Что же видит она?

***

      Они прибыли на окраину Арсуфа, спрыгнув с коней, приготовившись, они залезли на первую заставу, где их уже ожидали противники. Те кричали на арабском, чтобы всех убили и не щадили даже девушек. Хотя те отлично отбивали атаку. Всего было пять противников, поэтому с ними не составило проблем разобраться. Перед второй заставой они встретили трёх лучников, Маринетт и Альтаир, в свою очередь, убили их с помощью метательных ножей. Девушка недолго думая, отобрала у трупа лук и стрелы, после ребята ринулись вперёд. И там, проходя вторую заставу, противников было больше, похоже на Арсуф напали, раз тут непонятно, что твориться. И после третьей заставы противники стали сильнее и количество их больше, поэтому ушло ещё больше времени. Мари уже была на последнем издыхании, стражник повалил её и уже хотел проткнуть грудную клетку девушки, как в него прилетел нож. Агрест быстро подбежал к ней и поднял её , благо это был последний противник, а за поворотом уже виднелся замок, что означало — они на месте. Анна только сейчас заметила состояние Дюпэн, и не на шутку испугалась. Кстати женщина знала, что после уже окончательной смерти брюнетки, она снова станет духом. Сил практически не осталось. Адриан не долго думая взял девушку на руки и понёс её, пока та была в полуобморочном состоянии.       Они продвинулись чуть вперёд, там было куча крестоносцев и во главе их стоял король. Альтаир шикнул, чтобы они были в сторонке (ему тоже стало страшно за состояние девушки). Все взгляды устремились на него. — Стойте! Я принёс слово, а не меч, — возгласил парень, мужчина посмотрел на него и спросил: — Хочешь обсудить капитуляцию? Самое время, — со всей строгостью, произнёс король. Стражники вытащили мечи и окружили Ла-Ахада, тот даже не думал волноваться, продолжая смотреть на короля. — Вы не поняли, меня прислал Аль-Муалим, а не Салахаддин. — Ассасин. Что это значит? Говори, да поскорее, — удивлённо высказал мужчина, не понимая, что теперь происходит, но ведь шанс парню стоит дать. Нужно его выслушать. — Среди вас предатель. — И он нанял тебя, чтобы убить меня? Боюсь, что у тебя ничего не выйдет. — Я пришёл не за вами, а за ним. — Тогда говори, посмотрим правда ли это. Кто он? — спросил мужчина. Стража разошлась, ассасин сделал несколько шагов, а после продолжил: — Робер Де'Сабле. — Мой лейтенант... Аха-ха-ха, — король на самом деле не поверил, ему было смешно слышать такое. — Он предаст вас, — заверил Альтаир с напористостью в голосе, уже было поздно отступать. — А он говорит иначе. Он хочет отомстить вашему братству за то, что вы устроили в Акре. И я его поддерживаю, не мало лучших людей пало от ваших рук. — Это я убил их и на то были причины. Выслушайте меня, Вильям Монферрат, с помощью своей армии он собирался захватить Акру, Гарнье де Наплуз - он сумел бы внушить, что угодно, всем кто не подчиниться. Сибранд, он планировал установить блокаду на море, чтобы вы не смогли прислать помощь. Они предали вас, приказы отдавал Робер. — Ты ожидаешь, что я этому поверю? — Вы знали этих людей, лучше меня. Вас правда удивила правда, о их грязных намерениях? — Это правда? — мужчина растерялся, поэтому решил спросить своего помощника. Робер снял шлем и начал: — Повелитель, — он поклонился головой. — перед вами ассасин. Эти твари известны своим коварством, конечно это не правда. — Мне нет причин лгать, — сказал, как отрезал, Ла-Ахад. — О, есть. Ты боишься за свою драгоценную крепость, ей не устоять против объединенной мощи сарацинов и крестоносцев. — Я сражаюсь за жителей святой земли, если мне придётся отдать жизнь, ради мира, то пусть будет так. — Складывается странная ситуация. Каждый из вас обвиняет друг друга, — заключил король, смотря на этих взрослых мужчин, которые ведут себя, как дети. — На это нет времени. Я должен ехать к Саладину и заручиться его поддержкой, чем позже, тем сложнее её будет добиться, — проговорил Де'Сабле, одел шлем, развернулся и хотел уйти, но тут его остановили. — Подожди минуту, Робер, — приказал король. — Зачем? Чего