Missing person: испытание обществом

      После разговора с Эдди Джо почувствовала себя куда лучше. Всю дорогу они болтали и веселились. Путь до детского садика Марго занял вдвое больше времени, нежели на обратную дорогу.       Когда ребята забрали Марго, они взяли девчушку за руки и развлекали её всю дорогу. Увидев по пути небольшую детскую площадку со всякими качелями и турниками, Марго довольно поскакала в её сторону, а Эдди и Джо побрели следом за ней, но решили посидеть на лавочке и наблюдать за малюткой. — А я в детстве не любил все эти площадки, — вдруг произнёс парень, глядя на радующуюся девочку; Джо вопросительно на него посмотрела, — ты только представь, сколько детей побывало на них и сколько трогали их своими грязными руками! Так и заразу можно какую-нибудь подцепить! — О-о… ну да, дети, наверное, серьёзно задумываются насчёт такой глобальной проблемы, как качели с чьими-то отпечатками и всякой всячиной, — посмеялась Роден, но кареглазый не оценил её шутку. — Ты что, действительно думал об этом в детстве? — Вообще-то да. — Ого… это что-то новенькое, — протянула Джо, немного призадумавшись над этим. — Ну, тогда предлагаю сыграть в игру.       Эдди сел поближе и поудобнее и стал внимательно слушать. — Что за игра? — «Две правды, одна ложь», — ответила девушка, перекинув ногу через скамью, чтобы сесть лицом к другу. — Мы говорим друг другу две правды и одну ложь, а потом угадываем что из этого что. — А-а… хорошо, — задумчиво произнёс Эдди, видимо, уже размышляя над «правдой» и «ложью». — Кто начнёт? — Могу я. Итак… я заядлая клаустрофобка… клаустрофобичка… стоп, такое слово вообще есть? Ладно, не суть, итак, у меня клаустрофобия, я хочу рисовать, но не умею и… и обожаю фэнтези, — она задумчиво подняла взгляд к небу и медленно потёрла подбородок. — И что же, мой друг Эдди, из этого ложь, а что правда? — Хм… тут понадобится великая дедукция мистера Каспбрака, — парень решил подыграть Роден. — Я думаю… слова про фэнтези — это правда, если основываться на утренний разговор, то — да, правда. А клаустрофобия, как по мне, выдуманная болезнь, так что сочту за ложь, следовательно, про рисование — правда. — Бум! Я тебя подловила, — Джо легонько стукнула по дощечке скамьи. — Я ходила в художественную школу, у меня даже неплохо получалось. Так что я умею рисовать. — Хочешь сказать, клаустрофобия… — темноволосый был в смятении. — В комнате я никогда не закрываю дверь, особенно ночью.       Эдди как-то странно улыбнулся, его изумлённый взгляд был направлен наземь, будто бы там было что-то очень интересное и удивительное. Парень поднял глаза на подругу и посмотрел на неё с такой проницательностью, будто бы пытался выведать — это действительно так, это действительно может быть? — Я даже и не мог подумать, что клаустрофобия существует. — Да, это так. Я сплю с ночниками, а окна не зашториваю. У каждого свои тараканы, и мне хотелось бы узнать про твои, — Джо ярко улыбнулась, приготовившись угадывать правду от Эдди. — Ну, что ж… я не особо люблю приключения, но люблю кошек, ах да, ещё у меня астма. — Хм… всё звучит как правда. Ты точно где-то соврал?       Эдди Каспбрак кивнул и слегка улыбнулся. — Ох… ну, может быть, про приключения ты не соврал, но любовь к кошкам и астма не укладывается у меня в голове — что-то из этого правда уж точно. Хм… — где-то с минуту Джо размышляла, — я думаю, про кошек враньё. — И почему же? Они ведь милые создания. — Если бы ты пять минут назад не сказал мне про «всякую заразу на качелях», то я бы предположила, что это правда. Но всё же кошки — ложь, астма — правда.       Эдди опустил голову, чтобы скрыть ухмылку. Джо отметила, что парень очень-очень милый, когда улыбается. — Что ж, мисс Роден, — он сделался серьёзным и вдруг начал отбивать пальцами по скамейке барабанную дробь, — на этот раз дедукция вас… — кареглазый говорил медленно, создавая интригу, прямо как в каких-нибудь телешоу, — дедукция вас не подвела. — Тада-ам, — Джозефина тихонько хлопнула в ладоши, а после победно подняла руки вверх и довольно усмехнулась. — Так, подожди… ты действительно болеешь астмой? — Ага, — кивнул парень, но почему-то слишком уж радостно. А после достал из поясной сумки, которая всегда с ним, ингалятор, предназначенный для приступов астмы. — Ничего себе, по тебе и не скажешь. Я вообще астматиков по-другому себе представляла. — И как же, если не секрет? — Ну… какими-то бледными и хиленькими.       