Милый хиромант

      Один из законов жизни гласит: что бы ты ни сделал, за все приходится рано или поздно платить, и это неизбежно. Всем известен этот закон, но мало кто задумывается о последствиях, когда в приоритете собственные желания, которые порой противоречат действительности. В природе людей изворачиваться, выдумывать разные изощренные планы в угоду себе, а после пытаться разобрать огромный ком последствий, который так и норовит раздавить тебя. Все это происходит по одной понятной причине: из-за страха перед ожиданием. Люди не любят ничего ждать, а предпочитают получать все здесь и сейчас, и из-за этого часто бросаются наперекор жизни и разуму, и отказываются дожидаться момента, заранее предопределенного им судьбой, считая, что в ожидании нет смысла.       Но даже это можно понять, так как ожидание чего-либо действительно волнует и пугает, ведь человеческий опыт основывается на том, что ожидание редко совпадает с действительностью. По крайней мере, именно такой видят ситуацию большинство, предпочитая обижаться на несправедливую судьбу, даже не попытавшись проанализировать то, что с ними произошло и почему. Человеку так не нравится признавать свою вину в чем-либо, что ему намного проще переложить ответственность на кого-нибудь или что-нибудь другое. Виноватыми могут оказаться другие люди, Бог, Дьявол, природа, да сама жизнь, в конце концов, но только не ты. Человек любит делать из себя жертву всего, что бы с ним не произошло, пытаясь тем самым оправдать собственные неудачи. Но что такое по своей сути неудача? Существуют ли вообще такие понятия, как «удача» и «неудача»? Разве вина во всех происшествиях лежит на какой-то неведомой силе, а не на самом человеке?       Определенная категория людей, которые в той или иной степени достигли просветления ума, убедились на своем опыте и точно знают, что вина во всем, что происходит с человеком, лежит на самом человеке и не иначе. Люди сами притягивают благоприятные или неблагоприятные ситуации своими мыслями, желаниями, словами и поступками, и судьбоносный рок здесь не причем. Такое понятие, как «судьба» слишком исковеркано слабыми и трусливыми людьми, которые дали ему описание, как некому неудержимому явлению, над которым никто не властен. На самом же деле каждый человек сам делает свою судьбу, или на простом языке: пишет сценарий своей жизни. Сама жизнь находится в полном подчинении у человека, и даже те моменты, которые кажутся случайностью, совсем не случайны по своей природе, а притянуты самим же человеком.       Андо Каяо часто думала над этим в последнее время. По крайней мере намного чаще, чем до знакомства с Шигараки Томурой. Раньше девушка могла бы с иронией сказать, что судьба очень любит играть с ней в разные игры и проверять ее на прочность, но с каждым днем, что она проводила в компании этого человека, Хиромант все ближе начинала приходить к тому, что не в судьбе дело. Ей изначально показалось странным то, что она приняла Томуру за ее покойного брата, хотя ранее с ней такого не происходило. Хотя сам силуэт действительно походил на Андо Кео, но на самом деле внешне Шигараки и Кео не были так уж похожи, даже своим цветом волос, что является очевидным фактом. Невозможно спутать брюнета с блондином, но в тот момент Каяо словно не заметила этой весомой разницы. Что это было: помутнение рассудка или предзнаменование? Но девушка восприняла это видение за второе, и именно по этой причине осталась в «Альянсе Злодеев».       В попытках найти ответы на свои вопросы, Каяо случайно (а может и не совсем случайно) наткнулась на чей-то тихий голос в своей голове, который та преждевременно приняла за признак помешательства, хотя позже все-таки убедилась в том, что это всего лишь голос ее разума, который она почти всю жизнь игнорировала. Из-за особенностей ее причуды, которая вынуждает Хироманта «читать» другие жизни и переживать чужие эмоции как свои, она в одно время перестала понимать, где ее мысли, а где мысли посторонних людей, и, похоже, ее внутреннему «Я» это совсем не понравилось, раз его голос стал настолько отчетливым.       Впервые Каяо начала прислушиваться к самой себе спустя несколько месяцев пребывания в психиатрической клинике, куда ее определили по решению суда. Ей выпала возможность пребывать в глубоком одиночестве столько времени, что здесь хочешь или нет, но начнешь разговаривать с собой. Многие сочтут это за психическое отклонение, вызванное асоциальным образом жизни, и найдут множество доказательств, подтверждающих это, но истина заключается лишь в том, что возможность побыть с собой наедине очень помогла Хироманту разобраться в себе и расставить все по полочкам в своей голове и в душе. Именно поэтому Каяо даже с некой благодарностью вспоминала свой опыт в роли пациентки психбольницы, и даже была благодарна жизни за то, что ей впервые удалось по-настоящему понять себя.       У Каяо всегда было много вопросов к самой себе и к жизни, но ответы были все это время в открытом доступе, и ей нужно было всего лишь стать более внимательной и прислушиваться к своим чувствам. Некоторое время девушка не до конца понимала, что она делает рядом с таким человеком, как Томура Шигараки, но наблюдая за собой и за ним, Хиромант остановилась на том, что она сама притянула его в свою жизнь. Каяо крайне тяжело переживала смерть брата потому, что он был и является по сей день самым близким ее сердцу человеком, которого та безмерно любила всю свою жизнь. Потеряв Кео, девушка тут же ощутила внутри безграничную пустоту, которую нечем было заполнить, чтобы вновь ощущать себя целостной. Она пыталась найти новый источник любви в разных людях, которые попадались ей на пути, но никто из них не смог заменить ей покойного брата и тоска по нему становилась только сильней.       