Оберег

- Кашляни! - потребовал звонкий мальчишеский голос. Пожилой мужчина выполнил приказ, однако не сдержал усмешку. Когда тебе приказывает карапуз в семь раз тебя младше… что ж, определенная ирония в послушании была, ведь мужчина был никто иной, как Кларенс Стоун – предводитель «Каменной» банды. Ему было семьдесят три, но возраст практически никак не сказался на Стоуне. Более того, до недавнего времени, несмотря на огромный букет заболеваний, он мог самолично надрать задницы всей своей банде и не вспотеть. Три года назад все изменилось. Он прошляпил поганый мятеж, зародившийся под самым его носом! Стоило ему только вспомнить об этом отвратительном поступке, как кустистые брови сошлись на переносице, а черты лица заострились, придав ему вид угрюмого вакуонского грифа. Была причина почему банды, мытарствующие по фронтиру,отличались сплоченностью Гримм. Любые излишне негативные эмоции привлекут черных ублюдков, и половина банды поляжет в бою. Все трения разрешались в безопасной бухте – там, где никто не достанет тебя. Но те идиоты… они презрели закон, устроив бунт. Имбецилы, недоношенные ублюдки! Стоун поморщился, едва не сплюнув, – желчь подкатывала ко рту, всякий раз, когда он вспоминал мерзавцев... Впрочем, пострадав в численности и боевой мощи, банда приобрела нечто более ценное, нечто, что встречалось так же редко, как самородок в навозе. Три слова: лечащий тип Проявления. Данная манифестация души была сама по себе редка, но в совокупности с огромными резервами Энергии Души пацан буквально превращался в АМСЛиР[1]. Не говоря уж о том, что такие люди находились на строгом учете Королевств. Глаза Кларенса застила легкая поволока; три года назад его сын принес на руках найденышей, один из которых был практически не жилец: весь в рваных ранах, от правой руки остались разве что не лохмотья. Тем более невероятно было наблюдать, как на следующий день от страшных травм остались только свежие шрамы, а еще через два он помогал Поппи с ранеными. Кларенс отдавал пареньку должное – тот был недюжинно смекалист и умел быть благодарным. Две недели спустя, когда последний лежачий пациент встал на ноги, он потребовал одного: безопасности для своей сестры. Стоуны, младший и старший, рассмеялись и практически одновременно пообещали, что к маленькой Леоне будут относиться с почтением, причитающимся разве что принцессе, если он и дальше останется в их банде. Картинка живо встала перед глазами: мелкий пацан исподлобья смотрит на него, ожидая обмана, подоплеки, шантажа – чего-либо! – только не этой тянущейся, словно сироп, тишины. Кларенс усмехнулся в усы: был за ним грешок – потянуть время в разговоре. Однако на этом сюрпризы не закончились: детишки, которые пережили нашествие гримм были Арками. И не какими-то жалкими однофамильцами, а Теми Самыми Арками. Знаменитый клинок – Кроцеа Морс – не давал повода к разнотолкам. И хоть Арки отошли от дел, не сильно влияя на политику Королевств, но их род продолжал давать Ремнанту превосходных Охотников, что позволяло им оставаться узнаваемыми. Три года назад информация свалилась на него, как тяжелый снежный ком на шапку нерасторопного атласского работяги: в одну неделю пережить предательство, падение, и вознестись на крыльях небывалых возможностей! Признаться, перспективы будоражили его и сейчас, заставляя старое сердце биться чаще и сильнее. - Старик, ты опять? – недовольства в голосе пацана практически не было – как никак работу он уже закончил. Однако упустить возможности поворчать на нерадивого пациента? Да никогда! – Смотри, на слабоумие моего Проявления не хватит! Кларенс неловко кашлянул в кулак – порой он слишком сильно отрешался от внешнего мира. Но все же каким язвительным стал этот наглый паршивец! - Эхе-хе, пацан, ты же не семидесятилетняя развалина, чтобы так ворчать! - поддразнил лидер мальчика. – Не будь брюзгой, а то вмиг станешь старым и морщинистым! Жон фыркнул, улыбнулся и шутя стукнул Кларенса в плечо.