Кованая сталью

      К утру следующего дня слухи о помолвке Джендри и Сансы разлетелись так быстро, что к полудню, когда начались испытания одиночного боя, их свадьба стала практически фактом. Прибывшие зрители заняли свои места, но настроение было гораздо более энергичным, чем когда-либо. В воздухе витало торжество по поводу помолвки Джоффри, перспектива будущей королевы, сочувствие к положению Мирцеллы и волнение по поводу ожидания прибытия Дорна в столицу в ближайшие годы. Сплетни были повсюду. В десять раз больше, чем обычно.       Джендри не видел Арью все утро. Она полностью пропустила утренние соревнования по метанию топоров, и теперь, готовясь с молотом в руках к своему первому бою, он надеялся, что она еще не перебралась за городские стены.       Он старался не думать о ней, хотя в голове звучали слова отца, а в нескольких футах от Круга Победителя лежала цветочная корона идеального оттенка зимней синевы. Вместо этого он сосредоточился на своей семье. Мирцелла, ее глаза с красными ободками и все еще мокрые от слез, пыталась быть сильной в ряду с отцом, который практически изгнал ее накануне. Через две недели ей предстояло отправиться в страну, о которой она только читала, чтобы выйти замуж за человека, которого она совсем не знала. Томмен сидел рядом с ней, чувствуя себя немного лучше, но все еще выглядел немного бледным и болезненным. Он умолял их мать разрешить ему приехать на последний праздник, Мирцелла тоже умоляла, и Серсея согласилась. Единственным Ланнистером, который выглядел в прекрасной форме этим утром, был Джоффри. Довольный собственной помолвкой и то ли не замечая, то ли не обращая внимания на то, как она отразилась на остальных, он сидел с насупленным лицом и смотрел на толпу. Рядом с ним сидела Маргери и, конечно же, Санса Старк.       Он не мог смотреть на нее. Его лицо выдало бы, что он не может на ней жениться. Он не мог на ней жениться. Но он должен был. Он вспомнил истории, которые рассказывал ему лорд Старк, о его собственной помолвке и о том, как Кейтилин ждала, что она выйдет замуж за его брата Брандона. И вот теперь они оказались в похожей ситуации…       Где Арья?       Под палящим солнцем лорды и леди наблюдали за тем, как мужчины в тяжелых доспехах пытаются доказать свою состоятельность с оружием в руках. Джендри крепко сжимал свой молот. Он собирался победить. После того как Григор Клиган был побежден, его главным соперником стал Лорас Тирелл, которого он не боялся, когда в руках у него был боевой молот.       После нескольких первых боев Джендри получил передышку. Он воспользовался моментом, чтобы присоединиться к своей семье. Облаченный в доспехи он присел с ними, чтобы посмотреть, как сражаются остальные. Какой-то коротышка сражался с Ланселем Ланнистером, обеспечивая толпу поводом для смеха. Доспехи показались Джендри знакомыми, хотя он и не мог вспомнить, где их видел. Он обратил внимание на Мирцеллу.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил он.       — Отлично, брат, просто отлично, — ответила юная принцесса, пытаясь храбриться, не отрывая глаз от схватки внизу. Выражение ее лица подсказало ему, что дальше можно не продолжать.       — А как ты, Томмен? — спросил он.       — Я чувствую себя прекрасно! — ответил Томмен искренне и правдиво.       — Ты так сильно взволнован? — произнес он с улыбкой. Сам Джендри чувствовал себя не лучшим образом. Он вспотел, устал, солнце пекло, а состязание не закончилось и наполовину.       — Да, мне уже лучше. Но мама мне не верит. А ещё она не поверила мне, когда я сказал, что прошлой ночью ко мне в комнату пробралась кошка.       — Что? — спросил Джендри.       — Он имеет в виду сира Царапку.       — Нет! — возмущенно воскликнул Томмен. — Сир Царапка спит на моей подушке, а эта кошка лежала на краю кровати, и у неё светились глаза. Она сказал мне, что она кошка, что она присматривает за мной и что я должен лечь спать и немного отдохнуть.       — И что было дальше? — поинтересовался Джендри.       — Я так и сделал, — ответил Томмен, бесстрастно возвращая свое внимание к бою.       — Матушка выставила к его двери еще несколько гвардейцев, хотя это был сон. — Мирцелла решительно отмахнулась от них взмахом своей изящной руки.       — Это был не сон! — запротестовал Томмен.       — С тобой говорила кошка? — спросил Джендри.       — Расскажи Джендри, что еще сказала кошка, Томмен, — сказала она, подталкивая его к действию.       Джендри посмотрел на младшего брата.       — Кошка сказала мне, что завтрашний турнир выиграет маленький рыцарь.       — И?       — И что маленький рыцарь победит даже будущего короля.       — Правда? — с улыбкой произнес Джендри.       — Кошка сказала, что ты ничего не умеешь по сравнению с его мастерством.       — Что ж, — сказал Джендри, — скоро мы это увидим, не так ли?       Перед их взорами маленький рыцарь свалил Ланселя несколькими неожиданно сильными ударами. А их кузен Ланнистер приземлился в грязь, пошатнувшись, и воскликнул       — Сдаюсь!       Толпа зааплодировала, когда маленький рыцарь победно воздел руку над головой, а затем протянул руку, чтобы помочь упавшему юноше подняться. На мгновение он приостановился и, кажется, сказал Ланселю что-то такое, отчего тот побелел, как полотно.       Томмен сморщил нос в замешательстве:       — Эти доспехи очень похожи… на мои.       — Всё любопытнее и любопытнее, — пролепетала Мирцелла. — С кем ты будешь сражаться дальше?       — Я не уверен, что знаю, — протянул наследник. — Предполагалось, что это будет Торос из Мира, но после победы в поединке он отказался. Наверное, кошелек был слишком тяжелым.       — А может, он не хотел позорить своего будущего короля, победив его. — Мирцелла приподняла бровь и попыталась улыбнуться. Джендри было приятно видеть, как поднимается ее настроение.       — Возможно, — Джендри улыбнулся в ответ.       Лорас Тирелл сражался с Бериком Дондаррионом, и это был хороший поединок. Он наслаждался первой частью, пока Томмен, нервничая и не в силах вынести бурного возбуждения, не спрятался в объятиях Мирцеллы. Джоффри с усмешкой наблюдал за ними со своего места.       — Такой слабый мальчишка, не может справиться с несколькими царапинами и порезами. Не может справиться с насморком без мамочки у своей постели. — Джоффри бросил на него брезгливый взгляд. — Даже доспехи свои не может толком применить.       — Что-то не припомню, чтобы ты был намного сильнее, Джофф, — отрезал Джендри. — Я слышал истории о том, что «волчьи укусы» — это не больше, чем небольшая царапина, а ты все равно побежал с плачем к маме.       — Вот что бывает, когда слушаешь ложь волчьей суки, — буркнул Джоффри.       Джендри тут же встал, но брат не обратил на него внимания.       — И что ты сделаешь? — спросил Джоффри, со скучающим видом продолжая наблюдать за схваткой внизу. — Будешь защищать свою суженую? Она тебе уже не суженая. А ты просто получишь мои объедки.       Смутившись, Санса отвела взгляд, и Маргери утешительно накрыла её руку своей.       — Не здесь, Джендри. — Мирцелла тоже поднялась и осторожно положила руку на плечо брата. — Не сейчас. Сансе это не понравится, ты поставишь её в неловкое положение, как и Арью. И меня тоже.       Джендри посмотрел на сестру сверху вниз. Он мог бы поклясться, что из его ушей валит пар. Но она выглядела такой нежной, спокойной и надеющейся. Поэтому он собрал весь свой гнев и отбросил прочь. У подножия лестницы он обернулся и посмотрел на своего избалованного младшего брата.       — Почему бы не поиздеваться над кем-нибудь своего размера, Джофф? Почему бы тебе не присоединиться к мужчинам и не сразиться с ними чем-нибудь, кроме своего гнилого языка?       Джоффри с насмешкой отмахнулся от замечаний Джендри, убирая руку Маргери со своей руки.

