Темный менестрель 2. Век Дракона.

Я втянул носом воздух. Рыба… копченая. Такое амбрэ тут всегда? Или это нам просто не повезло явиться в деревню во время осеннего лова? Пройдя мимо деревянной постройки с покосившимся забором, мы подошли к мосту. Человек, видать, охотник, если не дозорный, учитывая наличие лука, имел вид… Вусмерть перепуганной мыши. Лицо бледно, зрачки расширены, руки трясутся… «Все чудесатее и чудесатее», как говорила Алиса в Стране Зазеркалья. — В-вы пришли чтобы помочь нам? — Человек с опаской осмотрел мой зоопарк, гордо именуемый отрядом. Страж-храмовник, воин, шлюха, пес и птицеящер… со стороны это выглядит именно так. — А у вас что-то случилось? Ты явно сильно напуган… Это из-за порождений? — Так вы… не знаете?! У вас там вообще ничего не слышали, что ли?! — Хм. Я слышу начинающуюся истерику в его голосе? — Успокойся. Объясни, что случилось, мы только из Лотеринга прибыли, у нас дела к эрлу Эамону. В качестве ответа этот смертный, что боялся тележного скрипа — Томас, поведал нам о еженощных атаках чудовищ. Что это за чудовища, он не знает. Плюс ко всему Эамон слег от непонятной хвори, и ни магия, ни лекарства исцелить его не в силах. — Видимо, все решили, что Мор — это лучшее время, чтобы поубивать друг друга. — Морриган первой нарушила повисшую над мостом тишину. — А что за чудища, ну… как они выглядят? Может, это порождения? — Алистер попытался разобраться в том потоке бреда, который вывалил на нас дозорный. У страха глаза велики, может, и вправду порождения. — Говорю же — не знаю! Спросите банна Тегана, он брат эрла Эамона и возглавляет нас сейчас. Народ укрылся в церкви, он тоже там. — Так веди нас к нему. — Я посмотрел в сторону замка на скале, вроде все в порядке. Правда самой деревни из-за холмов не видно. — Да-да, конечно. Ветер сменил направление и я тут же почувствовал запах гари. Масштаб разрушений поражал: рыбацкая деревня почти уничтожена наполовину. Деревянные постройки сожжены, заборы сломаны, на земле следы крови. Уцелели лишь центральные каменные строения, да мельница на утесе. Отворив двери церкви, я обозрел будущую братскую могилу: бочка, полная рыбы, а не церковь — все население деревни сюда втиснулось. Томас провел нас непосредственно к банну Тегану. Ну что я могу о нем сказать? У меня редко кто вызывает подсознательное отвращение, а этот тип сумел вызвать у меня неприязнь одним своим видом, даже не знаю почему. Рыжие волосы, бородка, глаза зеленые, да и сам выглядит опрятно. Человек по такому случаю, несмотря на выходные парадные одежды, цветастый дублет в частности, был вооружен мечом и гербовым щитом Редклифа — серая башня на красном холме. Алистер поприветствовал своего дядю и поспешил представиться. Теган был рад… слишком рад. Но меня интересовали нападения. После взаимного расшаркивания, где я представился Стражем, банн поведал мне, что две ночи назад на деревню напали некие «страшные твари». Никакой конкретики, что странно, и все же, после личной встречи банн узнал в трупах тварей разлагающиеся тела жителей замка. Некоторые были относительно свежими, некоторые и вовсе скелетами. Бежать из деревни пытались, но твари нападали днем малыми отрядами. Лишь удалось отправить гонца с просьбой о помощи, но ответ пока так и не пришел. Стражников на стенах крепости Теган не видел, на звуки рога тоже никто не откликался. Но известно, что атаки ведутся со стороны замка, вероятно, сам замок уже полностью захвачен тварями. В замке должна находиться вся семья эрла и он сам. Подробности болезни Эамона банну тоже неизвестны… И почему я уверен, что он чего-то недоговаривает? Я задумался. Местная нежить — это результат вселения в мертвое тело демона. Те, кого мне описал Теган, похожи на демонов: Гнев — обожженный скелет или просто полыхающее тело, очень яростны в бою; Праздность — обычное тело или скелет, они очень медлительны; и Голод — клыкастые скелеты и каннибалы. В замке произошел разрыв Завесы? Почему? Такое только малефикар мог сделать, или просто демон сильный с дураком-магом связался. — У вас в замке магов, случаем, не было? Это явно одержимые. — Не то, чтобы я знал… — Теган растерянно развел руками. Сомнение? Я прищурил глаза, мгновенно проникая в разум банна. М-да, сколько грязи… Изольда, оказывается, своему престарелому мужу с его братом изменяет. Мне это неинтересно… О. Сын Изольды мажонок. Вот это да. Правда Теган в этом не уверен, была лишь пара странных случаев, на которые банн внимания не обратил, но я-то понимаю, что вижу. Эрлеса надеялась удержать титул после смерти эрла, наследник ей бы это обеспечил, да вот беда — маг. Такие по закону церкви лишаются наследия и