Глава вторая
16 января 2019 г., 01:02
— Право, поражаюсь твоей наивности! — Саркастично произнёс, склоняясь над Эрагоном Рилл. — То, как легко ты поверил всему, что я наплёл, говорит либо о том, что ты исключительно доверчив, либо что ты полный идиот, или же, что ты настолько дошёл до ручки, что готов поверить первому встречному. Сам выбирай, что больше по вкусу.
Мужчина сделал вид, будто собирается отвернуться, но в последний момент резко, с разворота зарядил всаднику кулаком в живот.
— Глупец, — проконстатировал он.
— Зачем?.. — с трудом переведя дыхание, спросил Эрагон. — Зачем всё это?!
— Ты спрашиваешь меня — зачем?! Да потому, что я это могу! Ты даже представить не можешь себе, какое это удовольствие, найти такого одновременно уверенного и потерянного олуха, оплетённого сетью иллюзий, и резко, с корнем их выдрать! Я мог бы вырезать весь твой остров развлечения ради, но не буду, и можешь сказать мне за это спасибо! Я ограничусь тобой и ей… Хотя…
Рилл задумчиво поскреб подбородок.
— Я могу предложить выход, который в некоторой степени удовлетворит всех. Интересно?
— Говори! — Сквозь сжатые зубы процедил всадник.
Мужчина довольно ухмыльнулся.
— Я уйду, никого не убью, отпущу тебя и твою ящерицу, но с условием!
Он сделал жест рукой, и кандалы, сдерживавшие Эрагона, разомкнулись. От неожиданности тот упал на колени. Когда он поднял глаза, Рилл протягивал ему массивный тесак.
— Зачем это?
— Я хочу, чтобы ты отрубил себе правую руку и правую ногу.
— Что?!
— Ты слышал.
— Ты чокнутый садист!
— Совершенно верно. Ты прав.
Эрагон презрительно плюнул Риллу под ноги и потянулся за оружием.
— Один маленький нюанс: это не простой клинок, а зачарованный, отрубленные им конечности не восстановить. Такие делают специально для убийства магов.
Рука, тянущаяся за оружием, дрогнула.
— Позволь помочь тебе с мотивацией, — Рилл швырнул тесак к ногам Эрагона, сам же подошёл к лежащей без чувств Сапфире, взяв по пути длинную жердь, которая на поверку оказалась копьём с длинным жалом. — Я сосчитаю до десяти, и если ты не сделаешь этого, выколю ей глаз. На пятнадцати второй. Когда счёт дойдёт до двадцати, моё предложение отзывается, и я убиваю её. Решайся.
Эрагон в ужасе смотрел, как Рилл заносит смертоносное оружие над Сапфирой, и начинает считать. Он не мог до конца поверить в происходящие. Мозг судорожно искал выход, путь к спасению, но того не было. Даже если он подхватит тесак и бросится на мужчину, тот успеет ударить дракониху раньше. Магии всадник не ощущал вообще, будто внезапно её лишился.
Рилл досчитал до семи, когда, собрав всю волю в кулак, Эрагон схватил клинок левой рукой и резко рубанул правое запястье…
В следующий миг он подскочил на кровати, в своих покоях, не в силах привести дыхание в норму.
— Прости, — раздался негромкий голос, откуда-то сбоку. — Знаю, было тяжело.
— Какого чёрта только что было?! — в ярости воскликнул Эрагон.
— Это было испытание. Я хотел посмотреть, что ты из себя представляешь.
Рилл медленно прошёлся по комнате и уселся на постель, в пол оборота к всаднику.
— Но что это?! Всё было так реально!..
— Сначала я преодолел твою ментальную защиту, она у тебя никакая, а потом создал в твоей голове этот «сон». Практически идентичная реальности иллюзия, имитирующая все виды ощущений. Один из способов тренировки. Меня тренировали так же.
Эрагон тяжело откинулся обратно на подушку.
— А я ведь предупреждал, что ты пожалеешь о своем решении, — в тоне Рилла послышалась усмешка.
— Ага, — вяло отозвался всадник.
