Запах грозы

      — Думаешь, получится?       — Не знаю. — Переведя взгляд с Куинни на уснувшего на диване Криденса, покачала головой Тина. Была глубокая ночь, и сёстры уже успели внимательно изучить карту, несколько раз обсудить план и выпить бодрящего зелья, которое аврор всегда старалась держать под рукой. — Нам не помешала бы помощь, но я не знаю, к кому мы могли бы обратиться. Боюсь, мои коллеги вряд ли поверят Криденсу, и даже если решат проверить адрес, может быть уже слишком поздно.       — Может, отправить анонимное сообщение Пиквери? Если не упоминать мальчика, а только указать адрес, где, должно быть, держат мистера Грейвса, ей останется только послать туда авроров.       Тина, на самом деле разделявшая нежелание сестры лезть в логово бандитов втроём, да ещё и без обстоятельной подготовки, задумчиво закусила губу и, мысленно взвесив все «за» и «против», отрицательно покачала головой.       — Тогда всё будет зависеть от того, насколько сильно наша госпожа президент хочет вернуть Грейвса. И у неё, и у аврората сейчас полно проблем, и я не уверена, что она решит ухватиться за такую ниточку. Ей может показаться более разумным дождаться, пока Гриндевальд заговорит, чем посылать людей по адресу, полученному таким путём.       — А промедление может стоить мистеру Грейвсу жизни. — Закончила за сестру Куинни. — Я всё понимаю, просто мне не нравится, что мы будем там втроём. К тому же, меня беспокоит Криденс: ты сама видела, что он контролирует свои силы не до конца. И если завяжется крупная драка, может сработать система оповещения и появятся твои коллеги.       — Знаю. — Вздохнув, Тина вновь сосредоточилась на разложенной на столе магической карте, в данный момент показывавшей один из пригородов Нью-Йорка. — У нас нет гарантии, что Криденс не наделает глупостей и что на него не попытаются напасть авроры. Но другого варианта нет: без силы обскури мы можем не справиться, да и оставить его дома вряд ли получится. Если он проник в тюрьму МАКУСА и добрался до Гриндевальда, то и это место найдёт.       — А это точно добром не кончится. — Поймав на себе укоризненный взгляд аврора, Куинни удивлённо выгнула брови. — Что?       — Ты сама прекрасно знаешь, что. — Покачала головой Тина. — Перестань заканчивать мои фразы за меня.       — И читать твои мысли. Да-да, знаю. Прости, Тинни, это само получается. Ты слишком громко думаешь.       Наградив Куинни ещё одним укоризненным взглядом, аврор вздохнула, но не стала больше ничего говорить, не желая срывать раздражение на сестре. Ситуация, в которой они оказались, очень сильно ей не нравилась, и это давило на нервы. Конечно, ей и раньше приходилось рисковать жизнью и сражаться с тёмными волшебниками, но Тина предпочла бы делать это в компании опытных коллег-авроров, а не далёкой от таких приключений сестры и мальчишки-обскура, от которого было непонятно, чего ожидать.       — Ладно, раз другого плана у нас всё равно нет, будем действовать, как решили. — Помедлив ещё несколько секунд, объявила Тина. — Я попробую подобрать нам защитные амулеты, помнится, я приносила что-то с работы. А ты посмотри, есть ли у нас лекарства или зелья, которые могут пригодиться. И найди себе подходящую обувь.       — Хорошо, Тинни. — Кивнув, Куинни отправилась рыться в буфете.       Переведя взгляд с сестры на Криденса, спавшего глубоким, тяжёлым сном вымотанного и морально, и физически человека, Тина заправила за ухо лезущую в лицо прядку, невольно вспомнив, как это делал Ньют. Конечно, магозоолог умел и находить, и создавать неприятности, но, окажись он сейчас рядом, девушке стало бы намного спокойнее. Да и в дальнейшем его помощь была бы не лишней, так что, несмотря на позицию МАКУСА, следовало найти способ сообщить ему, что Криденс жив. Как это лучше сделать, волшебница пока не представляла, но в данный момент у неё и так было достаточно поводов для размышлений.       