уводятся в Круг Магов, эрлесса, очевидно, этого делать не стала. Дитя необученное, но с большими возможностями. Далее я увидел, как банн Теган публично высказывает свое «фи» в лицо тейрну Логейну, касательно его притязаний на трон Ферелдена. Ну и дурак. Гражданская война, видимо, все же будет. Сменив курс воспоминаний, я в подробностях изучил изображение обнаруженных Теганом тел тварей. Что ж, кажется, я что-то понял. Отбивать ночную атаку смысла не имеет, нужно произвести захват этого «неприступного» замка именно сейчас. Три раза захватывали, вон, демоны — уже четвертый, а мы пятыми будем. Я холодно улыбнулся банну, продолжая разговор: — Хорошо… — Так вы поможете нам защитить деревню? — Теган уважительно осмотрел мой арсенал и спутников. Было бы чем гордится, честное слово… — Вы сами защитите ее, — Теган хотел что-то сказать, но я продолжил: — а я прорвусь в замок и захвачу его. — Но как? Ворота заперты, а нас мало… Вас же и вовсе трое! — Я пойду не с ними… Вот что, соберите остатки людей за стенами, установите охрану и ждите. У меня есть армия, даже ее малой части хватит, чтобы захватить замок. — Но когда она прибудет? Вы можете не успеть к ночи. — Банн в легкой растерянности перевел взгляд с меня на Алистера. Последний помочь своему дяде ничем не смог. — Я захвачу замок До наступления ночи, это все, что я тебе скажу. — Я развернулся и вышел за двери церкви, не обращая внимания на толкающихся жителей деревни. Ходячие мертвецы… пока не изломаешь тело до невозможности тому передвигаться, труп не остановить. Человеку сложно убить то, что носит лицо твоего друга или является ребенком, который не обращает внимания на наносимые ему раны. Страх перед неизведанным, потусторонним… Убитые люди вливаются в ряды нежити, и с каждой успешной атакой армия мертвецов лишь разрастается. Я взглянул на свой отряд, приказав им, если они хотят, помочь в защите деревни. Алистер мгновенно побежал к солдатам, уведя с собою Гарма, а Морриган просто ушла в церковь. Ну, да. Ее заклинания в основном только против живых и действуют. — Будешь звать Охоту? — Майрон вопросительно посмотрел на меня. — Нет, я хочу чтобы захват произвел ты — у тебя в этом есть опыт. Я передам под твое командование часть уруков из Армии Мертвых Болот под предводительством драугров. Поверь, драугр мало чем отличается от обычного орка — такой же яростный и безжалостный боец. Эльфийское оружие Зеленого Леса не настолько искалечит мертвеца, как орочье, да и броня с щитами у орков покрепче, чем лориенские кирасы. К тому же тела подвластных мне мертвецов демоны захватить не сумеют — моя Воля сильнее. — Прекрасно… мне нравится твой замысел. — Дракон облизнулся темным языком и прищурил глаза. Что ж, посмотрим: сумеют ли выдержать эти демоны атаку Саурона и черного войска Мордора? — Только живых не трогай. Я тоже буду сражаться — открою ворота как обычно, но командовать армией будешь ты. Дракон кивнул, а я направился в сторону утеса с мельницей, вроде там располагается дорога к замку. Я увидел рыцарей, один из которых подошел к нам и представился Сером Пертом. На его вопрос, что я здесь делаю, я честно ответил: — Буду призывать армию. — Призывать? Ты… Ты что, маг?! — Сер рыцарь в этот момент потерял всю свою «рыцарственность» в моих глазах, так как в испуге шарахнулся от меня. — Я ваша единственная надежда на выживание. Лучше не мешай. Я возвел вокруг себя защитный купол от этих идиотов и приметил взглядом свободное открытое пространство. Потянувшись магией в пространственный карман, я начал мысленно перебирать самых хорошо защищенных уруков, вооруженных копьями, булавами и топорами. Щиты были обязательны — использовать умному демону лук никто не запрещает, да и пламя демона Гнева утопленнику на пользу не пойдет. Саурон же легко справится даже с Колдовским Ужасом — демон Гордыни, один из сильнейших, вселяется в мертвое тело мага, делая из него лича огромной магической и физической силы. На вид — дряхлый скелет в рванине, на деле — высшая нежить. Выходец из Мертвых тоже не подарок, пусть и встречается чаще Колдовского Ужаса. Демон Гордыни или Желания вселяется в мертвое тело обычного смертного, и оно обретает кое-какие магические способности, но основной упор идет на физическую силу. Оба эти вида нежити почти неуязвимы для магии, а в ближнем бою чрезвычайно опасны. Если Теган не знал, есть ли в замке такое, то, учитывая иерархию демонов, там засел Гордыня или Желание, следовательно, маг, призвавший их, мог вселить в убитых солдат демонов, создав Выходцев из Мертвых, да и мало ли в застенках древнего замка могил тевинтерских магов? Подобно миражу, на поляне возле мельницы начал