — улыбнулась в ответ Василиса. — Как она вообще маму-то рядом терпит, непонятно. Всё-таки хорошо, что мы её выгнали. — Твоей матери давно нет в живых, — прошипела госпожа Мортинова, не ослабляя хватки. — А тебе лучше подумать о себе… Да, сейчас ты летишь в родовой замок, где уже готовят прекрасную комнату для маленькой госпожи, как здорово! Не переживай, у тебя всё будет: и слуги, и шикарная одежда, изысканная еда, книги и настольные игры… Но из замка Черновод ты не выйдешь никогда. — Так забавно. В первый же день и сбежала. — улыбнулась Василиса. Но это была лишь маска. — И мне даже не стали мешать. — Она старалась выглядеть веселой, но на самом деле она боялась. Боялась всего, что происходит там, в книге. И несмотря на то, что она простила своего отца, она равно было немного обижена на него, за его прошлые поступки. Хоть это и прошлое, но оно иногда болью отдаётся ей в сердце. И для всех это лишь книга, давно прошедшие события, а для Василисы не так уж и давно, ведь каждую минуту она переживала и проживала. Фэш уловил настроение своей невесты. Крепче её обнял и прошептал на ушко: — Всё хорошо. Не унывай. Сейчас же ты сидишь с нами, здесь, со всеми. Мы победили, и ты никогда туда больше не вернёшься, если только сама этого не захочешь. Оставь прошлое прошлому. Живи здесь и сейчас. — Василиса судорожно вздохнула. Руки соскользнули с горла Василисы, и она смогла, наконец, глотнуть побольше воздуха. — Но госпожа Дэлш записала меня в какую-то школу, — тихо прошептала Василиса, когда вновь смогла говорить. — Я тогда только на вас и рассчитывала. — сказала Королева, немного успокоившись. — Мне приятно. — Конечно, тебя свозят глянуть на школу, — отозвалась Елена. — Но без посвящения тебе нечего там делать, и госпожа Дэлш прекрасно это знает. Твой дар лежит в тебе, как в закрытом сундучке, и без ключа ты не сможешь им воспользоваться. Будь уверена, ты не станешь часовщицей. — Её слова всё время летят мимо. — улыбнулась Лисса. Василиса промолчала: горло все ещё болело. — Молчи и дальше. Я не знаю, сколько вы ещё лететь будете, и что она с тобой за это время может сделать … — обеспокоенно сказал Нортон. — Всё в прошлом, пап. Ты же сам помнишь, что довезли меня почти в полном порядке. Тут все те, кто помнил то платье улыбнулись. — Вот это «почти» меня и пугает. — сказал Лёша. Внезапно лицо Елены осветилось торжеством. — Что опять придумала эта дурная голова? — спросила Чёрная Королева. — Ты только ей не верь, что бы она там не говорила. — попросил Нортон. — Ну, конечно! — вскричала она. — Теперь я понимаю, почему Огнев медлит! Наверное, он хочет забрать твои крылья и отдать их Дейле. А даже если нет, я с радостью подскажу ему эту мысль. — Надеюсь, ты не поверила. Я бы такое никогда не сделал. — заверил дочь Нортон. — Знаешь, как бы сильно я не хотела крылья, забирать их у тебя я бы не стала. — сказала Дейла, понимая, какой страх и ненависть испытывала к ней сестра, пусть и кровная. — У меня нет крыльев! — Да-а? А с помощью чего же ты летаешь? Это что иллюзия? — начал издеваться по-доброму Фэш. — Конечно, а ты что не знал? Разочарована в тебе… — покачала головой девушка. — Как я могла забыть… — продолжала Елена, словно в полузабытьи. — Можно передать часть своей силы любому кровному родственнику, но сделать это можно лишь до посвящения… Конечно, это незаконно, а ещё очень-очень больно… Великолепный план! Без силы ты не будешь представлять ни малейшего интереса для Нортона. — Казалось, госпожу Мортинову сильно лихорадит. — Какая-нибудь болезнь для виду, никто не придерётся… Бедняжка, не смогла вынести, так и не прижилась… и вот тогда… — Мой отец не убьет меня, — испуганно прошептала Василиса. — Согласен. Я тебя никогда не убью. Но почему испуганно? Ты поверила ей? — спокойно, но настороженно спросил Нортон. — Я тогда боялась именно этого. Что ты избавишься от меня, потому что я тебе не нужна. — тихо сказала девушка. Сейчас она была похожа на маленькую девочку, которая всего боится и хочет