В психиатрической клинике в те моменты, когда Каяо позволяли вступать в контакт с другими пациентами или персоналом, она вдыхала это общение, словно воздух, которого ей всегда было мало. Девушка, буквально, погибала без других людей, так как они помогали ей забыть хотя бы на время о своей утрате. Пытаясь как-то заглушить чувство вины перед Кео, Каяо ощутила тягу заботиться обо всех вокруг, что действительно очень помогло ей окончательно не сойти с ума. Девушка и раньше отличалась добродушием и мягкостью по отношению к другим людям, но она никогда не занималась самопожертвованием, не считая собственной семьи. Когда Каяо сбежала из дома, она больше зациклилась на себе и на своей жизни, пытаясь отыскать свое место в этом мире, но смерть Андо Кео многое изменило в ней.       Причина, по которой Хиромант так сильно привязалась к Шигараки Томуре, казалась даже ей самой не совсем ясной первое время, но когда парень перебрался жить к ней, она многое смогла расставить по своим местам. Рядом с ним девушка ощутила удивительную целостность, словно Томура дополняет ее жизнь и придает ей особенный смысл. Заботиться об этом человеке – стало ее первостепенным делом, поводом просыпаться по утрам и что-либо делать. Шигараки даже не догадывается о том, какую значимую роль он играет в жизни Хироманта, но она и не пытается донести ему все это, а просто продолжает делать то, что считает необходимым. Хотя молодой злодей часто задается вопросом, почему та взялась его опекать, но сам он настолько привык к ее обществу, что уже и дня не может представить без девушки. Со стороны кажется, что Томура и Каяо – два разных человека, которые каким-то чудом уживаются вместе, но на самом деле только эти двое знают, насколько они нуждаются друг в друге. И хотя ни Томура, ни Каяо открыто в этом не признались, но внутри они давно смирились с тем, что не могут жить порознь.       В те моменты, когда по каким-то причинам парень и девушка находятся не вместе, и уж тем более живут раздельно, они чувствуют себя неполноценными и растерянными, и пребывают в каком-то смятении. Даже если они злятся друг на друга, даже если мысленно им хочется друг друга поубивать, но это космическое притяжение не угасает, а становится еще более сильным. Для Шигараки подобное было впервые, поэтому он мучился куда сильнее, чем Каяо, которая уже давно признала свою зависимость от него и смирилась с этим. Единственным человеком, к которому злодей был привязан всю свою жизнь, является его учитель, но эта привязанность совсем не похожа на то, что он испытывает в отношении Хироманта. Возможно, здесь немаловажную роль играет тот факт, что она привлекательная девушка, а Томура все-таки, какой-никакой, но мужчина, и по этой причине тот и испытывает такое безудержное влечение к ней, но он уже осознал, что дело здесь не только в сексе. Хотя он давно смирился с тем, что вожделеет Андо Каяо, но большую роль здесь играет эмоциональная привязанность, и по этой причине она остается одним из тех редких людей в его жизни, кого он, похоже, никогда не решится убить, как бы он этого иногда не хотел.       Часто решением всех проблем Шигараки являлось как раз-таки убийство, ведь как говорят: «Нет человека – нет проблем», но с Хиромантом все действительно иначе. Без нее он чувствует себя гораздо хуже, чем с ней, и эта двойственность сводит парня с ума. Он не может быть с ней, но и не может без нее – что делать в таком случае? Томура растерян, зол и подавлен, и в большей степени из-за этого не может успокоиться, то и дело пытаясь как-нибудь больно уколоть Каяо, чтобы не только ему было плохо. Жить с ней в мире у злодея не получается по причине своего нелегкого характера и отказа смириться с неизбежным, поэтому отношения между этими двумя – это нескончаемое поле битвы, где Хиромант то капитулирует, то наступает в ответ. Но придут ли они когда-нибудь к соглашению? Это остается загадкой даже для них самих, но Каяо изо всех сил пытается достичь мира, пока Томура ведет войну в большей степени с самим собой.       Самым лучшим периодом в отношениях с лидером альянса девушка считает первые несколько дней после каждого конфликта, ведь в такое время Томура находится в более умиротворенном, пассивном состоянии, словно набираясь сил для следующей атаки. Именно в момент перемирия парень становится более разговорчивым, уступчивым и даже внимательным по отношению к сожительнице, а так же реже цепляется за всякие мелочи и сносит многие колкости и шутки Каяо в его сторону. Но на этот раз, после длительного отсутствия Хироманта дома и ее вынужденного (или не совсем) возвращения, Томура оправлялся более трудно, ведь его опрометчивый поступок стоил ему хорошего самочувствия. Хотя морально злодей и был удовлетворен, но его состояние здоровья оставляет желать лучшего. Пусть тот не нашел лучшего решения, чем набить себя вкусными вредностями и надавить Хироманту на жалость, но даже мучаясь с тошнотой, головокружением и общим недомоганием всего организма, Томура не жалел о содеянном.       Парню не нравится ощущение беспомощности, но когда возле тебя вьется объект твоей страсти, всячески угождает, холит и лелеет, то можно смириться с любыми обстоятельствами, как тот считает. Стоило Томуре слечь с температурой и тошнотой, как былые разногласия и обиды ушли на второй план, и Каяо посвятила почти все свое время на выхаживание своего лидера даже притом, что она давно заметила некую симуляцию в его поведении. Девушка не отрицала тот факт, что ему действительно плохо и это было весьма заметно, но Томура, по ее мнению, не слишком хороший актер и притворство было видно невооруженным глазом. Похоже, Шигараки боялся, что Хиромант снова куда-нибудь уйдет и оставит его одного, поэтому изображал из себя едва не умирающего, постоянно жаловался и громко вздыхал, что его «страдания» были слышны даже на другом конце квартиры. Каяо лишь закатывала глаза и тихо насмехалась, но ничего не говорила по этому поводу. Девушка понимала, что Томура просто очень нуждается в ней, а сказать об этом не может, поэтому и разыгрывает спектакль, пусть и не совсем умело.       В связи с не очень хорошим самочувствием лидера, Каяо была направлена решить кое-какие вопросы альянса вместе с Курогири, ведь эти двое единственные, кому Томура более-менее доверяет. Девушка не совсем понимает, почему Шигараки скрывает свою болезнь даже от своего постоянного напарника, ведь Курогири тот человек, который всегда в курсе всех событий, но раз он сам не изъявил такое желание, то девушка решила не раскрывать причины, по которым лидер взял несколько выходных. И все то время, что Каяо отсутствовала дома, Томура изводил ее глупыми и жалобными сообщениями, на которое она вскоре и вовсе перестала реагировать.       