Все тени Тьмы, все краски Света

*** Агнара *** — Может, не будем позориться? — Я шипяще прошептала Мирдалу, когда тот вёл меня за лапу в мою же собственную спальню в моём собственном доме. Проблема заключалась лишь в том, что в соседней комнате спали Алгамир и Артара… А я до сих пор не призналась им в том, что была… не только Агнаром. И в результате в животе у меня приятно крутило от страха даже больше. чем даже при любой встрече с навами и умбрами. — У тебя уже достаточно большая дочь чтобы понимать, что иногда кобылкам нужно заниматься этим, — ласково шепнул мне на ухо Мирдал. — Кстати, всё хочу спросить — а кто же её отец? Я зажмурилась, не зная, куда мне деться от стыда. — Я тебе как-нибудь потом расскажу, откуда взялась Тау… То есть, Агнара! — я дёрнула перьями, этим знаком давая Мирдалу знать, что мне не по душе эта тема. — И вообще, мы же их разбудим! И тогда… Я даже не хочу думать о том, что будет! — Всего-то скажешь «Вот твой отец». Новый, с пробегом всего в несколько сотен миров, — Мирдал открыл дверь и толкнул меня в комнату. — Зато теперь ты не сможешь кричать так, как обычно, а то точно их поднимешь. — Может, ты хотя бы мне кляп наденешь? — спросила я, хлопая глазами. Мирдал, однако, на эти чары не поддался. — Может быть. Но не сейчас. А когда ты перестанешь оговариваться и называть дочь собственным именем? Ты уже сама путаешься в своих личинах… — Закрыв за собой дверь и аккуратно следуя за мною через раскиданные вещи, Мирдал недовольно фыркнул. — Тебе пора устроить генеральную уборку! Иначе ты сама никогда не вспомнишь, что у тебя самой из вещей! — Так чужим сложнее разбираться в них… — Я скромно уселась на кровать, поджав под себя копытца. Мирдал же прыгнул подле меня, бесшумно, несмотря на старинность мебели, и провёл своим хвостом меня по грудке, защекотав шейку, будто специально желая сделать мне хуже и добиться моего звонкого самочьего смеха, недопустимого в моём жилище сейчас! Я зажала пастьку лапками, лишь подрагиванием хвоста выдавая своё напряжение, но тут кисточка дракона ловко всунулась мне под мышку - и я забила уже копытцами, фыркая и двигая лапами, пытаясь прижать наглый хвостик. Мирдал слегка приблизился ко мне, опустив хвост на бедро и проведя по нему, спустился до животика. Уперевшись передними в кровать, я быстро поджала задние, пытаясь защититься от кисточки, а в результате рассмеялась в себя из-за золотистой щёточки, что причесала шёрстку на моём животе. Сам солнечный пристроил на меня и свои пальчики, поглаживая когтями по моему животу и потирая под животом, но пока ещё немного выше щели, не желая приниматься за меня сразу, лишь нагревая и ожидая, пока я сама забуду где нахожусь, накинусь на Мирдала и начну его иметь страстно и пылко как всегда. — Нехехежнехехее! — Я почти приказала через смех, отфыркиваясь и отбрыкиваясь копытами. — А то сама тебя свяжу! И я, действительно забывшись, ткнула крылышком под лапки Мирдала, желая от него защититься собственной щекотной атакой, но прекратила, лишь только дракон хохотнул. — Тише ты! — шикнула на него я. — Ты слишком громкий, Мирдал! — А ты что-то больно тихая! — заявил златошёрстный и положил мне на бёдрышки коготки. Я прикусила нижнюю губу. — Неужели тебе больше не нравятся наши игры? Тогда я придумаю кое-что новенькое! О, нет… Его угроза была вполне реальной — я и пискнуть в ответ не успела, как лапа дракона опустилась на разбросанный под нами хлам и подняла… Щёточку для смахивая пыль. Клянусь хвостом, её тут быть не могло! — Нет-нет-нет! — я молитвенно сложила лапки. — Только не это! — Я ещё не сказал, что буду с ней делать… — На мордашку Мирдала вернулась хитрая ухмылочка, когда он осторожно ткнул, покручивая, этой щёткой мне между бёдер, вызывая гораздо более мощный эффект, чем от не такой топорщившейся кисточки. Пискнув значительно громче, чем я могла себе позволить, я быстро отползла и уткнулась в изголовье, так что Мирдал буквально