побыстрей спрятаться ото всех. — Василис, я бы такое никогда не сделал. Для меня дети значат гораздо больше, чем всё на свете. Вы мне дороги. Всё и без исключения. — тихо проговорил отец. Фэш вовремя отодвинулся, на его место уселся Нортон и обнял свою дочь. Маленькую и беззащитную. Все считали себя лишними в этом семейном, личном разговоре… Но никто не мог встать и уйти. Гроза же решила продолжить читать… — О да-а, он слишком щепетилен в таких вопросах. — Голубые глаза вновь приблизились к лицу девочки. — А вот я могу. Воцарилось молчание. В Зале тоже было тихо. Все внимательно слушали чтеца. Василиса не могла отвести глаз от лица Елены, в полутьме казавшегося жуткой маской. Но госпожа Мортинова вновь стала безучастной. — Подъезжаем, — произнесла она равнодушно и выпрямилась, расправляя складки дорожного платья. Надо сказать, наряд был чудесный: голубой бархат платья, украшенный серебристо-чёрными оборками, — наверняка Елена очень богата, раз может так быстро менять наряды. Елена бросила ещё один презрительный взгляд на Василису, но внезапно её губы расползлись в злорадной ухмылке. Она неожиданно резко вскинула руку и направила на девочку указательный палец, увенчанный длинным и острым серебристым ногтем. Но тишина долго не могла быть, поскольку всем хотелось комментировать события, происходящие в книге. — Так вот когда… — протянул Фэш. — А я думал ты сама его надела. Ещё подумал, что у тебя вкуса нет. — Иди ты! Вот доберусь до тебя и побью. — сказала девушка. Поскольку их ещё разделял Нортон, то угрозу отложили до лучших времен. — Чтобы я надела ТАКОЕ?! Немыслимо! — продолжила возмущаться Василиса, но уже тише. Сначала Василиса почувствовала легкую дрожь, будто кто-то принялся быстро щекотать её. Она опустила глаза и с изумлением увидела, как её простая синяя футболка, а затем и джинсы меняются на что-то розовое и пышное в рюшечках и бантиках. У девочки зашевелились волосы на голове. Она подумала было, что это от страха, но оказалось, что тёмно-рыжие пряди Василисы действительно начали быстро переплетаться друг с другом, образуя довольно замысловатую прическу. Судя по удовлетворённому выражению лица Елены, выглядела Василиса очень смешно. — Ты не обижайся, но выглядела ты и вправду смешно. — сказала Диана, вспоминая то платье. Вернее то, что от него осталось, потому что за время всего путешествия платье знатно поистрепалось. — О, сейчас спадет защита! — неожиданно пропела Елена, со злорадством наблюдая, как Василиса безуспешно пытается распутать волосы. Услышав о защите, девочка прильнула к окну. И тут же произошло чудо. — Что, что там такого произошло? — отрываясь от уже почти готового рисунка, спросила Захарра. — Сейчас узнаем, если ты не будешь перебивать. — сказал Маар. — Наверное, она сейчас увидит замок. Ведь защита спала. — улыбнулся Константин. — Никогда не понимала, зачем эта защита? — недоумевала Чёрная Королева. — Мой замок видно, но это не значит, что он плохо защищён. — Так надо было, матушка. — проигнорировал шпильку Нортон. Он сидел в напряжённой позе, ожидая книжных событий. Край чёрного покрывала словно откинулся на миг, и через всю небесную темень прорезался великолепный, ярко освещённый огнями замок. Он поднимался прямо из воды, стены и башни его поблескивали красным, будто бы освещаемые лучами закатного солнца… Но когда они подлетели ближе, Василиса разглядела, что замок был построен из некого ярко-красного, сияющего изнутри камня. — Ты очень наблюдательна. — улыбнулась Лисса. — Я хочу, чтобы ты хорошенько взглянула на замок твоего отца! — прошептала Елена Василисе прямо в ухо. — Черновод выдолблен прямо в громадном коралловом рифе… Очень дорогой часодейный проект — полвека строили! Лёшка присвистнул. — А что так долго? — спросил он. — Потому что он в коралловом рифе. Все время надо было следить, чтобы он не разрушился. Да и коралловый риф за пять минут не вырастет. И вообще, строительство любого здания — очень долгая и кропотливая работа. — пояснил Константин. — Всё