Ты — моё небо

Утро началось не с солнца. Утро началось с чашки крепкого, терпкого кофе и простых, но таких значимых слов. — Я люблю тебя, — тихо произнёс Чимин, ещё не открыв глаз, склонившись над чашкой. Голос был хриплым, тёплым, искренним. Чонгук, уже собиравшийся в душ, замер в дверях. Он развернулся и подошёл ближе. Молча. Просто взял чашку, отставил её на столик и обнял омегу сзади, пряча лицо в его волосах. — Я люблю тебя, хён. С каждым утром сильнее. Но тишину нарушил резкий голос, сопровождаемый хлопаньем двери. — Ребятки… — в кухню вошёл Намджун, щурясь от недосыпа. — Я всё понимаю. Молодые, влюблённые… Но вы серьёзно? Вчерашнее — это уже было чересчур. Нас соседи чуть не выставили из квартиры! — Извини, хён! — почти в унисон воскликнули Чонгук и Чимин, сразу же отстраняясь друг от друга. — Мы правда не хотели, — добавил омега, виновато опуская глаза. — Если ещё раз услышу хоть один «ах» сквозь стену... — начал было грозно Намджун. — Не повторится, обещаю, — быстро сказал Чонгук. — Ладно, — вздохнул лидер. — Просто… уважайте пространство. И других. В этот момент в проёме появился Джин с кофейной кружкой в руке и хитрой улыбкой. — Намджун, не злись. Их "разборки" нам с тобой тоже не помешали, ты ведь помнишь? Намджун покраснел, буркнул что-то неразборчивое и махнул рукой: — Идите уже оба. И постарайтесь быть потише... не только физически. Чимин фыркнул, а Чонгук, обняв омегу за плечи, шепнул: — Я всё равно не буду молчать, когда ты рядом.

***

Прошло уже две с половиной недели с той первой, робкой ночи, когда всё изменилось. За это время они прошли путь от влюблённой неуверенности до крепкой связи, где не было страха говорить, плакать, держать за руку или просто молчать вместе. Чимин стал более расслабленным. Он чаще улыбался, позволял себе быть нежным. А Чонгук — ещё более внимательным и заботливым. Он знал, когда Пак нуждается в тишине, когда — в объятиях, а когда — просто в том, чтобы быть рядом. — Сегодня ты никуда не занят? — спросил как-то Чонгук, стараясь говорить как можно непринужденнее. — Только если не считаешь, что целый день думать о тебе — это занятие, — усмехнулся Чимин. — Тогда вечером — свободен? — Вечером? — прищурился омега. — Хм, возможно… А что? — Свидание. Но место — сюрприз. — Ну хоть намекни? — Никаких намёков. Только доверься мне, — и с этими словами он поцеловал его в лоб. — Просто будь готов в одиннадцать. К назначенному времени Чимин был полностью собран — и немного раздражён. Он успел переодеться трижды, сварить кофе и даже задремать на диване. — Чиминни! — раздался голос в прихожей, и омега почти подпрыгнул. — Ну наконец-то! Я уже начал думать, что ты передумал. — Мой хён такой нетерпеливый, — поддразнил Чонгук, снимая куртку. — Хватит подшучивать, веди уже! — Подожди. Подойди ко мне. — Гук достал чёрную бархатную повязку. — Завяжу глаза. — Ты издеваешься? — но всё равно подошёл. Мягкая ткань опустилась на глаза. Мгновение — и Чимин потерял ощущение пространства. Сразу же сильные руки подхватили его. — Ты с ума сошёл, Чон! — Я просто не хочу, чтобы ты споткнулся. И... ты пахнешь потрясающе. — Прекрати шептать на ухо! — Ладно, молчу. Подъём по лестнице был быстрым, и через минуту он почувствовал, что оказался на свежем воздухе. Ветер ласково тронул его щёки. Чонгук поставил его на ноги и развязал повязку. — Открывай глаза, хён. Перед ним раскинулась крыша, усыпанная маленькими свечами. В центре — плед, два бокала и охлаждённое шампанское. Небо было чистым, звёзды яркими. Всё выглядело как сцена из романтического фильма. — Вау... — Чимин застыл, а потом рассмеялся и начал бегать от свечи к свече. — Это... невероятно! — Я рад, что тебе нравится, — подошёл Чонгук с бутылкой в руке. — Шампанского? — Конечно. — На брудершафт? — Не вижу причин отказывать. Они сцепились руками, глядя друг другу в глаза. Один глоток. И всё — исчезло. Только звёзды и они. Чонгук медленно потянулся вперёд и поцеловал его. Этот поцелуй был уже не робким. Он был смелым, уверенным. Их губы двигались слаженно, мягко, будто всё вокруг замерло. Чимин открылся полностью — в этом поцелуе было всё: благодарность, любовь, страсть, доверие. Чонгук прижал его к себе, проводя ладонью по спине, ощущая каждую линию, каждый вздох. Поцелуи становились глубже, их тела — ближе. Не было страха. Только принятие и тишина вокруг. Внезапно Чимин резко отстранился. Его лицо побледнело, дыхание сбилось. — Что такое?! — Чонгук сразу стал тревожным. — Тебе плохо? — Просто... — Пак прижал ладонь к губам. — Меня вдруг затошнило... — Вот, вода. Сядь. Дыши. Он заботливо держал омегу за плечи, давая время прийти в себя. Через несколько минут Чимину стало легче. Он откинулся на плечо Чонгука. — Прости, испортил момент... — Ты ничего не испортил, хён. Просто... может, ты что-то не то ел? Они ещё не знали. Ещё не догадывались. Но внутри Чимина уже начиналась новая история.