— Есть желание отступить? Пока не поздно.
— Нет, — в своём ответе он был твёрд. — Меня так легко не сломишь.
— Ну, как знаешь. Это был последний шанс. Что ж, жду тебя после полудня. А теперь постарайся выспаться. День будет нелёгким.
***
После визита Рилла Эрагон долго провалялся без сна, не находя в себе сил отойти от произошедшего. Уснуть удалось лишь к рассвету, и, как результат: резкое пробуждение далеко за полдень. К старому буку мужчина пришёл на час позже оговорённого времени. Там никого не было. Всадник начал лихорадочно озираться, пытаясь сообразить, где можно искать своего «наставника», когда его окликнули откуда-то сверху: — Я вижу, ты не спешил. Рилл сидел на ветке, прислонившись спиной к стволу, футах в десяти над землёй. Прежде, чем Эрагон что-либо ответил, тот легко спрыгнул вниз, приземлившись на ноги — практически неслышно. — Следуй за мной, — он повёл его в лес, прочь от замка. — Так и быть, я не буду тебя честить за сегодняшнее опоздание, но не думай, что я всегда такой терпеливый! Прошла четверть часа, а они всё ещё шли по лесу, и Эрагон решился. — Куда мы идем? — спросил он, поравнявшись с Риллом. — К месту тренировок. Не хочешь же ты заниматься на виду у всей замковой челяди? Ещё испугаются твоих воплей… — С чего мне кричать?! — С того, что у меня все кричат. Учу я жёстко, зато действенно. Поймёшь сам. Спустя ещё такой же промежуток времени деревья впереди расступились, являя взору просторную прогалину. Земля была ровной, трава короткой, будто королевский садовник целый день стриг её своими ножницами. Эрагон вышел на середину площадки, Рилл же уселся с краю на торчащий корень. — Я раньше здесь не был, — проговорил негромко всадник, то ли обращаясь к спутнику, то ли к самому себе. — Не мудрено. До сегодняшнего дня этой поляны не было. Итак! — Рилл слез с корня, подходя к Эрагону, скрещивая руки на груди. — Предо мной довольно сложная задача. Я сказал, что научу тебя магии, о которой ты до недавних пор не знал. Но прежде, чем это случится, нам придётся немало поработать! Полагаю, стоит начать с рукопашного боя, потом ты освоишь фехтование, и только третьим чередом обучишься магии. — Но зачем мне обучаться фехтованию и бою?! Я и так владею этими навыками в достойной мере. — Я не говорю, что ты плохой боец. Правда, я так думаю, но не в том суть. Пойми, пожалуйста, — твоим предыдущим учителям достался чистый лист, и они малевали по нему, как их душам хотелось. Мне же предстоит работать по уже исписанной бумаге, и для того, чтобы упростить нам обоим задачу, я стану обучать тебя с самых азов. — Повторяю, — с нажимом произнес Эрагон, — меня не нужно учить драться! — Как же ты меня достал, — проворчал Рилл. — А ведь это только начало… Давай так, сможешь одолеть меня на мечах или кулаках — сразу приступим к магии. Не сможешь — закрываешь рот и больше не тявкаешь мне! Эрагон упрямо вскинул голову, обнажая Брисингир. Рилл ухмыльнулся. Подойдя на расстояние трёх шагов, снял ножны с мечом со спины и застыл, не вынимая клинок. — Прошу! Всадник уже не был мальчиком. Он прошёл за свою жизнь множество поединков, и не сомневался что он хороший мечник, но ему уже пришлось убедиться, что Рилл серьёзнее, чем кажется. Поэтому Эрагон не торопился. Плавно сделал шаг под внимательным взглядом мужчины, а затем резко атаковал обманным выпадом, чтобы под прикрытием его резко ударить по ногам. Увы, второго не случилось! Вместо того, чтобы парировать, либо отклониться, Рилл тоже сделал шаг вперёд, при этом развернув корпус, тем позволяя клинку пройти мимо себя. В тот же момент Эрагон ощутил сильный удар в район грудной клетки. Он был такой силы, что всадник упал навзничь. Рилл даже не обнажил клинка, удар