Вытащив из своей тумбочки в спальне заколдованную шкатулку, Тина присела на кровать и принялась перебирать безобидные на вид безделушки, прикидывая, какие из них могли бы пригодиться. У неё нашлось несколько медальонов-расфокусировщиков, мешавших противнику прицелиться заклинанием, и изящная брошка, усиливающая действие защитных чар. Взвесив её на ладони, аврор осторожно обвела указательным пальцем второй руки крупный синий камень, оплетённый изящными серебряными завитками. Он быстро согрелся, став приятно тёплым, и девушке подумалось, что заколдовать украшение мог сам Грейвс. На самом деле это был подарок от коллег, и Тина понятия не имела, кто именно выбирал брошь, но идея вполне могла принадлежать шефу, а может, и не только идея.       Что с ним сейчас? Жив ли он, и смогут ли они ему помочь?       В комнату, тихонько прикрыв за собой дверь, вошла Куинни, невольно заставив сестру отвлечься от воспоминаний и размышлений. Пока она переодевалась, Тина закончила подбирать амулеты, которых оказалось куда меньше, чем ей хотелось бы.       — Вот, возьми. Это тебе. — Подойдя к сестре, аврор протянула ей один из медальонов и брошь. — Собрала аптечку?       — Да, я смогу оказать первую помощь, если будут раненые. — С немного печальной полуулыбкой Куинни взяла украшения и, сжав их в ладонях, прижала к груди. — Обещаю, что буду осторожной и пригляжу за Криденсом. Наверное, пора его будить?       — Пожалуй, уже можно. — Сверившись с карманными часами, кивнула Тина. — Нужно ещё объяснить ему наш план. Сваришь кофе?       — С радостью. — Улыбка легилимента стала чуть шире. — Перекусишь?       — Нет. — Немного подумав, покачала головой аврор. — А вот Криденс мог опять проголодаться. Ума не приложу, где он был всё это время? Вид у него ужасный.       — Повезло, что он вообще жив. — Слегка нахмурив брови, Куинни невольно передёрнула плечами. — Ладно, разбуди его, а я закончу собираться и приду.       — Хорошо. — Коротко кивнув, Тина слегка сжала руку сестры чуть ниже плеча и, улыбнувшись, вышла из комнаты.       Криденс всё ещё спал, свернувшись на коротковатом для него диване и натянув плед почти до самой макушки. Мальчишка. Аврору так и не удалось доподлинно узнать, сколько ему на самом деле лет, но во сне он выглядел сущим ребёнком, пусть и ужасно измотанным. Будить его было ужасно жалко, но, услышав, как в комнату тихонько вошла Куинни, Тина присела рядом с юношей и осторожно потрепала его по плечу.       — Просыпайся, Криденс. Надо вставать.       Пробормотав что-то неразборчивое, обскур легонько поморщился и повёл плечом, словно пытаясь сбросить с него чужую руку, а затем с явной неохотой открыл глаза. Несколько секунд он лежал неподвижно, сонно вглядываясь в пространство перед собой и, видимо, не совсем понимая, где находится и что происходит, а затем осторожно приподнялся на локте. Взглянув на Тину, он слегка нахмурился.       — Нам уже пора?       — Почти. — Ласково улыбнувшись, аврор помогла юноше сесть. — Сейчас Куинни сварит кофе, и мы объясним тебе наш план.       — Ох, милый, ты никогда не пробовал кофе? — Оторвавшись от изучения содержимого буфета, удивлённо поинтересовалась легилимент. — Нет, не бойся, он не горький. Я добавлю молоко и корицу — тебе обязательно понравится. Ты голоден?       — Немного. — Заметно смутившись, Криденс втянул голову в плечи.       — Я приготовлю тебе перекусить. — Подойдя к столу, Куинни подвинула карту, освобождая место для посуды, и добродушно улыбнулась. — Ну что ты, я же говорила, что мне не сложно. Тина, может, и ты всё-таки съешь что-нибудь?       — Ладно, давай. — Немного подумав, согласилась та. — Как ты себя чувствуешь, Криденс?       — Со мной всё хорошо, мисс... Тина. Вы придумали, как мы будем спасать мистера Грейвса?       — Почти. Если Гриндевальд тебя не обманул, то шефа держат вот в этом доме. — Достав палочку, Тина направила её на карту, и нужный район в пригороде Нью-Йорка приблизился, заставив Криденса удивлённо охнуть и податься вперёд. — Судя по всему, это частный особняк. Место довольно укромное: вокруг большой сад, а поблизости всего несколько таких же домов. Пособники Гриндевальда вряд ли ожидают визита посторонних, и если мы наведаемся к ним до рассвета, то можем застать врасплох. Ты сможешь незаметно пробраться в дом и разведать обстановку?       — Конечно. Если мистер Грейвс там, я найду его. Но как мы туда попадём?       — Трансгрессируем. Не напрямую, правда — сразу на такое расстояние я переместиться не смогу, тем более с вами. Но я бывала вот здесь. — Изображение на карте сместилось вбок — Тина указала кончиком палочки на железнодорожную станцию, окружённую всего парой десятков домов. — Придётся пройти пешком больше мили, но зато так меньше шансов, что нас заметят. К тому же вокруг особняка может стоять защита от трансгрессии.       — Кофе и шоколадный кекс. — Объявила Куинни, ненадолго привлекая к себе общее внимание. — Угощайтесь.       — Спасибо. — Усевшись поудобнее, Тина отложила палочку и взяла в руки подлетевшую к ней чашку. — Как только мы окажемся на месте, тебе, Криденс, нужно будет проникнуть в дом и как следует там осмотреться, никого и ничего не трогая. После этого ты вернёшься к нам с Куинни и расскажешь обо всём, что увидел.       — А потом? — Руки юноши всё ещё тряслись, и ему пришлось придвинуться поближе к столу, чтобы под умилёнными взглядами сестёр осторожно попробовать кофе.— Очень вкусно. Спасибо, мисс.       Коротко кивнув, Куинни улыбнулась в ответ.       — Спасибо. — Присоединилась к благодарности Тина. — Как действовать дальше, мы решим после того, как ты осмотришь дом. Но, в любом случае, чем дольше мы будем оставаться незамеченными, тем лучше.       — Кроме того, с пособниками Гриндевальда, скорее всего, захотят пообщаться в аврорате. — Отпив кофе, Куинни смерила Криденса весьма многозначительным взглядом. — Поэтому, если завяжется драка, постарайся только разоружать нападавших. Обычный волшебник, оставшись без палочки, уже не будет способен на сложное колдовство и станет почти не опасен.       — А необычный? — Тщательно прожевав кусочек кекса, поинтересовался Криденс. — И мистер Грейвс, и тот, который им притворялся, хорошо колдовали и без палочки.       Приятно удивившись наблюдательности юноши, Тина коротко пожала плечами:       — Скорее всего, единственный маг такого уровня, которого мы там встретим — это сам мистер Грейвс. Но всё равно лучше будь осторожен. Самое опасное заклинание, которое они знают, называется «Авада Кедавра» — оно мгновенно убивает того, на кого направлено, но при этом состоит из двух слов.       — Я запомню. — Очень серьёзно, продолжая при этом слегка хмурить брови, кивнул Криденс.       Тина, не удержавшись, легонько потрепала его по плечу и волосам, пытаясь поддержать. Юноша почти ничего не знал об их мире и таящихся в нём опасностях, но времени на то, чтобы рассказать о них, не было. Оставалось надеяться, что сегодня удача будет на их стороне. И на стороне Персиваля Грейвса.              Если в самом Нью-Йорке за прошедшие часы лишь усилились ветер и тревожное чувство приближающейся грозы, то в нескольких милях от города уже во всю бушевала стихия. Небольшая железнодорожная станция встретила волшебников холодом, проливным дождём, вспышками молний и оглушительными раскатами грома, первый же из которых заставил Криденса втянуть голову в плечи и прижаться к удивлённо оглядывающейся по сторонам Куинни.       Платформа, как и надеялась Тина, была совершенно пуста, только на дальнем её конце горел одинокий, раскачивающийся под порывами ветра фонарь. Конечно, трансгрессировать на открытое пространство было рискованно, но в последний раз аврор была здесь больше полугода назад, и достаточно хорошо запомнила только это место.       Достав палочку, чтобы магией спрятать себя и своих спутников от дождя и особенно сильных порывов ветра, Тина выглянула из-под навеса, внимательно оглядывая платформу и железнодорожные пути. Чуть в отдалении темнело невысокое станционное здание, за которым начиналась вереница таких же низких домов. Свет в окнах не горел, и вокруг не было заметно никакого движения.       — Всё в порядке? — Осторожно потянув сестру за рукав, поинтересовалась Куинни. Беспокойства в её голосе не было, и Тина поняла, что та интересуется скорее ради совсем растерявшегося Криденса.       — Да, вокруг ничего подозрительного. — Очередной раскат грома заставил девушку замолчать, дожидаясь, пока он утихнет. — Но осторожность всё равно не помешает. Если заметите кого-нибудь, сразу говорите мне. Криденс, ты в порядке?       — Всё хорошо, мисс. — Почувствовав на себе полный беспокойства взгляд, юноша поспешно закивал.       — Мы можем идти. — На всякий случай подтвердила Куинни, почувствовав, что в глазах аврора его слова выглядели не слишком убедительно.       Тина, которой идея взять с собой юношу-обскура постепенно начинала казаться всё более скверной, коротко кивнула и жестом велела спутникам следовать за собой.       Дорога, уходившая от станции в сторону частных владений, очень быстро превратилась в сплошной поток грязи, так что девушкам пришлось заколдовать ботинки, чтобы не увязнуть в ней совсем. Гроза, похоже, не собиралась в ближайшее время уходить: становилось всё холоднее, а разглядеть окружающий пейзаж удавалось с большим трудом, и то не дальше, чем на сотню шагов. Но, дойдя до очередного поворота и сверившись с картой, которую порывы ветра так и норовили вырвать из рук, Тина внимательно огляделась по сторонам и, подняв повыше воротник пальто, поспешила увести своих спутников подальше от дороги.       Поле, через которое они шли, кончилось — дальше начиналась полоса лиственного леса, и аврор предпочла укрыться в густой тени под деревьями не только от дождя, но и от взглядов возможных наблюдателей. Идти сразу стало тяжелее, приходилось то и дело проверять направление и внимательнее смотреть под ноги. Куинни, не привыкшая к подобным прогулкам, несколько раз спотыкалась, и от падения её спасала лишь помощь вовремя подхватывавшего её под руку Криденса. Однако, и девушка, и юноша, которому тоже вряд ли приходилось раньше бывать в подобных ситуациях, мужественно терпели, не прося Тину ни замедлить шаг, ни зажечь свет, который мог бы облегчить путь, но наверняка привлёк бы ненужное внимание.       Деревья, кажущиеся в темноте единой движущейся чёрной массой, шумели и гнулись под порывами ветра, бросавшего в лицо путникам мокрые листья и мелкие веточки. Шум, то усиливающийся, то ослабевающий, не стихал ни на секунду, поглощая все прочие звуки. Это, вместе с откровенно паршивой видимостью, тревожило Тину: она умела ориентироваться и обнаруживать возможных врагов при помощи магии, но не привыкла полагаться только на неё, как это приходилось делать теперь.       Однако о том, что они дошли до границы частых владений, узнать без магии не удалось бы даже и в хорошую погоду: впереди продолжался всё тот же лес, и понять, что цель их путешествия уже близка, Тина смогла, лишь в очередной раз сверившись с картой, на которой их нынешнее положение отмечала небольшая точка.       — Будьте начеку, мы уже близко. — Стараясь перекричать шум леса, сообщила она. — Выйдем к особняку с противоположной от дороги стороны.       Спутники ответили ей сосредоточенными кивками. Тина, последний раз взглянув на карту, чтобы запомнить побольше деталей, спрятала её в карман пальто и, крепче сжав в руке палочку, осторожно двинулась в намеченном направлении.       Первое попавшееся им строение — небольшой домик, видимо, предназначавшийся для прислуги, — оказалось заброшено. Стёкла в окнах первого этажа были выбиты, покосившаяся входная дверь со скрипом раскачивалась и хлопала под порывами ветра. За те несколько минут, которые Тина потратила на наблюдение, спрятавшись вместе со спутниками за деревьями, ей не удалось заметить внутри никакого движения, однако, подходить к дому близко она всё равно не рискнула, предпочтя заложить приличную дугу.       Аврор по своему опыту знала, что заброшенные здания в Нью-Йорке и окрестностях никогда не бывают безопасными, особенно по ночам. И дело даже не в тёмных колдунах.       Так что немного расслабиться Тина позволила себе лишь когда строение оказалось далеко позади, и то не надолго: не прошло и получаса, как впереди, пробиваясь сквозь пелену дождя и мрак леса, забрезжил тёплый, неяркий свет. А затем лес кончился.       