Каспбрак от удивления вскинул брови, а позже резво поднялся на ноги и раздвинул руки в стороны, видимо, показывая свою физическую форму — он действительно был худоват, но не бледен, как, по представлению Джозефины, выглядели люди, болеющие таким заболеванием, как астма. — И всё же, на мой взгляд, ты не похож на астматика. — Стоит ли сочти это за комплимент? — пошутил Эдди и улыбнулся, хотя было заметно, что он сам от этого немного смутился. — М-м… вполне, — улыбнулась в ответ Джозефина.       Ещё немного поболтав, они взяли Марго, которая довольно-таки наигралась на площадке, за руки и побрели в сторону домов на улице Харрис.       На улице сгущались облака, а солнце поливало небо красными лучами, отчего такая картина просто завораживала. Но всё же осень даёт о себе знать — ветерок уже вовсе не такой, какой был ещё две недели назад, в конце лета. Изредка можно было встретить человека, легко одевшегося — почти все ходили уже в ветровках или довольно тёплых кофтах. Последние капельки лета потихоньку, но неминуемо отдаляются, отдавая все права в объятия осени.       Подходя уже к дому Роденов, Эдди всё же мучал один вопрос, который он всё-таки решил спросить вслух: — Слушай, а как клаустрофобы ходят в кино? Я просто подумал, что в пятницу же Ричи зазывал в кино, а там ведь темно и… ну, есть то, что не особо любят люди с клаустрофобией. — Именно поэтому я никогда не пойду в кино одна. Эдди, не волнуйся, в этом плане я смогу справиться, да и там не совсем уж маленькая комната. — Точно? — Точно, — Джо положила руку на плечо парня.       Каспбрак немного переминался с ноги на ногу, глядя на носки своей обуви; глаза парня быстро-быстро носились, будто бы он что-то потерял и сейчас начал искать. Через буквально секунду Эдди поднял глаза на Джозефину и глубоко вздохнул, произнеся: — Было классно, мы… мы хорошо провели время, — Эдс опять волновался, он начал запинаться на пол-предложении, — если хочешь, то… мы можем… — Повторить? С удовольствием, — улыбнулась Джо, поняв к чему клонит друг. — Да… да, было бы здорово, что ж… э-э… ещё увидимся, — сказал парень и слегка нервно улыбнулся, после чего медленно попятился назад, махнув рукой. — Пока, — протянула Роден, помахав в ответ.       С минуту смерив удаляющегося друга, Джозефина посмотрела на Марго и, взъерошив волосы на её макушке, побрела, наконец, домой вместе с сестрой. Как только Джо повернула ключ в скважине и открыла дверь, Марго таким детским-детским голосочком спросила: — Это что, тво-о-ой бо-ойфренд? — после последовал звонкий смех. Джо любила те моменты, когда Марго смеётся — её смех всегда такой чистый, такой искренний. — Что? Не-ет! — смутилась русоволосая. — Так, надо бы прекратить тебе разрешать смотреть с нами романтические фильмы. — Мама не против, — снова детский смех, который заставляет улыбаться и Джозефину. — А ты в кино пойдёшь что ли? А на что? А можно мне? — Марго, я ещё не знаю, может, мама не отпустит меня никуда. — Отпу-у-устит, — протянула девочка, отмахнувшись ручкой, — ты ведь знаешь. — Ну, сеанс будет поздно. — Сильно? — Поздно-поздно, — Джо подхватила на руки сестру и прокружила её в воздухе, а после взгромоздила её к себе на спину. — Куда желаешь, капитан? — Вперёд! На остров Кухняленд!       Джо всё своё свободное время развлекала Марго. Многие старшие братья или сёстра считают, что это так утомляет — играться с маленькими, но Джо не входила в их число. Ей, наоборот, нравилось больше времени проводить с младшей сестрой. Может быть, она хотела, в какой-то степени, постараться отдалить её момент взросления, чтобы с Марго не повторилось то же, что и с Джо. Но больше всего она хотела видеть на этом пухленьком детском личике красивую и искреннюю улыбку.       