время надо за всем следить. Очень важно провести точные расчёты при проектировании, учесть все мелочи, а потом так же точно надо всё перенести в реальность. Не дай Великий Эфларус не учесть какую-то погрешность и свалить всю работу насмарку. — все заинтересованно слушали увлечённого своим делом человека. — Об этом ещё долго можно говорить. Суть одна — работа над всеми этапами создания какого-либо строения одна точная наука — Аа… — понятливо протянул Лёша. Ник же в восхищении смотрел на отца. Он просто обожал разговаривать с ним на такие темы. Карета понеслась вдоль красной стены, мимо тонких и узких башенок со светящимися оконцами. После чего промчались над пристанью, возле которой покачивалось на воде несколько десятков пришвартованных кораблей. Паруса их были спущены, а на мачтах развевались разноцветные флаги. «Интересно, — подумала Василиса, — Ник бывал в Черноводе? Ему бы здесь так понравилось…» — Мне приятно, что ты обо мне думаешь и помнишь о моей мечте. Точнее мечтах. — поправил Ник. — Ты мой первый друг в часовом мире. Вот я и запомнила. — улыбнулась Василиса. — Хоть мы и не первые друзья для тебя в часовом мире, но и наши мечты ты все знала. — заметила Диана. — Ты очень хороший друг, подруга и невеста. — закончила девушка. — Что правда, то правда. — продолжила Захарра. — Порой было непонятно откуда ты все это знаешь. — Я просто внимательная и обращаю внимание на мелочи, но спасибо. Но не забудьте, что вы тоже знали, что мне подарить. Захарра мне вообще подарила яйцо луноптаха, что меня удивило. — А как я удивился, когда увидел у тебя его. Под моим носом… Такое провернуть, чтобы я не знал, что у меня дома яйцо луноптаха. — воскликнул Нортон. Напряжение всё не отпускало его. — А как я боялась, что ты у меня его заберешь. — ответила ему дочь не менее эмоционально. — Честно, сначала я действительно хотел у тебя его забрать, но потом подумал, что для тебя это будет большой радостью, за кем-то ухаживать. — ответил Нортон. — Тем более, хоть у тебя характер и мой, но повадки передались материны. Она тоже любила за животными ухаживать. — Или у неё просто обострён материнский инстинкт. — не подумав выдала Захарра, всё не отвлекаясь от рисунка. И только через несколько секунд тишины она поняла что, а главное кому сказала. Зала наполнилась смехом. — Про материнские инстинкты не шутить! — пригрозил Нортон, всё ещё сидя рядом с Василисой, которая сильно покраснела от реплики подруги. — Я ещё новость о свадьбе не принял. — уже тише добавил он. — Не волнуйся, папочка. — ухмыльнулась Василиса. — Никаких детей в ближайшие лет десять. Ты что?! Нам учиться надо! — Фэш только хлопнул себя ладонью по лицу. Все присутствующие улыбались. Нортон решил оставить ситуацию без комментариев, тем более что после всплеска эмоций, он более-менее успокоился и расслабился. — А вот и дом родной, — ехидно прошептала Елена. — Я бы так не сказала. Этот дом я видела первый раз в жизни. — хмыкнула Василиса — Ну вообще-то во второй. — произнёс Нортон, смотря куда-то в потолок. — В смысле?! — удивилась девушка. — После твоего рождения, на второй день, мы поехали в Черновод. — грустно улыбнулась Лисса. Ведь именно тогда Нортон и забрал Василису. Василиса глянула в окошко и обмерла: карета, не сбавляя хода, неслась прямо на кованые, наглухо закрытые ворота. Они же сейчас разобьются! — Сразу видно, что ты ничего не знаешь о часодействе. — заметил Миракл, который наконец-то окончательно проснулся. Госпожа Мортинова с усмешкой наблюдала за Василисой, а та не могла оторвать взгляда от приближающегося препятствия. И вот, когда столкновение казалось неизбежным, ворота расплылись в воздухе. Карета проскочила сквозь них, словно через туман. Ну конечно, карету же тонкороги тянут, только чёрные… — Молодец. Быстро соображаешь и проводишь параллели. — в очередной раз похвалил свою правнучку Родион. Василиса же просто устала смущаться, такое количество раз её уже похвалили за всё время прочтения книги. Так что она просто