Кованая сталью

      На следующий день дочери Старков были приглашены на обед к королеве. Пока они собирались, Кейтилин наблюдала за ними и дивилась различию своих детей.       Санса сидела перед зеркалом, нежно расчесывая волосы, и заплетала ярко-рыжие пряди на южный манер. Она всегда стремилась к совершенству и любила находить во всем красоту. Санса была тихой, послушной и любящей. Мысль об обеде с королевой Семи Королевств вызывала в ней волнение.       Арья была иной. Она ненавидела расчесывать свои жесткие каштановые волосы и терпеть не могла, когда Кейтилин это делала. Арья почти никогда не делала причесок, лишь иногда собирая волосы в тонкую косу. Северное дитя, она лишь закатывала глаза при мысли об обеде без разговоров о мечах, сражениях и тренировках.       Кейтилин вызвалась помочь младшей дочери с прической. Она потянула её за волосы, заплетая их в замысловатую косу. Арья слегка захныкала, но улыбнулась матери, и Кэт не могла не заулыбаться в ответ, продолжая плести.       — Ты ведь собираешься вести себя прилично за обедом, так ведь? — спросила Кейтилин, слегка потеребив волосы дочери. — Будешь улыбаться и сделаешь реверанс? Проявишь уважение к королеве и к остальным, кто приглашен отобедать?       Леди Старк понимала важность этого момента: ее дочерям предстоит сегодня встреча с их будущей свекровью.       — Мне нужно идти? — заерзала Арья.       Кэт вздохнула.       — Да, Арья, нужно. Тебе должно быть приятно, что тебя пригласили.       Девушка поморщилась.       — Это почему? — спросила она так, словно это было самое возмутительное предложение.       — Потому, что Серсея — королева Семи королевств и она могла отобедать с кем угодно, но выбрала нас, — ответила Санса, стоящая позади.       — Я не выбирала ее, — буркнула Арья. Кейтилин закончила с ее прической и с улыбкой отступила назад.       — Тогда ты идиотка, — выдала в ответ Санса.       Арья не сдержала смешок. Затем тонкими пальцами вцепилась в свою косичку и выпустила из нее несколько прядей. При виде этого Санса съежилась, а Кейтилин снова громко вздохнула и принялась всё исправлять.       — Неужели только мы приглашены к королеве? — спросила Санса, когда Кэт проводила дочерей к личным покоям королевы.       — Меня не пригласили, и, насколько я помню, принцесса Мирцелла будет на уроках до позднего вечера. Так что выходит, что только вы двое и королева.       Арья приподняла юбки, чтобы почесать прилипшую к телу плотную ткань бридж, которые были спрятаны под платьем.       — Зачем? — спросила она, сморщив нос. — Зачем нам с ней встречаться?       Ее вопрос был проигнорирован.       Они прошли через сад, и Кейтилин пожелала им удачи, хотя Арья не могла понять, к чему вся суета. Что самое худшее она могла сделать? Подавиться лимонным пирожным и смутить Сансу? Забыть сделать реверанс в третий раз в присутствии великой и величественной королевы?       Девушки замерли перед огромными резными дверями. На благородном дереве была запечатлена сцена: лес, полный пышных растений, с парой оленей с одной части двери, и парой львов с другой. Львы выглядели так, словно готовились нападать.       — Пожалуйста, не опозорься, — прошептала Санса, глядя прямо перед собой.       Арья развернулась, чтобы взглянуть на нее:       — Все будет хорошо. Ты чересчур волнуешься.       Санса промолчала, потом сильнее расправила плечи и посмотрела на сестру:       — И не опозорь меня. Тебе, может, и не хочется здесь быть, но мне хочется.       Двери открыли, и девушки лицезрели королеву Серсею, сидящую за столом в нетерпеливом ожидании.       Внезапно, Арья ощутила холодок, пробежавший по комнате, хотя занавески не задрожали от ветра. Слова Джендри пронеслись в ее памяти: этот замок был холодным, холодным местом.       