Крохотные руки
10 января 2026 г., 20:00
У них не было времени залечивать раны. В конюшне они нашли двух лошадей, конюх напился и отключился на сене, поэтому за животными никто не следил. Оставались ворота, но Арья с легкостью справилась с ними, переняв некоторые приемы Якена Хгара. Джейме ничего не оставалось, кроме как помочь девушке: Бриенна и Джендри были ей не помощниками из-за ранений, к тому же кому-то нужно было присмотреть за лошадьми. Арья и Джейме подобрались сзади и перерезали горло трем стражникам, еще до этого, как те успели что-то понять.
— Без Рамси этот замок и впрямь окончательно разваливается, — презрительно заметила Арья, когда они выехали за ворота на украденных лошадях. Бриенна и Джейме сидели на одной лошади, а Джендри, прислонившись спиной к Арье, — на другой. Девушка натянула поводья, чувствуя, как теплое дыхание вырывается из груди в ночь, пока они едут в вязкой темноте. — Сегодня мы далеко не уедем, нужно позаботиться о раненых.
Джейме заметил, что, несмотря на свой высокий рост, Бриенна стала выглядеть будто бы меньше, сгорбившись, едва держась в седле от усталости и явно голодая последнее время.
— Нам нужно ехать до тех пор, пока мы не окажемся вне досягаемости Болтонов. Братство наверняка не пошло на Север, думаю, они понимали, как важно сбить охотников с нашего будущего пути. И чем дальше на Север, тем дальше от Рамси, — прошептала девушка, ее голос было едва слышно за топотом копыт.
— Согласен, — простонал Джендри, — не будем останавливаться до восхода солнца.
Арья пришпорила лошадь пяткой и пустилась галопом по узкой лесной тропе, ориентируясь только на лунный свет. Проезжая мимо Джейме и Бриенны, она заметила, что Цареубийце с трудом удается сжимать в одной руке поводья и придерживать спутницу в седле. Если бы только ее лошадь могла вместить и Бриенну, они могли бы оставить почти никчемного Джейме Ланнистера позади.
Джейме не сможет охотиться, у него нет умений, необходимых для выживания, и его слишком легко узнать из-за его мрачной славы. Без руки от него не будет толку даже в сражениях. Старк было неприятно признавать, что без него она бы погибла, вытаскивая Джендри из ямы, но, возможно, это было его единственное предназначение, и он его выполнил. Она почувствовала голову Джендри своей лопаткой и вспомнила его слова, сказанные в хлеву, в разговоре с Цареубийцей, когда они навещали его. «Ты всегда был добр ко мне. Ты не бросал меня, и я не брошу тебя», — это соглашение все еще было в действии, и как бы сильно Арье ни хотелось отомстить, она уважала решения Джендри. По крайней мере, до тех пор, пока она не сумеет убедить его в том, что им следует избавиться от Джейме.
Спустя несколько часов Арья пустила лошадь рысью.
— Давай скорее, — настаивал Джендри. Арья чувствовала, что он клюет носом, а дыхание его становиться все тяжелее, пока кровь вытекает из ран.
— Если мы сейчас попадем в засаду, отбиваться смогу только я, и, как бы хороша я ни была, противников может оказаться слишком много.
Джендри выругался:
— Я все еще могу сражаться.
Арья закатила глаза:
— Один удар локтем в живот может вмиг доказать, что ты ошибаешься.
— Ладно. Найди воду.
Арья кивнула и повторила указание Джейме, который кивнул и остановил лошадь, чтобы послушать, не течет ли поблизости ручей.
— Я не понимаю твоего желания тащить его за собой, — проворчала Арья, когда они отъехали достаточно далеко, чтобы не быть услышанными.
— Нам нужны союзники.
— Он уже убивал королей.
— И в его распоряжении были годы, чтобы убить меня, пока я спал, а он в коридоре стерег меня, но он этого не сделал.
— У большинства королей есть армии. У тебя есть потерянное Братство, сломанный и бесполезный Цареубийца, полумертвый рыцарь и я. Ты самый отчаянный король, не так ли?
Он усмехнулся:
— Нет. Я отчаянный король-бастард, забыла?
Арья перестала шутить.
— Я ему не доверяю, и он мне не нравится.
Из-за деревьев послышался тихий зов Джейме, сообщавший о том, что он нашел воду.
— Ну вот, — улыбнулся Джендри, — не такой уж он и бесполезный.