улыбнулась прадедушке и поудобнее устроилась в объятиях отца, наслаждаясь. Василиса подумала, что случилось бы, если бы такие животные водились в её мире, на Земле, то есть на Остале. Наверняка это была бы катастрофа, сущий ужас! Над головой летали бы тысячи карет, зато дороги стали бы наконец сугубо пешеходными. — Я бы на твоём месте не был бы так в этом уверен. Найдутся и те, кто захочет нарушить спокойствие мирных граждан. — тоже примерив ситуацию, сказал Лёша Их же карета сделала большой скачок, жалобно скрипнув рессорами, дернулась несколько раз, замедляя ход, и остановилась. — Твой выход, фейра, — произнесла Елена. Василиса не заставила себя упрашивать и, распахнув дверцу, выпрыгнула из кареты. Елена не спеша вылезла вслед за ней, расправила платье, коснулась прически, любуясь в зеркало, возникшее неизвестно откуда. — Даа… Разница сразу видна. — заметила Чёрная Королева. — Василиса просто вышла, даже выпрыгнула, а Елена и складки разгладила и в зеркальце посмотрела. Конечно, не в обиду тебе, внученька, но ты вообще не следишь за собой. — Я слежу. Просто не так… Даже слово не знаю какое подобрать. Тем более я не люблю все эти наряды. — Ох, ну ты же Королева. Ты должна за собой следить. — Я слежу за собой. Я всегда выгляжу опрятно. — улыбнулась девушка. Такие стычки с бабушкой у неё случались постоянно. И Чёрная Королева при каждом удобном случае намекала ей, что не мешало бы и потщательнее следить за собой. — Мне такая Василиса нравится, не надо мне её менять. Какая есть, другой не станет. Всё же я влюбился в неё именно из-за того, что она не похожа на всех. — мягко улыбнулся Фэш и образовался около своей невесты, обнимая её и целуя уже красную девушку. — красота в простоте. — завершил свою мысль он. Нортон лишь усмехнулся, ведь когда-то он тоже точно так же влюбился в обычную, ни на кого не похожую девочку, которая потом тоже стала Королевой. Слишком очевидные сходства вновь бросились в глаза, но Нортон откинул сомнения и решил, что дети поумнее родителей будут. Вокруг было полутемно и сыро, словно в подземелье. Василиса же вовсю разглядывала чёрных тонкорогов: те грозно вздували желваки под тонкими скулами и нетерпеливо били копытами, искрящимися в золотой пыли. Один из зверей глянул на девочку злым жёлтым глазом и громко всхрапнул, словно простая обеспокоенная лошадь. Василису это особенно восхитило: ей вдруг остро захотелось прокатиться на резвом и злобном малевале. — Ну вот почему? — не понимал Миракл, вспоминая детство. — Почему вы так любите этих малевалов, хотя они злобные. Там даже это в книге написано. — Потому что это классно. — хором сказали Лисса, Нортон и Василиса. А Чёрная Королева и Родион Хардиус согласно поддакнули. — Сразу видно — семья. — улыбнулась Диара Дэлш. Но Елена хлопнула в ладоши, и карета исчезла вместе с тонкорогами и зеркалом. Она ещё раз хлопнула в ладоши. В глаза ударил яркий свет тысячи канделябров, свисающих с потолка хрустальными гроздьями. Стены из камня были покрыты дорогими ткаными гобеленами и картинами в огромных золотых рамах, пол под ногами переливался разноцветной мозаикой. Неожиданно зазвучала тихая торжественная музыка, и Елена в очередной раз схватила Василису за плечо. Они двинулись вместе по длинной изумрудной дорожке ковра, тянувшейся через весь зал к трем пустующим креслам с высокими спинками. Издалека казалось, будто те сделаны из чистого серебра. Позади кресел находилась потрясающая картина: огромный диск луны и черные ветви ивы на его фоне. — Красиво. — Захарра, которая уже закончила предыдущий рисунок, начала рисовать следующий. — Будет у тебя серия про луну из книг про Василисины приключения. — хохотнул Фэш. — Оформишь потом в рамки и подаришь нам. Мы развесим. Это же тоже часть твоих приключений, да? — Василиса улыбнулась и кивнула в ответ. — Я подумаю. — ответила Захарра. — Но теперь я знаю, что тебе дарить на день рождения. Возле серебряных кресел Елена резко остановилась, заставив проделать то же Василису, и замерла. — Троны