***

      Ко всеобщему удивлению, Берик Дондаррион был побежден Лорасом Тиреллом. Рыцарь Цветов продолжал расти в глазах народа.       Джоффри вскоре надоело сидеть с девушками, и он отошел к матери. Прибыл Тирион Ланнистер и занял прежнее место Джендри между Мирцеллой и Томменом, заставляя их смеяться, улыбаться и подбадривать сражающихся внизу рыцарей. Когда Томмен рассказал дяде о кошке в его комнате и о пророчестве, которое она поведала, Тирион лишь усмехнулся и сказал:       — Не знаю, почему ты так удивлен, мы, маленькие люди, все еще знаем, как победить наших врагов. — Он заговорщически наклонился поближе: — Мы бьем по коленям. Боюсь, выше не дотянуться. — Дети захихикали, уткнувшись в свои руки, и Тирион довольно улыбнулся им.       — Джендри сражается! — завизжала Мирцелла, выпрямившись в кресле. Зрители с большим вниманием следили за тем, как Джендри и его противник танцуют по двору, а ритм им задает звон их мечей.       Они были отличными соперниками, равными по размерам и силе, хотя у второго мужчины меч был гораздо больше. И когда он нанес удар, то переломил меч принца пополам. Вся арена затаила дыхание. Внезапно танец ускорился, и Джендри попятился назад, уворачиваясь от удара за ударом длинного клинка.       — Что теперь? — ошеломленно прошептала Мирцелла. — Джендри проиграл?       — Похоже, он так не думает, — заметил Тирион, наблюдая за племянником и замечая смешливую улыбку, выглядывающую из-под его шлема ручной работы.       За спаррингом с таким же трепетом наблюдали ряды мужчин, с нетерпением ожидающих своей очереди. Пара прошла мимо нескольких опустившихся челюстей, поджатых губ и расширенных глаз, пока не дошла до конца ряда и не обнаружила Лораса Тирелла, который был следующим в спарринге и ждал со своим противником, Маленьким рыцарем.       Лорас наблюдал за происходящим, приподняв одну бровь, и размышлял, не придется ли ему в конце концов победить своего будущего короля. Он попытался вспомнить имя человека, с которым сражался принц, но так и не смог. Он был родом из Речных земель, или, может быть, из Простора? Он уже собирался повернуться к своему противнику и спросить, как вдруг его мысли прервал резкий звук стали, покидающей ножны. И вдруг он почувствовал, что теряет равновесие.       — Лови! — крикнул стоявший рядом с ним маленький рыцарь, перебрасывая меч Лораса принцу. Лорас и принц присоединились к остальным на арене, уставившись на этого необычного маленького человека. Маленький рыцарь огляделся вокруг: тишина, все взгляды устремлены на него. Он вернулся взглядом к принцу и жестом указал на своего противника. — Бейся! — крикнул он, не обращая внимания на ошеломленное выражение лица принца.       — Разве ему можно так делать? — шепотом спросила Мирцелла у дяди.       — Не думаю, что наш юный Рыцарь Цветов будет в восторге, но технически… технически это разрешено.       Бой возобновился, Джендри был полон сил, как и зрители, которые теперь болели за него громче, чем когда-либо, а противник Джендри выглядел совершенно ошеломленным.       После этого победа была легкой.       Принц поклонился под одобрительные возгласы публики, а затем быстро вернул меч Лорасу Тиреллу, который криво улыбнулся и поклонился своему принцу. Джендри взял руку своего помощника и поднял ее в воздух вместе со своей, чем вызвал бурные аплодисменты Маленькому рыцарю. Спустя несколько минут, когда они стихли, Джендри улыбнулся безымянному рыцарю.       — Спасибо за помощь, — поблагодарил он. — Удачи вам в битве.       Рыцарь отвесил небольшой поклон и поспешил прочь, бормоча под нос что-то о должках. Он вернулся к Лорасу и захихикал, когда Джендри снял шлем и исчез в поисках того, чем бы смочить горло.       — Теперь тебе ни за что не победить.       — С чего ты взял? — спросил Лорас, с удивлением воззрившись на Маленького рыцаря. — Я могу победить тебя даже с закрытыми глазами.       — Но им это не понравится, — заметил рыцарь, помахав рукой своей обожающей публике. — Потому что теперь они любят меня сильнее, чем тебя.