Арья нетерпеливо осмотрелась. Девушка ощутила тревогу, хотя они только пришли и им еще предстоял путь по длинным покоям ее величества. Она осознала, что уже запомнила каждую деталь комнаты, от вида из окна до горы пунцово-алых подушек у стены, которыми, она была уверена, никто никогда не пользовался.       Арья знала, что Санса не может перестать икать, когда волнуется, а когда говорит, голос ее звучит слишком поспешно. Королева, скорее всего, замечала волнение Сансы так же легко, как ее родная сестра. И всякий раз, когда рыжеволосая заговаривала, Серсея непременно касалась какого-то предмета на столе, как правило, кубка с вином, и сдвигала его немного вперед или назад, чтобы немедленно поправить. Ее тонкие, изящные пальцы обманчиво мягко держали ножку бокала.       Если не брать в расчет несколько вынужденных любезностей, Арья еще не проронила ни слова. Похоже, никто не возражал. Только Санса здесь имела значение. Она была милой маленькой девочкой Старк, невестой, той, кто хочет находиться здесь, за этим столом, улавливая каждый сдержанный вздох королевы. И всё, чего хотела Арья это…       — А что насчет тебя, Арья? — вдруг спросила Серсея.       Взгляд девушки оторвался от убранства комнаты и метнулся между зелеными глазами королевы и испуганными голубыми глазами Сансы.       Проблема была очевидна всем: Арья не слушала. Ее мысли были далеко, в ее собственном мире. И теперь она забеспокоилась о том, что королева заметила это. Мать Арьи в такой ситуации могла бы звать ее по имени, пока дочь не обратит внимание, а затем вздохнуть. Отец позволил бы ей мечтать дальше. Но не королева Серсея. И почему? Просто потому, что она носила корону и могла? Потому что у нее была сила и…       Королева улыбнулась:       — Я помню себя в твоем возрасте, — произнесла она почти мягко. — Ты, верно, желаешь сейчас быть где-нибудь в другом месте.       Арья улыбнулась и снова взглянула на Сансу. Ее бедная, смертельно бледная сестра застыла с широко раскрытым ртом, когда Арья нетерпеливо кивнула в ответ.       — Иди сюда, — сказала Серсея, поднимаясь, и поманила девушку на балкон. — Ты бы предпочла быть там, — указала она на Королевскую Гавань. Лишь в последнюю секунду Арья остановила себя от ярого согласия. Девушка решила, что в этот раз будет лучше промолчать. — Тренироваться во дворе, исследовать город, лазить по стенам.       Серсея загадочно улыбнулась.       Пока Арья смотрела на город, огонь внутри нее разжигался, соблазняя ее бежать, Серсея наблюдала. Королева узнала кое-что о младшей дочери Старков еще до ее прибытия, и большая часть слухов подтвердилась сразу: девушка была дикой, непослушной и имела некоторое внешнее сходство с другой представительницей дома Старков, погибшей много лет назад. Хотя стоило уже признать, что девушки были похожи не только внешне. И все это вызывало в Серсее смесь ностальгии и горького негодования из-за того, что эта девица стояла перед ней с такой надеждой получить то, что хочет. На деле, прямо из рук Серсеи.       — Иди, — сказала королева. Арья не могла поверить своим ушам, пока Серсея не положила руку ей на плечо и повторила: — Иди. Ты хочешь быть здесь примерно так же, как я, и ты хорошо вела себя сегодня.       Она слегка подтолкнула девушку к двери. Арья изо всех сил старалась не смотреть в сторону сестры, счастливо шагая к выходу. Ее остановили, когда она уже опустила руку на дверную ручку.       — Увидимся этим вечером на банкете, конечно.       Арья обернулась и сумела выдавить лучшую из своих улыбок — как всегда, не получилось. Но королева все равно не смотрела. Ее взгляд был прикован к Сансе, а тонкие пальцы уже обхватили ножку бокала.       — А пока нам с твоей сестрой нужно кое-что обсудить.