***
Арья вывалила содержимое своей практически пустой сумки на лесную подстилку, где они разбили свой маленький импровизированный лагерь. — И как я могла не прихватить с собой из этой чертовой кухни хоть немного лечебных трав? Джендри сидел неподалеку, прислонившись здоровой рукой к дереву, из другой руки и тела торчали остатки стрел. Он настаивал оставить их, чтобы остановить кровотечение и не терять времени, и Бриенна согласилась, так что он держался за Арью и раза два терял сознание от боли и усталости. Она была уверена, что это того стоит, хотя бы потому, что в ее сумке будет чем промыть рану, но теперь, когда посреди временного лагеря зажглись угли того, что они называли костром, она поняла, как глупо поступила. — Мы можем нагреть немного воды на огне и промыть рану, а потом я как-нибудь закрою ее, — предложила Бриенна, но голос ее был затуманен, а глаза закрыты. После дознания выяснилось, что ее почти не кормили две недели. Еще неделя — и она была бы мертва, а не просто ужасно исхудавшей и бледной. — Ты даже пошевелиться не можешь, — выругалась Арья, не сводя глаз с путников. — Где же она? Ах, мы использовали мазь, чтобы вылечить его… — Арья резко указала пальцем на Джейме. — И что потом? Мы ее забыли? Лекарства были в кузнице, и мы… — Арья встала и пинком отправила вьюк в лес, разбросав провизию, бурдюки с водой и запасную одежду. — Вряд ли это поможет, — пробормотал невпечатленный Ланнистер. — Если бы мы не выложили мазь, которую украли у их дрянного мейстера, чтобы использовать на тебе, она осталась бы в моей сумке, так что советую сейчас вести себя очень тихо. Глаза Джейме и Арьи на мгновение задержались друг на друге, а затем Джейме отвел взгляд, покачав головой. — Лучше пойду принесу воды, чтобы вскипятить. Но я могу быть полезен. — Он посмотрел на Джендри, собираясь заговорить, но принц устало покачал головой, и Джейме, не говоря ни слова, удалился. Арья смотрела ему вслед немигающими глазами, а потом пошла к лесу в противоположном направлении. Когда она проходила мимо, Джендри поморщился, но протянул руку и застонал, схватив ее. Арья закатила глаза: — Не надо… — Ты сегодня хорошо поработала, — его голос был низким и усталым. — Не будь так строга к себе. Ты молодец, Арья. Девушка задумалась, решая, стоит ли опровергнуть его утверждение, сказать ему, чтобы он убрал руку, или просто разозлиться на всю ситуацию. Вместо этого она просто мягко высвободилась из его хватки. — Недостаточно хорошо, — она критично осмотрела рану Джендри, прежде чем направиться в лес. — Я скоро вернусь. Принц наблюдал, как она уходит, и вздыхал, желая последовать за ней. Голос Бриенны донесся из-за пламени, усталый и низкий: — Мы не можем сражаться, и они просто оставили нас без защиты одних? Джендри пожал плечами, его дыхание и мышцы все еще кричали от боли, причиненной стрелами. — Неудивительно, что нас всех схватили, — пробормотала она.***
Отсутствие контроля над своей жизнью Арья ощущала только в страхе, который она старалась держать в себе. После нескольких месяцев выживания в Харренхолле ее снова потянуло в лес, она вспомнила, как в последний раз ночевала в лесу, и их поймали, поэтому она не желала спать, особенно учитывая, как пострадали ее попутчики. Она вернула Иглу, это уже кое-что, и Джендри был уверен, что путь на север, в Винтерфелл, — это решение всех их проблем, но лишь Старки делали Винтерфелл Винтерфеллом, и она больше не верила, что все они смогут найти дорогу назад. Она хотела верить, что хоть кому-то из ее семьи удалось выжить. Рикон был задиристым, а Бран — слишком умным, и, конечно же, Теон их не обошел? Робб был храбрым и сильным. Что касается Сансы… Арья сомневалась, но сердцем надеялась, что с сестрой все хорошо. А вот Джон, ее любимый брат, был в порядке. Она говорила себе, что это потому, что он бастард, и, несмотря на все проблемы, которые с этим связаны, титул и ссылка на Стену, она молилась, обеспечивают ему некоторую безопасность. Арья убеждала себя, что он достаточно неизвестен, чтобы жить спокойно, но сердце ее было уверено, что он выживет. Она хотела бы быть столь же уверенной в других своих братьях и сестре. В этом мире больше не было никаких следов ее