***

      Полуденное солнце начало клониться к закату, и арена опустела. На улицах города шумела еда, звучала музыка и танцы, а в замке королевские дети молча ели в тихом зале.       Потный, усталый и голодный Джендри вошел в зал и был встречен объятиями Мирцеллы.       — Это было невероятно! — воскликнула она, улыбаясь от уха до уха.       — Отличный бой, ваша милость, — сказала Маргери. Санса лишь улыбнулась.       — Санса, — начал Джендри, заставив ее поднять глаза и воспрянуть духом. — Ты не знаешь, где Арья? Я не видел ее весь день.       — Я тоже, — пролепетала Мирцелла. — Ее не было в толпе. Как такой бой можно было пропустить!       — Пойду поищу ее, — решил Джендри.       — Вам действительно стоит отдохнуть, ваша милость, — заметила Маргери.       — Я уверена, она не ушла слишком далеко, — сухо отрезала Санса.       — Тогда ее несложно будет найти, — принц покинул зал.       Маргери заметила, что Санса весь день выглядела грустной. Но ее план сработал великолепно, пусть и не во всех отношениях. И все же ей было неприятно видеть ее такой подавленной. Она протянула Сансе руку, желая увидеть ее улыбку.       — Не волнуйся, Джендри победит и назовет твое имя, а если нет, то победит Лорас и назовет твое имя, и мы устроим грандиозный скандал! Разве это не весело? — спросила она, заискивающе улыбаясь. Но Санса не ответила. — У тебя есть выбор, Санса, у тебя будет больше, чем ты можешь мечтать. Я позабочусь об этом.       Санса положила голову на плечо Маргери, единственного человека в мире, который действительно заботился о ней.

***

      Соревнования возобновились. Сейчас должно решиться, кто будет сражаться с принцем: Лорас Тирелл или Маленький рыцарь.       Несмотря на любовь толпы к обоим воинам, по-настоящему все отдавали предпочтение именно принцу. Все хотели, чтобы победил он и чтобы он короновал королеву любви и красоты. Они хотели турнир, о котором будут слагать песни.       — Лорас выглядит уверенно, — заметила Санса, Маргери улыбнулась в ответ и похлопала ее по колену.       — Единственное, о чем сейчас беспокоится мой брат, так это о том, позволить ли принцу победить. С одной стороны, было бы невежливо победить его в его собственном доме, на глазах у его народа, но не в характере Лораса падать на собственный меч. Победа гарантирует ему место в королевской гвардии Джендри. Тогда неважно, за кого ты выйдешь замуж, мы будем здесь, вместе. — Девушка притянула Сансу ближе.       — Когда ты успела потерять веру в то, что я выйду за Джендри? — спросила Санса, отстраняясь.       — Нет, что ты! — запротестовала Маргери, глядя на нее потрясенными глазами. — Весь город уверен, что объявление о вашей помолвке будет следующим. — Её улыбка померкла, когда она произнесла: — Наверное… Я просто не уверена, хочешь ли ты этого, Санса?       — Конечно хочу, — не колебалась Санса.       — Я знаю, что ты хочешь остаться здесь, быть здесь со мной, править городом, быть королевой. Но хочешь ли ты быть с Джендри? — проницательно спросила леди Тирелл. — Это выходит за рамки женского долга, Санса. Одно дело — не любить своего суженого, совсем другое — чувствовать себя неправой, виноватой, даже просто смотря на него или говоря с ним.       — Что ты хочешь сказать? — спросила рыжеволосая. — Что я слишком напугана, чтобы говорить с Джендри?       — Нет, я говорю, о том, что он будет принадлежать Арье, только если ты позволишь ему. Ты прекрасна, добра и удивительна, Санса. Если ты хочешь его, у тебя есть все шансы заполучить его. Все уже верят, что он твой, почему бы не попытаться убедить в этом себя?       Но он принадлежит ей. Это была первая мысль, пришедшая ей в голову, и она прозвучала так правдиво. Она спрятала глаза от Маргери на случай, если её мудрая подруга снова сможет прочитать её мысли.       — Я должна идти, — пролепетала Санса и убежала.