Триады, — прошептала она, словно в забытьи. — Наш великий Орден… Подумать только, я двенадцать лет не была здесь! Она вдруг крепко сжала руку Василисы и свирепо взглянула на девочку, словно та была виновата в том, что Елена не была здесь целых двенадцать лет. — Ну частично так и есть. — рассеянно протянул Нортон. Мортинова вновь потащила Василису за собой. Они обогнули троны и приблизились к картине на стене, оказавшейся мозаикой, составленной из маленьких кусочков стекла. Госпожа Мортинова аккуратно нажала на некоторые из камешков — по-видимому, в определённом порядке. Внезапно в картине, осыпаясь мелкой стеклянной крошкой, прорезалась прямоугольная дыра в человеческий рост, как бы приглашая войти. Елена ещё больнее стиснула плечо Василисы, увлекая за собой внутрь. Женщина и её маленькая пленница — Пленница? Серьёзно? — спросила Диара. — Ну не я так написала. Хотя если честно, именно так я и думала. — объяснила Огнева, точнее без-пяти-минут-Драгоций. долго шли по узкому каменному тоннелю, похожему на звериную нору, на стенах неярко светили факелы в железных кольцах, остро пахло гарью. Казалось, тоннелю не будет ни края ни конца. Мрачный коридор неожиданно закончился изящной витиеватой лестницей, ведущей высоко вверх. Ступеньки были полупрозрачными, изнутри исходил слабый, льющийся откуда-то свет, а по перилам вились, как живые, каменные цветы и листья, переплетаясь в причудливом узоре. — Как же здорово! — вырвалось у Василисы. — Начинаются жилые покои, — ответила на это Елена. — Только для высших часовщиков. Простые люди здесь долго не задерживаются. На её лице отразилась неприятная ухмылка, которая совсем не понравилась Василисе. — Скажем честно, мне в ней вообще ничего не нравилось. — сказала Василиса. — Да и до сих пор не нравится. — подумав, добавила она. По зале пронесся смешок. Поднявшись по удивительной лестнице, они оказались в круглом зале, посреди которого возвышался на постаменте круглый бассейн с фонтаном. На бортике, выложенном синей мерцающей плиткой, весело играли огни. А в непроницаемо чёрной, переливающейся, словно шёлк, воде лениво плескались девушки со странной полупрозрачной кожей. Завидев Елену с Василисой, они подплыли к бортику, с любопытством разглядывая прибывших. Волосы девушек шли по голове ровными и густыми рядами косичек, зелёными змейками спускаясь к плечам и полностью исчезая в черной воде. Василиса поёжилась: в неестественно круглых, словно рыбьих, глазах купающихся застыли тоскливые огни, а лица выглядели довольно угрюмо для девичьих. Диана, Фэш, Ник и Василиса хитро переглянулись, вспоминая тот день. Хоть Ник не застал те события, но по рассказам он знал, что Диана — это одна из русалок. — Это вода из источника, бьющего глубоко под землей, — неожиданно произнесла Елена. — Именно из-за него замок твоего отца называют Черноводом. И только в подобной чародейной воде можно содержать русалок в неволе. Как бы в подтверждение этих слов, одна из девушек резко всплеснула хвостом, забрызгав остальных. Русалки мгновенно отвлеклись на игру: начали гоняться друг за другом, плавая, как рыбы, и хохоча, словно дети. Елена брезгливо поморщилась: — Глупые эферные создания. — Сама она глупая. — обиделась Диана. — Я с тобой согласна. — сказала Дейла. Василиса же во все глаза разглядывала настоящих русалок, гадая, сколько ещё чудес таит в себе отцовский замок. Но Елена не хотела задерживаться возле бассейна и вновь потащила её за собой. Одна из русалок сделала странный знак рукой, по-видимому пытаясь привлечь внимание девочки. Василиса решила в ответ кивнуть как можно участливей. Русалка расстроенно плюхнулась на спину и резко ушла под воду. Наверное, бассейн был очень глубоким. — Странно, что она вообще тебе помахала. — заметил Маар. Ответом ему стали лишь ухмылки. Елена, протащив Василису по бело-золотой дорожке ещё одного коридорчика, наконец-то остановилась перед маленькой овальной дверью. …В полутемной комнате, повернувшись к окну и заложив руки за спину, стоял