Старик растянул губы в широкой улыбке и растрепал соломенные волосы мальчика. Мелкий был ему как родной внук, которого он никак не мог дождаться от сына. И Стоун был рад поделиться крохой заботы с сиротой; в конце концов это гудящее сборище было для него как семья. Являлась ей, чего уж тут… - Старик, тебе прописан постельный режим, - явно копируя кое-кого, сказал Жон. – И никаких отмазок, а то было… уже… - скомкано закончил мальчик. Стоун ободряюще хлопнул его по спине: - Не боись, малой, какая-то гриммова болезнь меня – тем более с твоей помощью! – не возьмет! - Ха, да… И что бы вы без меня делали! – Широкая ухмылка разделила его лицо надвое. – Я пошел, старик! Жон махнул рукой и повернулся к выходу. - Не так быстро, парень. - Старик, гримм побери, я тут не хочу застревать на целый день с твоим запо… Тяжелая ладонь опустилась ему на плечо и развернула его к Кларенсу. - С днем рождения, Жон. В руке мужчина держал меха-шифт ножны, тускло блестевшие в полумраке шатра. *** - Действительно. Новость оглушила, будто хороший удар. Вписавшись в повседневную жизнь лагеря, изредка разбавляемой переездами, я практически не заметил, как настал мой третий «День Рождения». Именно в этот день, три года назад, Сильвер принес меня и сестру сюда, - к полыхающей стоянке «Камней». Окутанный тяжелыми воспоминаниями, я неосознанно коснулся шрамов, оставшихся после встречи с гримм – вся правая рука была увита разветвленными белесыми линиями, словно диковинными татуировками. Тогда моя Сила – Аура и Проявление, - были слишком неконтролируемы, чтобы убрать это напоминание с моего тела. Сейчас же… эти отметины стали частью меня; уродливым напоминанием пережитого ужаса. - Подумать только… Я вынул Кроцеа из кольца на поясе, примерился и загнал клинок в высокотехнологичные ножны. - Интересно, - пробормотал я, наблюдая, как сегменты начали шевелиться, когда я попробовал обнажить клинок. Ножны укоротились вдвое, позволяя вынимать меч из-за спины, - и удобно. - И это не все, - насмешливый голос прозвучал практически возле моего уха. Рядом стоял Сильвер со своей вечной полуусмешкой. За эти три года он практически не изменился, только добавились мелкие сеточки морщин в уголках глаз да прочертилась складка на переносице. - Не все?.. Откуда такая щедрость? – фыркнул я. – Не помню, чтобы кто-то что-то мне дарил в прошлые два раза. - Ты не можешь просто принять подарок, а? – хмыкнул Сильвер, закидывая руки за голову. – Правильно, мелкий, правильно. Никогда не думай, что ты можешь получить что-нибудь просто так. - И в чем подвох? – Я осторожно осмотрел ножны на неприятные сюрпризы. С первого взгляда все было нормально. - Да ни в чем! – хохотнул Стоун. - Иногда подарки – это просто подарки. - Я не впечатлен твоей попыткой сыграть мудрого и прожженного Охотника, Сильв. - Ах, они вырастают так быстро, - воскликнул он, патетически прикладывая ладонь ко лбу. – Не будь таким занудой, мелкий, пошли лучше на стрельбище: твои подарки еще не закончились. «Стрельбище» было слишком пафосным названием для пары куцых мишеней и таких же побитых жизнью, криво улыбающихся и цинично смотрящих на тебя глазами-точками, манекенов. - Слушай, Сильв, если это подарок что-то огнестрельное, то я пас. Сам знаешь, как у меня обстоят дела со всеми громыхающими штуками. - Да-да, о благородный рыцарь, - фыркнул Сильвер, подбрасывая сверток, заботливо завернутый в подарочную