был нанесён навершием рукояти. — Ну, как, цел? — спокойно осведомился мужчина. — Кажется, да, — солгал Эрагон. — Как ты это сделал?! — Возможно, ты мне не поверишь, но легко! Ты посредственный мечник, обученный такими же посредственными учителями. Ты, конечно, решил, что атаковать с обманного выпада — это очень умно, но я разгадал твой замысел сразу же. Ну, что, я полагаю, в рукопашном поединке нет нужды? *** — Техник боя на кулаках, настоящих техник, а не псевдо-учений, выдуманных на потеху толпе, известно несколько десятков. Хороший воин знает их все. Посредственный воин знает одну-две, ты же не знаешь ни одной… — А сам-то сколько знаешь?! — резко спросил задетый таким пренебрежительным тоном Эрагон. — А сам-то, я знаю их все, — спокойно ответил Рилл, подходя вплотную и смотря прямо в глаза. — И попрошу запомнить одну вещь, — мужчина сделал резкое движение ногой, и всадник оказался на земле. — Я не потерплю подобного панибратства! Я не требую поклонов и падений навзничь при мне, но элементарное уважение, будь добр, выдави из себя. Я ясно выразился? — Предельно, — процедил Эрагон, поднимаясь на ноги. Удар Рилла пришёлся по икре и оказался весьма болезненным. — Так вот, — продолжил Рилл, — всем стилям я тебя учить не буду. Во-первых, это бы заняло слишком много времени, во-вторых, сомневаюсь, что ты сможешь все их освоить. Думаю, начнём мы с «Танца Чёрной Змеи». — Танца? — Да, именно. Так называется техника рукопашного боя, родившаяся в клане Чёрных Змей около шестисот лет назад. Все эти века поколения бойцов клана оттачивали его, пока он не превратился в один из самых эффективных и действенных стилей. Он состоит из пяти компонентов, изучаемых в определённом порядке. Первый — это «Змея плывёт по реке». Сейчас я тебе покажу, а ты смотри и запоминай. Потом повторишь. Рилл встал ровно, а затем принялся, как показалось Эрагону, делать очень странные движения. Начав с движений головы, постепенно он начал водить из стороны в сторону всё тело, каждый раз поворачиваясь под новым углом. При этом он постоянно меня стойку, делал по шагу в разные стороны, а потом возвращался на исходную позицию. С каждой минутой «Танца» скорость движений всё возрастала. Под конец, вдобавок ко всему пошли разнообразные прыжки и сальто. — Ну, вот, — сказал Рилл, остановившись, — это весь «Танец», в классической последовательности. Надеюсь, ты запомнил? Твой черёд повторять. Голос у него был абсолютно ровный, будто он только что оторвался от чтения книги, а не выписывал по поляне кульбиты. Эрагон, честно полагая, что упражнения Ригмара дали ему кое-какой задел гибкости, быстро убедился в обратном. Довольно быстро он упал на землю, не справившись с выгибанием спины стоя на одной ноге. Как ни странно, Рилл очень терпеливо и сдержанно пояснил ему, где он допустил ошибку, и разрешил повторить с места падения. Но Всадник рано обрадовался. Терпеливо разъяснив все движения и несколько раз позволив не начинать сначала (Эрагон упал ещё не раз), Рилл со злорадной ухмылкой заставил повторить весь «Танец» ещё пять раз прежде, чем позволил ученику передохнуть. — Будешь повторять каждый день, пока не запомнишь и не отточишь все движения до идеала, а потом в обратном порядке. — Понял. — Хорошо, — мужчина окинул пространство вокруг беглым взглядом, выискивая что-то. Наконец удовлетворённо он обратился к ученику. — Видишь вон тот утёс? — Спросил Рилл, указывая на серый монолит за стеной деревьев. Эрагон утвердительно кивнул, не понимая к чему ведёт речь. — Жду тебя на его вершине. Не задерживайся, — Рилл сказал это и растворился в воздухе. Понадобилось несколько секунд, чтобы уложить в голове произошедшее, но как только он понял, чего