человек. — Кто это? — поинтересовался Маар. — Ну, я думаю, что это господин Огнев. Ведь его же замок. — усмехнулся Ник. В толстых и высоких подсвечниках, расставленных по углам, сами собой вспыхнули яркие живые огоньки. Человек возле окна повернулся, и Василиса мгновенно узнала отца. — Вот девчонка, — произнесла госпожа Мортинова. — Как видишь, в целости и сохранности. — Я потрясен твоим самообладанием, Елена, — иронично произнес Нортон-старший, с некоторым удивлением разглядывая Василисин наряд. — А теперь, прошу тебя, оставь меня с дочерью наедине. Елена недовольно поморщилась, коротко присела в реверансе и, даже не взглянув на Василису, вышла. — Больно надо… — Итак, ты опять дома, — медленно произнес отец. — К сожалению, — буркнула Василиса, чувствуя, что опять начинает краснеть. Что бы она сейчас ни отдала, чтобы оказаться перед зеркалом и посмотреть, что сотворила с ней Елена. — Лучше бы и дальше не видела. — Надеюсь, ты уже поняла, что побег из дома был подстроен, — вёл дальше Нортон-старший. — Марк, чудный малец, внушил тебе, что требуется; ты поверила: дома угрожает смертельная опасность. И, умница, воспользовалась часолётом, подаренным тебе Эриком. Простодушный сынок Лазарева помог тебе переместиться, как я и предполагал. Ник обиженно фыркнул. — Поверь. — обратился к нему Огнев. — Я так уже не считаю. — Ну спасибо. — Лазарев сделал вид, что обиделся. — И я всё ещё считаю, что было бы лучше, если бы ты обо всём рассказал мне сначала. — решил добавить старший Лазарев. — Да понял я. — вздохнул Ник и, засопев, отвернулся от всех. Диана ободряюще ему улыбнулась и сжала руку, в знак поддержки. Дальше всё пошло как по маслу: ты проникла с новыми друзьями в Ратушу и тебя, наконец, засекли Хватким вихрем. — Ты серьёзно ей все рассказал? — удивился Миракл, считая своего друга сумасшедшим. — Поверьте, это его новый план. Так что… — Не может быть. — Василиса была серьезно потрясена ролью Эрика. А она-то думала… Как же это подло! — Очень подло. — повторила девушка. Нортон лишь развёл руки в стороны извиняющимся жестом, а потом вновь обнял дочь. — Я тут же предъявил Лазареву обвинение, — продолжил отец скучающим тоном. — Но он не мог поверить в своё бесславное поражение. К счастью, он связался с сыном по инерциоиду на глазах у всего Лазоря и обнаружил там тебя! — Отец довольно хмыкнул. — Так получилось, что благодаря высокой степени кое-кого я смог войти в РадоСвет без особых проблем да ещё устранить своего врага — Лазарева. В общем, я тебе благодарен вдвойне. Спасибо, дорогая. — Вааау. Ты умеешь говорить «спасибо»? — начал издеваться Миракл. — Не за что, — кисло произнесла Василиса. Она так устала от всех этих сложных интриг и странных загадок, что мечтала только об одном — о возможности выспаться, а уж завтра будь что будет. — Видите. — решил прокомментировать Фэш. — Кому что надо для счастья, а Василисе просто выспаться. Ну разве она не идеальна? — все только улыбнулись. Но, как видно, это не входило в планы Нортона-старшего. — Я тебе это рассказываю не просто так, — с усмешкой сказал он. — Видишь ли, я не намерен делать тебя часовщицей, но госпожа Дэлш считает иначе. Сегодня в полночь я вынужден дать праздничный ужин: якобы в честь моего назначения… Конечно, мне пришлось пригласить весь РадоСвет. Госпожа Дэлш ни за что не опустилась бы до того, чтобы принять мое приглашение, но тут… — Отец вновь усмехнулся. — Видишь ли, она согласилась. Причина ясна? — Ещё как ясна. — покачала головой Василиса. — Только мне хотелось узнать, что же ты задумал. — То есть дочка оказалась умней и хитрей отца? — улыбнулся Нортон. — Получается, что да. — Не совсем, — уклонилась Василиса. Нортон-старший притворно вздохнул. — Причина — это ты, — жестко сказал он. — Госпожа Дэлш пожелает узнать, всё ли с тобой в порядке. Поэтому ты обязана присутствовать за праздничным столом и делать вид, что всё хорошо. — А если всё не хорошо? — спросила Василиса. — Узнаю черту Огневых. — улыбнулся Хардиус. — Всё