бумагу до состояния бесформенного комка. – Поэтому я приготовил кое-что, что подойдет тебе. Лови! Подарок оказался неожиданно увесистым для сравнительно небольших габаритов. Вопросительно взглянув на едва не лопающегося от предвкушения дарителя, я сорвал бумагу. Огромный револьвер блеснул на солнце хромированным стволом. Еще несколько комков бумаги на земле и пистолет предстал во всей своей красе: широкое дуло, даже на виду удобная рукоять, толстый, практически квадратный, барабан – все это дышало скрытой мощью. Казалось, только прикоснувшись к пистолету, можно почувствовать силу отдачи и резкое рявканье выстрела. - Гримм побери, Сильв, - выдохнул я, - Это что такое? - Хо-хо-хо! – не выдержав напряжения, мужчина закудахтал и исполнил танец диких каннибалов Вакуо. – Это, мой дорогой, Атласский Штурмовой Револьвер – также в народе прозванный «Ваншот» – только для элиты их армии! Естественно стрельба с ним без Ауры неэффективна, если не совершенно бесполезна! Мелкий, ты не представляешь, через что мне пришлось пройти, чтобы достать эту детку! Двенадцать и семь миллиметров! Представь, что он сможет сделать с праховыми патронами или с Усилением! Я зачарованно провел кончиками пальцев по барабану пистолета. Оружие каким-то неведомым для меня образом вмещало элегантность в этих угловатых формах… - Вижу, что понравилось… - Не то слово, - прошептал я, беря оружие в руку. Рукоять была несколько большой и держать револьвер было неудобно. - На вырост, - хлопнул меня по плечу Стоун. – А теперь давай испытаем эту игрушку! *** Вокруг нас были дымящиеся останки мишеней и печальных манекенов. Деревья за ними несли на себе следы разрушительной силы Праха: некоторые слабо дымились, другие были вморожены в глыбы льда, а третьи были попросту переломлены напополам. - Это. Было. Так. Круто!!! - На здоровье, малой! – широко улыбнулся Сильвер. – Только не забывай правильно за ним ухаживать. Помни – каждое… - … оружие любит должный уход. Да-да, я знаю! - Неблагодарный! – вскрикнул он, попытавшись взять меня в захват. – Я делюсь с тобой вековой мудростью, а ты! Увернувшись, я показал ему язык и отскочил на пару метров, использовав небольшое Усиление. - Смотри, Сильвер, - задорно крикнул я с безопасного расстояния. – Такими темпами я тебя и на мечах выиграю! - Ты сам на это напросился! – Стоун хрустнул шеей. - Сир Арк, если я вас догоню, то ваша задняя часть будет надрана докрасна! - Ха! – вот и все, что я сумел сказать, прежде чем рвануть в сторону лагеря. Путь от шатров до стрельбища был короткий, но сильно извилистый; а это сильно играло мне на руку: Сильвер был несомненно быстрее меня, в то время как маневренность… Единственный реальный шанс выиграть гонку у него был в самом начале, да вот только я не сидел на месте. Как только Сильвер сделал полноценный Рывок ко мне, я выполнил сальто назад и приземлился на тускло мерцающий барьер. Способность ходить буквально по воздуху я открыл недавно и еще никого не успел обрадовать своим успехом. К сожалению, управлять этими «платформами» было невозможно, так что о полете с гордо поднятой головой пришлось забыть. Однако этого трюка оказалось достаточно, чтобы дезориентировать моего незадачливого преследователя, ожидавшего, что я приземлюсь за его плечами. Естественно он развернулся на сто восемьдесят градусов. Не удержав пузырящегося смеха, я «отпустил» щит и приземлился аккурат на плечи сконфуженного мечника. - Как?! – вскрикнул мужчина, прежде чем полететь носом в твердую лесную подстилку. - Волшебник не раскрывает своих секретов, Сильв! Оставив грязные отпечатки на плаще, я стартовал со всей доступной мне скоростью, с легкостью преодолевая барьер скорости