появляться огромный отряд. Воинство. Рыцари заорали в ужасе, увидев истинных чудовищ — размеры уруков были сопоставимы с кунари, а их внешний вид был частью схож с порождениями. Черная броня, штандарт с Оком Повелителя, частокол копий и алебард, бледные, перекошенные клыкастые морды и мутный взгляд слепых глаз. На моих глазах Сер Перт, некогда рыжий, стал приобретать седину в волосах. Аура некроса или сам внешний вид нежити так испугали его? Металлический звук падающих «кастрюль» донесся от одного из рыцарей, что потерял сознание. Это послужило спусковым крючком, и с дикими воплями рыцари побежали к деревне, спотыкаясь и теряя по дороге оружие. В принципе, иной реакции ожидать не стоило, разница между храмовниками и рыцарями весьма существенная. Я хмыкнул и выцепил взглядом драугров, их от прочих кадавров отличал лишь осознанный взгляд. Злой и алчущий крови. Растерзать, убить, и так снова и снова. Драугр — это искалеченная душа, застрявшая в бренном мире, это демон, который вечно жаждет боя, применяя все свои умения для удовлетворения своего желания. Они никогда не насытятся, опустоши они весь мир хоть трижды. Говорят, у орков нет души? О, она есть у всех созданий, способных мыслить, чувствовать и верить, да только тот же Мандос подобных существ в свои Чертоги не зовет и к жизни не возвращает, а ведь в Арде даже некоторые звери разумны настолько, что зверьми считаются исключительно в силу своих инстинктов, облика и образа жизни. Для самих орков, словом, вопрос собственного посмертия если и появляется, то стоит так же, как для людей — никто не знает наверняка. Некоторые из чернокровых поклоняются своим вождям, великим предкам, огню, тьме и прочим идолам, ну а те, что служили Морготу или служат Саурону сейчас, подобно наугрим, считают, что там — за Гранью, у Повелителя Тьмы есть свои Чертоги, правда сама перспектива попадания в такое место даже в их понимании не слишком отлична от классической Преисподней. Подобная вера распространялась на истерлингов с морэдайн, как будто в противовес желанию эдайн и эльфов покидать бренный мир в поисках лучшей жизни. Однако результатом подобной веры, если приводить в пример тот же Нуменор, стало совсем не жизнелюбие, а истовый страх Смерти и в качестве вишенки на торте: обильное появление умертвий — некогда живых полноценных душ, не желающих или уже не способных покинуть бренный мир, как и неспособных воплотиться в нем заново. По крайней мере, не без помощи со стороны колдунов или легковерных дураков, готовых отдать духам собственную жизненную силу, а то и тело. По моему мысленному приказу драугры вышли вперед, поприветствовав меня ударом кулака себе в грудь и поклонившись. Майрон слетел с моего плеча, в полете окутываясь огнем. Об землю глухо ударили железные сапоги, и Гортхаур Жестокий приветливо махнул мне обрывком плаща. По приказу, отданному на Черной Речи, над скалами Редклифа раздался звук Мордорского Рога. Махнув булавой в сторону ущелья, ведущего к мосту замка, Майрон направил армию в атаку. Щиты были подняты, копья вспороли небо, а марш тяжелобронированного воинства отдавался гулким звуком и лязгом, который наверняка было хорошо слышно и в деревне. Не вмешиваясь в командование, я встал в середину войска, поравнявшись с широким шагом Железного голема. Цветастые флаги весело реяли над мостом, замок выглядел ухоженным, не соответствуя тому, что таится внутри. По взмаху моей руки железная кованая решетка поднялась, и как по сигналу из-за высоких стен выступило войско мертвых жителей. Крестьяне, солдаты, рыцари, слуги… все разной степени разложения. Кто-то полыхал, кто-то обзавелся когтями, кто-то был лишен конечностей или плоти. Все они беспорядочно понеслись на орков. С шелестящим звуком были подняты ростовые щиты и выставлены вперед копья. По приказу Саурона орки, чеканя поначалу шаг, резко понеслись на врага. Наша армия и так уже заняла половину длиннющего моста, теперь орки черной рекой хлынули на нежить, попросту сметая ее и растаптывая. Нанизанные на копья мертвецы еще дергались, когда их сбивали на землю и рубили. Черепа трещали под сапогами, конечности отлетали от ударов топоров. Ничто не кричало, не рычало и не издавало ожидаемых звуков боя. Ни гневных выкриков, ни воодушевляющих и победоносных воплей… только мертвая тишина, прерываемая грохотом железа и треском костей. Драугры повели малые отряды внутрь замка через открытые мною внутренние ворота. Иные двери они смогут и сами разрубить. Бой мертвецов, начавшийся во дворе перед ратушей, тоже надолго не затянулся. Саурон прекрасно расправился с Выходцами из Мертвых, парой ударов булавы разбросав их кости по каменному