дома, не за что было зацепиться, кроме темноты и знания, что они идут на север. Она шла по лесу, внимательно следя за своими шагами и окружающей обстановкой, пока не услышала шум воды. Когда она вышла на поляну, на нее обрушилась стена пара. Арья крутанулась на пятках и бросилась обратно в лагерь. — Джендри, Джендри, проснись, пойдем со мной. — Арья… — устало простонал он, отмахиваясь от нее, чтобы продолжить спать. — Нет, тебе нужно двигаться. Сейчас же. Принц распахнул глаза: — Кто-то нападает? — выпалил он, чувствуя биение своего сердца в ранах на теле. — Нет. — Арри, — снова застонал он, закрывая глаза, — дай мне отдохнуть. Пожалуйста. — Нет, — настаивала Старк, обхватывая его за плечи. Он зашипел от боли. — Так тебе станет лучше. Джейме, стоявший на страже, проводил их взглядом, не пытаясь вмешиваться. Когда Джендри услышал шум воды, то ощутил себя еще более растерянным и обессиленным. Он увидел пар, поднимающийся сквозь деревья, и почувствовал запах земли, наслаждаясь пробежавшим по коже теплом. — Это… — принц замолк, усталость в нем брала свое. — Горячий источник, — договорила Арья, и он немного опешил, увидев ее улыбку, которую так редко можно было поймать в Харренхолле. Маленькая и взволнованная, она напомнила ему о том времени, когда он выводил ее из замка на тренировки по стрельбе из лука или когда они тренировались в его кузнице. Это было редкое зрелище, и он дорожил им. — У нас дома, в Винтерфелле, есть такие же, они отапливают наш замок, оранжерею и кузницу. Говорят, воды обладают целебными свойствами, — девушка пожала плечами, — это точно не повредит. Он застонал от мысли, что придется заходить в воду, одновременно радуясь этой идее и удивляясь своему напряжению. — Нам все еще нужно вытащить стрелы, — напомнил Джендри. Пока что они удерживали кровь в его теле, но скоро раны начнут гноиться. Он надеялся, что вода хотя бы очистит их. — Ты можешь снять рубашку? — спросила Старк. — Или тебе нужна помощь? — Я… да, — принц кивнул. Арья подошла к нему и помогла поднять его руку, в которой, к счастью, не было стрелы и которой он мог держать боевой молот, и тут же заметила, что он сморщился от боли. Его кожа была бледной и потной. — Можно не щадить рубашку. Я все равно прихватила нам запасную одежду, да и кровь уже не отстирать. Если кто-то увидит твои раны, могут возникнуть вопросы… Не двигайся, — приказала она, обойдя его. Часть рубашки Джендри, где из спины все еще торчал обломок стрелы, пропиталась бурой кровью и засохла. Арья с ужасом отметила, что грязь и копоть уже покрывают его одежду и кожу и, несомненно, проникли в кровь. Осторожно, стараясь не задеть рану и древко стрелы, она потянула рубашку за разрыв ткани. Ткань легко поддалась, обнажая его кожу и подставляя ее под приятное тело пара. Арья снова обошла его, улыбнувшись: — Полагаю, это не худшая идея… тебе так или иначе стоит помыться. Джендри тихонько усмехнулся, его глаза были почти закрыты, пока он стоял, слегка покачиваясь в такт ее движениям. Он быстро слабел, но, к сожалению, Арья знала, как разбудить его в одно мгновение. Она быстро расправилась с рукавом его рубашки и осмотрела стрелу, торчащую из его руки. Перед отъездом из Харренхолла они успели отломить у нее головку, чтобы он не порезался об ее острие, когда они ехали верхом. Арья замечала, как его рука, болтаясь, касается раны на боку, что, несомненно, причиняло ему боль. Вторая стрела представляла собой более серьезную проблему, и, хотя лучше было бы начать с нее, она позволила себе немного трусости и обхватила пальцами его сильную, покрытую потом руку. — Это будет… нет смысла лгать. — Девушка потянула изо всех сил, стараясь сохранить угол, под которым стрела пронзила его кожу и мышцы. Глаза Джендри широко раскрылись, и, когда стрела выскользнула из его руки, его повело к ней всем телом, принц схватил руку девушки в свою и сжал так сильно, что Арья подумала, что та может сломаться. Когда он осознал, что происходит, то отпустил ее, хотя дыхание его было неровным и учащенным, и он обильно потел. Арья положила руку ему на грудь, все еще покрытую сажей из кузницы, словно это была какая-то броня. — Спокойный, как вода, — прошептал Старк словно