***

      Арья бегала по залам, изучая Красный Замок, и именно так она и столкнулась с Джендри.       — Куда ты так летишь? — спросил он, когда девушка резко остановилась возле него.       — Мне удалось освободиться с обеда пораньше, — заулыбалась она. — Королева позволила мне уйти.       Джендри кивнул:       — Ну, это означает, что либо ты сделала что-то неправильно, либо что-то очень правильно.       Арья пожала плечами, и они продолжили путь по коридору вместе.       — Мне все равно, — призналась она. Солнце, теплое и яркое, нежно пригревало землю, день только начинался. Она хотела выбраться отсюда до того, как мать решит занять ее чем-то скучным. — Пойдем куда-нибудь? Покажи мне что-нибудь еще, что-то новое.       Девушка заметила, как улыбка Джендри стала шире.       — Хорошо, — легко согласился он. — У меня есть отличное место на примете.       Он привел ее обратно в Большой зал, и оттуда они пошли к черепам драконов, по той же винтовой лестнице в туннели под замком.       — Я хотела увидеть какое-то новое место, — пожаловалась Арья.       Она ощутила, как Джендри развернулся к ней в темноте, и, хотя его лица не было видно, она услышала ухмылку в его голосе:       — Имей хоть немного веры, мы скоро доберемся. Это просто поход, поверь, то место того стоит.       Когда Арья вышла на улицу, свет ударил ей в глаза. Они слепо шли по туннелям несколько часов. Держась в нескольких шагах позади нее, Джендри врезался ей в спину, быстро забормотав извинения.       — Глупый ты олень, — сказала девушка, но на этот раз ее губы растянулись в улыбке. — Потрясающе, — призналась она, глядя на открывшийся вид. Красный Замок, казалось, находился во многих милях от них. Если бы захотела, она могла бы поместить его между своими пальцами и раздавить. Здесь, где бы ни было это место, между морем и лесом, было прохладно. Город ощущался перегретой пустошью, но здесь пахло свежестью и чистотой, цвета сменились на ярко-зеленый и бледно-синий. Это был другой мир, совершенно иное место, как будто она сбежала. — Это просто невероятно.       — Что ты сказала? — игриво спросил Джендри.       — Ты меня прекрасно слышал, — проворчала девушка.       Она побежала по пляжу, пока Джендри устраивался на большом камне, чтобы наблюдать за ней. Сбросив свои старые грязные ботинки, Арья зашла в воду и пожалела лишь о юбках, которые ее вынуждали носить и которые сразу прибавили в весе, напитавшись водой.       Поймав на себе взгляд принца, девушка закатила глаза и брызнула на него водой.       Арья закрыла глаза и позволила шуму морю окутать ее так же, как вода, стекавшая по ее ногам. По спине пробежали мурашки.       — Так ты действительно хотел бы стать кузнецом? — спросила Арья, вспоминая их разговор в Богороще.       Хотя Красный Замок был далеко, игнорировать его все равно не получалось. Он нависал над городом, бросался в глаза издалека и напоминал всем, что внутри восседает Король Семи Королевств. И однажды там будет сидеть Джендри.       — Да, хотя я и понимаю, насколько это нереально, — сказал он, опустив взгляд на свои руки. — Просто я знаю, как живет мой отец, слышу, что люди говорят о нем и о нашей семье. Я не хочу такого же. Это не я.       — Мне казалось, ты любишь этот город, твое королевство? — спросила девушка, подчеркивая последнее слово.       — Люблю, — признался Джендри. — Но быть королем — это совсем другое, намного большее. Это политика. Коварство и беспринципность. Люди там, — произнес он, указывая на замок, — сумасшедшие. Мой отец игнорирует это или, может быть, просто не замечает, но я вижу. И если бы я желал сесть на трон, стать королем, это значило бы стать таким, как он или как они, и ни в одном из этих вариантов нет ничего хорошего.       — Но таким они хотят тебя видеть? — спросила Арья.       — Да, — он усмехнулся, — они…       — И они же хотят, чтобы я была леди, — пожаловалась девушка.       — Ты — леди, — тупо выдал Джендри. После того, как эти слова сорвались с губ принца, в его голову прилетел камушек.       — А ты сын короля, но я ведь не высказываю тебе за это, — крикнула она.       