полу. От секции к секции замок завоевывался, живых тут было крайне мало, и всех их я вел в отвоеванные защищенные орками территории. Какой-то избитый мужик сидел в клетке в казематах, вот пусть там и сидит. По иронии обстоятельств клетка оказалась самым безопасным местом для него. От подвалов и темниц до верхних этажей башен все было зачищено от одержимых демонами тел. Осталась только ратуша, защищенная прочными, окованными железом воротами. Видимо, там и засел источник всех бед, недаром двор этот защищала элита нежити. Эрла и эрлессы нет, ни в рядах живых, ни в рядах мертвых… или они обожженные скелеты, или их съели каннибалы, или они в ратуше. Я посмотрел на кучу сокровищ, что орки по приказу Саурона притащили во двор. Это та плата, которую он решил взять? Он правда поглотит все это? — Монет бери сколько хочешь, но остальное я заберу себе. — Майрон решил поделиться? Как великодушно с его стороны. Я начал загребать монеты в бездонный кошель. Слишком много не возьму, жителям эрлинга еще зиму пережить надо. Об этом я и сказал Майрону. Тот промолчал, лишь направил поток огня из руки в кучу дорогого хлама, бижутерии и драгоценных камней, и та, окутавшись пламенем, исчезла, втянувшись огненным потоком в ладонь голема. Выходит, он не поглотил трофеи, а перенес их в свой пространственный карман. Умное он «колечко», решил тоже себе на память пару вещиц оставить? Впрочем, не магнитики же на холодильник ему в Тедасе покупать? Ну, генеральную уборку от смердящих трупным ядом и гноем, расчлененных и втоптанных в пол тел жители и сами проведут. Я с брезгливостью посмотрел на свои сабатоны. Это серенькое — не мозг чей-то случайно? Зачистку тут надо как в могильнике проводить, путем сожжения всего и вся, иначе чума будет. Водой такое не смоешь, а запах разложения отравление у уборщиков вызовет. У меня самого от аммиака голова закружилась, вонь просто невыносимая. Одержимые мертвые тела свое разложение не могут остановить, только если их не заморозит, конечно… Тут конец осени, еще тепло днем, а половина трупов на солнцепеке стояла. Находись замок в низине, и смрадный запах почуяли бы жители деревни и на расстоянии в километры, никакой запах копченой рыбы не перебил бы. Окинув взором ворота, решил пока их не трогать, в ратушу вело три пути, два из которых уже были завалены орками. Выживших было решено пока что запереть в замке, они, конечно, многое пережили, но и расследование произошедшего еще не закончено. О, уже солнце садится. Все же мы успели до наступления ночи взять штурмом одну из сильнейших крепостей Ферелдена. Какая жалость. Заколдовав ворота, дабы через них никто не вышел или вошел, я направился обратно в деревню, сообщение Патронусом я решил не отправлять, а то посчитают его знаком Создателя или еще чем. Саурон обернулся мелким рамалоком и устроился на привычное место. Спускаясь по тропе, заметил «сборную солянку» из местных воинов. Точите вилы к бою? Мечи где? Или арсенал местным жителям не был предусмотрен руководством? Обратившись к усатому детине, узнал, что его зовут Мердок и он глава этого ополчения. Оружие ломано-переломано, а кузнец (хрен старый, как он сказал) заперся в кузнице и пьет, видимо, вознамерившись в ней и помереть. Слушая речи навроде лотерингских «Мы все умрем, убейте своих детей пока их не замучил враг» и тому подобное, я вновь подивился идиотизму людей. Из чистого интереса постучавшись в двери кузницы, получил посыл. Хрен с тобой, золотая рыбка, сам напросился. Не долго думая, я выломал двери заклинанием и окатил холодной водой кузнеца. Пригрозив засунуть его голову в горн печи, я заставил человека протрезветь и согласиться со всеми моими доводами. В свое оправдание пьянь поведал мне причины своего поведения. Оказывается, дедок за дочку переволновался, я, увидев в его мыслях облик девушки, обрадовал его, сообщив, что та жива. Найдя среди сброда «солнечный» щит Алистера, направился к нему. Гарм встретил меня радостным лаем, чем привлек внимание Стража: — И… как? — Алистер посмотрел на меня с затаенной надеждой. — Замок очищен от чудищ. Действительно — обычные одержимые, просто в огромном количестве. — Быстро ты. А выживших нашел? — Алистер решил проглотить свое удивление. Ну, раз уж я ему вроде как Древним Богом представился… — Да. Согнал их всех в зал восточного крыла, пусть банн Теган их расспросит, если надо. Разве что какой-то избитый тип в лохмотьях в темнице сидел, я его там и оставил, мало ли? Но эрла, эрлессу или их сына я не видел, впрочем, они могут быть в ратуше — туда я еще не наведывался. — Нужно немедленно сообщить обо всем банну Тегану! — Алистер, лязгая броней, помчался к воротам.