обычного человека. Вслед мне понеслись грязные ругательства и обещания скорой расправы, тем не менее отвлекаться на них было никак нельзя – маневрирование в лесу на больших скоростях требовало немалой доли концентрации. До стоянки было рукой подать – каких-то двести метров – однако скорость я сбавлять не решался – за испачканную одежду Сильвер обычно мстил творчески, с каплей садизма. Был в нем пунктик насчет одежды, которую на фронтир доставить было ой как нелегко. Когда до желанного ограждения было разве что рукой подать, меня настигла небесная карма в виде карающей длани Поппи, безжалостно схватившей меня за шиворот. Все что я успел сказать, прежде чем повиснуть на вытянутой руке главного врача нашкодившим котенком, - это задушенный хрип, еле вырвавшийся из моего пережатого горла. Однако страдать одному долго не пришлось: вскоре в другой руке аналогично повис Сильвер. - Два идиота, - процедила Поппи, потряхивая нас в своей железной хватке. – Но один хоть недоросль, а другой уже здоровый лоб! - Попп-х-и, - жалко прохрипел Сильвер, пытаясь разогнуть пальцы опытного хирурга. – М-хы все-х-о-лишь постр-реляли. - Наверняка перебудив всех гримм в округе своей ручной гаубицей, - фыркнула она, кидая нас на землю. Поппи Рэдхарт была женщиной в годах – и это все, что я мог сказать о ее возрасте без риска быть сильно битым - сухая и элегантная, она выделялась на фоне членов Камней так же ярко, как неоновая вспышка на ночном небе. Если бы люди увидели ее в Атласе или верхних районах Мистраля, то наверняка бы приняли ее за члена Старой Семьи[2], вышедшей на освежающую прогулку; ее вид, осанка, походка, привычка преподносить себя – все это дышало благородностью. Возможно так и было на самом деле. Впрочем, никто в лагере – может быть за исключением ее предводителя, конечно, - не знали о ее происхождении, оставляя эту тайну навсегда погребенной. Выцветшие розовые волосы были собраны в пучок и заколоты старомодной – если не древней! – шпилькой, губы поджаты в вечном недовольстве, образую упрямую складку, а пронзительные оранжевые глаза, ничуть не потускневшие, в отличие от волос, цепко следили за всем происходящим, без сомнения ухватывая мельчайшие детали. Для профилактики она встряхнула нас еще раз, меня поставив на ноги, а Сильвера опустив на пятую точку. - Пойдем, - позвала она меня. – У меня для тебя тоже кое-что есть. Солнце, стоявшее в зените и потому нещадно палившее зноем, разогнала всех по своим шатрам – поближе к освежающему Ледяному Праху. Всего в клане было двадцать человек. Относительная малочисленность оправдывала себя повышенной мобильностью и возможностью тренировать каждого члена отдельно, дотягивая «простых людей с открытой Аурой» до низшей планки Охотников. До некогда белого шатра, ныне покрытого пылью множеств дорог, мы добрались быстро. Это прибежище целителей осталась единственной вещью, совершенно не изменившейся за эти три года: внутри также пахло смесью антисептика, трав и спирта, а посередине зловеще высился операционный стол – в основном на фронтире «болели» самыми различными ранами: от пулевых отверстий до разорванных мышц. Без ложной скромности я могу признать себя достаточно компетентным, чтобы вытащить такого пациента из-за грани смерти и со временем поставить на ноги. И все благодаря Поппи Рэдхарт – она научила меня той малой части врачевания, что я знаю. - Мисс Рэдхарт?.. На стол с глухим стуком приземлилась кожаная сумка. Она выглядела словно повидала множество битв: на боку были шрамы от когтей, виднелись заметные вмятины от пуль… Дотронувшись до вещи, я понял, что под кожей скрываются тонкие пластины металла. - Полевая сумка врача, - ответила женщина