вы хотите? Вы же не верите ему. — Это важное решение. Я не могу принять его сам, пусть его примет некто более мудрый. — Спасибо вам. — Нет, Робер, не ты. — Кто? — Всевышний. Пусть всё решит поединок. Несомненно бог с тем, чьё дело праведное. — Если вы этого желаете, — снова поклонился, понимая, что ему не отвертеться от битвы. — Желаю, — закончил король, отходя на приличное расстояние. — Да будет так, — сказал Робер, доставая меч. — К оружию, ассасин. Сначала на Альтаира бросилась толпа тамплиеров, убивая одним за одним, вскоре на него напал Робер. Оба хорошо дрались и не уступали друг друг, но вскоре Ла-Ахад поразил его скрытым клинком. Положив на землю, на последних вздоха, они начали: — Вот так, твоему плану конец, как в прочем и тебе, — закончил ассасин. — Ха-ха-ха. Ты ничего во всём этом не понимаешь, ты лишь марионетка, он предал тебя, как и меня, — прохрипел мужчина, насмехаясь над тупостью парня. — Говори яснее, тамплиер, либо молчи, — с холодом отрезал он. — Он послал тебя убить девятерых, так? Тех кто хранил тайну сокровища, — решил хоть перед смертью просветить Альтаира Робер. — И что с того? — Но его нашли не девять человек ассасин, не девять, а десять, — проговорил тамплиер с уверенностью. — Кто десятый? Каждый, кто знает тайну должен умереть. Скажи его имя. — О, ты его хорошо знаешь и я сомневаюсь, что ты заберёшь его жизнь с таким же рвением, что и мою. — Кто? — Это твой хозяин Аль-Муалим. — Но он не тамплиер, — не понял ассасин. — Ты не задумывался откуда он столько знает? Где нас найти? Сколько нас? Чего мы стремимся достичь? — Он повелитель ассасинов, — не унимался Альтаир. — Да. Главный лжец. Мы с тобой, лишь пара пешек в большой игре. И теперь с моей смертью, остался ты один. Думаешь, он даст тебе сбежать? Жить, зная что делаешь? — Сокровище меня не интересует. — А его да. Твой хозяин и я, отличаемся лишь тем, что он делиться не хочет. Нет. Ирония судьбы, я твой злейший враг, не желал твоей смерти, но ты забрал мою жизнь и этим положил конец собственной. После Робер сделал последний вздох и закрыл глаза. Альтаир поднялся и подошёл к королю. — Отличный бой ассасин, сегодня бог благоволит тебе. — Бог здесь ни при чём, я просто лучше сражался. — Да, ты можешь не верить в него, но возможно он верит в тебя. Пока ты здесь, есть один нерешенный вопрос. — Я слушаю. — Зачем? Проделывать такой путь, так рисковать жизнью, ради смерти одного человека. — Он угрожал моим братьям и нашему делу — А, значит месть. — Нет, не месть... справедливость, чтобы наступил мир. — Значит, вот за что ты дрался, за мир. Ты не видишь здесь противоречие? — Некоторые людей нельзя успокоить. — Как и этого безумца Салладина. — Я думаю, он хотел положить конец войне, как и вы. — Да, я слышал. Но я вижу обратное. — Пусть он сам так не говорит, но люди этого хотят. И сарацины, и крестоносцы. — Люди не знают, чего хотят. Потому, они обращаются к таким как мы, — раздраженно буркнул мужчина. — Такие, как вы, должны действовать правильно. — Чушь, когда мы рождаемся, пинаемся и кричим. Мы жестокие люди и изменчивые, мы такие и ничего с этим нельзя поделать. — Нет. Мы такие какими хотим быть, — ответил Альтаир. — Хех, а вы как всегда играете словами. — Я говорю правду. Никаких хитростей. — Посмотрим. Но боюсь, сегодня мира нам не видать. Даже сейчас, проклятые войска Саладина убивают моих людей и, я должен быть с ними, но может поняв многое, насколько он уязвим, обдумает свои действия, да может потом то, что ты хочешь станет возможным. — Вы были не менее уязвимы, чем он, не забывайте этого.Люди которых вы оставили править вместо вас, служили вам недолго. — Да-да, я это прекрасно знаю, — усмехнулся мужчина. — Тогда я удаляюсь, мне есть, что обсудить со своим хозяином. Похоже он тоже не без греха. — Он всего лишь человек, как и мы, как и ты. — Да прибудет с вами мир, — после этих слов король ушёл, оставляя приказ, чтобы его и ребят не трогали. Пока была битва, Маринетт смогла прийти в себя и спокойно стоять на ногах, но чувствуя, что это продлится недолго.