молитву, — тебе нужно дышать медленнее. — Из раны уже сочилась кровь, но она была рада, что та не бьет из него ключом. Когда его дыхание немного успокоилось, она оторвала полоску ткани от своей туники, более чистой, чем его, но ненамного, и плотно обмотала ею его руку. Она осмотрела его живот, рассеянно бегая пальцами по мышцам, что, казалось, немного успокоило его дыхание, и не обнаружила никаких признаков выходной раны. Достав из кармана наконечник стрелы, который Бриенна отщепила от древка, она измерила вдоль его спины расстояние, на которое вошла вторая стрела. Вокруг раны было так много крови, засохшей и покрытой коркой пота и грязи, что Арья на мгновение запаниковала, правильно ли они поступили, проехав так далеко и так долго, чтобы хоть немного обезопаситься, вместо того чтобы спрятаться в лесу за Харренхоллом и затаиться на несколько дней. Она выбросила эти мысли из головы: что сделано, то сделано, — и сосредоточилась на поставленной задаче. — Я не смогу вытащить стрелу быстро без риска отломить острие, — она снова повернулась к нему лицом. — Ты будешь кричать, когда я потяну? Джендри тяжело дышал через нос, уже не зная, какая рана причиняет ему наибольшую боль. Он посмотрел на Арью — она смотрела на него, такая спокойная и уверенная, что это произвело на него впечатление. Он потянулся за туникой, которую она бросила на лесную подстилку, и скомкал ее в руке, а затем засунул в рот, чтобы заглушить все звуки, которые он мог бы издать. Когда все было готово, он кивнул, чтобы она продолжала. Она осторожно положила одну руку ему на спину, а другой обхватила древко стрелы. Тут до нее дошло, что она понятия не имеет, что делает. Всю свою жизнь она видела, как мейстеры лечат бытовые раны — в Винтерфелле, на дороге, в Красном замке, а также ожоги и царапины на кухнях Харренхолла, но никогда — раны, полученные в битве или в поединке. Арья на мгновение прислонилась лбом к спине Джендри и почувствовала, как он слегка напрягся от этого прикосновения. С ее губ слетела едва слышная молитва старым богам, а затем она возобновила работу, медленно извлекая стрелу и не обращая внимания на приглушенные стоны и крики друга. Это заняло слишком много времени, и она не испытывала никакого удовольствия от того, что ей приходилось действовать так медленно, только знала, что каждый раз, когда она ускорялась, кровь покидала его тело еще быстрее. Она видела, как то и дело напрягаются мышцы его шеи и плеч, и тогда она ускорялась, и кровь приливала к телу, а мышцы напрягались. Не было способа сделать это, не причиняя ему адской боли, но и выбора у нее также не было. Возможно, ей следовало вернуться и попросить помощи у кого-нибудь из их спутников. Бриенна могла быть хотя бы более осведомленной, хотя и слишком слабой и уставшей, чтобы что-то сделать, а в Джейме она все еще сомневалась. Ей не верилось, что он вообще на что-то годен. Единственным человеком, которому она действительно доверяла, был Джендри, а от него, конечно, нельзя было ожидать помощи в вытаскивании стрелы из его же спины. Она чувствовала себя по-настоящему одинокой, даже когда он стоял перед ней. Из ее глаз покатились слезы, и, не подавая виду, она позволила им тихо падать по щекам. Единственным звуком вокруг была журчащая вода, сопровождаемая болезненными стонами Джендри и случайными приглушенными криками. Наконец она увидела острие стрелы и с облегчением вздохнула, вынув остатки из его спины и зажав их в кулаке: — Готово. — Арья позволила себе отдышаться, прежде чем бросить окровавленную стрелу на землю и оторвать еще один кусок туники, чтобы впитать кровь. — Как ты себя чувствуешь? Когда она обошла его, Джендри увидел на ее лице следы слез. — Уже лучше, — солгал он, но напряженность его голоса не дала скрыть правду. Он сжал в руке остатки своей туники. — Может быть, если мы прополощем ее в воде, то сможем перевязать ею раны? — Я думаю, она слишком грязная. Но у меня есть решение, не волнуйся, — Арья стянула с себя рваную тунику, отчего глаза Джендри расширились, а по шее поползли красные пятна. Он отвел глаза и услышал хихиканье Арьи. — Ты все еще стесняешься? Мы же спали в одной постели. — Арья, мы… — ему было неловко, — не