Когда с работы вернулась Дакота — кстати говоря, она всё же устроилась на работу в больницу, правда, пока что на замене, но с этим проблем нет — Джозефина пыталась аккуратно отпроситься на киномарафон, хотя прекрасно понимала, что вряд ли получится — ведь время просмотра достаточно позднее. Но, видимо, Джо попала под хорошее настроение матери — та отпустила её (хотя немного побубнила насчёт времени) при условии, что будет отвозить и забирать её. Главным напутствие матери, что надо быть аккуратной и после сеанса не бродить по улице.       Время до вечера пятницы пролетело быстро, а главное — спокойно. В конце учебного дня ребята договорились встретиться возле входа в кинотеатр, поэтому Джо надеялась, что она не потеряется там одна.       Каждый сеанс проходил спокойно, как и ожидалось: Дакота привозила Джо, они с ребятами шли на фильм, а после выходили и, держась вместе, ждали, когда за ними приедут. Но в последний день, в воскресенье, всё пошло немного не по плану.       Джо выходила с ребятами после последнего сеанса и эмоционально обсуждала концовку фильма. — По-моему, это лучший фильм трилогии! — воодушевлённо говорила Джозефина. — А спецэффекты? Вы вообще видели, как красиво…       Роден обернулась на парней и увидела, что говорила сама с собой. Толпа людей увела её далеко; вглядываясь в лица, она понимала, что нет никого знакомого — абсолютно чужие люди. Все разговоры в миг осознания приглушились, всё, что слышала сейчас Джо, — стук собственного сердца. — Без паники… — тихо прошептала она себе, повернувшись к выходу, — скорее всего, просто разминулись…       Джозефина убеждала себя, что найдёт друзей там, снаружи, и всё вновь будет прекрасно. Они встретятся, поглумятся над этой ситуацией и обсудят фильм. Но, выйдя на тёмную улицу, которая плохо освещалась фонарями, девушка никого не обнаружила. Холодный воздух обвил её вместе с новым приливом паники.       «Просто подожду их прямо здесь» говорила она себе. Джо вдохнула холодный воздух и, сунув руки в карманы, смотрела по сторонам. Прошло какое-то время, а парней всё не было и не было; Роден заволновалась сильнее. Неожиданная потеря друзей напрягала девушку, но ещё более странным ей показалось то, что до сих пор не приехала мама, которая должна была забрать Джо сразу же после сеанса.       Джозефина простояла ещё минут пятнадцать, просто глядя куда-то вдаль, как вдруг её внимание привлекли крики откуда-то справа. Она обернулась и увидела, как какой-то здоровый коротко стриженный амбал и Ханна Робинсон выясняют отношения. Ханна довольно громко возмущалась, но почему-то никто не подавал и виду, что что-то происходит. Неужели это было нормой в этом городе? Вдруг амбал схватил девушку за руку и потащил куда-то за кинотеатр; Ханна упорно сопротивлялась, но против силы такого мужика это было бесполезно.       Как только Ханна скрылась за углом кинотеатра, Джо словно по какой-то воле свыше начала идти туда, но тут же остановила саму себя. — Это не твоё дело. Не ищи проблем, — тихо приказала себе Роден.       Но её тут же настигла мысль, а вдруг что-то случится? Борясь с собой с секунду, Джо всё же пошла в ту сторону, но решила не особо светиться. Подойдя к углу, она осторожно заглянула туда, куда потащили Ханну, и увидела, что они стояли подальше от кинотеатра. Внимание амбала и Робинсон было приковано друг к другу, поэтому Джо не составило проблем подкрасться к ним поближе. Спрятавшись за большим мусорным контейнером, Роден затаила дыхание и стала подслушивать разговор. — Да мне глубоко насрать, кто за этим стоит, — грозно говорил мужчина, — этот долбаёб ходит под тобой, значит, за его косяки отвечать тебе. — Что-то мне подсказывает, что тебе не особо известны правила юридич… — Ты мне тут не загоняй свои ёбанные штучки! — прервав Ханну, заорал громила. — Уолтер торчит мне бабки за палённую шмаль, он загасился, значит, спрос с тебя! — Спрашивай у тех, кто смог такого мудака облапошить, ясно? — парировала Ханна холодным тоном. Джо удивилась, как она умудрилась даже в такой ситуации сохранять своё хладнокровие. — Хотя тут много мозгов не надо, издалека видно, что ты имбецил.       