Благодаря тому, что Хиромант имеет автомобиль, а Курогири способность перемещаться за долю секунды из одного места в другое, они вместе и по отдельности смогли за день успеть множество дел, после чего вернулись в бар, посчитав, что заслужили немного отдыха и по легкому коктейлю. Курогири с радостью приготовил напитки для себя и для Каяо с ее спутницей Футарой, которая следует роли некой помощницы для Хироманта. Она часто берет Футару с собой на разные задания и на свои личные дела, и Каяо не представляет, как она раньше со всем управлялась сама. В казино Сенши была просто незаменимым напарником, который оказывал помощь Хироманту в исполнении замысловатых авантюр.       Каяо, в отличие от Футары, которая не может свой день представить без капли спиртного, отказалась от алкогольного коктейля, так как ей нужно вскоре вернуться к Шигараки, а с ним лучше оставаться в трезвом уме. Курогири специально для нее сделал безалкогольный «Мохито» - весьма освежающий напиток с приятным ароматом мяты и кислинкой лайма, который помог девушке расслабиться после жаркого трудового дня.       - Погода сегодня и правда как в Аду, - устало потянула Каяо, отбросив в сторону на столешницу свою кофту. Оставшись в одной майке, девушка прижала к разгоряченной шее холодный бокал с напитком и блаженно выдохнула. – О, черт возьми, я весь день мечтала об этом.       - Такое ощущение, что на улице градусов сорок, не меньше, - Футара, лениво развалившись на столешнице, сделала глоток из своего бокала, после чего уткнулась лбом в деревянную поверхность барной стойки. – Ки-иса, ну давай все-таки съездим на море. Брось ты своего подыхающего дистрофика.       - Кстати, - вдруг вспомнил Курогири, - Каяо, как там Шигараки Томура? Ничего серьезного?       - Он сходит с ума в одиночестве и требует, чтобы я немедленно вернулась, хотя он меня сам послал заниматься его делами, - усмехнулась девушка, потянув «Мохито» и прикрыв от удовольствия глаза. – М-м-м, чуток подождет еще. Я кайфую.       - И надо было этому идиоту травануться! – с явным недовольством выпалила Футара. – Нажраться конфет, набухаться в тапок – гениально! Теперь терроризирует мою кису!       - У лидера сложный возраст и период в жизни, - со снисходительностью заметил Курогири. – Он иногда и сам не понимает, что с ним происходит.       - Ему вообще-то уже давно не пятнадцать, а ведет себя, как ребенок! – возмутилась Сенши. – О боги, киса, как ты живешь с этим нытиком под одной крышей?! Лучше бы со мной жила!       - Он вредный, но не скажу, что с ним все уж очень плохо. Он тоже иногда бывает веселым. Иногда, - призадумалась Хиромант. – Ну, нечасто. Точнее очень редко. . . но бывает!       - Ему очень повезло, что ты у него есть, Каяо, - решил поддержать девушку человек-туман. – С тобой он совсем другой человек. Мастер считает также.       - Мастер? Учитель Томуры?       - Да, - кивнул тот. – Мастер считает, что общение с тобой помогает его личности развиваться.       - Кстати, - перебила их диалог Футара, щелкнув пальцами. – А почему мы никогда не видели вашего этого «мастера»? Он вообще существует? Или его имеют право видеть и слышать только избранные?       - Да, ты права, - Каяо пожала плечами и вопросительно уставилась на Курогири. – Томура упоминает этого человека с таким уважением и радостью, и я вроде бы замечала, что он иногда разговаривает с ним по телефону или по видеосвязи, но только через наушники. Правда самого «мастера» я никогда не видела и даже не слышала его голос. Он так серьезно шифруется? Зачем? Иногда Томура даже выходит из квартиры или просит меня выйти из комнаты, словно боясь, что я увижу или услышу что-то.       - Все довольно непросто, Каяо, - но только мужчина начал подбирать слова, как вдруг его отвлек телефонный звонок, из-за которого он заметно засуетился. Попросив прощения у девушек, он отвернулся от них и стал отвечать на разговор довольно тихим, почтительным тоном. Каяо поняла по поведению Курогири, что ему скорее всего позвонил тот самый человек, которого они только что упомянули в беседе, и она переглянулась с Футарой, на что та только пожала плечами. Но спустя минуту разговор по телефону был закончен и Курогири вновь удостоил девушек своим вниманием, но его взгляд был прикован больше в сторону Хироманта, из-за чего та с недоумением посмотрела на него. Сенши уж хотела было что-то спросить по этому поводу, но бармен ее опередил, обратившись непосредственно к ней: - Футара, не могла бы ты оставить Каяо одну?       - А зачем? – удивилась девушка, одарив мужчину хмурым взглядом.       - Мастер желает говорить с ней, но только наедине. Я тоже выйду.       - Со мной? – искренне удивилась Каяо, едва не поперхнувшись своим напитком. – Неожиданно.       - Но я тоже хочу послушать! Мне интересно! – запротестовала девушка, слегка пристукнув кулаком по столешнице.       - Он желает говорить с ней наедине, прости.       - Я не хочу оставлять мою кису одну! Мало ли что этот мутный тип задумал! – Футара резко вскочила на ноги и стала громко выражать свой протест, активно жестикулируя и махая руками во все стороны. – Если этот чел воспитал такого ужасного человека, как Шигараки, то хрен я буду ему доверять!       - Футара, успокойся, пожалуйста, - Каяо, поднявшись со стула, подошла к подруге и успокаивающе похлопала ту по плечу. – Это всего лишь разговор. Для меня это очень важно, поэтому, прошу, оставь меня.       Сенши никогда не могла устоять перед обаянием бездонных черных глаз Хироманта, но когда та начинает смотреть на нее подобно коту, выпрашивающему поесть, девушка становится совершенно безвольной. И в этот раз Футаре тоже пришлось отступить, так как она доверяет каждому слову Каяо и не смеет той перечить. И хотя она не хотела оставлять подругу одну в этом злополучном баре, но через силу Футара заставила себя выйти за порог в компании Курогири, который просто желал проследить за тем, чтобы она точно ушла, и Каяо осталась внутри в гордом одиночестве.       