в этом смысле… Настала очередь Арьи краснеть. Она притворилась, что это от жара пара. — Ладно, — проворчала она, не понимая, почему ее слегка раздражает настойчивость Джендри. Она зашла ему за спину и полезла под одежду, разворачивая ткань, которой она пользовалась последние пару месяцев, чтобы утягивать свою растущую грудь. Паранойя, что их вычислят из-за этого, до сих пор брала над ней верх. Она вернулась и показала ему: — Мы можем обмотать это вокруг твоего торса, а тем, что осталось от моей туники, перевязать твою руку. Твою, наверное, лучше закопать вместе с окровавленной стрелой или вообще сжечь, — Старк хихикнула. Джендри по-прежнему не смотрел на нее. Это раздражало ее еще больше. Потому что от пота путешествия и жара, поднимающегося от воды, ее рубашка стала совсем прозрачной, и все это выглядело очень неуместно. Он чувствовал ее гнев. Она указала пальцем на кромку воды: — Садись, — девушка оторвала второй рукав от своей туники, чтобы обмотать его руку, а оставшуюся ткань использовала, чтобы окунуть в источник и вытереть кровь, скопившуюся под полоской ткани. Джендри морщился, пока она, как могла, очищала рану. Они выжили в Харренхолле и сейчас находились на пути к ее дому, а помогали им два способных, хотя и ослабленных рыцаря. Возможно, Бриенна еще не была рыцарем, но он хотел бы сделать ее таковым после всего, что она сделала. Пока что они были свободны и в относительной безопасности. Но Джендри чувствовал лишь страдание, усталость и беспокойство там, где должны были быть счастье и облегчение. Арья внезапно стала женщиной, возможно, она была ею и в замке и как-то скрывала это. В Харренхолле он беспокоился, что слишком длинные волосы выдадут ее, или что лицо, в мгновение ока превратившееся из девичьего в женское, теперь будет выдавать ее с головой. К тому же у нее появились и изгибы. Она провела рукой по кромке раны на его руке, и он потянулся к ее ноге, обхватив ее бедро и крепко сжав его. — Прости, — прошептала она, опустив глаза на его руку. Он отпустил ее, и она устроилась поудобнее, обхватив его другой ногой, чтобы получить доступ к его спине. — Нам еще многое нужно обсудить, — сказал он, чувствуя ее тепло на своей остывающей коже. — То, что мы не стали обсуждать в Харренхолле. — Хочешь поговорить об этом сейчас? — спросила она, вытирая пальцами кровь с раны. — Это отвлечет меня от боли, — заметил принц. Рука, обхватывавшая ее колено, теперь держалась за край берега. — Хорошо… с чего начнем? — Как ты себя чувствуешь? — Устала, — ответила девушка, понимая, о чем он на самом деле спрашивает, но не желая начинать этот разговор сейчас. — Нам придется снова обрезать мои волосы. — Не думаю, что сейчас это что-то изменит, — ответил он. — С этого момента тебе придется быть девочкой. Может притвориться моей сестрой. — Сестрой? — повторила она, в равной степени обиженная и раздраженная. Она наклонилась вбок, чтобы посмотреть ему в глаза. — А ты хотела быть кем-то другим? — спросил он, почти поддразнивая. — Как будто кто-то в это поверит, — проворчала Старк, теребя руками окровавленную полоску ткани. Впрочем, поверить в то, что они брат и сестра, путешествующие в поисках работы, было довольно легко. Темные волосы, бледно-голубые и серые глаза — вряд ли кто-то обратит на них особое внимание, скорее, посмотрит лишь беглым взглядом. — Притвориться родственниками безопаснее, чем когда на Север за лучшей жизнью идут два ничем не связанных друг с другом человека. — А как же Бриенна и Джейме? Твой дядя — один из самых узнаваемых людей в королевстве. Они станут нашими родителями? Нашими странными светловолосыми родителями? Джендри слегка улыбнулся, как самой идее, так и возмущению Арьи. — Почему тебя это так беспокоит? — Снимай бриджи и лезь в воду, — закатила глаза Арья и прошла мимо него, ничего не ответив. — Я оставлю ваше величество в покое. Джендри смотрел, как она ехидничает, и поджимал губы, чтобы подавить смех. Сделав то, что ему было велено, он выскользнул из одежды и сложил ее у воды. Вода была теплой, приятно обволакивая его холодную кожу, обжигая уставшие мышцы и пощипывая раны. Он зашипел, но вскоре расслабился в воде: на него нахлынуло чувство умиротворения, а