прижал меня к стелне, угрожающе проведясь щёткой по моей шейке против шёрстки. — Кляп тебе, возможно, не нужен… Однако стоит тебя связать. — А может, стоит связать тебя? — внезапно оскалилась я и, быстро обхватив так бездарно подставленную лапку Мирдала своим хвостом, дёрнула его на себя. Щёточка упала рядом с нами, когда я перекатилась на Мирдала и без лишних колебаний прижала его морду подушкой к кровати. — Ты слишком громкий, тебя стоит успокоить! — рычала я, прижимая трепыхавшегося самца. — Покричи в подушку, это тебе точно не повредит! Мирдал воспользовался моим советом, брыкаясь и мыча согласно моей воле. Прорычав от вожделения, я напрыгнула на золотого, обхватывая его лапами, чтобы он не дёргался, пока я не достану всегда лежавшие под моей кроватью цепи. Бывало, они меня подводили, но сейчас они были лишь в помощь мне — непримеря обвязать непокорного дракона, чтобы предоставить ему то, чего он особенно желал и боялся. Мотавший головой Мирдал всё же скинул подушку в тот момент, когда я уже сцепила ему передние лапы перед грудью. Внезапно золотые крылья ударили меня по ушам — оглушённая, я остолбенела и в следующий миг звяк-звяк — и цепи защёлкнулись уже на моих лапах… Сцеплённые с цепями Мирдала! — Мы теперь прикованы на веки вечные! — объявил он. — Аминь! — брякнула я вычитанное где-то слово и потянула дракона на себя. — Но ты всё равно мой пленник! — Нет, это ты в плену! — рявкнул Мирдал и сам потянул на себя. Я не сопротивлялась, потому что в этом случае смогла опять завалиться на дракона. — Попался! — Да ну?.. — Мирдал хвостом поднял обронённую щётку и провёл ею под моим копытом, и от жэтого я даже заплакала от смеха, струдом не крикнув, вжав мордаху в золотой мех и гриву, стараясь утонуть в них, но быть тихой, чтобы не опозориться… Только мне всё равно это не удавалось, а придавленный моим животиком стерженёк лишь ухудшал моё положение, я желала не только смеяться, но и стонать, выражая свою любовь! Рыча сквозь смех, я вдруг опомнилась — а ведь у меня был способ отомстить Мирдалу! Прижав лапки к его животу, чтобы помешать использовать щётку, я провела кончиком хвоста по ступням Мирдала, затем ещё раз и ещё, а когда дракон начал хихикать, то я скользнула по его собственному хвостику и подобралась к заветной цели. Стержень Мирдала ещё сильнее стал упираться мне в животик, когда я слегка ввела кисточку в дырочку дракона и двинула её вперёд. — Тебе ведь нравится мой… Хахвостик, да? — прошептала я, смотря в голубые глаза. Протянув лапы к его шее, я опустила их на мягкую ямку у её основания и пощекотала и её. — Ха… Вот сейчас… Ха-ха-ха… Он понравится тебе ещё больше! — Ааааххххх… — Мирдал разлёгся на мне, подёргиваясь и пытаясь меня остановить передними, но я с добрым подмигиванием отводила их собственными вниз, к его длине, обжимая её разогретым металлом и вызывая целые скулы. — И кто из нас такой громкий? — Легко куснув длинное ухо Мирдала, прошептала ему, подняв хвостик по его бочку и обвязывая пастьку, будто бы это могло его заглушить! Придётся перейти на крайности. — Ещё один звук… И ты ни одного не издашь полторы минуты. Я ещё не всё из-под кровати достала! — Не надо! — как нарочно громко объявил Мирдал. — Ну всё-о! — я освободила хвостик и, на всякий случай обвив им задние ноги дракона, потянулась к кровати. Маленький резиновый ошейничек с торчащей на уровне рта резиновой трубочкой идеально подошёл бы к мордашке Мирдала, но этот золотой негодяй вдруг рванулся вперёд, упираясь в кровать крыльями, и выхватил его из моих лап. И в тот же момент его хвост ткнулся мне между ног, самым-самым кончиком достав до заветного местечка — но это свело на нет всё моё сопротивление! — Иииирррхх! — Мой выкрик оборвался трубочкой, вставленной мне в пастьку более ловким самцом, прижавшим к кровати. Я затрепетала, обмякнув и дрожа, позволив дракону подцепить хвостом ещё один предмет, чуждый для Нашара, но родной для