***

В церкви, увидевшись с Морриган, которая все же решилась помочь людям варкой целебных настоев, мы подошли к банну. Известие о том, что замок был очищен от нежити, очень порадовало человека. Теган решил сначала проверить выживших в замке и лишь потом, имея всю интересующую нас информацию, ввалиться в ратушу. Местная церковница задавала вопросы о том, как я это сделал, на что посоветовал ей расспросить рыцарей. Поверит она им или нет, не важно. Если уж тут нежить за неведомых чудищ приняли, то кем тогда орки для них станут… Охрану с деревни решили не снимать — неизвестно, есть ли где в округе еще мертвецы. Но отряд рыцарей с Теганом и я с товарищами направились к замку. Пройдя по мосту, Теган с недоумением посмотрел на растоптанные останки и зажал нос, почуяв столь изысканный запах распада. Допрос принес дурные вести. Более всех отличился тот заключенный, некий Йован — маг-отступник, сбежавший из Кинлоха. Этот неофит Магии Крови был пойман в Денериме и отведен под светлы очи тейрна Логейна. Видать, то «фи», высказанное банном Теганом насчет жалобы Эамону, заставило Мак-Тира избавится от потенциального конкурента на право престола столь радикальным способом. Йовану было приказано втереться в доверие к эрлессе, ибо были слухи, что ей зачем-то понадобился маг. Миссия мага, данная ему Мак-Тиром, заключалась в отравлении эрла Редклифа… Отравил, но его поймали и засадили в тюрьму. А вот к одержимым, маг говорил (молился и божился), что не имеет никакого отношения. Упомянул только, что молодой сын эрлессы Изольды — Коннор — был магом и вынужден был скрывать свой дар. Мальчонка был очень расстроен болезнью отца и просил Йована все исправить, да только маг не был целителем… — Сын Изольды мог поддаться влиянию демонов, — мрачно высказал я свое мнение по поводу ситуации. — Он одержим?! — Банн Теган вскинул брови. Ну да, ведь тогда это уже не мальчик, душа-то отлетела. Ребенка убивать придется. — Не знаю, он мог и просто сделку с демоном заключить… с отсроченной платой. — Так давайте узнаем! — Банн Теган повернулся к рыцарям: — Ломайте двери! Я незаметно снял запирающее заклинание и принялся ждать, когда топоры и мечи справятся с прочной древесиной.

***

М-да, нас поприветствовал отряд одурманенных солдат. Это не одержимость, что не может не радовать. Рыцари быстро привели их в чувство ударами щитов по рожам, нам даже вмешиваться не потребовалось. Проходя в парадную залу, мы увидели удивительную опрятность. Ни одного трупа, ни одного пятнышка на ковре или побитой посуды. Открыв очередные деревянные створки, Теган в удивлении остановился. Эрлесса Изольда с опущенной головой стояла рядом с троном, на котором восседал рыжий мальчонка. Я еще раз окинул взглядом помещение: охраны нет, «живых» мертвяков тоже… Меня отвлек сабсонический двойственный голос, доносившийся из уст ребенка: — Кто это, мама? Не могу понять. — Это эльф, ты видел эльфов, дорогой. Они были у нас в замке, — со слезами на глазах ответила эрлесса. — А, я помню. Я приказал слугам срезать им уши и скормить псам. — Мальчик встал с трона, безбоязненно подойдя ко мне и пристально изучая. Указав на мои уши, он продолжил: — Собаки все никак не могли их разжевать. Так это ты убил моих солдат и разрушил мое веселье? Как думаешь, мама, стоит ли мне приказать отправить его на псарню? — Нет Коннор! Среди них дядя Теган, ты видишь? Он пришел помочь тебе. — Эрлесса посмотрела на меня. — Прошу, не причиняйте моему сыну вреда, он не всегда… такой. Он… Демон иногда уходит и он становится нормальным! — Молчи, мама! — Ребенок подбежал к эрлессе и сильно сжал ее руку совсем недетской хваткой. — Это все тот маг! Это он вызвал этого демона, я знаю! Коннор просто хотел вылечить отца… — продолжила Эрлесса, не обращая внимания на образовавшиеся на коже синяки. — И ради этого он заключил сделку с демоном? Ах, глупое дитя. — Морриган разочарованно покачала головой. — Все честно! — Мальчик снова бухнулся на трон, сложив руки на груди. — Отец жив, как я и хотел. Но теперь пришел мой черед править и рассылать армии, завоевывать мир! — Скажи мне, кто ты… Гордыня или желание? После моего вопроса взгляд ребенка ожесточился еще больше. — С чего это я должен тебе отвечать? Что ты мне сделаешь? Убьешь? Тогда и мальчика ты убьешь тоже. — Хм, значит, это частичная одержимость… лазейка в заключенном договоре? — Я обратился к остальным: — Мальчик еще жив в этом теле, но если просто изгнать демона, он сможет вернуться в указанный договором срок, и одержимость будет уже полной — мальчик уже продал свое тело демону. — Так что же делать? — Банн посмотрел на равнодушного ко всему ребенка. — Убить демона… по-настоящему. — Я пожал плечами, а вот мальчик буквально застыл в кресле. — Одолеть его в его же мире. Сделать это можно с помощью специального обряда, проводящегося в Круге Магов. — Это все? Нет иных… более быстрых способов? Путь по воде до башни Кинлох займет дни! Кто знает, что произойдет с Коннором за это время? Да и храмовники, они же просто убьют ребенка! — Теган