***

      Спустившись, Санса быстро нашла Джендри. Его глаза были всецело устремлены на поединок.       — Что вас так заинтриговало, ваша милость? — спросила Санса, подходя к нему.       — Санса, тебе не следует здесь находиться. — Принц бросил на нее короткий взгляд, а затем вернулся к бою.       — Со мной все будет в порядке. — Она положила руки рядом с его руками на ограждение. — Я тоже сильная.       Маленький рыцарь, казалось, слегка покачивался на месте, и Санса поняла почему:       — Он сражается правой рукой? Почему? — возмущенно спросила она. Джендри посмотрел на нее, и Санса пояснила: — Он же все это время дрался левой рукой… разве нет?       — Да, — кивнул Джендри. — Похоже, у нас обоих острый глаз. Он слишком самоуверен. Он пытается сбить Лораса с толку, и это не сработает, пока он не начнет правильно держаться на ногах.       — Это не тот же трюк, что ты проделал на тренировочном дворе? Арья сказала, что ты сражаешься мечом, а не боевым молотом, когда не боишься того, с кем сражаешься.       — Возможно, да. Но не только, это еще и для того, чтобы они не могли увидеть твои лучшие приемы до того, как ты вступишь в настоящую битву. Никогда не стоит раскрывать перед врагом весь свой арсенал атак. Этот рыцарь, — сказал он, указывая на маленького, — повторяет все свои предыдущие приемы, только в противоход, и единственное, что смущает Лораса, — это то, что это совершенно бессмысленно.       — Возможно, в этом и заключается его план атаки? — оптимистично спросила Санса.       — Ты ведь хочешь видеть в людях только хорошее, не так ли? — усмехнулся он.       — Наверное… Я пытаюсь, — ее голос звучал неуверенно. — Я стараюсь видеть это в каждом. В Арье… в тебе. — Его глаза расширились при этих словах. — Вы двое, кажется, стали такими близкими друзьями, но с учетом событий последних нескольких дней… Я полагаю, я просто должен спросить… я имею в виду, мы…       — Я не знаю, — коротко отрезал принц.       — О… хорошо, — пролепетала Санса, не зная, куда двигаться дальше. Хотя у нее было еще больше вопросов: — Когда ты победишь, ты хотя бы назовешь меня? Как свою королеву… любви и красоты, я имею в виду.       — Если победа будет за мной, — произнес он, — я не знаю, кого я назову своей королевой.       — Арьи здесь даже нет, — злобно проворчала Санса. — Ты даже не можешь назвать ее… Ты не должен отдавать ей корону.       — Почему? — спросил он, чувствуя легкое возмущение. — Потому что вместо нее я должен назвать тебя?       — Нет! — попыталась защититься Старк. — Потому что… потому что… ты хоть раз подумал, что будет дальше? Ты назовешь Арью своей королевой любви и красоты, сделаешь ее своей королевой и… что дальше? Вы двое будете править королевством долго и счастливо? Ты со своей юной, прекрасной, послушной королевой, тихой и кроткой подле тебя. Это похоже на мою сестру, ваша милость?       Джендри застонал:       — Нет, это не похоже ни на кого из нас.       — Арья не хочет быть здесь. Она хочет на Север. Ее место там, — Санса улыбнулась про себя, перебирая пальцами конец своей простой косы. — Видел бы ты её там. Она была такая живая, с такой широкой улыбкой. Ух, иногда мне хотелось придушить её, когда она вытворяла всё, что ей вздумается, сводя с ума нашу септу. Но она была счастлива. Здесь она только кажется такой. Но это только маска. Поверь мне, я знаю свою сестру.       Глаза Джендри были устремлены вдаль. Теперь никто из них не наблюдал за поединком.       — Я знаю, что ты влюблен в нее, — продолжила Санса. — И что ты не любишь меня. Что бы ты ни думал обо мне, ты не хочешь на мне жениться. Я вижу это. Это все остальные слишком взволнованы, чтобы замечать. Но если ты действительно любишь ее, то хотя бы подумай о том, что я говорю. Женись на мне, и ты порадуешь наши семьи, умиротворишь королевство и отпустишь ее на свободу. Я — ее сестра, ты — ее друг, ее король, вместе мы можем принять указ, что ей не обязательно выходить замуж. Мы можем отправить ее домой… Может, мы можем сделать ее Хранительницей Севера. Держа ее здесь, женившись на ней сейчас, ты только оттолкнешь ее.       — Это твои идеи? Или их? — спросил он, указывая на трибуны, где сидели Маргери и Серсея.       — Мои, — сказала Санса, позволив обиде прозвучать в своем голосе. — Маргери была ко мне добра. А твоя мать даже почти не разговаривает со мной.       — Если Серсея с тобой не разговаривает, это не значит, что она не обвела тебя вокруг пальца. Что касается Маргери Тирелл, то она — змея, спрятанная в цветах. Берегись ее.       — Я буду, — пообещала Санса. — Так же, как она присматривала за мной. Она заботилась обо мне, в то время как никому другому здесь до меня не было дела. Она заботится о том, чтобы я не попала в немилость двора, когда вы меня отвергнете. Ее намерения по отношению ко мне добры и верны. Она нужна мне, тем более что я, похоже, никому здесь не нужна.       Джендри вздохнул и уставился на двор:       — Не то чтобы я не хотел жениться. И если это мой долг, я сделаю это. При любых других обстоятельствах ты сделала бы меня очень счастливым человеком, я уверен. — Он сделал паузу и опустил взгляд: — Но после встречи с ней… я просто… не смогу. Это должно быть нечто большее, чем просто долг. Надеюсь, когда-нибудь ты познаешь это чувство.       Санса усилием воли не проронила ни слезы. Она в последний раз взглянула на Маленького рыцаря и насмешливо заметила:       — Она даже не постаралась остаться неузнанной. — И ушла.       Джендри выпрямился и стал наблюдать за поединком.       Маленький рыцарь проиграл Лорасу Тиреллу, но не так быстро и не так неминуемо, как думали Джендри и остальные.       С каждым шагом и каждым колебанием он завоевывал сердца толпы, их сочувствие и заботу. А когда Лорас бил, колотил и размахивал своим огромным мечом, он казался жестоким по сравнению с маленьким человеком, нет, должно быть, совсем мальчишкой, с тонким, как игла, мечом.       Дыхание Лораса становилось все тяжелее, ноги и руки слабели, и с каждым ударом ликование толпы затихало, а его уверенность действительно ослабевала. Затем Маленький рыцарь сменил руку и снова принялся наносить удары, замахиваясь левой рукой. Лорас, застигнутый врасплох, не знал, как защитить себя, и беспомощно отмахивался, пятясь назад, к средней площадке.       Но Лорас не собирался падать духом, он не собирался проигрывать принцу и тем более не позволит себе проиграть простому рыцарю, такому маленькому, такому неизвестному. Он наносил быстрые, сильные удары в ответ, пока наконец, прижав рыцаря спиной к стене, не нанес ему удар под мышку, и его меч на несколько дюймов вонзился в деревянный столб позади рыцаря.       — Сдавайся, — приказал он. И, к своему огорчению, маленький рыцарь сделал то, что ему было велено.       Лорас победно кружил по двору. Толпа аплодировала его возвращению, когда Маленький рыцарь бросил меч на землю и сердито топтался, чтобы подобрать его, а затем быстро исчез.       Тяжело дыша, он прошел мимо других рыцарей, желая вернуться в конюшню и выпить. Когда Маленький рыцарь прошел мимо принца, никто из них ничего не сказал, а принц лишь улыбнулся и кивнул, после чего вышел на ринг для финального поединка.