отлично! — резко произнес Нортон-старший. — Если тебя спросят, отвечай, что не хочешь быть часовщицей и желаешь вернуться на Осталу. Что тебя пугают люди с крыльями и вообще тебе здесь очень страшно. — А если я не буду говорить такую чепуху? — Меня, конечно, это и правда пугало, но я не хотела тебя слушаться. — ухмыльнулась девушка. Она решила позлить отца. — Ах, вот как. Я тут стараюсь, а она… — решил поддержать игру Огнев. — Тогда после ужина мне придется закрыть тебя в Одинокой башне… И будешь ты жить там долго-долго и совсем не счастливо. А РадоСвету я скажу, что моя дочь серьезно заболела и в любом случае не может учиться в часовой школе. Не выдержала, сломалась, испугалась… Василиса, не снеся холодного отцовского взгляда, уставилась в окно, на витраж из цветного стекла. Похоже, она уже в какой-то башне. Эта комната была маленькой и очень зеленой: одеяло, скатерть на низком столике и круглый коврик — всё излучало яркий изумрудный свет, словно трава на летней лужайке. В углу стояло зеркало на ножках, в овальной раме, выложенной мерцающими в полутьме драгоценными камнями, тоже зелеными. — Я скажу Елене, чтобы прислала девочек, они помогут тебе нарядиться и проведут в праздничный зал. Сама ты, конечно, заблудишься… Надеюсь, тебе больше не придет в голову убегать. — Нортон-старший неизвестно чему улыбнулся. — Без часодейства ты не сможешь покинуть пределы замка. — Ну естественно ты уже знал, что я сбегу. И тем человеком был ты. — Конечно. Надо же было убедиться, что Драгоций тебя не прикончит. — Так значит всё-таки волновался? — Да. Тебя же одну нельзя оставлять. Что-нибудь придумаешь, так что… — В этом я с вами согласен. — поддакнул Фэш. — Если вдруг она одна, всё, это беда. Она себя убьёт случайно, захотев просто почитать книгу, которая лежит в дальнем углу самой верхней полки. Все засмеялись, а Василиса покраснела. Василисе подумалось, что в этот раз действительно убежать не удастся. Да и куда?! — Ко мне. — успокоила её Лисса. — К сожалению, — повел дальше Нортон-старший, — я должен покинуть вас, мисс. До вечера. — Я тебя так ненавижу, — процедила Василиса. Нортон-старший улыбнулся: — Очень на это надеюсь. — Холод, расчётливость и ничего лишнего. — прокомментировал Миракл. Он круто развернулся, шагнул к зеркалу на ножках и вдруг исчез. Пропал, оставив Василису в полном замешательстве, — ей показалось, что фигуру отца поглотило зеркало. Осторожно приблизившись, Василиса долго разглядывала зеркальную поверхность и, постучав пальчиком, нашла её весьма твердой. — Что? — ответила Василиса на непонимающие взгляды некоторых часовщиков. — Я несколько дней назад узнала о существовании часодейства. Естественно, я не знала про перемещения. И вот тогда она увидела себя. — О-о-ох… Её густые рыжие волосы были скручены в замысловатые кольца и косички, а на голове царил немыслимый беспорядок. Такие расфуфыренные прически Василиса никогда раньше не видела. Хорошо, хоть заколка с синим цветком — подарок отца — оставалась на голове, хоть и смотрелась чересчур изящно на таком бедламе. — То есть ты её все-таки не выкинула? — удивился Нортон. — Это твой подарок. Она у меня до сих пор лежит в шкатулке с дорогими мне вещами. — мягко улыбнулась Королева. Платье выглядело ещё ужаснее: пышная юбка, рукава с кучей фонариков и везде бантики и цветочки разной формы. Сразу стало жарко и неудобно. После недолгих поисков Василиса поняла, что другой одежды в комнате нет. Кроме того, она плохо представляла, как избавиться от тугой шнуровки из розовых лент на спине. Ужас! Видел бы её Лешка в таком наряде — со смеху лопнул бы… — Я уже… — смеялся Рознев, представив подругу в таком платье. Вспомнив о друге, Василиса горестно вздохнула, подошла к кровати, стоявшей прямо возле окна, и плюхнулась с размаху на зеленое атласное одеяло. Отдыхать, как ни странно, не хотелось. Мысли спутались, упрямо не желая складываться в связную картинку. Но кое-что девочке представлялось очень даже ясным: из-за неё арестовали отца