хорошо знал взгляды храмовников на подобные угрозы миру. Одержимый полностью или частично, значения для храмовничьего ордена не имеет, Коннор для них в первую очередь маг, а не ребенок или сын эрла. — Я могу и сам войти в Тень… Но… Я потребую что-то взамен. — Золото? Жизнь? Я все отдам, но прошу, спаси моего сына! — Эрлесса посмотрела на меня с мольбой. — От вас, миледи, мне абсолютно ничего не нужно, но вот от эрла Эамона… — Эамон едва жив, — сказал банн Теган и даже развел в стороны руками. — Мы доведены до отчаяния, настолько, что вновь начали искать древнюю Священную реликвию. Раньше это было просто увлечение Эамона, но теперь Прах Андрасте, по всей видимости, наша последняя надежда. Однако мы нисколько не приблизились к поискам. Едва жив? Демон же сказал, что эрл здоров… А! Он остановил распространение яда. Эрл, вероятно, в каком-то анабиозе. Волшебная кома… Умно. — Кхм. Думаю, с этим я тоже могу помочь. — Я достал из подсумка письмо храмовника, передав его банну. — Владелец этого письма был убит на мосту близ Лотеринга. — Брат Дженитиви… Я помню его, он сейчас живет в Денериме. Он действительно напал на след Урны Священного Праха? Просто не верится! Это наш шанс! — Прочитав письмо, банн улыбнулся эрлессе. — Значит так. Я могу прямо сейчас освободить ребенка, но, как я и говорил, я потребую плату. Вы — эрлесса Изольда, или иной, кто возьмет на себя титул Эрла Редклифа, проголосуете на грядущем Голосовании Земель так, как того потребует Алистер. Однако есть нешуточная вероятность того, что Эамон тут же умрет, если демон будет убит. — Я посмотрел строгим взглядом сияющих глаз на эрлессу. — Вы готовы пойти на это? Изольда сначала с некоторым недоумением посмотрела на меня, но согласилась: — За спасение своего ребенка я готова и на большее. Да! — Запомните, что вы сказали. Данное Алистеру обещание вы сдержите. Я шагнул к ребенку, тот вскочил и попытался удрать. Выпущенное мною парализующее заклинание вызвало испуганные визги со стороны эрлессы. Посмотрев на «солдатиком» упавшего мальчика, я возвел защитный купол и лег рядом с телом. — Посторожи, чтобы эти блаженные меня не убили случайно, — обратился я к рамалоку, но кивнул мне весь мой отряд. Улыбнувшись, я погрузился в сон, сознательно стремясь найти вход в Тень. Прислушиваясь к песне мира, я сумел найти вход и даже услышать местных демонов. Настроившись на эти звуки, я погрузился в Тень.

***

Снова эта странная обстановка. Нет ветра, нет звуков. Разве что весьма ненавязчивое пение лириумных кристаллов, которые тут везде торчали, а значит, это место обитания действительно сильного демона. Обойдя какую-то кровать, я направился на поиски своего врага. Передо мной пытались появиться демоны в облике мальчика, меня таким не обманешь, а вот того, кто не отличает сна от реальности… Я с интересом проводил взглядом старика, мечущегося по фальшивым дворцовым коридорам. Эрл Эамон. Демон частично перенес его сон в свой домен? Старик искал мальчика, но постоянно натыкался на иллюзии, и поиски начинались по новой. Я прошел сквозь полупрозрачный образ смертного, направившись дальше, и вытащил из ножен Хроарист, увидев очередного Коннора. На сей раз это был тот самый демон — пение весьма характерное, его я и искал. Поняв, что его раскусили, демон сбросил личину, явившись мне в обличии… Эм, суккуба, наверное? Ну или это мелкая самка Балрога в фиолетовом цвете. Привлекательность, конечно, есть, но для любителя экзотики. Аура демона на меня не действовала, вот ничего особо красивого я в ней и не нашел. Контроль сознания меня пугал больше всего, но и тут моя магия помогла — ментальные удары бессильно растекались по поверхности «зеркала» в моем разуме. Я знал, что демоны Желания имеют разные воплощения и понятие половой принадлежности для них недоступно. Но передо мной зависла в воздухе женщина. Со светло-фиолетовой кожей, с конечностями, покрытыми мелкой серой чешуей, когтистыми пальцами (это явно не ногти), лапами динозавра вместо ступней и чешуйчатым хвостом. Голову венчали завивающиеся рога, выступающие изо лба, едва ли не заменяя собой брови. Вместо волос на голове пылало фиолетовое пламя. Одеждой демону служил какой-то полупрозрачный восточный наряд для обольщения, и то, касательно нижней части, верх же и вовсе обнажен. Браслеты, серьги, золотые цепочки… Демоны желания — это скорее эдакие джинны, любят исполнять желания людей… подобно огненным ифритам, исполняя это желание вкривь и вкось. Это в магловских сказках джинны добрые, но на самом деле… Воплощение хаоса, не имеющие понятия свободы, лишь вседозволенности, и очень желающие ее получить. Демон Желания воплощает жадность, жажду силы, знаний, наслаждения и прочие желания смертных. Эти демоны наиболее часто идут на контакт с могущественными чародеями. Они стоят на одну ступень ниже сильных демонов Гордыни, те не любят подчиняться, они свое сами берут, сил и убедительности им на это хватает. На открытом пространстве, где и проявил свой облик демон, начали появляться образы других злых