на мой вопросительный взгляд. - Какое-то время назад была специализация Охотников-врачей, с более-менее подходящим Проявлением. - И почему?.. – я прикусил язык, но глупый вопрос вылетел из моего рта. - Почему? – Поппи горько усмехнулась, цокнув языком. – Власти решили, что это излишество, которое не оправдывает своих затрат. И были правы – не у каждого есть Проявление, которое может подстроиться под такую специфическую задачу – спасение людей… Я сосредоточенно кивнул, стараясь не пропустить ни одного слова. Слова женщины, хоть и частенько наполненные горечью и тяжестью прожитых лет, несли в себе бесценный опыт. И извлекать уроки Поппи Рэдхарт научила меня в первую очередь… - В конце концов мало кто имеет Проявление, которое лечит наложением рук? – изогнутая бровь заставила меня опустить очи долу в приступе необъяснимого стыда. – Да и те тоже должны пройти обучение. К примеру, не закрывать рану, не очистив ее, м? И уроки эти были жесткими, а порой и жестокими. - Возьми ее, - она дернула подбородком в сторону сумки. – Я более в ней не нуждаюсь, но ты, я верю, извлечешь пользу из нее в будущем. - Мисс Рэдхарт… Я… Спасибо!.. Я!.. – выпалил я. - Ни слова больше, маленький Арк. Иди. *** Женщина тяжело вздохнула, как только мальчик вышел из лазарета. При всей показной холодности и строгости она, в глубине души, испытывала настоящую привязанность. Возможно из-за того, что у нее самой никогда не было детей? И всю заботу, облаченную в суровую накидку из тяжелой учебы и не самый легкий опыт прожитых лет, она изливала на Жона, как на собственного сына? Конечно, со стороны такое отношение к ребенку может показаться крайностью… Однако, пожив на самом краешке цивилизованного мира, все согласятся с таким методом обучения. А может быть забота проистекала из схожести их историй: бежать из родного города, не имея возможности даже похоронить остывшие трупы родных… «Что не убивает, делает тебя сильнее» - таков был девиз фронтира, отражая всю суть искривленной заботы мисс Рэдхарт. С самого начала она взяла шефство над последними оставшимися в живых – по словам угрюмого мальчонки, – Арков. Научила всему, что было нужно и сверх того. Холеные пальцы с нежностью провели по выцветшей фотографии. В одной из двух девушек можно было узнать молодую мисс Рэдхарт, а рядом с ней стоял юноша с широкой улыбкой,крепко обнимавший ее за плечи… С его плеча свисала сумка – еще не потерявшая новизны и лоска. Поппи прикрыла веки, сдерживая непрошенные слезы; наклонившись, она выловила из дальнего ящичка начатую бутылку хереса. Глухо чпокнула пробка, и в бокал полилась янтарная жидкость. Сегодняшний вечер Поппи Рэдхарт проведет в ностальгии о давно ушедших временах. *** К тому времени, как я разобрался с содержимым сумки наступил вечер. Мисс Рэдхарт сделала королевский подарок: помимо средств неотложной помощи, бинтов, анастетиков и антибиотиков в сумке лежал полевой хирургический набор. Когда я, наконец, налюбовался подарком, небеса изрядно потемнели. А с наступлением ночи пришла долгожданная прохлада и обитатели лагеря не заставили себя ждать, потихоньку выползая из своих убежищ. Вот одновременно махнули мне рукой близнецы-фавны: Аргент и Аврелия. Обе выглядели помято – видимо только проснулись. - Никто меня не убедит, что признаки зверей не влияют на характер, - пробормотал я, в который раз находя в фавнах-котах множество черт животного-донора. Аргент погрозила мне кулаком – в их среде это заявление считалось ужасным расизмом.