может, просто усталость от долгой ночи… утра. Он не мог вспомнить, когда в последний раз полноценно спал. На его губах появилась улыбка: это было с Арьей в кузнице, после того как они поцеловались. — Можешь повернуться, — позвал Джендри. Она пробормотала что-то, чего он не расслышал, и замерла. Ее рука легла на пояс ее бриджей, а глаза Джендри устремились на полог деревьев. — Седьмое пекло, Арья, — пробормотал он смущенно. — Я чуть руки себе не оторвала, когда держала веревку, по которой вы с Бриенной выбрались из ямы. Мне это нужно почти так же, как и тебе. Джендри услышал, как она вошла в воду, и посмотрел на нее только тогда, когда краем глаза увидел, что она полностью погрузилась в воду. Она расслаблено дремала на противоположном конце источника. На ее губах играла довольная улыбка. Джендри знал, что может стереть ее в одно мгновение, сказав всего несколько простых слов. — Нам еще есть что обсудить. — М-м-м… — Арья расслаблялась в воде, закрыв глаза. Она выглядела такой красивой, умиротворенной. И от этого план Джендри все испортить становился еще привлекательнее: — Например, тот поцелуй. Должно быть, она оступилась на илистом дне, и на мгновение ее голова исчезла под водой, а затем Арья всплыла, широко раскрыв глаза и слегка покашливая. — Арья, ты в порядке? — спросил Джендри. В его голосе звучало неподдельное беспокойство, он придвинулся ближе, на случай если ей понадобится помощь. — Я в порядке, просто поскользнулась… — пробормотала она. Ее щеки покраснели, а голос дрожал. Но Арья Старк никогда не отступала перед вызовом. Хотя она и не смотрела ему в глаза, но говорила твердо: — А что тут обсуждать? Он ухмыльнулся: — Это было… Ее мысли остановились, хотя между его словами и улыбкой на его лице прошла всего секунда, и она подумала о том, какая это была ошибка, которую она никогда не повторит, о том, как это было нелепо, плохо и… — Приятно, — признался Джендри тихо, как будто он раскрывал секрет, который они разделили, но не потому, что ему было стыдно, а потому, что он был предназначен только для них. Улыбка грозилась завладеть ее губами, и Арья проклинала себя за это. Когда она успела стать той, кто трепещет сердцем из-за мальчишки? Но она удержалась от сравнений с Сансой — Сансой, которую, возможно, навсегда потеряла в Королевской гавани. Сансой, которая поставила Арью на первое место и пыталась защитить ее, несмотря на то, что это причиняло ей боль. Санса, которая в её представлении все еще находилась в Красном замке, глядя на обезглавленное тело их отца. На мгновение она позволила себе подумать о Джендри, по-настоящему, а не заслоняясь болью от желания оказаться дома или потери последней семьи. Почему она поцеловала его в ту ночь? Джендри был самоотвержен. Перед лицом всего, что он потерял, на первом месте для него была она. Не собственное благополучие, не семья, даже не Железный трон. Еще до того, как они покинули Королевскую Гавань, он был готов жениться на Сансе, чтобы выполнить соглашение их родителей, хотя он не любил Сансу, он любил… ее. Он хотел, чтобы она была счастлива. Он бы отправил ее на Север и позволил бы ей остаться там навсегда. Джендри был нежен с ней, хотя она могла сравниться с ним в физической схватке, он никогда не принижал ее эмоций и не заставлял ее говорить правду, к которой она не была готова. Он давал ей время и пространство, неделями в столице и месяцами на Королевском тракте. Он был терпелив. Джендри был силен духом и телом. Ее взгляд на мгновение переместился на его руку, прослеживая линии мышц, которые месяцами работали в кузнице Харренхолла. Она нашла рану от стрелы на его руке и с удовлетворением отметила, что она стала намного чище, а кровь значительно замедлилась. — Это было приятно, — мягко согласилась Старк. Он хотел затронуть эту тему, чтобы подшутить над ней, но она, как всегда, обыграла его. — Никогда не думал, что с нами может произойти что-то подобное, — Джендри сказал это низким и глубоким голосом. Его мозг работал на чистом изнеможении, и он был уверен, что вскоре из него выльется еще больше признаний. — Я тоже, — призналась Арья. Ее глаза не отрывались от воды, а плечи едва выступали над поверхностью. Ее руки скользили