Робинсон уже собралась покинуть общество этого амбала, как вдруг он одной рукой схватил её за запястье, а второй достал складной ножик и начал угрожать. — Ты, кажется, меня не поняла. Мне. Нужны. Мои. Бабки, — твёрдо, сквозь зубы проговорил он. — У твоего отца денег хоть жопой жуй, для тебя же это не проблема. — Да, впрочем, как и ты. Не моя проблема. А тронешь меня, — она кивком указала на нож, — то тогда ты больший мудак, чем я предполагала. — Как же ты заебала…       В этот момент Джозефина поняла, что этот обморок слишком зол и может даже нанести вред Ханне. Увидев возле себя кирпич, Джо схватила его и, недолго думая, тихонечко подбежала к мужику сзади и, размахнувшись, бросила кирпич в него. Хоть он и не прилетел ему в голову, а в рёбра, всё же эффект неожиданности сработал на отлично. Громила уронил нож на землю, а сам едва не повалился за ним вслед, держась за свой бок и кряхтя от боли. Ханна с нескрываемым удивлением смотрела на Джо и не могла произнесли и слова. — Ах ты, грёбанная сука… — прошипел мужчина и уже собирался повернуться к Роден.       Но на Джо что-то нашло, и она решила, что лучшим вариантом будет толкнуть его. Амбал повалился на землю, и тут же подключилась Ханна. Брюнетка со всей силы ударила его ботинком по носу, тем самым дезориентировав. Затем Робинсон забрала нож и, схватив Джо за руку, прокричала: — Давай, бегом!       Джозефина не сразу поняла, что тянется за Ханной, продолжая смотреть на того мужика. Но вдруг он поднялся. Их взгляды пересеклись. Джо будто окатили ледяной водой. — Скорее! — крикнула Роден, и уже она была впереди.       По большой вероятности, громила погнался за ними, но девушки не оборачивались. Они оббежали кинотеатр сзади и оказались у того места, где Джо стояла и ждала ребят. На этот раз там стояли мама, Эдди и Ричи. — Господи! Ответь мне, где тебя носило?! — с криками подбежала к Джозефине мать. — Мама, я всё объясню, а сейчас, Бога ради, поехали!       Эдди и Ричи удивлённо пялились на неё, но что их больше всего удивило — то, что она крепко сжимала в своей руке ладонь Ханны Робинсон. С одной стороны, они хотели что-то сказать, но с другой, слова все куда-то испарились. — Мы… мы увезём тебя, — Джо повернулась к Ханне. Та хотела начать отказываться, но Роден прервала её. — Так будет безопаснее. Мы же увезём? — обратилась она к матери. — Да… да, конечно. А теперь бегом в машину, объяснения все потом.       Они молниеносно запрыгнули в машину, после чего оглядывались назад, боясь увидеть того громилу. Но машина тронулась с места, и кинотеатр и все неприятности остались позади. По крайней мере, сейчас. — Итак… Джозефина, не хотела бы ты представить свою спутницу? — вскоре спросила мама. — Это… это моя… — Джо не знала, как представить Ханну. Как вообще можно было внятно рассказать действия этих нескольких минут? — Ханна. Мы с Джо подружились в школе не так давно, — неожиданно отозвалась брюнетка. На удивление Джо и парням она была очень даже мила. — Оу… я так рада, что Джо обзаводится подругами! — радостно ответила Дакота.       Подруга… это было так странно слышать. Хотя ещё страннее будет объяснять Эдди и Ричи как так вообще получилось. Хоть парни сидели за спиной Джо, и их лиц она не видела, но прекрасно чувствовала, что объяснений они потребуют, причем во всех подробностях.       Ханна назвала свой адрес, и Дакота быстро её довезла до дома, а после Ричи, Эдди; и вот они дома. Зайдя в дом, мама сразу же спокойным, но в меру строгим голосом сказала: — Надеюсь, к завтраку ты сумеешь правильно подобрать слова, чтобы мне всё объяснить. Не хочу спорить перед сном. Доброй ночи, Джозефина. — Доброй ночи, мам.       Простояв в гостиной ещё пару минут, Джо шумно выдохнула и неохотно попятилась к себе в комнату. Переодевшись, она выключила свет, оставив зажжёнными ночники, и плюхнулась на кровать. Первая мысль, которая проникла ей в голову — она спасла Ханну Робинсон от какого-то здорового мудака, а потом держала её за руку.       Это заставило Роден улыбнуться самой себе. Если об этом узнают в школе, то большая её часть может смело соснуть.