от него требуют, Эрагон побежал. Ему было не впервой бегать на большие расстояния, правда с последнего подобного опыта прошло уже больше двадцати лет… Деревья в этой части острова, как назло, росли густо, ветки то и дело били по лицу. Наконец, вырвавшись из лесной чащи, он оказался перед гранитной, почти отвесной стеной. Взглянув наверх, тяжело вздохнул, поплевал на руки и полез наверх. Пальцы цеплялись за малейшие неровности нагревшегося под послеполуденным солнцем камня, порой ноги не находили точек опоры, и тогда он лез вверх, вися на одних лишь руках. Но всё однажды кончается, серый монолит не стал исключением. Сделав последний рывок, Эрагон, тяжело дыша, перевалился через край, на ровную каменную площадку. Рилл был там. Он сидел скрестив ноги и смотрел в горизонт. — Ну, как? — спросил Эрагон. — Посредственно, увы, — отозвался мужчина. — Опять-то что не так?! — То, как ты мыслишь. — Что?! — Не ори, — осадил всадника Рилл. Он не повышал голоса и не пытался уязвить. Он просто говорил, что думал. — Что я тебе сказал перед твоим забегом? — Что ждёшь меня на вершине… — Именно. Я не сказал, что ты должен бежать, это ты предпочёл самый трудный путь, хотя вполне мог телепортироваться. Если бы твоё узкомыслие ограничилось этим! Взгляни сюда! Всадник послушно посмотрел в указанном направлении. С другой стороны утёс был пологим и имел множество «ступеней». — Вместо того, чтобы хоть немного осмотреться и оценить ситуацию, ты опять решил лезть напролом. Я, конечно, восхищён, как ты шустро залез по почти что отвесной стене, но разочарован, что ты не захотел хоть немного подумать. Эрагон хотел бы хоть как-нибудь оправдаться, но к стыду своему понял, что наставник был прав. И главное — понял, почему. Рилл сразу при знакомстве вёл себя пренебрежительно, надменно, открыто насмехался, и не без оснований, что самое гадкое! Всадник поддался мальчишескому желанию — доказать, что он тоже не лыком шит. — Ну, что, — меж тем сказал Рилл, — продолжим? Или хочешь ещё себя погрызть? Если так, то даю тебе пару минут, — в голосе звучала неприкрытая насмешка. — Нет, я готов. — Хорошо. Тогда обратно на просеку. Быстро! Он первым поднялся на ноги и побежал вниз, Эрагон отстал лишь на пару секунд. Спустившись с утёса, они устремились в чащу и какое-то время двигались бок о бок. Вскоре впереди показался широкий овраг, и Всадник вспомнил это место. Однажды маленькая Измира во время прогулки решила подойти к краю, но поскользнулась и упала вниз… Как он себя корил потом за недосмотр! Расщелина оврага как раз оказалась поперёк их пути, но Рилл, бежавший чуть впереди, не подумал сбавить скорость. В ширину овраг был футов четырнадцать, но мужчина, мощно оттолкнувшись от края, перепрыгнул его. Правда, прыжка хватило только для того, чтобы ухватиться руками за противоположный край, а не приземлиться сразу на той стороне. Эрагон в нерешительности остановился у края, прикинул расстояние под внимательным взглядом Рилла и решил обежать овраг. Когда он нагнал Рилла, тот ничего не сказал, просто продолжил бежать. Они не разговаривали, просто бегали ещё часа два, от поляны к утёсу и обратно. Эрагон не видел в этом смысла, но молчал. Отчасти от того, что его наставник сразу дал понять, что он не любит вопросов, а во-вторых, все мысли были лишь о том, чтобы не отстать. После последнего круга Рилл сказал ему проваливать, напомнив, что надо прийти завтра в то же время. *** — Ну, что ты о нём скажешь? — спросил Эрагон у Сапфиры, придя в свои покои и обнаружив дракониху там. Та давно и прочно облюбовала террасу. За годы жизни она сильно выросла, и, вероятно, в скором времени террасу придётся перестраивать… «Ты же помнишь, что мы не должны