Ника, благодаря коварному плану Нортона-старшего… И теперь Фэш думает, что она тоже очень виновата. Мальчишка наверняка горит местью… — Ой, кто-то уже начал думать о мальчишке. — протянула Николь. — Не-е-е, я тогда думала, сколько у меня врагов. И просчитывала, что мне от него ждать. — Кольцо обручальное тебе от него ждать. — хитро улыбнулся Норт. — свадебные подколки становились уже традицией. — Ой, иди ты! — махнула на него рукой Василиса. Василиса вскочила. Надо получше осмотреть комнату, вдруг найдется хоть какая-нибудь лазейка? — Молодец. — улыбнулся Родион. — Из любой ситуации есть выход. Она подошла к столику. На нём стояло большое серебряное блюдо, накрытое зеленой салфеткой. Едва глянув на него, Василиса почувствовала зверский голод: пирожки, конечно, были вкусные, но ими не очень-то наешься. Да и после сегодняшних приключений есть захотелось ещё больше. Вот бы сейчас жареной картошки с грибами! Хотя, пожалуй, она бы обрадовалась любому блюду… Девочка решительно сдернула салфетку. Каково же было удивление Василисы, когда под ней обнаружилось именно то, что она хотела: на блюде возвышалась аппетитная горка хрустящего картофеля в окружении тушеных белых грибов. А рядом находились столовые приборы. От блюда шёл необыкновенный аромат, и Василиса решилась. — Я ничего не знала об этом, поэтому удивилась. — прерывая поток вопросов, ответила Огнева. Столик оказался низковат, пришлось усесться возле него, скрестив ноги по-турецки. Ну, это ничего… Главное, что её голодом морить не собираются. После еды захотелось пить, но ни кувшина, ни графина рядом не было. А Василиса не отказалась бы, например, от лимонада. Девочка со вздохом накрыла пустое блюдо салфеткой. Вдруг под салфеткой что-то звякнуло. Василиса сдернула её и ахнула: на блюде стоял прозрачный хрустальный бокал, до краев наполненный газировкой с шипящими пузырьками. Василиса попробовала: лимонад! Удивительная вещь — о чём ни подумаешь, то и появляется… Ну, а мороженое, обязательно сливочное, политое шоколадным сиропом! С одной, нет, двумя вишенками… Именно такое лакомство и обнаружила Василиса под зелёной салфеткой, в запотевшей от холода вазочке, со взбитыми сливками и двумя вишенками сверху. Здорово! Неужели все можно получить? Ну, хорошо, а если… Блямц! Сверху на салфетку упала небольшая серебряная табличка, на которой чистейшим русским языком было написано: «Особам, не достигшим совершеннолетия, алкоголь запрещается». — Василиса… — протянул Нортон. — Нет, я все понимаю, но… Тебе всего двенадцать лет. Было. Ты… Ты… — Я хотела проверить… Девушка уже пряталась от гнева отца и смешков остальных за своим женихом. — Ты! Маленькая проказница. Как только вылезешь из своего укрытия я тебе так дам. Сразу всё проверишь. Прочитав её, Василиса тут же залилась густым румянцем — хорошо, что никто не видит её эксперименты. Ради интереса она ещё попробовала заказать у волшебного блюда по очереди шариковую ручку, морскую ракушку, небольшую гантель, раскладной нож, трикотажное платье (вместо этого ужасного), живую черепаху и мобильный телефон. Но всякий раз серебряное блюдо оставалось пустым под крышкой. Василиса полностью спряталась у своего жениха на груди и её стало почти не видно. А Фэш обнимал свою невесту и тихо смеялся над ситуацией в книге. Зато горячий бутерброд с колбасой тут же появился. Пришлось прекратить всякие попытки вызвать несъедобную вещь. Бутерброд уже не лез, поэтому Василиса оставила его на блюде, а сама растянулась на кровати. Да, после еды думалось намного веселее. Цветные витражи тускнели: за окном наступали сумерки. Неожиданно в подсвечниках, расставленных по углам, зажглось ещё больше огней, дополнительные свечи появились неизвестно откуда. Василиса даже не вздрогнула, начинала потихоньку привыкать к необычному и странному. Веки у неё слипались, и хотелось спать, несмотря на туго стянутое корсетом платье. И тогда зазвонил мобильный. — О, это я звоню. — Глава закончилась. Кто будет читать? — спросила Гроза. — Давайте я.