Эквестрии. Полизывая мой подбородок и наслаждаясь ужасом в моих алых глазах, Мирдал залепил мои ноздри прозрачной клейкой лентой, оставив мне для дыхания лишл мигом смазавшуюся слюной трубку. Я громко задышала через неё — и моё сердце остановилось, как и моё дыхание, потому что мне показалось, что его услышит дочка! А Мирдалу только и нужно было — каким-то образом избавив себя от цепей, он использовал свои, чтобы завести мои лапки за голову и прицепить их к изголовью кровати. С самцовой нетерпеливостью разведя мои задние ножки в стороны, дракон приблизился так близко, что я ощутила в себе кончик его стержня — но только самый кончик! И с шумом выпустила воздух через трубочку от столь гадкой пытки! — Ты такая тёплая… — Светлый с наслаждением провёл по моей расширеннойсщели сначала пальчиком, потом носиком… Но он не желал совершенно в меня проникать собою, вместо этого он приблизился к моей голове, прижал её к животу испогладил… Но только лишь чтобы просунуть с шумным выдохом свой фаллос в узкую для него трубку, затыкая меня совсем! Но при том продолжая нежно водишь по ушкам и шейке, неторопливо елозя ворсинками хвоста по набухшей кнопочке. Я отчаянно замычала, пытаясь втянуть в себя воздух, но не получая ничего, совершенно ничего, кроме сладчайшего надавливания на клитор! Едва сидевший в трубочке стержень дракона не слишком надёжно запечатывал её, но разве мне хватило бы того, что проникало в мои лёгкие тончайшей струйкой? Задёргав привязанными передними, я наклонила голову и с вожделением ощутила, как выскользнул член дракона, но не успела опомниться, как крылатый высвободил слюнявую трубочку вместе с небольшим кружком намордника… Но достаточным для того, чтобы часть драконьего члена оказалась в моей пастьке, надёжно закупорив её живой затычкой! Так неожиданно лишённая воздуха я вдруг осознала, что Мирдал поймал меня на выдохе, в то время как в моих лёгких ничего не осталось… И ещё он вновь нажал на мою щёлку, буквально вдавливая занывшую кнопочку! Я лишь душевным усилием не перекусила Мирдала, вместо этого лишь жадно обсасывая с такой силой, что немного воздуха с жутким хрипом, оглушавшим меня, проникав в вакуум моих лёгких. Я обезумевала даже от таких лёгких и жестоких ласк, однако вскоре Мирдал, не оставив меня одну в сладкой агонии, постепенно проник в меня хвостом, заставив завертеться от щекотки и распирания, а после, вынуа хвост, вставил щётку, взорвав меня окончательно… Я обхватила язычком дрожащий стержень и в полубессознательном состоянии принялась облизывать его, пытаясь то ли вытолкнуть, то ли наоборот, втянуть его ещё больше. В груди всё горело от нехватки воздуха, зрение начинало плыть. Я заелозила копытцами по кровати, барабаня хвостом между своих лап и ощущая, как хвост Мирдала врывается всё дальше и дальше, наполняя всё тело едва ли не большим жаром, что царил в моих лёгких, выворачивая весь мир и отбрасывая его прочь, чтобы оставить только нас двоих. И словно бы мне было ещё мало — лапы Мирдала легли мне на грудь и сжали соски, чуть крутанув их так, что я действительно едва не откусила Мирдалу его главное самцовое достоинство, но сдержалась и лишь ещё быстрее забегала оп нему язычком. Однако когда Мирдал уткнул мне в клитор щёточку и прокрутил её, я сломалась… И, теряя сознание от радости, я медленно и тегуче потекла из собственного тела вместе со своими соками, искрясь от щекотки и удовольствия, сгорая от духоты и любви… А потом ещё и захлёбываясь от жаркого напитка, что я еле успела заглотуть в себя вместо того, чтобы подышать им. Мой вдох привёл меня в чувство… И в осознание настоящего момента. Мирдал, медленно поднимаясь с меня и обтерев об одеяло кисточку, пошатываясь и гремя коробками, отошёл к коридору, так меня и не отвязав: — Пора познакомить деток с мамочкой! — Мир-да-а-а-ал! — гневно завопила я на весь Ликдул. — Что такое?! — я заслышала ошарашеный выкрик дочери из соседней комнаты… ЧЕЙНДЖЛИНГ!!!