Джендри засмеялся и почесал голову.       — А мне кажется, это именно то, что ты делаешь. Ладно, они хотят видеть тебя истинной леди, что под этим подразумевается? — уточнил он.       — Длинные, струящиеся юбки, идеальная осанка и отсутствие индивидуальности, — сказала Арья, слегка приподняв свои юбки, утопая ступнями в холодном песке.       — Удачи им, — фыркнул Джендри. — Я уверен, ты — сила, с которой нужно считаться.       — Спасибо, — сказала Арья, склонив голову набок, и Джендри уловил намек на улыбку на ее лице. — Мне нравится забывать об их существовании, — прошептала она. — Как сейчас. Я люблю вспоминать, как все было раньше. Когда я была маленькой, мой брат Робб называл меня Волчонком, и они с Джоном разрешали гулять с ними в Богороще, когда они играли, воображая себя гвардейцами моего отца. А мама и Санса просто смеялись надо мной, когда я притворялась мальчиком и замазывала платья грязью. Потом я стала старше. И они все испортили.       Джендри кивнул:       — Раньше я бывал здесь чаще. Слишком часто, — пробормотал он, — и они начали это замечать. Но я скучаю по этому месту. Здесь они едва ли могут добраться до тебя.       Они провели на берегу несколько часов. Почти не разговаривая. Арья играла на песке, позволяя ему покрыть каждый дюйм ее влажной кожи. В конце концов она смогла уговорить Джендри зайти в воду и окунула его с головой в волнах. После этого девушка вытянулась на скале, как кошка, прогреваясь на солнышке, пока принц без конца мерил берег шагами.       Арья улыбнулась и повернула голову к солнцу, разглядывая небо.       — Мне здесь нравится, — произнесла она вслух. Слишком громко. Девушка покраснела, взглянув на Джендри, а он просто с признательностью кивнул ей.       — Тогда это тебе тоже понравится, — сказал он, кивнув, чтобы она пошла за ним к опушке леса.       Арья связала вместе свои ботинки и перекинула их через плечо, позволяя прохладной траве прилипать к ее ступням, пока она поспевала за Джендри. Они шли по лесу, пока не вышли к поляне. Там парень залез в дупло старого дуба и вытащил колчан со стрелами.       — Ты когда-нибудь училась стрелять? — спросил он, возясь с изношенной веревкой.       — Немного, — ответила Арья, принимая лук из его рук и натягивая тетиву. — Мои братья научили меня. — Она вытащила из колчана стрелу и натянула лук, крепко сжимая его руках, как будто была готова отпустить, чтобы стрела пролетела прямо над деревьями. Затем она опустила лук и вернула его Джендри с коварной улыбкой. — Но у меня было достаточно практики.

***

      Они вернулись позже, чем следовало, и, пробираясь к холлу, вполне заслуженно наткнулись на подозрительные взгляды со стороны конюхов и тех, кто допоздна работал на кухне.       По лестнице эхом донеслись голоса, и Арья услышала, как Джендри выругался себе под нос. Они молча шли бок о бок по коридору, когда натолкнулись на Ланселя Ланнистера, выпивающего вместе с друзьями, истерически смеющихся над какой-то своей шуткой. Их смех медленно затих, когда они увидели Джендри, и они, сжав зубы до скрежета, кивнули.       — Добрый вечер, Ваша Светлость, — хором сказали они, не поднимая глаз от своих чаш.       И они могли бы пройти мимо, если бы только Арья своим присутствием не привлекла их внимание.       — Ну и ну, — сказал один из пьянчуг, поднимаясь из-за стола. — Эта девица часом не пропавшая дочка Старков?       Другой парень в хмельном угаре столкнулся с ним.       — Мы уже решили, что на тебя напали Таргариены, — пошутил Лансель. Казалось, он был самым трезвым из компании. Арья взглянула на него, заметив на лице Ланнистера дерзкую ухмылку. Он был так молод и до тошноты красив, что Старк посмеялась, представляя, как был бы он жалок, если бы попытался пережить зиму на Севере. Его кожа гладкая и бледная, когда ее словно бы создана из стали.       — Нет, — сказал один из пьянчуг, — это не она. Одна из северянок рассказывала мне о ней. — Он наклонился к Арье. — У них же придумано для нее особое имя, не так ли? — прорычал он.       Арья отпрянула от него и скривилась, чувствуя запах вина в его дыхании.       — Пошли, — сказал Джендри, толкнув кузена плечом, проходя мимо.       