Особняк, на втором и третьем этажах которого горело несколько окон, стоял на небольшой возвышенности и, насколько можно было судить, раньше был окружён садом, который теперь был вырублен. Остановившись у кромки леса, Тина внимательно оглядела открывшееся впереди пространство, и сделала несколько взмахов палочкой, пытаясь обнаружить охранные чары. Результат колдовства заставил её всерьёз задуматься.       — Теперь понятно, почему мы не встретили никаких магических ловушек раньше. — Пояснила она прижавшейся к её плечу Куинни. — Отсюда до особняка футов триста, если не больше — всё пространство хорошо просматривается, и здесь же лежат обнаруживающие незваных гостей чары. Если кто-то попытается подойти ближе, его смогут атаковать прямо из окон.       — Выходит, подойти незамеченными мы не сможем? — Нахмурила брови легилимент.       — Нет, я бы даже сказала, вопрос в том, сможем ли мы вообще подойти. — Взяв сестру под руку, Тина увела её подальше в тень деревьев, где их дожидался задумчивый и мрачный Криденс. — Даже если сторонников Гриндевальда мало и сейчас они все крепко спят, как только нас обнаружат, мы всё равно будем у них как на ладони. Им даже не придётся особо целиться — накроют заклинаниями всю площадь.       — Если их не отвлечь. — Голос Криденса, и без того довольно тихий, почти тонул в шуме ветра, так что сёстрам пришлось напрячь слух, чтобы разобрать его слова. — У меня может получиться обезоружить их всех, или сделать так, что им станет не до вас.       Тина, своими глазами видевшая разрушительную силу обскура, невольно передёрнула плечами и поспешно замотала головой.       — Пока что будем действовать по плану. Мы с Куинни останемся здесь, а тебе нужно незаметно проникнуть в дом и постараться найти Грейвса. Как только станет ясно, что происходит внутри, мы решим, как действовать дальше.       — Хорошо. Я сделаю, как вы скажете. — Похоже, Криденсу было намного проще подчиняться другим, чем действовать самому, и он был даже рад, что аврор не позволила ему проявить инициативу. — Если мистер Грейвс действительно там, что мне ему сказать?       — Ничего. — Подумав немного, покачала головой Тина. — Шеф не знает, что ты обскур, к тому же, если ты примешь человеческий облик, вероятность того, что тебя обнаружат, сразу возрастёт. Поэтому осмотрись и сразу возвращайся к нам.       — Не расстраивайся, милый. У тебя ещё будет время, чтобы поговорить с мистером Грейвсом, когда всё это закончится. — Заметив, как изменилось выражение лица юноши, поспешила успокоить его Куинни. — А пока постарайся слушаться Тину. Она лучше нас с тобой знает, что делать в таких ситуациях.       — Хорошо. — Кажется, юноша попытался наметить улыбку, но аврор вовсе не была уверена, что это не игра теней или её воображения. — Как я вас найду?       — Мы будем ждать тебя здесь, на этом самом месте, и следить за домом. — Решила Тина, мысленно укорив себя за то, что не обдумала этот вопрос прежде. — Если, вернувшись, ты обнаружишь, что нас нет, значит что-то случилось, и тебе нужно срочно возвращаться в Нью-Йорк.       — А там?       — Попробуешь поговорить с Серафиной Пиквери и всё ей объяснить. Возможно, она тебя выслушает.       Эта идея явно пришлась Криденсу не по вкусу, но, немного помедлив, он всё же утвердительно кивнул.       — Удачи вам, мисс.       — Тебе тоже, милый. — Не удержавшись, Куинни подалась вперёд и, обняв юношу за плечи, чмокнула его в щёку, окончательно смутив. — У тебя всё получится.       — Спасибо. — Неловко убрав с себя её руки, обскур отступил на несколько шагов и, напоследок взглянув на Тину, поднял лицо к едва различимому сквозь непрерывно движущиеся ветви грозовому небу.       Ударила молния, и в её свете аврор успела разглядеть странно побелевшие глаза Криденса. Откуда-то запахло гарью, и в следующее мгновение долговязая фигура юноши растворилась в окруживших его тенях. Сёстры принялись изумлённо оглядываться по сторонам, но не смогли заметить никаких следов обскури.       — И как Грейвса угораздило с ним связаться? — Почти коснувшись губами уха сестры, поинтересовалась Куинни.       — Сама задаюсь тем же вопросом. — Отозвалась Тина. — Но, надеюсь, у них обоих всё хорошо.       