По крайне мере, так они говорили. - Хэ-э-эй, ЛилДок, с Рождением! – крикнул рыжий мужчина. Гениальный подрывник Скорч отличался заводным и веселым характером, он буквально таскал за собой тележку анектодотов и смешных историй. А еще он никак не желал оставить попыток приобщить меня к подрывному делу. Лилдок – это я. Дурацкое прозвище прилипло намертво практически с самого начала жизни в лагере. Однако сейчас ничто не могло испортить праздничного настроения. Вот хмуро кивнула закутанная в балахон фигура. Вердант – специалист по всевозможным ядам, происходила из отдаленного общества, практически отрезанного сообщества, поэтому практически не общалась ни с кем, ограничиваясь жестами. Высокий блондин походя лохматит мне голову, весело смеясь. Нуар, по слухам – которые, по слухам, он сам же и распространяет, - известный атласский ловелас, пойманный в постели с женой влиятельного человека. Грубый Вулкан, опасная Нила, хмурые Рид и Руфус, умная Блайн, коварная Айви и наивная Ирис, амбициозный Эш, надменная Кандис, красивая Гвендолин – вся разношерстная компания, собранная из отщепенцев и сорвиголов, приветствовала меня. Я принимал поздравления и благодарности; я был знаком со всеми - некоторые топтали эту землю только благодаря моим усилиям… И я был необычайно горд этим: дарить жизнь не то же самое, что ее отнимать. Получив последние горячие объятия, сдобренные изрядной долей духов, я нырнул в свою палатку. *** Усталые глаза тупо таращатся в красочный мир за экраном; Лео привыкла отгораживаться от реальности в вымышленных мирах. Детские пальцы ловко жмут на профессиональный контроллер, заставляя куколку персонажа выделывать невиданные комбо. Тень улыбки касается девочки, когда она слышит гневные вопли побежденного соперника. Сенсорный экран глухо щелкает, отбивая ехидное сообщение - Оел_Кра широко известна тем, что за словом в карман не лезет. Полоска света скользит по экрану. Лео знает, что это брат – поздравления были хороши слышны на улице. Честно говоря, она совсем не понимала, почему брат отмечал эту… дату. На его месте она забыла бы о том дне, похоронив в самой глубине ее идеальной памяти. Однако, судя по довольному лицу Жона, мелькнувшем в зеркале, он был в полном порядке и совершенно не страдал от моральных сомнений и терзаний. - Лео! – Она знала, что он улыбается – он всегда стараеттся быть веселым, когда приходит. Знала и то, что сейчас поцелует ее макушку, сдвинув аккуратно надетые наушники. Но это не значит, что ей это не нравится. Рутина успокаивала. Она показатель того, что все в порядке, все идет своим чередом и ничто не собирается разрушить их новую жизнь. На экране загорелась цветастая надпись «ПАУЗА», а она стащила наушники с чувством выполненного долга – оставшиеся казуалы могут играть спокойно. - Ж-о-он! – позвала она. Протяжно и жалостливо – так умеют только младшие сестры. Конечно же он подошел к ней и ласково провел по волосам рукой. Она засветилась золотом – его Сияние Души видно даже сквозь сомкнутые веки. Последствия неподвижного сидения на протяжении нескольких часов постепенно исчезают без следа. - Когда уже сама научишься? – притворно ворчливо спрашивает он. Она знает, что ему приятно лечить людей… - Я научусь! Когда-нибудь!.. – обещает Лео, вскакивая с дивана. Жон закатывает глаза, совершенно не убежденный этим обещанием. - Ух-ты! Подарки! Потрепанная сумка, пистолет и… ножны. Видеть меч отца не в белоснежных ножнах Арков было… тяжело. Она знала, что это глупо – скорее более оскорбительно держать древний меч в простом кольце, – но отделаться от чувства утраты чего-то важного никак не могла. - Лео?.. – его голос полон беспокойства. Ведь он знает ее так же хорошо, как и она – его. - Ножны… - Кларенс подарил, - просто ответил он. – Отец был бы рад тому, что Кроцеа Морс получил достойные ножны. - Да… - шепчет она. Ком подкатывает к горлу, на