по воде, ощущая легкие волны, создаваемые ее движениями. — Какое-то время я притворялась, что это невозможно. Я думала, что не могу хотеть ничего подобного. Что это не для меня. — А теперь? — осведомился Джендри. Вода мягко плескалась вокруг них, сбивая течением их ближе друг к другу. — А теперь, с тобой, я уже не так уверена. Замкнутое пространство родника не оставляло пространства. Обмениваясь нежными словами, они танцевали друг вокруг друга, все еще набираясь смелости и отказываясь от скромности, чтобы смотреть друг на друга дольше нескольких секунд, а не на деревья или воду. Джендри позволил себе взглянуть на то, как ее мокрые волосы липли к подбородку, шее и опускались до самой груди. Арья подплыла ближе и слегка прикусила губу, а ее взгляд заплясал от его груди к глазам и губам. — Я хочу попробовать еще раз. Он без слов кивнул, и его руки нашли ее плечи, когда она слегка приподнялась из теплой воды, и ее губы нашли его губы. Между ними оставалась вода, и Джендри заставлял себя сохранять эту преграду, чувствуя, как ее течение маленькими волнами разбивается между их телами. Ладонь Арьи нашла его руки, скользнув к плечам. Кончиками пальцев она провела по раненому месту на его руке, и он зашипел и рефлекторно слегка прикусил нижнюю губу. Арья задохнулась и услышала стон, вырвавшийся из ее горла. Она слегка отдалилась: — Прости, — прошептала девушка, кончиками пальцев обхватив его шею и притянув к себе. — Не извиняйся… — Джендри застонал, не обращая внимания на приличия, и обхватил ее за талию, притягивая к себе. Его губы жадно целовали ее, не желая разлучаться ни на секунду. Ее руки запутались в его волосы, и он облегченно застонал, когда она их потянула. Кожа ее груди была теплой и влажной, когда она прижималась к нему. Ее ноги переплелись с его ногами под водой, и он почувствовал, как тело Арьи напряглось от удивления, а затем прильнуло к нему. Ее губы прильнули к его губам, а язык нежно проник в рот, углубляя поцелуй. Джендри чувствовал, как начал возбуждаться, желая большего, но понимал, что им следует остановиться. Кончики его пальцев прижались к ее спине, и мышцы спины вздулись, словно огонь и кровь вспыхнули под кожей. Он застонал от боли, и Арья отшатнулась от него, а в ее глазах смешались беспокойство и вожделение. Она не знала, что на нее нашло. Еще в кузнице, когда они поцеловались, она была так не уверена, но теперь, когда позади остался один из многих боев, неуверенность больше не казалась ей причиной сдерживаться, а наоборот, заставляла идти вперед. Единственная уверенность, которую она начала ощущать, заключалась в том, что Джендри был и будет рядом. На мгновение или два она могла позволить себе исследовать это в безопасности их собственного маленького мира здесь, в лесу. — Ты в порядке? — Из раны на его спине сочилась свежая кровь. Она схватила кусок ткани у кромки воды и прижала к нему. — Ты будешь жить, — заявила она. Джендри почувствовал, как она нежным поцелуем прижалась к его лопатке, и выдохнул. Повернувшись к ней лицом, он приподнял пальцем ее подбородок и поцеловал в губы. Прежде чем он успел заговорить, она спросила: — Каков наш план? — О чем ты? — спросил Джендри. — Ты сказал Джейме, что у тебя нет плана, у тебя есть я. Так вот, план нам всё же нужен. — Арья, мы даже не знаем, что происходило в королевстве, пока мы были в пути, кроме той лжи, что услышали в Харренхолле. Мы отвезем тебя домой, а потом разработаем план с твоей семьей. — Джендри почувствовал панику, жалея, что так и не придумал что-нибудь блестящее, что-то, что могло бы успокоить ее, но он был так же растерян, как и она. — Винтерфелл — самое безопасное место, куда я могу отправиться. Больше я ничего не знаю. — Но разве тебе не нужен Железный трон? Ты же законный наследник. — Я, может, и сын короля, но все равно бастард. — Он ухмыльнулся: — Я не хочу, чтобы на троне сидела Серсея Ланнистер, но… это уже другой разговор, не сейчас. — Я думала, мы поговорим сейчас, — сказала Арья с ноткой вызова в голосе. Он вздохнул и уставился на звезды, едва видимые сквозь деревья. — Если бы ты спросила меня несколько месяцев назад, я бы сказал тебе, что женюсь на Сансе и отправлю тебя домой. А