***

      Лорас Тирелл не позволил своему будущему королю легко победить. Однако он проиграл, причем весьма эффектно. Оба мужчины очень старались, нанося удары изо всех сил. Джендри — своим боевым молотом, а Лорас — своим длинным, сверкающим мечом.       Это был быстрый бой. Оба мужчины устали, но были достаточно упрямы, чтобы продолжать бой. Но Лорас был быстр, а Джендри силен, и, когда ему надоело, он прикончил Лораса тремя быстрыми и сильными ударами. Толпа зааплодировала, и Джендри это показалось странным: он так устал, что едва мог найти в себе силы праздновать. Он помог Лорасу подняться с земли, и они стояли вместе, оба ошеломленные и растерянные, пока Джендри не проводили в Круг Победителя и не вручили ему цветочный венец. Остальных рыцарей отправили на территорию, чтобы они аплодировали своему будущему королю и праздновали вместе с ним.       Джендри видел все нечетко. Он сорвал с головы шлем и ничего не слышал, кроме звона в ушах. Он почувствовал, как его поднимают за руку и аплодисменты нарастают. Он потряс головой и почувствовал, что все немного прояснилось. Он победил. И теперь в его руку вложили венец из роз, который он должен был подарить какой-то счастливице.       Сансе Старк. Венец должен быть отдан Сансе Старк. Она была там, у перил, терпеливо ожидая своего места с добрыми намерениями и ничего не подозревающими глазами, уставившимися на ее руки. Она аплодировала вместе с остальными и улыбалась Мирцелле, когда та болела за него. Улыбка была широкой, а глаза печальными. Бедная девушка, все взоры устремлены на нее, ожидание, предвкушение, а ей ничего не светит. Она и сама это знала.       Ведь корона предназначалась Арье. Арье, которой не было среди них, и которую не видели весь день. Арье, которая скрывалась. Его взгляд остановился на закованных в броню рыцарях, стоящих в ряд. Он усмехнулся про себя. Арья, которая даже не постаралась остаться неузнанной.       В толпе шептались о том, что будущие король и королева начнут свой роман сегодня здесь, на всеобщем обозрении.       Его глаза встретились с глазами Сансы, и он улыбнулся, кивнув в знак извинения. Она вздохнула и покачала головой, но все равно кивнула. Она прикусила губу, чтобы сдержать слезы. Джендри шел в неуклюжих доспехах, негнущиеся руки раскачивались взад-вперед, корона теряла лепестки с каждым шагом.       — Ты думаешь, что такая умная, — сказал он, остановившись перед Маленьким рыцарем. Он подбросил корону, и она упала на шлем.       Толпа ахнула и замолчала.       Рыцарь не шелохнулся, но Джендри заметил, как задрожали его доспехи. Рыцарь поднял руку, схватил корону и бросил ее на землю, затем сорвал с себя шлем и подошел к принцу.       — Что ты себе позволяешь?! — крикнула Арья со спутанными, примятыми волосами после целого дня ношения шлема.       Принц наклонился и поднял корону с земли.       — Называю тебя своей Королевой Любви и Красоты, — просто ответил он. — Можешь обращаться со своей короной как тебе заблагорассудится.       — Да, могу, — фыркнула Арья, снимая венок с головы и бросая его в толпу, готовясь уйти, — но не буду. — И пошла прочь, грохоча своими украденными доспехами.       Немного погодя Джендри тоже ушел, переполненный разочарованием и в тоже время удовлетворением.       Толпа оживилась сильнее чем когда-либо раньше. Лучшая сплетня и скандал, на которую никто даже не мог рассчитывать.       Санса опустила глаза вниз, синяя цветочная корона лежала на ее коленях.