Хиромант чувствовала себя волнительно, так как неизвестность ее неслабо напрягала, но она послушно ждала, когда же с ней заговорят, не решаясь вернуться на свое место. На самом деле девушка давно хотела познакомиться с самым важным человеком в жизни Шигараки Томуры и понять, почему и отчего перед этим неизвестным «мастером» так трепещет Альянс Злодеев. Каяо знает совсем немного о нем и то со слов Томуры, Курогири и еще нескольких людей, но в преступных кругах его явно уважают.       К радости или не очень, но мастер не заставил себя долго ждать, и уже через несколько минут после того, как бар опустел, Каяо увидела, как загорелся экран, висевший на стене, и оттуда послышался спокойный, но немного хриплый мужской голос:       - Токийский Хиромант. Я давно хотел лично познакомиться с тобой.       Волнение в груди Каяо только усилилось, но она не подала даже виду, а лишь с недоумением уставилась на светящийся пустой экран, словно ожидая, что собеседник все-таки покажет свое лицо, но с ответом девушка запаздывать не стала и, учтиво поклонившись экрану, сказала: - Добрый день. Мне Томура столько рассказывал о вас, но мне было интересно увидеть вас лично. . . Ну, или услышать хотя бы.       - О, да. Он тоже много раз упоминал тебя в разговоре. Он даже нахваливал тебя, что вообще редко делает по отношению к кому или чему угодно, - послышалась легкая усмешка. – Томура охарактеризовал тебя как удивительно умную, способную и ответственную девушку, и мне стало интересно, кто же завладел его вниманием.       - Если честно, это весьма неожиданно, - Хиромант нервно усмехнулась и слегка склонила голову набок. – Но вообще, я очень рада знать, что вы не легенда альянса, а настоящий человек. Я здесь уже почти полгода, но вы никак себя не проявляли. По крайней мере, при мне.       - Моя задача в альянсе – следить за развитием Шигараки Томуры, чтобы однажды он смог занять мое место и стать достойным лидером. У меня нет нужды общаться со всеми, кто вступает в альянс или имеет к нему отношение, но это не значит, что я не слежу за этим. Я знаю о каждом человеке в окружении Томуры, но за последнее время слишком много внимания была удостоена определенная особа, и я подумал, что мне тоже следует познакомиться с этим человеком поближе. Твой вклад в дела альянса оказался слишком весомым, чтобы я смог это игнорировать, Андо Каяо. Я всегда уважал Курогири за его удивительную расчетливость и проницательность, и он вновь показал себя в лучшем свете, пригласив тебя к нам.       - Это довольно приятный комплимент с вашей стороны, - Каяо едва заметно кивнула в благодарность.       - Ты заслужила мою признательность своей преданностью Томуре и всей той трудной работой, которую ты на себя взвалила. Я знаю о тебе довольно много и имею представление о том, что ты за человек, Каяо. Ты борец за справедливость, который готов броситься в огонь и в воду, не боясь смерти, чтобы защитить свои идеалы. Хотя они не совсем совпадают с идеалами альянса, но мне это в тебе нравится. Ты умеешь манипулировать Томурой, делая вид, что подстраиваешься под него, но при этом все равно остаешься при своем. Немногие люди способны быть такими гибкими, как ты. Это настоящий талант.       - Вы меня слишком хорошо знаете, хотя лично со мной никогда не были знакомы, - Каяо было не слишком приятно все это слышать, но девушка предпочла не выдавать свои истинные чувства. – У вас хорошие информаторы.       - Да, вполне. Но ты сама заслужила такую репутацию. Тебя уважают, тобой даже некоторые восхищаются, а также у тебя много врагов, которые готовы глотки друг другу перегрызть за возможность тебя поймать. Ты перешла дорогу всем кланам якудза, которые только есть в Японии, и даже затронула несколько иностранных. Ты богаче многих бизнесменов и политиков, и при этом всем ты всего лишь миловидная девятнадцатилетняя девочка. Уже за это тебя стоит уважать.       - Я не горжусь всем тем, что вы перечислили сейчас, - уверенно заявила Каяо. – Я не стремилась к этому. Я всего лишь хваталась за моменты и возможности, чтобы выжить и доказать себе, на что я способна.       - Способна ты на многое, как показывает твой опыт, - и вновь в голосе мужчины проскользнула насмешка. – Но ты способна на еще большие свершения, если откажешься от своих слишком устарелых принципов. Ты так уважаешь право выбора, человеческую свободу и человеческую жизнь, что готова ради других отказаться от своего права существовать в этом мире, но при этом ты не стремишься стать героем в глазах других. Эта скромность является твоим украшением, но вести себя подобно герою глупо. Тебя не должны волновать чужие жизни, ведь каждый человек сам выбирает свой путь и только они виноваты в своих бедах. Нет смысла стремиться помочь всем и каждому, рисковать своей жизнью ради других, а стоит позаботиться о себе.       - Но вы же заботитесь о Томуре, а это уже противоречит вашим же словам.       - Томура – это, так сказать, мой «проект». Я бы не взялся опекать кого попало, если бы не видел в определенном человеке потенциал для развития своих идей, но в нем я увидел и стремление, и жажду, и страсть. Как только он достигнет нужного уровня, то станет лучшей версией меня. Я уже, к сожалению, не тот, кем был раньше, и как бы мне это не нравилось, но я признаю свою уязвимость. Я не могу уйти, пока не буду уверен, что мое место займет самый достойный, и именно такого человека я вижу в Шигараки Томуре. Точнее, в Шимуре Тенко, как ты уже знаешь.       - Кто такой на самом деле Шимура Тенко? – поинтересовалась Каяо, уже более уверенно уставившись на пустой экран. – Эта фамилия всплывает в памяти моего сознания, но я не могу понять, откуда и где я слышала ее.       - Это неудивительно, ведь ты наделена необычайно сильным даром, - в голосе мастера послышались нотки заинтересованности. – Сомния - способность проникать в чужое сознание, считывать информацию о человеке, используя его жизненную энергию, и даже умение контролировать тела других, вводя их сознание в некий транс.       - Верно.       - При правильном использовании эта причуда может дать фору любой причуде класса трансформации, например, и тебе при этом не нужно обладать никакими особыми физическими задатками и навыками. Работа с подсознанием очень сложна, верно, Каяо? Ты чувствуешь эти изменения в себе, эти последствия? – Каяо промолчала, но он счел это молчание за знак согласия. – Ты могла бы стать самым сильным психотерапевтом в истории, но используешь свою причуду совсем не в благородных целях. Хотя, если бы ты всецело отдалась альянсу и забыла про свои азартные игры, то ты могла бы стать свидетелем мирового переворота и быть может даже вошла бы в историю.       - Я родилась не для чего-то столь глобального, - усмехнулась девушка, слегка покачав головой. – Я просто живу так, как считаю нужным. Мне дорог Томура, поэтому я помогаю ему, хотя, откровенно говоря, мне не слишком нравится то, что вы пытаетесь с ним сделать. Не хочу вам нагрубить, ни в коем случае, но Томура. . . страдает.       - Оу, а тебе его жаль? – Каяо не понравился этот якобы невинный тон, и она даже слегка нахмурилась. – Ему необходимо пройти через все эти болезненные процессы, чтобы обрести настоящего себя. Страдания закаляют дух, делают тебя стойким и неустрашимым. Ты должна понимать это как нельзя лучше, ведь тебе тоже выпала нелегкая доля. Томура еще слишком молод и его легко сбить с пути, смутить его разум и навязать чужое мнение, поэтому я поступил великодушно, позволив ему видеть мир без прикрас. Таким, каков он есть.       - Мир многогранен. В нем есть и хорошее, и плохое, но Томура воспринимает все с негативной позиции. Его душа страдает, его тело страдает, и я пытаюсь немного облегчить ему все эти страдания, только и всего.       - Если тебе так этого хочется, я не стану тебя переубеждать или пытаться остановить. В какой-то степени ты преподашь Томуре хороший жизненный урок, который будет ему полезен, плюс ко всему ты приносишь пользу альянсу, да и моего приемника немного воспитываешь. Женщине легче сдерживать мужчину, чем если бы этим занимался другой мужчина. По этой причине и у меня, и у Курогири не всегда получается контролировать порывы Томуры, но у тебя это получается как нельзя кстати.       - То есть, пока я приношу вам лично пользу, вы ничего не имеете против наших близких отношений с Томурой?       - Разумеется, нет, - со стороны экрана раздался легкий смешок. – Мальчик имеет полное право вкусить «взрослую жизнь». Я не смею ему этого запрещать. Общение с противоположным полом немаловажное условие на пути к становлению мужчины. Это одна из граней жизни, про которые ты говорила.       - Сейчас вы больше стали походить на «папочку», но все равно вам стоило бы дать Томуре больше свободы. Он сам должен решить, по какому пути ему идти, а вы навязываете ему свои идеалы.       - Он сам сделал выбор уже давно. Точнее, принятию этого выбора поспособствовало общество, которое отвергло этого мальчика, когда он больше всего нуждался в поддержке. Я оказал ему эту поддержку.       - Томура поступил благородно, что решил отплатить вам за этот поступок принятием ваших идеологий.       - Я слышу в голосе сарказм, - едва слышно рассмеялся мастер, хотя его смех больше походил на хрип. – Вы оба очень юны. Ни ты, ни Томура еще многого не видели и не понимаете. Возможно, что со временем ты пересмотришь свои взгляды на жизнь. Тем более, если ты. . . хочешь остаться рядом с ним.       После этих слов экран потух, а Каяо осталась стоять в смятении в сумраке пустого бара.

***

      Томура Шигараки никогда не вел слишком активный образ жизни, но он не думал, что безделье может быть еще более приятным. К хорошему действительно быстро привыкаешь, но ему все никак не надоест лицезреть Андо Каяо в образе домохозяйки, которая порхает вокруг него, словно орлица над своим орленком, всячески угождая его прихотям. Была бы его воля, Томура запер бы девушку дома, чтобы скрыть ее от внешнего мира, но парень знает, что подавив волю Каяо таким образом, он обрел бы ее тело, но остальное бы потерял навсегда. Личность Хироманта он ставит превыше ее миловидного личика, ведь именно необыкновенный и запутанный внутренний мир девушки ему нравится больше всего.       Никто не умеет находить к Шигараки такого подхода, как Андо Каяо, ведь с ее рук даже дерьмо казалось бы пищей богов. Иначе как объяснить тот факт, что Томура с удовольствием уплетает утиное мясо, которое раньше и на дух не переносил. Злодею остается только догадываться, что она такого добавляет в еду, раз даже нелюбимые ему продукты становятся съедобными, но на самом деле Каяо не делает ничего особенного, а просто готовит для него с любовью, желая угодить. Девушке жаль, что врачи для Шигараки выписали такое скудное и пресное меню из-за его диагноза, поэтому она всячески изворачивается, чтобы сделать еду приятной на вкус и чуть более замысловатой, как раз для извращенного вкуса лидера. Если бы он знал, сколько рецептов Каяо перебрала, чтобы составить для него персональное меню, но девушка не жалуется, ведь это остается только ее выбором.       В любом случае, этот выбор только на руку Томуре, который больше не заморачивался о том, что бы съесть и где бы найти чистые носки, которых вечно нет, когда они нужны. Теперь все его бытовые проблемы решаются сами собой, по крайней мере он так думает, но один вопрос его все-таки заботит, когда он вновь и вновь бросает взгляд в сторону Хироманта: есть ли статус в их отношениях? Ни Каяо, ни Томура точно не знают кто они друг для друга. Если между ними проскальзывали не совсем приличные моменты, то их друзьями уже не назовешь, да и любовниками весьма затруднительно, ведь до чего-то значительно большего у них дело так и не заходит. Никаких регулярных ласк и поцелуев между парнем и девушкой тоже не происходит – подобное приходится от случая к случаю. Иногда Томура ночует в ее постели, иногда у себя на диване, и ни о каком постоянстве не может быть и речи. Парень редко позволяет себе какие-либо вольности и не прикасается к Каяо просто так, о чем очень сильно жалеет.       