духов. Более слабые демоны желания, даже в форме мужчин, порой и вовсе имеющих мало демонических черт. Но все бесспорно красивы, и спутать их с демонами праздности сложно. Те, помнится, могли и прикроватной тумбочкой обратиться, не то что человеком, у них нет постоянных обликов, многим и вовсе откровенно лень их формировать. Я заприметил позади себя демона Гнева. Подобный пылающий сгусток магмы в прошлый раз доставил мне немало хлопот, но на сей раз моя магия не истощена! Гласиос быстро охладил его пыл, Секо отрезало конечность, занесенную для удара, а Хроарист исполосовал застывший кусок лавы, убив демона в его псевдоматериальном облике. Не повезло и демонам Желания — без главных своих способностей контроля жертвы они были вынуждены атаковать меня когтями, но лишь встречали свою гибель от моего меча, вкупе с замедляющими их заклинаниями. Убей я их обличья проклятием, духи могли и убежать, мне же этого не хотелось. Я выставил щит, отражая чей-то шар энергии, более всего напоминающий шаровую молнию. Эта демонесса так сильна? Я с некоторым уважением взглянул на суккуба, швырнувшую в меня вторую сферу. Я сделал шаг в сторону, попутно отражая вражеское заклинание. — Быть может, нам лучше поговорить? — Демонесса игриво огладила свою обнаженную грудь. Я с явственным сомнением посмотрел на это действие. Сие чудо природы подмигнуло мне янтарным глазом, чья черная склера придавала тому жутковатую контрастность. Голос демоницы сопровождался эхом, принадлежащим и женщине, и мужчине, и зверю. У меня ступор… Какая мерзость. — Победа за тобой. Бесспорно. Но давай сделаем так, чтобы все остались довольны. Я оставлю мальчика, но связь с ним сохраню. И тогда, через много лет, я вернусь… и потребую то, что мое. Демоница решилась приблизиться ко мне, верно, приняв мой ошалевший взгляд за признак удачного воздействия своих чар. Я просто поджал губы, продолжая хранить молчание и изучая внешний вид этого отродья. Она остановилась рядом со мной и положила свою когтистую ладонь мне на плечо, после чего, улыбнувшись, спросила: — Не бесплатно, конечно. Чего ты хочешь? Чего ты… желаешь? — Небо в алмазах, — почти не покривив душой, ответил я и молниеносным движением срубил демонице ее рогатую голову. Вот и все. Содрогнувшись от отвращения, я подошел к краю летающего острова и, бросив последний взгляд на Черный город, поспешил убраться отсюда — тут полно демонов, и оставлять свое тело бесхозным чревато.

***

Я, как и большинство, не рискнул селиться в замке, полном смердящих останков погибших людей, и, сразу после того, как очнулся, постарался побыстрее уйти без лишних расшаркиваний. Мой выбор пал на таверну, где вскоре ко мне подошел банн Теган, разумеется, по делу. — Кажется, Коннор ничего не помнит, что ж, это к лучшему. После войны придется отправить его в Круг Магов. Эх. Это разобьет сердце Эамону, когда тот поправится. — Я удивлен тем, что заклинание демона все еще сохраняет ему жизнь. — Я отодвинул от себя поднос с едой. — Со смертью демона чары должны были рассеяться… Впрочем, я видел как образ Эамона ходил по владениям того демона, видимо, частью сознания он все еще там. Это, наверно, и держит его в живых — его связь с тем местом осталась цела. В будущем эту связь необходимо будет разорвать, но пока… — Я пожал плечами, может, это даст людям время найти лекарство. — Я задаюсь вопросом, что нам делать с тем магом — Йованом… Это он заварил всю эту кашу на пару с Изольдой. Изольда сглупила, когда пошла против законов церкви, а нанятый ею маг и вовсе отравил Эрла. Вот куда его теперь девать? Связываться с Кругом Магов или просто казнить? — Закон един для всех, не так ли? Этот маг малефикар, ладно, он сбежал из Круга, это тоже не ваша головная боль, но… он хотел убить вашего правителя. Какая кара постигает тех, кто совершил попытку покушения? Может, эрл еще не мертв, но он явно не в состоянии заниматься делами эрлинга. — Что ж, я проинформирую об этом эрлессу. Я пока помогаю Изольде вести дела в Редклифе, и она просит вас найти Урну Священного Праха, начав поиски с брата Дженетиви… внезапно пропавшего. Может, в его доме — в Денериме вы что-то найдете? Мы уже посылали туда рыцарей, но… мы держим в секрете ситуацию с эрлом, из-за этого же у нас и нет возможностей начать проводить масштабные поиски. — Если это и не миф, то вы все равно спрашиваете не того, кого надо. Алистер решает, куда нам отправляться. Я бы не назвал наш поход сюда провальным, ведь армия против порождений уже собирается… Поэтому мы продолжим путь для набора иных войск, может статься, что и к брату Дженетиви мы зайдем, но… в Денериме нам появляться опасно. — Тогда я оставлю вас и пойду искать Алистера. — Встав было из-за стола, банн вдруг остановился и спросил: — Кстати, вам что-нибудь нужно? Вы столь долго ходили по опустевшему рынку, что мне стало неловко вас разочаровывать. — Нужна хорошая повозка или карета, — с готовностью ответил я. — Лошадей я сам приведу, но вот извозчик… Пожалуй, обойдемся без него, ваш штат слуг явно слишком мал. Но