***

Они прибыли в Масиаф, людей не было, один из жителей говорил про какой-то путь света. Ребята стали приближаться к замку, но долго им идти не пришлось. Ассасины стояли и смотрели на них, а потом вдруг резко набросились на них. Все достали мечи и пошли в атаку. Маринетт была ещё в сознании и прекрасно отражала атаки, а после быстро убивала. Их было не так много и расправились с ними быстро. Потом с горы спустились ещё несколько ассасинов и тоже стали атаковать ребят. Они дрались, пока этим "зомбакам" в тело не прилетели метающие ножи. Это был Малик и несколько ассасинов, которые ещё могли управлять разумом. — Вовремя мы появились, — осмотрел всех Аль-Саиф. — Похоже, — сказал Альтаир. — Нужно защищаться. Аль-Муалим нас предал. — Да и своих дружков тамплиеров тоже. — Как ты узнал? — удивился парень. —После нашей беседы я вернулся в развалины под Храмом Соломона. Робер вёл дневник, записывал все свои откровения. То, что я прочитал потрясло меня и открыло глаза, ты был прав, Альтаир. Повелитель использовал нас, мы должны были не спасти святую землю, а отдать в его руки, нужно остановить повелителя. — Осторожнее, Малик, он сделает с нами то, что и со остальными, если сможет. Держись от него подальше. — Что ты предлагаешь? Моя рука крепко держит клинок, а люди всё ещё верны мне, мы тебе пригодимся. — Тогда отвлекайте рабов, нападите на крепость с тыла, а если они отвлекутся на вас, то я доберусь до Аль-Муалима. — Я сделаю это да и... — его перебил Ла-Ахад. — Эти люди они подчиняются чужой воле не убивай без нужды. — Да, Аль-Муалим отринул кредо, но это не значит, что мы поступим так же, я постараюсь — Отлично. Мира и покоя, друг, — закончил Альтаир. — Твоё присутвие принесёт того и другого, — после этого Аль-Саиф убежал, а ребята направились вперёд. Они зашли в замок, где были простые жители, все были удивлены. Зайдя в замок, ассасин и Анна прошли в сад, после клетка закрылась. Адриан, удивился и подбежал, смотря на мать, не понимая, что делать. — Буть с Мари, а то она не важно выглядит, мы сами справимся, — заверила его Агрест, кивнув ассасину. Они прошли в центр и обоих парализовало, жёлтое свечение было по всему телу. Блондин испугался за мать, он повернулся и хотел сказать Маринетт, но в этот момент она закатила глаза и упала на землю с характерным звуком. Парень подбежал к ней, начал придерживать голову. — Я-яблоко.... нужно закрыть, — прохрипела она, бледнея за пару секунд. Чёрные венки, что были на её шее стали расползаться, причём очень быстро, после она начала кашлять кровью. — Маринетт! Держись! — в истерике кричал Адриан, хотя у самого руки тряслись, ведь она умирает прямо на его руках. Вдруг подул ветер и тут уже стояли