Томура до сих пор остается в смятении после случившегося два дня назад, когда он в пьяном бреду почти склонил Каяо к близости, но она ему довольно грубо отказала. Даже не грубо, а скорее с испугом, что оставило неизгладимый след в памяти злодея. Разумеется, он понял, с чем был связан тот выплеск эмоций, но все-таки парню было не слишком приятно вспоминать об этом случае. Впервые он решился на что-то большее (пусть и не в совсем трезвом состоянии), как вдруг его так резко и неожиданно обломали. Шигараки не знает точно, сможет ли он когда-нибудь снова попытаться добиться от Хироманта согласия, но пока парень не готов вновь возвращаться к этому. Он мысленно проклинал отчима Каяо и желал убить его еще раз, ведь именно в нем и кроется причина отказа. По крайней мере, Томура на это надеется.       Несколько раз Шигараки изъявлял желание поговорить с Каяо об этом, но останавливал себя и не решался, продолжая делать вид, что тот случай его не беспокоит. На самом деле парень просто не имеет представления о том, что именно говорить девушке, пережившей сексуальное насилие, ведь его сексуальный опыт начинается и заканчивается в его голове, и он даже примерно не может представить, что та чувствует на самом деле. Томура беспокоится не только о том, что отчим может стать причиной того, что их отношения никогда не дойдут до желаемого уровня, но и о самой девушке, что для него самого довольно странно. Парня до сих пор одолевают не очень приятные чувства, когда он вспоминает перекошенное от испуга лицо Хироманта, и как назло он вспоминает об этом слишком часто.       В отношениях Томуры и Каяо всегда присутствовала какая-то недосказанность, недопонимание, ведь они оба по отдельности довольно скрытные люди и боятся выказывать свои истинные чувства. Шигараки многое хотел бы рассказать девушке, а сама Каяо так же боролась с желанием завести с парнем откровенный разговор, считая, что он либо ее не поймет, либо не захочет понять. Хиромант предпочла затеряться в суете повседневных дел, часто включала музыку или фильмы, чтобы избегать разговоров с лидером, и тот поступал почти также. Но состоявшийся сегодня разговор с учителем Шигараки не выходил из головы Каяо, и она вновь и вновь возвращалась к этому не слишком приятному для нее диалогу, испытывая все более сильное беспокойство о парне.       Пока он пытался безуспешно найти более удобную позу на диване, желая справиться с неприятными ощущениями в животе, Хиромант то и дело бросала на него украдкой взгляд, и ее сердце все сильней сжимало в тиски. Она и раньше испытывала к юному злодею чувство жалости и снисходительности, но после разговора с мастером эти чувства стали еще острей, ведь она примерно поняла, отчего Томура Шигараки такой сложный и крайне несчастный человек, в большей степени страдающий от себя самого. Разумеется, Каяо не собиралась выказывать ему свою жалость, так как предполагает, какая ее будет ждать реакция с его стороны, но ничего не говорить тоже казалось девушке плохой идеей, поэтому она решила первой пойти на контакт.       Чтобы был повод заговорить с лидером, Каяо заварила специально для него чай с душистыми травами и, присев около него на край дивана, поставила чашку с горячим отваром на журнальный столик, после чего обратилась к Шигараки, который лежал сейчас к ней спиной, уткнувшись носом в спинку дивана.       - Сильно болит?       - Нет, черт возьми, - процедил парень сквозь зубы. – Я вот просто решил полежать в позе жареной креветки.       - Шутишь – хороший признак, - усмехнулась Каяо, слегка покачав головой. – Значит, пока не умираешь.       - Чем там так воняет? – хмыкнул Томура, подняв голову и бросив взгляд через плечо на журнальный столик. – Что за колдовское варево?       - Тебе нужно поменьше долбиться в онлайн-игры, - Хиромант с легкой иронией улыбнулась парню и слегка похлопала того по бедру. – Выпей, и легче станет. Это настойка из тмина и листьев смородины. Смородина вообще, падла, дорогая, так что до дна выпивай.       - Звучит омерзительно, но я готов выпить что угодно, лишь бы этот фейерверк у меня в животе прекратился. – Томура, издав тяжелый вздох, медленно оторвал голову от подушки и сел, после чего Каяо подала ему чашку с горячим напитком. Злодей удручающе оценил содержимое чашки. – Выглядит еще хуже, чем пахнет.       - Нормальный запах. Это ты просто придирчивый зануда, - усмехнулась Каяо, после чего дождалась, пока тот, морщась и тихо ругаясь, начал опустошать свою чашку. – Хорошо помогает, сам убедишься. Я вообще не любитель химии, таблеток всяких. Я природе больше доверяю.       - Доверять нужно себе, а не природе. И уж тем более людям, - усмехнулся злодей в ответ, после чего решил залпом допить отвар. На самом деле он не показался ему таким уж противным на вкус, но все равно поморщился для видимости, после чего вернул чашку девушке. – Надеюсь, ты не решила меня добить. Может быть, я тебе уже так надоел, что ты хочешь по-тихому от меня избавиться.       - Ты и правда ужасный нытик и невыносимый брюзга, - Каяо сказала это без какого-либо раздражения, а скорее с иронией, на что Томура только закатил глаза. – Но ты мне нравишься, Шигараки. Ты вносишь в мою жизнь довольно яркие краски. С тобой любой день превращается в миссию по выживанию.       - Сомнительный комплимент, - парень скрестил руки на груди и немного хмуро уставился на нее. – А с тобой у меня извечная проблема: убить или не убить?       На это заявление Хиромант не смогла сдержаться и звонко рассмеялась, после чего потрепала Шигараки по его густой шевелюре, на что он вновь недовольно поморщил нос, но ничего не сказал. Осматривая парня с полминуты, Каяо аккуратно и с заботой приложила свою ладонь к его животу сквозь одежду и с нескрываемым сопереживанием уставилась тому в глаза, спросив: - Сегодня полегче, или как вчера?       Томура заерзал на диване, но руку девушки не убрал, так как противиться приятному теплу, которое стало распространяться от живота и ниже, он просто не мог, поэтому с легкой нервозностью в голосе ответил: - Вчера я чуть не умер. Сегодня уже терпимая боль, но все равно она меня бесит. Никогда не думал, что можно устать лежать.       - Ну и стоило это того? – Каяо едва слышно усмехнулась и покачала головой. – Прошу, Томура, больше не делай так. Ты же не столько мне хуже делаешь, как себе. Это же ты мучаешься с болями, а не я.       - А ты больше не сбегай, - хмыкнул тот.       - А ты больше не мсти мне непонятно за что.       - Меня просто бесит до тряски этот треклятый Убийца Героев, - Томура помрачнел еще больше и отвернулся, уставившись раздраженным взглядом в окно. – Ты к нему питаешь какие-то там чувства, это же видно, а я его терпеть не могу. Все только о нем и говорят, даже фан-клубы посоздавали, группы в соцсетях ему посвящают. . . Даже безмозглые дети на улице играют в «Убийцу героев». Мир окончательно тронулся.       - Боги, Томура, - с усмешкой бросила та, - ты что, завидуешь ему? Это прямо написано у тебя на лице.       - Да черта с два мне нужно завидовать этому отморозку!       - Говорит отморозок, - закончила за ним Каяо, после чего поймала на себе его крайне недовольный взгляд. – Томура. . . ты такое дитя. Ты так отчаянно пытаешься привлечь к себе внимание. Да кого угодно. Начиная с меня, заканчивая обществом. Твой учитель никогда просто не гладил тебя вот так по головке и не говорил тебе, что ты очень хороший мальчик? – с этими словами Хиромант принялась поглаживать Шигараки по голове, но вскоре тот одернулся и скинул с себя ее руку. – Мне очень жаль, что в твоей жизни не было никого, кто искренне бы любил тебя и принимал таким, какой ты есть. Всем нам необходимо познать безусловную любовь, чтобы чувствовать себя полноценными.       - Мне не нужна никакая любовь, чтобы чувствовать себя полноценным, - огрызнулся злодей, посмотрев на Каяо с неким укором. – Люди по своей сути не способны любить кого-то еще кроме себя. Вся эта игра в любовь всего лишь средство для достижения личных целей каждой из сторон. Брак, институт семьи, отношения между мужчиной и женщиной в целом – это такой коммерческий план. Женщины стремятся стать независимыми финансово, в большинстве случаев, а мужчины желают иметь личную домработницу и проститутку в одном лице. Посмотри на процент разводов – где ты здесь любовь увидела? Да даже родительская любовь – это какой-то миф. Взрослые пытаются воспитать лучшие версии себя, загоняя своих детей в рамки и вынуждая их идти туда, куда они им указывают, лишая права выбора. А если ребенок начинает бунтовать, то он автоматически становится хреновым и воспринимается каким-то неполноценным существом. Насчет любви собаки к человеку я еще могу подумать. Если я захочу найти того, кто будет меня «безусловно» любить, то заведу себе собаку.       - Боже мой, Шигараки. . . Так получается что. . . Я собака?! – на секунду Каяо изобразила прозрение и искреннее удивление, широко распахнув глаза и уставившись на парня так, словно она только что постигла истину, но после залилась смехом, пристукнув себя по коленке. – Да я шучу! Шучу! Не нужно на меня смотреть, как на чокнутую!       - Если ты пыталась этой шуткой подчеркнуть то, что ты способна на любовь подобную собачьей, то смеяться сейчас начну я, - фыркнул Томура, наблюдая с недовольством за тем, как та продолжает хохотать. – Я больше чем уверен, что ты преследуешь свои цели, поэтому и таскаешься везде за мной. Нет здесь никаких чувств, и уж тем более любви.       - Знаешь, ты прав, - ответила Каяо, утирая слезы, подступившие от смеха. – Я никогда ничего не делаю бесцельно. У всего есть свой замысел. Если бы я не нуждалась в тебе и в отношениях с тобой, то мы бы здесь сейчас не находились. Но мои цели все-таки слишком отличаются от того, что ты перечислил. Да, в современном мире люди так поглощены собой, что разучились искренне любить кого-то и даже самих себя, на самом деле. По сути, их мнимая любовь к себе всего лишь страх, но каждый боится чего-то своего. Ты, например, боишься, что тебя перестанут замечать, поэтому делаешь все, чтобы этого избежать. Этот страх проявляется по отношению ко всем, кто более или менее входит в твой скудный круг общения. Но у меня же совсем иная цель: я хочу познать себя.       - И как ты собираешься себя «познавать»? – Томура едва скрыл свою заинтересованность, продолжая хмуриться и смотреть на девушку с притворной надменностью.       - Человек способен познать себя только через отношения с другим человеком. Считай, что мы оба используем друг друга, но тебя волнуют более приземленные вещи, а ты мне нужен для того, чтобы я могла постичь истинную природу себя. Мне с тобой бывает тяжело, и это правда, но я через все это несогласие прихожу к чему-то более высокому. Я учусь принимать мир таким, какой он есть, и ты мне в этом очень помогаешь.       - Иными словами: ты мазохистка, которая получает удовольствие, когда ее морально насилуют? – усмехнулся злодей, уставившись на Хироманта с недоумением.       - Отчасти, возможно! – вновь рассмеялась та, после чего принялась с заботой поглаживать живот парня своей рукой. – Не познав страданий, человек не сможет познать любовь. Если я смогу подарить такому как ты искреннюю, безусловную любовь, то я смогу достичь того уровня понимания жизни, к которому стремлюсь. И. . . наверное, только тогда я смогу простить себя.       Томура заметил, как вмиг блестящие черные глаза Каяо потухли, и она сделалась такой грустной, что он сразу понял, к чему были сказаны последние слова. Девушка чувствует вину перед своим погибшим братом, а поскольку Шигараки ей напоминает о нем, то она решила произвести замену одного человека на другого, чтобы справиться с болью утраты. Парень не знает, как относиться к этому факту, ведь ему не слишком приятно, когда его сравнивают хоть с кем-нибудь, но с другой стороны Томура ничего не может сказать ей в ответ, так как не разделяет ее чувств. Точнее, он просто не понимает тех чувств, которые та испытывает, ведь не считает ее повинной в смерти брата, который сам сцепился с отчимом, после чего и погиб. Но Каяо сочла, что в случившемся есть не малая доля ее вины, и тот даже не пытался переубедить ее.       Так как Томура просто не способен никого словесно поддерживать, он не нашел лучшего решения, как пригласить Каяо полежать вместе с ним, прикрывая свои намерения тем, что его знобит, да и сериал они так и не досмотрели. Шигараки никогда в этом не признавался, но самыми ценными моментами в совместной жизни с Хиромантом он считает то время, когда они оба отбрасывают свои привычные маски и становятся простыми людьми без каких-либо глобальных и сложных целей, проводят вместе досуг и просто наслаждаются обществом друг друга. Именно ради возможности просто поваляться на диване в обнимку с Андо Каяо Томура и был готов пожертвовать своим и без того хрупким здоровьем, и сейчас парень совершенно ни о чем не жалел.       