броню Алистеру толковую подберите и Морриган одежду какую-нибудь. — Понимаю. Я подам запрос слугам, по такому важному делу карету вам дадут бесплатно. Теган ушел, а я начал вяло ковыряться вилкой в картошке с рыбой. Рыба, везде рыба. Похоже, до прихода караванов из Денерима и Орлея копчености тут будут украшением стола, как у деревенского жителя, так и у эрлессы. Потеряв к соленой рыбе интерес, я просто сгреб содержимое тарелки на пол. Гарм едва не опрокинул стол и меня вместе со стулом, набросившись на привалившее счастье. Морриган, получив денег на «карманные расходы», помчалась на рынок, даже не знаю, что хассиндской ведьме могло там приглянуться. Алистер же дрых без задних ног в одной из комнат таверны. Сама таверна располагалась вдали от поселения на возвышенности, что странно. Впрочем, это не мешало владельцу вести дела, и его таверна оказалась не тронута во время атак нежити. Я искренне удивлен тем, что банн Теган и Изольда решили вылечить Эамона. Согласно тому, что я узнал, живой эрл для них явное препятствие. Родственная любовь? Возможно. С другой стороны, Эамон все равно вскоре от старости умрет, но может успеть еще одного наследника на свет произвести, на сей раз немага. Тогда Изольда оставит себе титул эрлессы, а Теган будет рядом, возможно, заняв роль отца… — Тот эльф за нами наблюдает. — Майрон приоткрыл глаза. До этого дракончик спал, привычно игнорируя действительность, но, похоже, чужой взгляд привлек его внимание. Я посмотрел на эльфа. Вроде он не из городского эльфинажа, да и в Редклифе их нет толком. Приезжий? Дракон снова закрыл глаза, тихо мурлыкая мне в ухо: — Это не праздное любопытство. Он наблюдатель. Рендан Хоу — не знаю, что это точно значит, но это явственно слышно в его мыслях. Эльфа зовут Бервик, он прибыл из Денерима следить за ситуацией в Редклифе. Он должен был уведомить кого-то в Денериме об удачном отравлении, но успел только сообщить связному о нездоровье эрла, а сам застрял вместе с жителями в деревне из-за атак мертвецов. Мелкая сошка, ничего интересного. — Эрл Рендан Хоу — правая рука тейрна Логейна. — Просветил я дракончика. — Значит, скоро тейрн узнает о нашем здесь «геройстве» и о не вполне успешном избавлении от конкурента. — Даже интересно, какие чудеса он расскажет о тебе, «О, Герой без Страха и Упрека», взявший штурмом замок Редклиф полный демонов? — Как будто кто-то в это поверит. Согласись, перепуганный люд не самый достоверный рассказчик. Единственное, что может измениться, так это то, что тейрн или Хоу станут относиться к нам серьезнее. Я взялся за кубок вина. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Шпионы повсюду, и уверен, этот эльф не единственный. Лелиана тоже доносы строчить будет, когда по нашему следу в Редклиф зайдет. Что является поводом уйти отсюда побыстрее.

***

Банн Теган смотрел на меня удивленным взглядом, ведь всего за пару часов я вернулся с лошадьми… Я вел под уздцы пару чалых лошадей, в оголовье хакамор, то, которое без удил, разновидности английский «Блейф» — позволяет контролировать лошадь без использования «железа» во рту. Такое только для крайне послушных лошадей подходит, зато не нужно для кормления лошади кучу ремней расстегивать и трензель вынимать. Как раз то, что мне пригодится в будущем, особенно если понадобится использовать коней для верховой езды. Чалой масти лошади получились из-за того, что я вновь немного «накосячил» в трансфигурации. Теперь кони имеют необычный для этих мест серо-розовый окрас, ведь колдовал я над местной красной глиной, по задумке лошади должны были быть сивыми… Хм. Упряжь тут несложная, но это все же не телега, коней так быстро не отвяжешь. Я сел на место извозчика и стал подтягивать поводья до подходящей длины, а дворцовые слуги принялись застегивать ремни на лошадях. Даже карабины металлические были, странно для раннего средневековья Ферелдена. Карета, или, скорее, все же повозка, быстрая и для дальних поездок… сойдет для небольшого отряда. — Большая открытая карета, я удивлен наличием подобного в Ферелдене. Я посмотрел на банна, который до сих пор изучал взглядом лошадей. Ну да, великопольскую породу в этих краях не встретишь, не то что чалой масти. Тонконогие изящные кони. Интересно, какую реакцию у них Вереск вызовет? Дракончика банн уже воспринимал как элемент моего доспеха. — Это просто игрушка Изольды, подарок из Орлея. Поэтому эрлесса и дарит ее вам, подобные орлейские вещи в Ферелдене не в чести. Изольда редко этой повозкой пользуется так или иначе. — Хм. Надежна и ладно, пусть эту карету хоть порождения делали. — Вот и я так подумал. Вам она ведь нужнее. — Прекрасно, тогда я пока совершу пробный выезд, а вы, пожалуйста, проинформируйте моих друзей о начале сборов. — Вы намерены покинуть нас сегодня? — Да, надеюсь Алистер определился с нашей следующей целью. Я хлестнул поводьями, заставляя лошадей начать движение. Как только с отрядом выедем за пределы Редклифа, обучу Стража умению управлять подобной повозкой. Дракон прав, все же я скучаю по Вереску.