Переглянувшись, сёстры кивнули мыслям друг друга и, не сговариваясь, подошли чуть ближе к кромке леса, быстро выбрав место, из которого можно было бы наблюдать за особняком, оставаясь незамеченными. Посмотрев на карманные часы — стрелки и цифры на циферблате едва заметно светились, — Тина захлопнула крышку и села, прислонившись спиной к ближайшему дереву. Куинни, немного помедлив, опустилась рядом, устроив голову у сестры на плече.       — Он вернётся. — Тихо произнесла она, прежде, чем аврор успела озвучить терзавшую её мысль. — Ты его недооцениваешь.       — До рассвета остался час, максимум полтора. — Несмотря на заклинание, защищавшее их обеих от дождя, Тине всё равно сделалось как-то зябко и неуютно. — Дольше ждать мы не сможем — придётся вернуться в город и пытаться убедить Пиквери послать сюда авроров.       — Ты ей не доверяешь?       Тина невольно скривила губы.       — Скажем так, Криденсу и его желанию спасти Грейвса я доверяю больше.       Куинни на это слегка качнула головой, обозначая кивок, но ничего не ответила. Свет в окнах особняка продолжал гореть — видимо, кому-то из его обитателей не спалось, но больше ничего внутри не происходило. По крайней мере, Тина надеялась, что дела обстояли именно так: с такого расстояния понять что-либо наверняка она не могла.       Теперь им с Куинни оставалось только ждать.       Так случилось, что Джеффри Хьюза уже несколько ночей мучила бессонница, причины которой носили два довольно звучных имени: Персиваль Грейвс и Геллерт Гриндевальд. По правде сказать, колдун уже и сам не знал, кто из этих двоих беспокоил его больше.       Чёртов аврор, которого Хьюзу и его приятелям следовало сторожить, оказался на удивление упрямым и стойким парнем. Все угрозы и наказания усмиряли его лишь на время, после чего Грейвс возобновлял сопротивление, откровенно пользуясь тем, что зачем-то был нужен Гриндевальду живым, а по-хорошему — ещё и невредимым.       Поэтому от соблазна (между прочим, весьма большого) отрезать пленнику ноги, возникшему после того, как тот в очередной раз попытался сбежать, Хьюзу пришлось отказаться. Если Валенсию, обладавшему большей силой и влиянием, Геллерт ещё мог, пусть и с заметным трудом, простить порчу его «имущества», то жизнь Джеффри целиком и полностью зависела от того, насколько точно он и его люди будут выполнять приказы «шефа». Который, как назло, не выходил на связь уже недели полторы.       Раньше ничего подобного не происходило, из-за чего не только у Хьюза начало закрадываться подозрение, что Гриндевальд где-то просчитался и теперь либо убит, либо арестован, а значит нужно как можно скорее избавиться от пленников и залечь на дно. Но ни одна из попыток найти хоть какое-либо подтверждение этим догадкам пока не увенчалась успехом, в то время как чувство тревоги продолжало расти.       У Хьюза не было ни малейшего желания сидеть сложа руки и дожидаться, пока их убежище обнаружат авроры МАКУСА, но и наживать себе такого врага, как Геллерт Гриндевальд, он тоже совершенно не хотел. Последнее, пожалуй, было бы даже хуже, чем оказаться в тюрьме, но и туда Хьюзу как-то не хотелось.       Поняв, что прокручивает всё это в голове уже не первый раз, но так и не придумал никакого выхода, мужчина выругался сквозь зубы и плеснул себе ещё портвейна. На вкус выпивка была полнейшей дрянью, но ничего другого в запасе всё равно не осталось.       Была уже глубокая ночь, но сон так и не шёл. Впрочем, в такую погоду Хьюзу вряд ли удалось бы нормально заснуть, даже не будь у него столь важных тем для размышлений. Гроза бушевала уже несколько часов, даже не собираясь уходить, и старый особняк, в котором обосновались колдуны, наполнился скрипами и завываниями ветра. Казалось, что знававшее лучшие времена здание вот-вот развалится или как минимум останется без крыши, несмотря на всю пропитавшую его магию, и даже тёплый свет масляной лампы не добавлял сложившейся обстановке уюта.       