Тикки, Фокс и Плагг. Они подошли к Агресту (ещё пока не видя Мари), и когда увидели девушку, то испугались. Вэй начала рыскать в сумке и нашла шприц, быстро сообразив, воткнула ей в вену на руке. После этого чёрные вены остановились. — Это поможет на время, — прошептала она, утирая кровь, которая пошла из носа. Она повернулась и заметила испугавшихся ребят. — Частица эдема слишком близко, всадникам очень плохо становится, если она рядом. Боюсь я скоро тоже лягу рядом, если частицу не дезактивируют. Адриан придерживал Мари за голову, он рассказал о Мии и об Альтаире. Тикки с каждой минутой становилось хуже и хуже. Тем временем в саду... — Что это? — спросил Альтаир, когда их поразила волна, парализуя движения. — О, ученик вернулся, — сказал Аль-Муалим, стоя на балконе с яблоком в руке, при этом не обращая внимания на Анну. — Я никогда не убегал, — дёрнулся парень в надежде, что получится двинуться, но всё тщетно. — И никогда не слушал, — рявкнул старик, смотря на молодого парня. — Поэтому я жив, — рыкнул он, уже полностью не боясь, а даже наоборот идя до конца, чтобы убить учителя или лучше сказать предателя. — Что мне с тобой сделать? — сделал вид, что ему интересен ответ на свой вопрос. — Опустить, — спокойно и холодно ответил Ла-Ахад. — О, Альтаир в твоём голосе ненависть, опустить тебя — это будет неразумно, — спокойно продолжил ходить из стороны в сторону, показывая яблоко в своей руке. — Зачем тебе это? — Я нашёл доказательство, — заверил его с задумчивостью. — Доказательство чего? — ассасин уже был зол, и если бы не чёртова магия, то поднялся и давно начал сражение, но тот усердно тянет время. — Что не истина, то всё дозволено! — поднял яблоко над головой. После этого появились девять целей, что до этого убил Альтаир. — Сюда, уничтожить предателя, избавьтесь от него во имя мира! После этого старик отпустил их, смотря как эти двое убивают лишь иллюзии, но по правде они убивали ассасинов, у которых затуманен разум. Эта пара видела собратьев, когда их трупы падали на землю, а после и вовсе исчезали. Когда девять целей было уничтожено, то их снова парализовало, а Аль-Муалим уже был около входа в сад, держа яблоко в руке. — Сразись со мной или боишься! — с вызовом рявкнул Альтаир, уже испепеляя учителя взглядом — Я сражался и с тысячами людей, каждый из них был сильнее тебя, все они мертвы от моей руки и я не боюсь, — голос старика тоже уже стал более грубее, но он ещё пока не подходил к этим двум. — Докажи, — снова начала Ла-Ахад. — Чего я могу бояться, взгляни каким я могуществом управляю, — Аль-Муалим поднял яблоко, которое усердней стало светиться. После этого появилось несколько клонов, а ребят снова опустили. И началось сражение.

