Interludio: 10.000 scuse

-Быстрей, Гроттер! Ну же, давай! Физрук и по совместительству тренер сборной школы по баскетболу Александр Николаевич нещадно дул в огромный свисток. Таня, вся красная и мокрая, как угорелая носилась по спортзалу с баскетбольным мячом в руках. Влево, вправо, трехочковый… Голова шла кругом, тело нещадно ныло, ноги подкашивались. Белая майка успела промокнуть сто одиннадцать раз и противно липла к телу. Короткие шорты не спасали от ужасной жары. Казалось, что в кроссовках, по меньшей мере, проснулся вулкан Этна. Александр Николаевич критически смотрел на девушку и качал головой. Правда, иногда с его губ слетала наивысшая похвала – «стерва». -Ну что, Татьяна, можете собираться домой. На сегодня тренировка окончена, -мужчина снял свисток с шеи и зажал его в огромном кулаке. Девушка смогла лишь кивнуть в ответ. Кинув мяч физруку, Таня ссутулилась и поплелась в раздевалку. -Эй, Гроттер! –окликнул ее физрук. Девушка повернулась и увидела стремительно приближающийся мяч. Моментально сообразив, Таня перехватила его и закинула в корзину. -Стерва! –подмигнул Александр Николаевич, скрываясь в лаборантской. Стоя под душем, девушка смывала всю грязь, накопившуюся не только на теле, но и в душе. Боль, злость, обида – все смешалось в огромный клубок, который распутать мог лишь Он… Достав фен из рюкзака, девушка принялась рассматривать себя в зеркале. Копна рыжих волос, вздернутый носик, по-детски пухлые щеки, зеленые глаза. Когда-то они светились счастьем и любовью, теперь же стали холодными, просто ледяными. Они не отражали абсолютно никаких эмоций. -Ну и что мне с ними делать? –простонала Таня, смотря на вьющиеся копну волос. Вдруг дверь распахнулась, и раздевалку ввалилась группа девиц в облегающем трико и майках. Все как на подбор блондинки. -Эй, чумная, забирай свое подобие сумки и проваливай! –Зализина двумя пальцами взяла рюкзак и кинула его в сторону Тани. Та нагнулась и быстро сложила вещи. -Давай, кошка драная, поживее! –верная прилипала Пенелопа Дурнева (а еще люди думают, что говорящие фамилии – редкость!) тряхнула нарощенными волосами и поместила свой целлюлитный зад на скамейку. Таня быстро накинула толстовку и выскользнула за пределы террариума. Захлопывая дверь, она услышала: -Эй, кто-нибудь проветрите помещение, а то эта бомжиха дурно пахнет! Быстро справившись с замком на куртке, Таня начала на ходу натягивать шапку на еще влажные волосы, как вдруг нечаянно на кого-то налетела. -Ой… -девушка подняла глаза и увидела… Глеба. Тот с невозмутимым видом достал наушник из уха и сладеньким голоском произнес: -О, Гротти… Давненько я тебя здесь жду… -Чего? –фыркнула Таня, пытаясь обойти брюнета, но тот не давал ей прохода. -Я говорю, со мной пошли, -крепко ухватившись за запястье девушки, Глеб отбуксировал Таню к кабинету химии. Та сопротивлялась, но было бесполезно. Резким движением парень закинул девушку в кабинет и закрыл дверь на ключ. Таня упала на пол, немного вывихнув руку. -Глеб, ты чего? –с широко раскрытыми от ужаса глазами спросила она Бейбарсова. Тот со злобной ухмылкой начал расстегивать дорогущие джинсы. -Того. Ты единственная, кого я не имел в этой школе, -прорычал он, давая девушке пощечину. Слезы брызнули из глаз Тани. Она попыталась встать, но удар по ноге заставил ее вновь рухнуть на паркет. Глеб скинул футболку, обнажая все свои кубики и мышцы. Он был наделен хорошей фигурой от природы, к тому же часами пропадал в тренажерном зале. -Глеб, пусти меня! –охрипшим голосом взмолилась Таня, отползая к учительскому столу. Парень расхохотался и опустился рядом со своей жертвой. -Может, тебе еще конфеток со свечами принести? А? –и с этими словами Бейбарсов впился злым поцелуем в губы девушки. Таня зарыдала. Она сопротивлялась, кричала, била парня кулаками, но все было бесполезно. Руки Глеба уже нашарили застежку кружевного бюстгальтера. Голова девушки кружилась от безысходности. Казалось, еще мгновение – и она не выдержит этой пытки, просто умрет от стыда и отчаяния… -Кто там? Откройте! –внезапный стук в дверь прервал насилие над бедной девушкой. Со словами «пикнешь – убью» Бейбарсов направился к двери. -Помогите, пожалуйста! –прокричала Таня, размазывая слезы по лицу и судорожно всхлипывая. Глеб повернулся к девушке и показал ей огромный кулак. -Откройте, или я выломаю дверь! –похоже, по ту сторону двери стоял охранник, Игорь Петрович. Глеб, натянув улыбочку, пошарил в карманах, и вскоре дверь тихонько скрипнула. Таня, подобрав свой рюкзак, пулей выскочила из кабинета. В висках стучало, сердце колотилось словно сумасшедшее. -Отлично! –Таня встала на крыльце школы, вдыхая холодный зимний воздух. Тут же ветер бросил пригоршню снега в лицо девушке. Та моргнула, прогоняя слезы и, завязав полосатый шарф, приняла вызов стихии. Пробежка по двадцатиградусному морозу вкупе с метелью никому не мешала! «Я чувствую себя отвратительно. Более чем уверена, что завтра в школе все будут знать о моих «приключениях». Бейбарсов, ты такой урод, но… Такой любимый! Да, я сумасшедшая, я люблю тебя даже после этого унижения, я не могу жить без тебя. Но в душе у меня огромная рана, из которой сочится кровь. Теперь я на своей шкуре испытала, что такое – любить и ненавидеть. Но я не сдамся. Не думай. Я буду сильной. Назло всем. И, что самое главное – назло ТЕБЕ».