Это стало первым близким контактом после того происшествия два дня назад, и они оба вдыхали каждое мгновение, боясь даже пошевелиться, чтобы не испортить момент. Пока Томура пытался утихомирить волнение в своей груди и не обращать внимание на обнаженные бедра девушки, сама Каяо, разместив голову у парня на груди, с трепетом прислушивалась к его сердцебиению, которое то замедлялось, то ускорялось совершено хаотично. Девушка ощущала невесомые прикосновения руки парня, которая неуверенно блуждала от ее плеча до талии и ниже к бедру, но тот словно не мог определиться, куда стоит положить свою руку, поэтому то одергивал ее, то снова пытался прикоснуться, но уже в другом месте. Каяо поняла, что Шигараки просто боится близкого контакта с ней после всего того, что между ними произошло. Чтобы немного успокоить его и показать, что он ей совсем не противен, девушка довольно крепко обвила своими руками его талию и прижалась к нему всем своим телом, отчего сразу же ощутила, как тот напрягся под ней.       Но этот жест сработал именно так, как Каяо того и хотела, и вскоре Томура смог более-менее расслабиться и, наконец, обнял ее уверенно в ответ за талию. Но его взгляд все еще был прикован к обнаженным бедрам и ногам девушки, из-за чего тот мысленно поблагодарил Хироманта за привычку ходить по дому в трусах. Парень про себя отметил, что в таких условиях он совсем не нуждается в какой-либо эротике, которую он иногда лицезрел в интернете, ведь у него перед глазами мелькает вполне эстетичная картина, от которой невозможно оторвать глаз. И пока Каяо этого не замечает, Томура пользуется моментом и бессовестно ее разглядывает, вспоминая все те приятные моменты близости, которые между ними происходили.       Нет ничего, что бы ему не нравилось во внешности Хироманта, хотя тот признает, что видел девушек с почти идеальными пропорциями тела и с более мягкими чертами лица, изображения с которыми понапичканы везде: от рекламы на улицах, до интернета. Любой человек мог бы с уверенностью сказать, что Андо Каяо вполне обычная, ничем особо не выделяющееся девушка, и был бы, несомненно, прав, но лично для Шигараки Томуры именно эта девушка кажется на фоне других более яркой и желанной. Ее хрупкость и бледность кожи; ее длинные непослушные черные волосы, в которых порою хочется затеряться навсегда, и, конечно же, эти бездонные черные глаза, смотря в которые начинает казаться, что тебя засасывает в черную дыру, но ты этому даже не сопротивляешься. Томура подумал, что если Дьявол и существует, Каяо наверняка его самое лучшее творение, иначе как объяснить этот темный, загадочный магнетизм, которая та излучает.       Сколько не порывался Шигараки убить эту девушку или хотя бы ударить, но каждый раз его что-то останавливает, словно невидимая и могущественная сила сдерживает его руки, хотя он находится так близко к ней и вполне может позволить себе сделать все, что угодно. На самом деле, парню не нужно было ничего ждать, ведь он мог взять все, что ему нужно силой, а не смиренно гадать о том, когда же Каяо решится на что-то большее. Изнасиловать ее? Когда Шигараки даже мельком задумывается об этом, в нем просыпаются странные, смешанные чувства. С одной стороны его даже заводят такие фантазии, но с другой он трезво осознает последствия. Да, он получил бы свое. Получил бы то физическое удовлетворение, но какой ценой? Томура не готов ради разового удовольствия уничтожать эти хрупкие, но важные для него отношения, ведь сексуальное желание не есть главное, что держит его рядом с этим человеком. Да и неприятно было бы осознавать, что она его не то, что не хочет, а презирает, и парень отдавал предпочтение все-таки взаимному согласию в этом вопросе.       Смотря в потолок и не реагируя на происходящее на экране телефона, на котором они уже около получаса пытаются досмотреть одну серию довольно приятного исторического сериала, Томура старался хотя бы вслушиваться в диалоги, которые ведут персонажи сериала, но его собственные мысли заглушали любые звуки. Он все пытался понять, как оказался в такой ситуации и почему в его жизни вообще появился Токийский Хиромант, но его размышления прервал голос девушки, которая решила приостановить просмотр сериала, убрав в сторону гаджет и обратившись к Шигараки:       - Я вспомнила, что тебе пора пить таблетки. Я сейчас схожу за ними, а ты пока валяйся. Но не включай ничего без меня, ясно? – чмокнув лидера в щеку, Каяо поднялась с дивана и направилась в сторону кухни, а парень в это время проследил за ней задумчивым взглядом.       Сериал не кажется ему таким интересным, как наблюдения за этой девушкой, чем тот и стал заниматься, пока Каяо копошилась на кухне. Но неожиданно его отвлек звук вибрации, который доносился откуда-то сбоку, где девушка оставила свой телефон. Не задумываясь, Томура достал ее гаджет и решил взглянуть из-за чего он завибрировал, предполагая, что могла сесть батарея, но тут же впал в ступор, когда увидел загоревшееся на экране сообщение от некого «Кена». Содержимое этого сообщения едва не вынудило парня уничтожить телефон, превратить его в прах, как и того самого загадочного Кена, но он едва сдержал в себе гнев и еще раз перечитал текст, чтобы убедиться в том, что ему не показалось.       «У меня для тебя есть небольшой сюрприз» - эти слова засели в голове Томуры и он уже не отдавал отчет своим действиям, когда незамедлительно удалил это входящее сообщение и отбросил телефон в сторону, словно обжегшись. А та непринужденная улыбка, которой его одарила Каяо, когда протянула ему стакан с водой и таблетки, только добила парня. Он смотрел на нее с одним единственным вопросом: «Что происходит?», но так и не решился задать его вслух, а в его голове уже родился не самый благородный план.       «У меня для тебя тоже есть сюрприз», - мысленно ответил тому парню Шигараки, запив свою злость горьким лекарством.