***

Тикки упала на землю, теряя сознание, Фокс не успел среагировать, зато успел Плагг, который тоже также держал Вэй за голову. Вены, которые на время остановила девушка на теле Мари, снова начали расползаться, а сама Дюпэн почти не дышала, губы посинели как у мертвеца, кожа стала грязно-серой, а волосы уже не иссиня-чёрные. Блондин нащупал лишь слабый пульс, хотя ничего хорошего в этом нет, но надежда всё ещё осталась. — Что тут происходит? — спросила женщина, которая стояла на входе и вообще ничего не понимала. — Ну это всадники и мы ищем некую Лейлу, чтобы заняла место в Парижском ордене, — пояснил Фокс. Незнакомка приблизилась и посмотрела на девушек, которые лежали без сознания. Она присела между ними, взяла из за руки и стала шептать, после чего у обоих не было пульса. Причём Мари издала вздох, а после вообще перестала дышать. — Что это такое?! — вскрикнул Агрест, смотря уже на мёртвую девушку на своих руках, из его глаз хлынули слёзы. Это просто кошмар. Хотя про Плагга сказать не лучше, сам почти как блондин на грани срыва, сидел и смотрел на девушку, которая вообще не двигалась. — Это временная смерть — она позволяет не умереть им совсем, — она встала в полный рост. — Я Лейла, честно не думала, что меня выберут. Сейчас, когда здесь начало происходить, что-то невероятное, то явилась сюда. — Но почему вы не реагируете как они? — спросила орудие Тикки, смотря на женщину. — Я сильнее их и старше, а ещё умею ставить блоки против таких штук. Я с вами тогда отправлюсь, — она посмотрела на Маринетт. — Бедная девчонка, ей конечно удастся выжить, но жить ей останется недолго. Но только она должна снять метку. Её собственное орудие убивает, причём не слабо так.

***

— У тебя есть последние слова? — с очень довольной физиономией проговорил старик, уже предвкушая победу. — Ты солгал мне, назвал злом цель Робера, хотя у тебя была такая же, — рявкнул парень, понимая, что терпению приходит конец. — Я никогда не любил делиться, — с усмешкой заявил он, сделал шаг навстречу, пока они снова стояли парализованные. — Ты не победишь, другие найдут силы восстать против тебя, — не сдавался Ла-Ахад. — И поэтому пока у людей сохраняется свобода воли, мира не будет, — Аль-Муалим решил идти по другой тактике, переманив парня к себе, но это будет не так просто. — Я убил человека, который так говорил, — ассасин сжал зубы, смотря как старик уставился на него с ухмылкой на губах. — Смело, — заключил он. — Но это лишь слова. — Тогда отпусти меня, я перейду от слов к делу, — сейчас Альтаир просто напросто забыл про Анну, которая смотрела и не смела перебивать этих двух. — Скажи мне повелитель, почему ты не подчинил меня как всех остальных ассасинов, почему сохранил разум? — Кто ты и, что ты делаешь слишком сильно связано, лишить тебя одного значит, и лишить другого, а тамплиеры должны были умереть... Но ты прав, я пытался тогда, когда показал тебе сокровище, но ты не такой как другие, ты видишь сквозь иллюзии. — Иллюзии? — удивился и не понял о чём он. Даже позабыл давнишний диалог, когда тот показал ему частицу, когда он возвращался с задания, доложив о своём успехе. — Это всё на, что способно сокровище крестоносцев, частица эдема — слово бога, теперь ты понимаешь: воды и море не расступались, вода не превращалась в вино, ни Ириния начала троянскую войну, а вот это, — снова поднял яблоко эдема. — Иллюзии и только они! — Твой план тоже всего лишь иллюзия, заставить людей, идти против воли за тобой, — уже усмехнулся ассасин и даже не скрывал этого. — Чем она хуже фантомов за которыми идут сарацины и крестоносцы? Кровожадных богов покинувших мир в котором люди убивают друг друга с их именами на устах, я просто даю одну иллюзию вместо другой, ту, что не требует столько крови. — Они сами выбрали себе фантомов, — продолжил Альтаир, даже будучи скованным, не боялся, что старик убьёт его. — Вот как, ты не слышал об обращении еретиков? — Это неправильно. — Ох, — разочарованно вздохнул предатель. — Вижу логика тебя подвела, ты обратился к эмоциям, я разочарован. — И что же нам делать? — с интересом спросил парень, понимая, что болтовня подходит к концу. — Ты за мной не пойдёшь, а мне тебя не заставить, — он убрал яблоко и посмотрел на бывшего ученика. — А ты не оставишь свой жестокий план, — усмехнулся ассасин, без ухмылки. — Похоже мы в тупике, — протянул старец. — Нет, в конце пути, — заверил его Альтаир. — Я буду скучать Альтаир, ты был лучшим учеником, — печально вздохнул, ребята снова могли двигаться, и оба взялись за мечи. Анна была наготове. Старик исчез, и появился в другом месте, тогда пара рванула туда и стала сражаться с предателем.