До конца зала оставалось всего несколько футов, когда одно слово остановило их.       — Лошадка!       Северянка выругалась себе под нос. Когда она обернулась, Лансель ухмылялся, а его дружки прыгали вокруг него.       — Это оно! — крикнул один из ребят. — Арья-Лошадка.       — И еще Арья-Надоеда! — добавил Лансель, не отрывая глаз от спины Джендри.       — Но Лошадка — это тоже неплохо.       — Играешь с утешительным призом? — спросил Лансель у Джендри, смеясь над растерянным лицом Арьи. Девушка взглянула на принца, надеясь хоть на какое-то объяснение, но он устремил взгляд в землю, и она видела только отблеск его темных глаз. Лансель не обратил на это внимания и продолжил насмехаться над кузеном. — Ты ничем не отличаешься от своего отца. — Пальцы Джендри сжались в кулаки, когда Ланнистер оценивающе осмотрел Арью. — Хотя я полагаю, что в пещерах под замком достаточно темно.       Лансель отвернулся, чтобы взглянуть на своих смеющихся друзей, и Арья подумала воспользоваться возможностью, чтобы сбить его с ног, выхватить свой маленький ножик из ботинка и объяснить ему, что здесь достаточно светло и ей не составит труда срезать его симпатичные светлые кудри.       Но Джендри опередил ее, бросившись вперед.       Арья даже не дернулась, чтобы остановить его, а потом послышался треск костей и двое пьянчуг встретились лицами с полом. Баратеон схватил Ланселя за воротник и прижал к одной из колонн, ноги парнишки висели в воздухе, а полный гнева взгляд его будущего короля устремился к нему.       — Ты думаешь, ты смешной? — спросил Джендри, пока Лансель корчился и хныкал. — Ты, Ланнистер, думаешь, что вправе придираться к даме? Нашей гостьей, будущей… — Он резко замолк, с глухим стуком уронив кузена на пол. — Больше никогда с ней не разговаривай.       — Или что?       — Или в следующий раз на тренировке я могу не рассчитать силу, и мой молот соскользнет, когда ты будешь просить пощады, — спокойно ответил Джендри.       — Это угроза? — спросил Лансель нагло, теперь, когда Джендри выпустил его из своей хватки, Ланнистер стал увереннее.       — Мне не нужно тебе угрожать, кузен. Я тебя не боюсь, — принц наклонился к нему и снова схватил за воротник. — Но тебе следует сильно бояться, и я буду напоминать тебе об этом время от времени, если потребуется.       Джендри оттолкнул Ланселя и нанес ему два быстрых удара в челюсть. Пряди длинных волос блондина упали ему на лицо, напоминая герб Ланнистеров: красное и золотое.       Баратеон развернулся, схватил Арью за руку и направился дальше по коридорам.       Когда они вышли в ночной воздух, Арья отдернула руку, но продолжила следовать за ним.       — Джендри! — крикнула она ему вслед. Он не отреагировал. — Джендри! Джендри, я с тобой говорю!       Они оба замерли, когда заметили Тириона Ланнистера, сидящего на ступеньках, ведущих во двор, с книгой в руках.       Арья еще не встречалась с младшим сыном Тайвина Ланнистера. Он не удосужился появиться на пиру, который устраивал ее отец в честь приезда королевской семьи в Винтерфелл. И, казалось, избегал детей Старков, водясь только с Джоном, когда тот собирался отбыть на Стену. Арью удивил тот факт, что она, девочка десяти и четырех лет, была выше карлика. И из-за этого она даже почувствовала себя глупо. Они ведь называли его Бесом.       Тирион доковылял к Джендри.       — Ох, мой дорогой племянник, как невежливо с твоей стороны уходить и игнорировать юную леди Старк, которая зовет тебя, — размеренно произнес он.       Арья чувствовала, что в Джендри до сих пор кипит гнев, но он, опустив глаза к земле, отвечал дяде:       — Я не… Я не хотел. — Он вздохнул, решившись встретиться с глазами карлика. — Я просто провожал леди Арью в ее комнату.       Тирион кивнул и развернулся к девушке.       — Приятно наконец повстречать вас, миледи, — сказал он, галантно склонившись. Арья изо всех сил пыталась ответить на этот жест, но была слишком злой, уставшей и нервной, как Джендри. — Вы нас очень напугали, когда не появились вместе со своей семьей перед Красным Замком.       — Как и вы, — выдала Арья, отчего Тирион со смущенным видом поднял брови. — Когда не появились в Винтерфелле пять лет назад.       Он усмехнулся, когда понял, что она имеет в виду.       — Ах, да, боюсь я, как и мой юный племянник, в тот день был прикован к постели, — парировал Тирион. Джендри усмехнулся.       — Я был смертельно болен, дядя. Очень сомневаюсь, что это оправдание справедливо в твоем случае, — ответил принц, немного расслабившись, на его губах возникла обыденная ухмылка. Тирион улыбнулся ему.       — Нет, я боюсь, это была другая болезнь, — лукаво сказал он, а затем откашлялся и выпрямился. — А теперь отведи юную леди Старк к ее отцу, уверен, он уже поднял всю свою стражу, учитывая ее недавний дерзкий побег.       Бес снова склонился в поклоне, прежде чем уйти. А Арья и Джендри медленно поплелись в противоположном направлении. Он не смотрел на нее, и шли они молча, пока не свернули за угол. Баратеон неохотно заговорил:       — Мне очень жаль…       Джендри не успел договорить, когда Арья стукнула его локтем в живот, и он сложился пополам.       — Глупый олень, — сказала она, пройдя вперед него. — Я не нуждаюсь в твоей защите.       Принц засмеялся и выпрямился.       — Прошу прощения, моя леди, я был уверен, что помогаю, — сказал он, опираясь рукой о ближайшую стену из красного кирпича, все еще пытаясь отдышаться.       — Ну, мне не нужна твоя помощь, — фыркнула девушка.       — Прошу прощения, миледи, — сказал Джендри с улыбкой, специально подстрекая ее. Когда он почувствовал, как ее маленький кулачок угодил ему в грудь, он понял, что преуспел.       — Никогда. Не. Называй. Меня. Леди, — отчеканила она. Джендри засмеялся и, вытянув руки, обхватил ее кулаки своими большими теплыми ладонями.       — Как тогда мне называть тебя? — спросил он, наклоняясь ближе, чтобы посмотреть в ее глаза.       Он заметил, как за секунду она отвлеклась от гнева и растерялась, застигнутая врасплох, а потом снова разгневалась. Она вырвала руки и продолжила идти по коридору.       — Арья или Арри… ничего другого, — бросила она.       — А как они тебя зовут? — раздался голос Джендри позади.       — Ты слышал Ланселя.       — Арья-Лошадка, Арья-Надоеда? — спросил он, догоняя ее.       Девушка ответила, не поднимая головы, глядя в пустоту:       — Это придумала подруга Сансы Джейн, когда я была маленькой. Она считала себя ужасно умной. — Арья закатила глаза. Затем она резко остановилась и развернулась к нему. — Мне не нужно, чтобы ты меня защищал. Дай мне меч, и я справлюсь сама.       — Так почему же ты этого не сделала? — спросил Джендри.       Арья, усмехнувшись, продолжила идти.       — Не хочу тратить силы на еще одного Ланнистера, — просто ответила она.       — Еще одного? — переспросил он. Ухмылка снова появилась на его лице. — Так значит это правда? Ты до потери сознания избила моего брата, когда он был в Винтерфелле?       — Едва ли, — фыркнула девушка, закатывая глаза. — У Джоффри талант все драматизировать и преувеличивать.       — Это точно, — парень посмеялся от того, как она точно описала его брата. — Ты невероятная, — вырвалось у Джендри откровение, и Арья его услышала. Она остановилась и обернулась.       — Что, прости? — Она заговорила, не дожидаясь его ответа: — Нет. На самом деле все не так. В тот день Нимерия напала на Джоффри. Я к этому вообще никакого отношения не имела.       — Я не поэтому сказал это, — просто выдал он. По правде говоря, у него хватало причин. Их было даже больше, чем он смог бы сосчитать.       — Меня не волнует, почему ты это сказал, — ответила Арья, ее лицо стало суровым, а щеки покраснели.       — Я знаю.       Они повернули за угол, и Арья закусила губу. Она выглядела так, словно пыталась решить сложную головоломку.       — Хорошо, — наконец кивнула она.       Джендри улыбнулся и тоже кивнул.       — У меня был хороший день. Надеюсь, твой был еще лучше.       — Хороший день, — произнесла Арья.       — Хорошо, — улыбка парня стала шире.       — …Хорошо, — повторила она эхом, и улыбка медленно сползла с ее лица.       Арья исчезла на лестнице, ведущей в ее комнату. Джендри улыбался всю обратную дорогу.