друг другу ничего рассказывать?» — Глупое требование, — пробурчал Эрагон, — Ну, вот какая ему разница?! «Видимо, большая», — спокойно ответила Сапфира. Мужчина покосился на подругу. — Мне кажется, или ты резко к нему потеплела? Дракониха вздохнула: «Не кажется. Я поняла, что этот человек заслуживает доверия, но прошу: не спрашивай почему! Только скажу, что опасаться его не нужно». — Чему же он тебя учил такому, раз тебя так развернуло… — проворчал Всадник. *** Камешек в очередной раз ударил Эрагона в спину. — Опять та же ошибка, — проворчал Рилл. — Слишком сильно наклонился и не успел среагировать. Сначала. Обучение длилось уже неделю, и всадник постепенно начинал ненавидеть своего наставника! Все эти дни он изучал «Танец змеи», и, как ему казалось, у него весьма неплохо получалось, но Рилл считал иначе. Гоняя каждый день ученика до сотого пота, он непрестанно высмеивал почти каждую неудачу, а любые успехи ему не казались достойными хоть малейшей похвалы. В данный момент Всадник пытался использовать разученные движения, чтобы уклоняться от двух дюжин левитируемых Риллом камушков, которыми то и дело пытался ударить ученика. — Я же не могу уклониться от двух одновременных ударов с двух сторон, самодур ты эдакий, — пробормотал себе под нос Эрагон. — Я всё слышу! Слух у него и вправду был острый, как у кошки. К сожалению в комплекте шёл отвратительный характер, и вместе они давали жуткую смесь. Пример: он регулярно придирался к дыханию Эрагона, заявляя, что тот дышит слишком порывисто. Нужно глубже и ровнее. Или ещё был случай, на третий день, Эрагон обратился к нему «Эбритхиль», на что Рилл отреагировал исключительно странно! Он буквально взорвался гневной тирадой, смысл который был в том, чтобы Эрагон больше «ни-ко-гда» так к нему не обращался! Причин он так и не назвал. Задумавшись над этим, Всадник снова пропустил камушек — на этот раз прилетело в лоб. Он только потёр ушибленное место, как удары посыпались со всех сторон. Наставник решил не давать и пары секунд на передышку. Внезапно Эрагон разозлился! Но он не мог закричать, не мог ударить наставника или кого-либо ещё. Единственное что он мог — это уворачиваться. Ещё несколько камней ударили в грудь и спину, но Всадник повысил темп движений, их число сократилось, а, может, он перестал замечать? Эрагон всё увеличивал и увеличивал скорость, были лишь он и «Танец». Весь остальной мир исчез. Исчезли Рилл, боль, усталость. И злость тоже исчезла. В один момент он даже закрыл глаза, потому что зрение стало ненужным! Всадник и без глаз чувствовал, откуда ударит камень. — Неплохо, — раздался голос Рилла. — Приятно видеть, что ты не совсем безнадежен. А теперь ещё разок! *** — Думаю, ты вполне готов к переходу на следующую ступень, — сказал Рилл, прожевав кусок шашлыка. После урока мужчина предложил ученику остаться на ужин — тот согласился. И вот, теперь они сидели всё на той же прогалине, ели и лениво разговаривали. — Почему? Потому что я увернулся? — Нет, не поэтому. Ты смог подчинить свой гнев делу, направил его в нужное русло. Именно этого я от тебя хотел. — А сказать нельзя было?! — возмутился Эрагон. — Какой смысл? Так ты понял всё сам, это проще и эффективнее. Я не собираюсь разжевывать и класть тебе в рот всё, чему тебе предстоит научиться! Гораздо ценнее, если ты своим умом поймёшь, я лишь направлю. — Мои прежние наставники учили меня совсем иначе, — проговорил Всадник. — И это говорит в первую очередь о их несостоятельности как учителей! У одного знакомого мне гнома была любимая присказка: «Ты, конечно, можешь подарить мне готовый меч, но лучше кузнечный молот!» Понимаешь? — Кажется, да… — Ну, вот, я даю тебе «молот», но ковать будешь сам.