***

— Я чувствую, что яблоко сильно используют, — заверила Лейла и расслабленно выдохнула. — Но пока девушки в этом состоянии, им ничего не грозит. Я их верно, но вот только Маринетт... она не скоро выйдет из этого состоянии. Даже в кому может впасть, — печально заверила парня, который смотрел только на тело девушки. Слёзы уже не текли, но он молчал, понимая, что та, которую ты любишь, может вскоре остаться в памяти. Теперь он понимал Плагга, и будет рад, если Мари очнётся и у них будет второй шанс. Сидя и виня себя, что не уберёг её и умудрился ещё разругаться, сейчас лежит, готовая отдаться старухе с косой. Смерть никого не щадит. Плагг был ещё хоть как-то спокоен, понимая, что ему ещё везёт, но теперь он за шкирку притащит Мию, как только Дюпэн очнётся. Смотря на своего друга, ему кажется, если погибнет брюнетка, то и он наложит на себя руки. И только сейчас Рэймонда начала жрать совесть, как ужасно поступал с Маринетт, хотя та, смогла воскресить сестру. — Агрест, прости, — проговорил брюнет, опуская голову. Блондин поднял взгляд и не понял о чём он. — Тебе наверно не говорили, но, когда мы с Маринетт не ладили, то... Однажды она убегала, а я в место того, чтоб помочь, заставил её сосать, — Адриан уставился на парня с открытым ртом, не понимая, как это так. — Не знаю почему, решил тебе покаяться, — печально усмехнулся брюнет. — Не понимаю почему, но на этом я не остановился. Я живу один, поэтому не боялся получить. Заставлял прогуливать её школу, тогда она приходила ко мне и тогда я её насиловал. Однажды она вырывалась и я её ударил об стенку головой, не знаю, что случилось со мной, но после этого я не трогал её. Я знаю, что мудак, хотя это мягко сказано. Она пережила такое, а сейчас просто лежит и умирает. Не один Адриан завис после такого рассказа. Никто не ожидал вообще подобного услышать тем более сейчас. За стеной послышались крики, а после стало тихо. Вскоре у ним прибежал Малик и пару ассасинов.

***

— Но как? Ученик не может убить учителя, — проговорил Аль-Муалим, лёжа на руках Альтаира. Он проиграл. — Ничто не истина, всё дозволено, — проговорил кредо парень, а предатель вздохнул. — Да будет так, ты победил, забирай свой трофей, — указал на яблоко. — Ты держал огонь, старик, его нужно уничтожить, — Ла-Ахад, поджал губы, но продолжил смотреть на бывшего учителя. — Уничтожить то, что может остановить крестовые походы и принести мир, никогда. — Я сделаю это, — без доли сомнения ответил ассасин. — Посмотрим, — словно эхом отдалось в голове. Альтаир поднялся и посмотрел на Анну, они оба слышали голос Аль-Муалима. А яблоко резко засветилось и вдруг появился глобус, на которых были точки. Ребята смотрели на это с замиранием сердца. Это очень ценный артефакт. — И предал моё сердце тому, чтобы познать мудрость, и познать безумие, узнал, что, и это томление духа. Ибо во многом печали и кто умножает познание, умножает скорбь, уничтожь ее, уничтожь, как я и сказал, — твердил знакомый голос, такие верные слова. — Я-я не могу, — проговорил он, продолжая смотреть на яблоко. — Можешь Альтаир, но не станешь, — вдруг резкая вспышка, оба прикрываю глаза, а после яблоко лежит и уже не подаёт признаков опасности. Парень подошёл и взял яблоко, попутно рассматривал его, медленно поворачиваясь к Анне. — Это не конец, а только начало пути, — заверила его женщина, после этого послышался щелчок и двери отворились. — Пошли. Они вышли и заметили лежачих девушек, убитых (морально) парней, женщину и несколько Ассасинов. Лейла проговорила слова и Тикки очнулась, но вот Мари.... Адриан молчал и не подымал головы, он взял девушку на руки и встал. — Нам пора, — сказал Фокс, осмотрев ребят. — Действительно пора, Альтаир, — Анна повернулась к ассасину. — Будь осторожней, и надеюсь ты знаешь, что делать. — Да, — закончил он. — Я смотрю у вас есть проблемы. Я думаю, мы ещё встретимся. — Я не сомневаюсь, — хмыкнула Анна. Они встали в круг и через несколько секунд исчезли. — Готовьте костёр, мы сожгём тело Аль-Муалима, — приказал Альтаир.

