Rain of the colour of love.

В Эр-Рияде Джин нашел нового себя. Он теперь работал на прекрасной и подходящей для него работе — в местном ресторанчике, который находился недалеко от его съемной квартиры. Одной зарплаты ему стало хватать уже давно, чтобы платить за жилье и жить счастливо. У него были хорошие друзья, которые были тоже из Кореи. Омега считал, что это самые лучшие друзья за всю его недолгую и очень нелегкую жизнь. Еще у Сокджина появилась некая традиция ходить на местный рынок и покупать там разные ароматные, резкие и дурманящие специи, а потом идти домой и готовить по рецептам разные арабские национальные блюда. Саудовская Аравия — это в целом была вообще другая страна. И климат, и часовой пояс, и одежда — ко всему этому Джину пришлось привыкать достаточно долго. Омегам в этой стране было положено носить платки на голове и длинные широкие платья, закрывающие ноги. Джину понравилась эта идея, и он пошел в один денек и потратил оставшиеся на карте деньги. Он купил всяких платьев и платков почти всех оттенков розового. Еще здесь за ним стали прихлестывать альфы, с которыми их что-то объединяло. Вот, например, даже владелец ресторана, очень богатый шейх, долго пытался после их первого свидания затащить Джина в постель. Но когда Джин привел своего корейского друга-альфу, и объяснил шейху, что это его парень, и что на свидание он с ним ходил только из-за уважения, то тот так спокойненько стал клеиться к другому повару этого ресторана. Но тот альфа, на самом деле, просто был очень хороший друг, у которого Джин просто снимал квартиру и ничего больше. В один из жарких и засушливых дней Джин, как и всегда, не изменяя своей традиции, пошел на рынок. Сегодня у него был очень счастливый день. Он даже платье надел под настроение, цвета фуксии. Когда брюнет дошел до рынка, то ему в нос ударил такой знакомый и возбуждающий запах, запах лаванды и… и сирени. Он пошел на запах, хоть и понимал, что так он не сможет найти обладателя этого запаха. Вот он проходит уже десятый торговый ряд и все никак не может найти источник этого запаха. Но тут он останавливается, потому что этот запах даже уже в виски давил, и голова кружилась неимоверно. Джин повернул голову сначала в левую сторону, потом в правую, и увидел такого же корейца, как и он, только тот, вероятно, уже был в возрасте. Маленькими шагами омега подошел к палатке и посмотрел на продавца.  — Здравствуйте… — поздоровался он на корейском.  — Ой, здравствуйте, очень приятно видеть земляка в этом месте, меня зовут Ким Нам Юн, а вас? — спросили у него на корейском.  — Меня — Ким Сок Джин, очень приятно, — омега пожал протянутую руку старшего. — У вас здесь так вкусно пахнет, что это?  — Это базилик в смеси с лавандой, мятой, бергамотом и сиренью… — ответил торговец.  — Тогда можно мне двести грамм, — ответил омега и снял с плеч рюкзак, чтобы достать кошелек. Если честно говорить, то он был разочарован, что это всего лишь пожилой мужчина с таким знакомым запахом, хотя он и не встречал его никогда, ну, может в прошлой жизни.  — Мне не нужно с таких красивых омег денег, забирай… — Ким подал брюнету маленький бумажный пакетик, на что Джин подставил две ладошки и принял пакет в них. Он улыбнулся своей белоснежной улыбкой, поклонился, убежал и через несколько секунд скрылся за углом.  — Слушай, бать, да не могу я найти эту гребанную коробку, — парень вылез на четвереньках из-под стола, за которым стоял его отец.  — Найдешь, Намджун, еще как, куда ж ты денешься то, — сказал Отец сыну.  — Слушай, такой запах знакомый, здесь был кто-то? — спросил молодой альфа.  — Да, был здесь омега.  — Как он выглядел? — спросил Джун.  — Ну, очень даже симпатичный, невысокого роста, с черными волосами и, кажется, он тоже сказал, что почувствовал знакомый запах.  — Симпатичный, невысокого роста и с черными волосами говоришь? Не может быть… Куда он пошел? — Джун выбежал из палатки и повертел головой по сторонам.  — Кажется, в ту сторону, — отец показал направо и потом стал смотреть вслед пулей несущегося альфе в ту сторону. Но Намджун так и не смог найти омегу в толпе, похожего на того омегу, которого он искал.  — Джин, я уверен, что ты тоже меня хотел найти… Я обещаю, мы обязательно встретимся… — Джун упал на колени посередине торгового ряда и прикрыл лицо руками. Вообще все дни в столице были похожи один на другой. Жаркие, засушливые, полные разных головокружительных запахов. Поэтому и Джину, наверное, пришелся по душе этот город. Омега сегодня опаздывал на работу аж на целые пол часа, хоть и никогда этого себе не позволял.  — Куда вчера я мог положить кошелек? Блин! Ну, ладно, там все равно пусто было, если уж я его где-то потерял… Главное голову еще нигде пока не потерял, — с этими словами он вышел из квартиры, закинул рюкзак на правое плечо и стал спускаться по лестнице. Работа его находилась всего в паре-тройке кварталов от дома, даже если бы ему просто предложили принять машину в подарок, то он бы отказался от этого, потому что пешком любил ходить больше всего на свете, так как пол жизни просидел дома и никуда не выходил. Как всегда сухие улочки переполняли толпы людей в скучных и тусклых балахонах, а Джин шел всегда как весна, весь такой яркий, цветущий, счастливый и юный, посреди этой серой толпы. В воздухе пахло абсолютно всем: и специями, и цветами, и какой-то пылью, фруктами, овощами, просто всем… Как же Джину это нравилось… Запах здесь был совсем другой, по сравнению с запахом в центре города, там не пахло ни чем. А здесь, почти на окраине, было много торговых палаток со специями, овощами и фруктами. Вот уже подходя к ресторану, омега встретил своего друга и проболтал с ним несколько минут, увеличив свое опоздание.  — Ты чего так долго, Сокджин? — спросили омеги с кухни, но Джин не ответил, потому что в нос снова ударил тот самый запах. — Тебя там спрашивает в зале какой-то молодой альфа… «Молодой альфа?» — подумал Джин и понесся в зал. Но, увы, там не было ни одного молодого альфы. Он сам не знал кого ищет по этому запаху, но он знал, что этот запах ему хорошо знаком… был когда-то. Теперь Джин настолько хорошо жил, что забыл все о своей прошлой жизни в Корее и все, что с ней связано, но почему-то он отчетливо помнил этот запах, но не мог вспомнить его обладателя. Он помнил лишь то, что это альфа и все. Конечно, он надеялся, что тот молодой альфа, который его искал — это и есть обладатель этого запаха, но Джин и не расстроился, когда не нашел того, кого нужно. Но все же весь рабочий день он продолжал чувствовать этот запах, но уже не так сильно, как утром.  — Джин, что случилось, почему ты такой расстроенный сегодня? — спросил один из поваров на арабском.  — Да так, просто кое-что вспомнить пытаюсь… — ответил омега на арабском.  — Что же?  — Да одного альфу…  — Альфу? Не думал, что ты ими интересуешься… Кстати, у тебя ведь нет парня, да? — спросил кухонный работник и облокотился о тумбу.  — Нет, а что?  — Просто у моего отца есть корейский друг, который живет здесь, а у того друга есть сын — очень красивый, молодой альфа с таким резким и головокружительным, но приятным запахом…  — Альфа? С резким и головокружительным запахом? Ты можешь нас познакомить?  — Ну… Могу просто назначить вам время и место встречи, а остальное все будет зависеть только от тебя самого.  — Хорошо, поговори с ним, пожалуйста, а потом скажешь мне, если он согласился, ладно? — спросил Джин и продолжил делать заказ.  — Ладно. Вообще, эту оставшуюся неделю брюнет сидел как на иголках и вскакивал от каждой смс и от каждого звонка. Но в один прекрасный день он понял, что тот альфа не согласился встретиться и можно спокойно продолжать жить дальше, но в один единственный дождливый денек, который бывает, наверное, раз в три месяца, Джин проспал аж до обеда и проснулся от громкого звонка телефона.  — Алло…  — Джин, извини, я тут был занят, не смог тебе позвонить или написать, в общем, он ждет тебя в парке примерно рядом с твоим домом…  — Сейчас ждет? — Джин вскочил с кровати и заметался по комнате в поисках пустоты.  — Да, собирайся быстрее, а я ему пока что позвоню, чтобы он подождал тебя чуть-чуть.  — Блин, так дождь же на улице…  — Какая разница, прикольно же, он бывает то всего раз в год. Собирайся… Джин кинул телефон на кровать и стал стягивать с себя пижаму, забегая в ванную комнату. Он максимально быстро чистит зубы, моется и пулей надевает темно-розовый балахон, платок на голову, а сверху еще и прозрачный дождевик и каучуковые шлепки с пальцем на ноги. Приподнимая подол платья, омега быстро-быстро спускается по лестнице и выбегает на улицу прямо в лужу, но, слава Богу, он себе ничего не промочил. Он бежит по узким улочкам, по лужам, по уже знакомым тропинкам и сам не замечает, как оказывается посередине площади в парке. Он оглядывается, но не видит никого и тут чувствует, как его обзор прикрывают чьи-то мокрые и теплые ладони. А потом он чувствует тот самый запах. Самый вкусный и будоражащий запах, от которого начинает закипать все внутри и возбуждение начинает переполнять организм.  — Угадай, кто… — слышится этот мягкий и тягучий, как мед, бас. А голос-то такой же знакомый, как и запах. Джин не знает, что ответить, потому что он понял, что за его спиной стоит обладатель того запаха, который он почувствовал тогда на рынке.  — Не могу…- отвечает он то, что есть, ведь от безысходности ему нечего больше отвечать. Парень убирает руки от глаз Джина и обходит его. Омега открывает глаза и видит широкие плечи альфы перед собой. На парне длинная черная кофта, ниже колен, под ней черная футболка. На ногах черные спортивные штаны и тоже черные кеды. Этот стиль Джину начинает кого-то напоминать. Он резко поднимает голову, и, наконец, видит лицо альфы. Все воспоминания, что были в прошлой жизни, тут же прилетают в голову метеоритом. Сердце бьется в три раза быстрее, чем обычно, а голова снова начинает кружиться от этого запаха.  — Намджун… — шепчет тот, хватается обоими руками за его лицо и втягивает в долгий и очень страстный поцелуй. Слезы у обоих катятся по щекам и стекают в рот, и поэтому их первый поцелуй за долгие три года, будет вспоминаться, как самый соленый и самый страстный поцелуй. Джин отрывается от поцелуя, хватает Джуна за руку и ведет обратно по той же знакомой дороге, по которой бежал сюда. Истинные смеются, специально бегут по лужам, мокнут от брызгов, роняют мусорки, стоящие на пути и наконец забегают в подъезд Джина. Омега поднимается через две ступеньки и альфа за ним. И как только дверь за последним захлопывается, то оба начинают сбрасывать с себя вещи и так же, оба остаются мокрыми и обнаженными. Намджун подхватывает такое родное и легкое тело Джина и несет на ближайшую поверхность — кухонный стол. Альфа какое-то время мнется, а потом смачивает своей слюной два пальца и подставляет их к колечку мышц омеги.  — Да вставь ты мне уже! — кричит омега и убирает руки Нама от своей задницы. Намджун выгибает одну бровь, хватается за свой вставший член. Он резко, быстро, не целясь, заходит в омегу, и теперь тот стонет уже так громко, страстно и сладко, что Джун чуть не кончает от этого. С каждым толчком он все громче и громче стонет. Да. Наконец-то. Он этого ждал очень долго, желал и получил желанное. Наконец, он чувствует своего истинного в себе. И сам Намджун ждал этого не меньше. Он тоже наконец-то чувствует узость своего истинного. Они оба уже начинают стонать, потому что оргазм вот-вот обоих накроет волной. И тут просто в один момент они изливаются и просто уже не стонут, а кричат. Но они не собираются останавливаться только на одном оргазме, они будут это делать, пока самим не надоест. Хотя… думаю, это занятие не может надоесть. Ну, ведь не для одного же раза они так долго были в разлуке. Этот день и дождь они запомнят навсегда, как Последний день засухи и как Дождь любви…