пол срывается две слезы. Остальные она быстро утирает. – Ты прав. - Лео… Она любила, когда он ее утешал – мягкое тепло приятно щекотало в груди, разливаясь по всему телу. В эти моменты она гнетущие мысли отходили на задний план и, казалось, ничто не сможет их разлучить; что они так и останутся стоять в объятиях друг друга. И весь мир мог подождать. *** - Кларри, лучше бы тебе иметь хорошую причину, - тон Поппи не просто прохладен – от него веет Атласской вьюгой. «И как не потеряла хватки за все эти годы?!» - в очередной раз дивился вожак банды, ежась и украдкой оттягивая воротник. - Я бы тоже хотел это знать, - с богатым Вакуонским акцентом вторил Вулкан – третий по старшинству среди присутствующих. А также третий по важности человек во всей банде – кузнец и инженер в одном флаконе. - Это тяжело сказать… - Говори, как есть, - рубанула врач. - Мы должны прекратить свое существование, как банда. Прямое, как палка, заявление прозвучало из уст Сильвера. За ним последовала звенящая тишина. - Сильви, дружок, ты не перегрелся?.. –обеспокоенно спросила Нила. – Денек был жарким, может… - Что мой сын хотел сказать, – повысил голос Кларенс, перекрикивая разгорающуюся ругань. – это то, что соотношения прибыли и расходов пребывания на фронтире складываются… не в нашу пользу. - Но нельзя же так просто взять и… Уйти! – взволнованно пискнула Ирис. До того девушка нервно дергала волосы, успев собрать небольшой пучок. Народ одобрительно загудел. Стоун-старший поднял ладонь. Гул стих. - Я не говорю о расформировывании. Нам надо… перейти в новый формат, скажем так. Мы слишком организованны и сильны для обычной банды, чтобы мы могли держаться на плаву, беря поборы за защиту. По моим расчетам – года три, - весомо обронил старший Стоун. – И это беря во внимание лечение пацана. К чести банды защита была совсем не номинальной – они помогали отстаивать нашествия гримм и «коллег по цеху». Это выгодное отличие привлекало к Каменным немало деревень, нуждающихся в протекторате. - Ага, и договариваться с Кровавым Бароном, - кто-то скептически фыркнул в углу. - Да и выглядит это натянуто, босс, - вторил Руфус, до то индифферентно ковыряющийся в ногтях ножом. – За три года не то что потерь – ни одной серьезной раны! А деньги льются рекой. Так в чем проблема на самом деле? - Проблема в том, Руфус, - опередил отца Стоун младший, - что мы будем расти, как снежный ком: наша эффективность, численность и, конечно, расходы. Для больших ресурсов нужны большие связи. В конце концов нас заметят Королевства. Сначала это будет небольшой интерес – словно обратить внимание на жужжащее насекомое. Потом они решат подмять нас под себя, сделав плацдармом для расширения фронтира, заставляя отрабатывать все наши прегрешения потом и кровью. Преимущественно кровью, пока не разотрут нас в пыль, предварительно очистив юг нашими трудами. И это самый лучший вариант. Самый худший – нас просто уберут, узнав про Арков и Проявление, которое может исцелять тяжелейшие ранения. И вы знаете сколько мальчонке, а?! Десять гриммовых лет. Вот поэтому, Руфус, - желчно выплюнул Сильвер. - Вот поэтому мы предлагаем уйти на своих условиях, легализоваться, закрыть тылы – зови как хочешь. Мужчина глубоко вдохнул затхлый воздух, расправляя плечи, и оглядел присутствующих, будто ища тех, кто хочет бросить ему вызов. - Хорошо сказано, сынок, - потрепал отец сына по плечу. – Резковато, но хорошо. И у меня даже есть то, что придётся по вкусу Барону… [1] Атласская Мобильная Станция Лечения и Реанимации. [2] Старые Семьи – семьи благородного происхождения, сохранившие достаточно власти после упразднения дворянства Королем-Воином, дабы с ними считались.