***

По прибытию Тикки, Фокс и Плагг решили отвезти Лейлу в орден, а после по домам. Анна видела, что её сын в ужасном состоянии, поэтому они направились в пекарне Дюпэн-Чен. Родители были в шоке, увидев в каком состоянии их дочь. Агрест решила поговорить с родителями, пока Адриан занёс её в комнату и положил на кровать. Он сидел пока не пришла мать, но тот молчал и смотрел на Маринетт. — И снова тот же взгляд, — подходя ближе сказала Анна. — В тот день я умерла, но ты не молчал. Не хочешь поговорить? — блондин даже ухом не повёл. — Тебе больно видеть её такую. Нам нужно найти Мию, только тогда мы поможем Мари. Адриан, ты со мной? Нам Тикки поможет и Плагг. — Ничем вы не поможете, — холодно отрезал он. — Она уже мертва, а вы только надеетесь, что спасёте. — А-адриан, — запнулась она не ожидая такого от сына, он никогда так ни с кем не говорил. Блондин повернулся с холодным взглядом. — Что? — без интереса спросил парень. — Пошли домой, нас отец ждёт. Мию можете не искать, ты не исчезнешь, а её родителям заплати, пусть дочь похоронят. После он поднялся и вышел, даже не обернулся. Что это сейчас было? Анна вообще стояла с открытым ртом. Нет, она знала, что в оболочке продержалась слишком долго, поэтому не умрёт, но почему он назвал её мёртвой и просил отдать деньги не ясно. Она вышла из дома и заметила как сын смотрит в небо. — Это всё из-за неё? — ещё раз спросила она, надеясь облагоразумить сына. — Отвали и пошли домой, — прорычал он, продолжая стоять спиной к матери. — Один человек сказал: мёртвым место среди мёртвых. А воспоминания это лишь боль, поэтому Маринетт не вернуть, а если Мию встречу, то оторву голову. И ещё... — он склонил голову, а затем посмотрел на мать через плечо. — Ещё раз начнёшь разговор на тему этой девушки, то я тебя ударю. После этих слов он повернулся и направился в сторону дома, Анна поджала губы и нагнала сына, после они молча пошли домой.

***

В тёмной комнате лежало тело молодой девушки, которое уже было изуродовано чёрными венами она практически не дышала, пульс был слабым. — Такая тихая, такая покорная, — шепнул демон, смотря на девушку, подходя к кровати. — Но ты не такая, ты давно не такая. — он провёл когтистым пальцем по щеке, а затем по губе. — Мари, — мурлыкнул Азазель, растягивая свои губы в улыбку. — Смерть тебе не к лицу, хоть вы и с ней уже виделись. Потерпи девочка, скоро всё это закончится. А пока... — парень склонился и поцеловал её в холодные уста, руки прошлись талии, а после ниже и сжал ягодицы. — Ты будешь жить без Мии. После он щёлкнул пальцами и исчез.