Стакан очень быстро опустел, и Хьюз, в очередной раз потянувшись за бутылкой, несколько секунд задумчиво наблюдал за тем, как остатки портвейна плещутся там на самом донышке. Когда он успел столько выпить, колдун не знал, но быстро понял, что без второй бутылки ему не обойтись. А потому, залпом осушив первую, он взял со стола палочку и вышел в коридор.       Там было намного темнее, чем в комнате, но зато на порядок тише, и теперь слух Хьюза наконец сумел различить среди прочих шумов чьи-то осторожные шаги. Колдун мгновенно напрягся, но прежде, чем успел что-либо предпринять, его окликнули по имени. Узнав голос, Джеффри удивлённо вскинул брови и зажёг на конце палочки «Люмос», почти сразу выхвативший из полумрака встревоженное лицо Барроу.       — Какого чёрта ты тут шаришься в полной темноте?       — Тише, Хьюз. — Слегка поморщившись, бросил тот, и тут же, оглядевшись по сторонам, схватил Джеффри под руку. — В доме кто-то есть.       Похоже, парень коротал ночь примерно тем же способом, что и сам Хьюз, или вовсе ослушался запрета Гриндевальда и употребил какой-нибудь наркотик: иначе объяснить его поведение колдун не мог, и потому едва сдержался, чтобы не отвесить Барроу подзатыльник.       — Выдумал тоже. Проваливай спать, и чтобы я больше не видел тебя пьяным.       — Да я и капли в рот не брал! — Мгновенно набычился тот. — Чёрт бы тебя побрал, Хьюз, я серьёзно. Здесь чужак, и он успел стащить у меня палочку.       — Палочку? Ты в своём уме? Вот болван. Лучше не выдумывай сказки и постарайся найти её до утра, а то остальные тебя засмеют. — Раздражение, терзавшее Хьюза уже несколько дней, наконец нашло выход, и теперь он едва сдерживался, чтобы как следует не наорать на подчинённого. — Это же надо быть таким идиотом, чтобы потерять палочку! Лучше б ты потерял голову, раз в ней всё равно ничего нет.       — Ничего я не терял. — Барроу, обычно не решавшийся спорить со старшими, продолжал упорно стоять на своём. — Говорю тебе, Хьюз, мою палочку кто-то стащил. Если бы ни разбудивший меня гром, я заметил бы это только утром. Кто сейчас дежурит?       — Какая разница? Я не спал, и, если бы к дому попытался подойти чужак, от меня бы это не укрылось. Так что проваливай к себе, а утром будешь допытываться, кто тебя так разыграл.       — Розыгрыш, значит? — Скептицизма в голосе парня было не меньше, чем у самого Хьюза.       — А что ещё? Или ты её потерял, или её стащил кто-то из своих, пока ты дрых. Больше некому.       — Это мог быть Грейвс.       Похоже, Барроу готов был обвинить в пропаже кого угодно, лишь бы не признавать собственной оплошности, и, назови он любое другое имя, Хьюз настоял бы на своём и отправил бы парня спать. Но пленный аврор был настолько болезненной занозой в заднице, что успевшее немного отступить беспокойство вернулось к Джеффри с новой силой.       — Не говори ерунды. — Бросил он уже без прежней уверенности. — Грейвс надёжно заперт в подвале, пристёгнутый наручниками к койке. И потом, спеси у него в последнее время заметно поубавилось.       «А ещё он убил бы тебя при первой же возможности», — закончил Хьюз про себя. Теперь ему с удвоенной силой хотелось как следует напиться, но для начала — проверить пленника. Просто на всякий случай. В конце концов, за выпивкой всё равно пришлось бы спуститься на первый этаж.       — Ладно, посмотрим, кто ещё из наших не спит, а затем наведаемся к Грейвсу. С этим старым лисом всё время нужно быть начеку.       Барроу, немного успокоившись, кивнул и послушно поплёлся следом за Хьюзом.       Дежурившие этой ночью Кристина и Саксон, как и положено, сидели в просторной комнате на третьем этаже, лениво перекидываясь в карты. Вид у обоих был откровенно скучающим, но, заметив появление главаря, маги сразу же приободрились.       — Что, не спится, Хьюз? — Бросив карты на стол, Кристина потянулась к своей кружке. Судя по витавшему в комнате аромату, там был кофе. — Если так, я с удовольствием уступлю тебе своё место. Саксон всё равно не умеет играть.       Мужчина хотел было что-то возразить, но Джеффри жестом велел ему заткнуться.       — Не замечали ничего странного? Может, к вам кто-то заходил? Барроу говорит, что у него спёрли палочку.       — Правда что ли? — Удивлённо взглянув вначале на парня, а затем на дно своей кружки, женщина тихонько хмыкнула и покачала головой. — Нет, мы ничего не слышали. Да и кому его палочка могла понадобиться? Разве что Чарли решил его разыграть. Ты же знаешь этого идиота — шутка вполне в его стиле.       — А я о чём? — Стараясь не выдать, какое облегчение испытал, услышав слова Кристины, Хьюз похлопал покрасневшего Барроу по спине. — Поговорю с Чарли завтра. А пока думаю проверить, как там Грейвс. Всё равно сна ни в одном глазу, а этому идиоту надо дать понять, что за ним следят.       — Да кончать его надо. И Грейвса, и других пленников. — Отбросив свои карты, выпалил Саксон. — Гриндевальда нет уже больше недели, и чем дольше мы здесь торчим, тем выше шанс, что к нам в гости заявятся авроры.       — Это не обсуждается. — Мгновенно напрягшись, бросил Хьюз. — Пока не станет точно известно, что случилось с Гриндевальдом, мы останемся здесь. Иначе объясняться нам придётся не с аврорами, а с самим Геллертом или, что ещё хуже, с Валенсием.       — Ага, конечно! — Рывком встав из-за стола, Саксон выхватил палочку и шагнул в сторону Джеффри. — От них обоих уже давно нет никаких новостей, а меня уже тошнит и от этого гнилого дома, и от леса, и твоей мерзкой рыжей морды. Нам нет смысла больше здесь оставаться.       — И что ты предлагаешь? — Стараясь не выдать усиливающееся волнение, осведомился Хьюз. Со стороны лестницы раздались шаги — видимо, кому-то ещё не спаслось, или Саксон успел разбудить кого-то своими воплями.       — Убиваем пленников, забираем всё и проваливаем, хоть прямо сейчас. Если заляжем на дно, ни Валенсий, ни тем более Гриндевальд не станут тратить время, чтобы свести с нами счёты. Да и потом, если шефа нет так долго, то аврор ему уже не нужен. А нам от него одни проблемы.       — Глупо бояться пленника. — Заметил Хьюз, скользнув взглядом по собравшимся. Если Саксона никто не поддержит, он просто выпустит пар и успокоится. А если нет? Барроу был заметно встревожен, Кристина сохраняла каменное спокойствие, а показавшийся в дверях Дерек, судя по выражению лица, вообще не понимал, что происходит. Но кто знает, что могло взбрести каждому из них в голову?       — Посмотрим, что ты скажешь, когда он проломит тебе бошку и сбежит. Как по мне, лучше предотвращать проблемы, чем решать их. Так что давайте уже покончим с этим.       — Прямо сейчас? — Отставив кружку в сторону, с наигранным равнодушием поинтересовалась Кристина. — Пойдёшь и убьёшь Грейвса? Учти, даже отрубленная волчья голова может укусить, а этот аврор уж точно похуже волка.       — Тогда тем более нет смысла держать его в подвале. — Легко отстранив преградившего ему дорогу Хьюза, Саксон направился к двери. — Убью его, и дело с концом. А утром добьём остальных и свалим отсюда куда подальше.       Ударил гром, и в следующее мгновение свет в комнате погас. Откуда-то со стороны лестницы донёсся жуткий грохот и треск, здание содрогнулось, заставив Хьюза громко выругаться. Стёкла в высоких окнах зазвенели и лопнули — в комнату сразу же ворвался порыв ледяного ветра с дождём, и Джеффри, попытавшийся закрыться от брызнувших во все стороны осколков, упустил момент, когда сгустившиеся в углах тени ожили и метнулись к Саксону.       Мужчина вскинул палочку, но сделать ничего не успел — невидимая сила впечатала его в потолок, ломая рёбра и выворачивая руки, а затем вышвырнула в ближайшее окно. Кристина, мгновенно оказавшись на ногах, выхватила палочку, освещая пространство вокруг себя в тщетной попытке обнаружить нападавшего, в то время как Хьюз, решив не дожидаться исхода поединка, бросился к лестнице. Если слова Саксона не смогли убедить его в необходимости убить Грейвса прямо сейчас, то вот смерть оказалась куда более весомым аргументом.       Однако, впереди колдуна ожидал ещё один неприятный сюрприз: часть лестничного пролёта, ведущего на второй этаж, оказалась уничтожена. Дом вновь сотрясся, откуда-то с нижних этажей раздались встревоженные крики.       — Это не МАКУСА. — Изменившимся почти до неузнаваемости голосом озвучила мысли Хьюза возникшая рядом Кристина. — Но, чёрт возьми, лучше бы это были они.