сейчас… это уже не тот мир, Арья. Это совершенно другой мир. К концу нашего путешествия, возможно, не останется никакого Железного трона, который можно было бы вернуть. И даже если он и будет, кто сказал, что народ захочет видеть на нем меня? — Не будь глупцом. Ты был бы королем, которого они ждали, на которого они надеялись. Джендри улыбнулся ее вере в него, но корона оставила горький привкус во рту задолго до того, как они покинули Столицу. Арья почувствовала его неуверенность и посчитала, что бесполезно ее подавлять: — А если нет, ты можешь остаться в Винтерфелле и даже работать в кузнице, если захочешь. Джендри рассмеялся: — Что? Твой брат-лорд хочет, чтобы я остался? Арья насмешливо ответила: — Я бы устроила тебя кузнецом в замке. — Она подплыла к кромке воды и поставила локти на сушу. — Или мы можем просто остаться здесь. Жить в лесу, охотиться и собирать ягоды, спать на деревьях и плавать в источниках. Никто нас не потревожит и не найдет. Никаких тронов, корон и титулов. Джендри знал, что она рассматривала этот вариант всерьез, но на мгновение мысль об этом показалась ему такой приятной. И так будет день, или два, или неделю, пока Арья не начнет беспокоиться, думать о братьях, о доме, о сестре. Пока все, что она любила, не потянет ее назад. Он посмотрел на нее, и они оба улыбнулись. — Нам стоит вернуться. И, возможно, отправить сюда Бриенну и Джейме, чтобы они тоже отдохнули. — Здесь очень мило, не так ли? — Она улыбнулась. — Ты обязан будет искупаться в источниках Винтерфелла, когда мы туда приедем. Джендри кивнул: — Может быть, и искупаюсь. Если только ты присоединишься ко мне. Арья задумалась. — Может быть, и присоединюсь, — с этими словами она вылезла из воды, а Джендри снова опустил глаза, глядя на свои руки и думая о том, как всего несколько минут назад он касался ее обнаженной кожи.***
Вода все еще стекала с их волос, когда они вернулись в лагерь. На Джендри не было рубашки, а Арья обнимала себя, прикрывая руками маленькую грудь, которая виднелась под прилипшими к телу остатками ее туники, почти не защищавшей от прохлады ночного воздуха. Бриенна и Джейме сидели, прислонившись к стволу дерева, рядом с угасающими углями небольшого костра, который они развели, чтобы согреться. Оба, казалось, спали, а Бриенна даже слегка похрапывала. Арья и Джендри тихо переговаривались, время от времени смеясь, пока искали в лесу одежду, которую она разбросала ранее. — Я была расстроена, — оправдывалась Арья с улыбкой в голосе, шаря рукой по лесной подстилке, и будто бы случайно провела рукой по ноге Джендри, заставив его подпрыгнуть. — В следующий раз, когда ты расстроишься и станешь разбрасывать вещи, как ребенок, нужно будет собирать их обратно до темноты. Девушка рассмеялась. — Они здесь, — раздался голос. Джейме, проснувшись, сел чуть прямее и указал здоровой рукой на сумку, уже собранную и оставленную на подстилке, которую он постелил для Джендри у костра. — Спасибо. — Джендри подошел к костру. Он бросил меньшую из рубах Арье, которая тут же надела ее и вынула мокрые волосы, вытирая их насухо, и уставилась на Джейме Ланнистера. — Арья нашла горячий источник, вам с Бриенной не помешает искупаться перед отъездом. Джейме просто кивнул, без всякого жеманства, и добавил: — А сейчас лучше поспать. — После чего снова закрыл глаза. Джендри прилег отдохнуть и услышал, как Арья ворочается, пытаясь устроиться поудобнее. С наступлением холодов земля стала жесткой, а костер почти не давал тепла, но за все время их ночевок на Королевском тракте Арья ни разу не пожаловалась. Он сомневался, что в ее комнате в Харренхолле было теплее, чем здесь. Он все еще слышал ее ворчание и шуршание, затем она выругалась и затихла. Мгновение спустя Джендри услышал, как подстилку волочат по земле, и обнаружил ее рядом с собой. Арья улеглась напротив него и взяла его за руку, обвивая ее вокруг своей талии. От раны по всей руке стрельнула боль, но он промолчал, хотя не мог не улыбнуться, когда Арья наконец успокоилась. — Заткнись, — сказала она с укором. — Я ничего не говорил. — Ты громко думаешь. Джендри улыбнулся, притягивая ее ближе к своей груди, когда его глаза начали закрываться: — Пожалуй, ты права.
