История моей любви

       Последующие две недели я прислушивалась к себе и к своим ощущениям каждый раз, когда находилась рядом с Валей. Мне необходимо было понять, то, что произошло в раздевалке случайность или меня на самом деле влечет к этой женщине. Но за исключением того, что в ее обществе мне было приятно находиться, а так же какого-то тепла, разливающегося внутри каждый раз, когда передо мной возникала Антонова, ничего подозрительного я не замечала. Возможно, и это было необычным, к тому же если добавить сюда мое восхищение ею и каждодневную оценку ее внешнего вида, но я пыталась не углубляться во все это, решив остановиться на том, что Валентина просто красивая женщина, которая призвана привлекать к себе взгляды окружающих: мужчины на нее смотрели с желанием, женщины – с завистью. А свою реакцию на ее прикосновения я списала на то, что у меня давно не было мужчины и изголодавшееся тело остро реагирует на любые чужие прикосновения, пусть и случайные.        Стоило разобраться в себе, как стало немного спокойнее. Теперь даже оставаться наедине с Антоновой было как-то легче, потому что, перестав копаться в себе, я смогла снова начать общаться с ней, как и прежде. Но стоило мне успокоиться и расслабиться, как произошло то, что вернуло меня на две недели назад.        Еще накануне я заметила, что Валя чем-то обеспокоена, а сегодня убедилась в этом окончательно. На летучке, за исключением выданной информации о трупе, она молчала, а в буфете, полностью погрузившись в свои мысли, даже не услышала слов Майского, обращенных к ней. У нее явно что-то случилось и по окончании рабочего дня, который, как обычно затянулся, я решила выяснить, что именно. Я и сама уже стала волноваться и переживать за нее, поэтому спустившись в морг, уверенно подошла к столу, за которым она сидела, и твердо произнесла:        - Рассказывай, что случилось?        Она резко вскинула голову и часто заморгала. По-моему, она даже не услышала, как я пришла и лишь мои слова привели ее в чувства, при этом смысла их она не уловила.        - Что у тебя произошло? – вновь спросила я, садясь на стул, и всем видом показывая, что не собираюсь отсюда уходить, пока она мне все не расскажет.        - Ничего, - отвернув от меня голову, ответила она.        - И именно поэтому ты уже второй день ходишь сама не своя, да? – приподняв бровь, поинтересовалась я.        - Ну, правда, Рит, ничего не случилось, я просто переживаю за сына, - посмотрев на меня, произнесла она, сжав пальцы рук.        - А что с ним?        - Он же у меня футболом занимается, вот три дня назад их команда уехала на соревнования. Вечером у них был дружеский матч, а на утро он не смог встать с постели – заболел. То ли в автобусе продуло, то ли распаренный после игры выскочил на улицу, но температура поднялась под тридцать девять, - ее голос становился все громче и громче и отражал ее волнение и страх. - А в таких поездках всегда минимум взрослых и те обязаны находиться на матчах. Врач пичкает его лекарствами, он спит почти все время, да бредит из-за жара. Присматривать за ним некому. А возвращаются они только через два дня.        - В каком они городе?        - Во Владимире.        - Ну и в чем дело? Отправь за ним мужа, - не понимая, почему она этого еще не сделала, нахмурилась я.        - Я бы и отправила, но он в командировке! – она откинулась на спинку стула и скрестила на груди руки, уставившись в стену перед собой. Ее разозлили мои слова, я это отчетливо поняла. – Все просто произошло одновременно! Степа уехал и одолжил свою машину другу, так как у его тещи юбилей, на который должна собраться вся семья, а живет она в какой-то глубинке, куда нет прямых рейсов. Он продал свою старую машину, а с покупкой новой возникла какая-то заминка, вот я и подала мужу эту идею, я же не знала, что последует дальше! – Сейчас она уже злилась и на себя, и на Степана, и на его друга. – Моя машина через день после их отъезда решила сломаться, а в автомастерской сказали, что починка займет дней пять. Будь она на ходу, я бы уже сама съездила за Юркой. – Ее голос звенел от напряжения. – Поезда, будь они неладны, идут только ночью, а на автобусе или электричке я не повезу больного сына. Я собиралась за ним поехать минувшей ночью, но пришла вчера домой и обнаружила, что девчонки тоже подхватили простуду. Днем я их контролировала по телефону, но уезжать и оставлять их одних в таком состоянии, я не могу.        - Ты забыла, где работаешь? Еще вчера попросила бы любого из ребят и тебя домчали бы до места в два счета! Еще и с мигалками, чтобы быстрее! – улыбнулась я, не понимая, почему она этого до сих пор не сделала.        - Я не хочу никого загружать своими проблемами. Вы и без меня устаете на работе, не хватало еще ночью куда-то ехать. А в выходной тем более не хочется никого выдергивать.        - Валь, вот умная женщина, а говоришь какую-то чушь! Да тебе любой согласился бы помочь даже не раздумывая!        - Так уж и любой! Я что, особенная какая-то? – любая другая женщина за такими словами скрывала бы кокетство и желание нарваться на комплимент, но только не Антонова.        - Будто ты этого сама не знаешь, - ухмыльнулась я, тряхнув головой. Даже для меня она была особенной, что уж говорить о наших мужиках. Она удивленно на меня посмотрела, а я, пытаясь сменить тему и увести ее от ненужных размышлений, выдала: - Давай собирайся и поехали.        - Куда? – не поняла она.        - Как куда? За сыном твоим.        - Нет, Рит… - а глаза загорелись надеждой. – Ты и так весь день была за рулем. Тебе завтра на работу, а мы только туда по пробкам потащимся часа четыре.        - У меня завтра выходной и я уже решила, что мы едем во Владимир. А скорость нашей поездки напрямую зависит от скорости твоего одевания, - я в упор посмотрела на нее, подтверждая принятое мною решение и ожидая, когда она сорвется с места.        - Рит, я… мне… неудобно… - она неуверенно мялась, не решаясь поддаться мне.        - Валь! – повысив голос, прикрикнула я. – Ты не об удобстве думай, а о сыне, который там совершенно один.        Мои слова подействовали на нее, и она резко вскочив со стула, заметалась на месте.        - Рит, спасибо тебе! – она поспешно принялась расстегивать пуговицы на рабочей рубашке. – Я быстро! – она бросилась в сторону раздевалки, на ходу стаскивая с себя верх костюма, а я непроизвольно повернула голову за ней, не сводя с нее глаз.        Войдя в маленькую комнатку и не потрудившись закрыть за собой дверь, она тут же скинула туфли и стянула с себя брюки.        «Черт тебя подери, Антонова! Что ты творишь?!».        У меня перехватило дыхание и остановилось сердце. Перед глазами все еще стояла грудь, обтянутая бежевым кружевом, которая предстала передо мной в полной красе, когда рубашка на Вале распахнулась аккурат перед моим носом. Но не прошло и минуты, как женщина продемонстрировала мне все свои прелести, оставшись только в нижнем белье, составляющем единый комплект.        Я едва не взвыла от такого вида, а она, не обращая на меня никакого внимания, быстро повесила свою форму и стала одеваться. Пока она была в одном белье и без туфель, она казалась маленькой и безобидной, но невероятно красивой. Но стоило ей натянуть телесного цвета чулки, как она перестала быть скромной и превратилась в сексуальную женщину, которая знала себе цену. А когда она надела платье и сапоги на извечных и любимых шпильках, мне почему-то захотелось вскочить и броситься к ней, чтобы сорвать с нее эту чертову тряпку, которая мешает мне наслаждаться ее телом. Но, даже не смотря на то, что она была одета, я отчетливо видела ее без платья. Мало того, во мне проснулось желание полностью избавить ее от одежды, медленно высвобождая ее из тонкого кружева, наслаждаясь каждым сантиметром ее восхитительного тела. Мне стало нестерпимо интересно, какая ее кожа на ощупь? Наверняка теплая и бархатистая. А какая она на вкус?        Я почувствовала, как у меня онемели кончики пальцев от одного представления о прикосновениях к Вале. Уловила, как затрепыхалось сердце. Рот непроизвольно наполнился слюной и, прикрыв глаза, я тяжело сглотнула и глубоко вздохнула. В нос тут же ударил знакомый аромат духов. Распахнув глаза, я уставилась на собранную женщину передо мной.        - Я готова, - озвучила она очевидное.        «Зато я теперь не готова! Как прикажешь вести машину в таком состоянии?».        Я постаралась взять себя в руки и привести мысли в порядок, для чего вскочила со стула и, кивнув головой, устремилась к выходу из морга. Я понимала, что Валя даже не догадывается о том, какие чувства бушуют внутри меня. Понимала, что она и мысли допустить не могла о том, что я могу смотреть на нее ни как подруга. Она ведь об этом даже не подумала, когда умчалась в раздевалку. Хотя, наверное, будь на моем месте любой оперативник, она поступила бы точно так же, правда уже позже одумалась бы и захлопнула дверь. Но она была уверена, что со мной этого делать не нужно. Я же женщина, а не мужчина. А знала бы она, что я хочу ее ничуть не меньше любого мужика! Чтобы она тогда делала? Наверное, стала бы избегать меня, других вариантов просто нет.        Оказавшись в машине, я предложила ей вздремнуть, но она категорически отказалась. В принципе я этого и ожидала, но попробовать стоило. Я не представляла, как проведу рядом с ней в замкнутом пространстве столько времени, но деваться было некуда, я сама предложила съездить за ее сыном. В целом, я всегда радовалась, когда удавалось побыть рядом с Валей, но в данный момент я боялась как-нибудь выдать себя. Ведь перед глазами до сих пор стояла практически раздетая Антонова.        - Значит, развлекай меня, - заявила я, надеясь, что какая-нибудь отстранённая болтовня поможет мне отвлечься.        - И чем тебя развлекать? – удивилась она.        - Не знаю, расскажи что-нибудь смешное, - предложила я.        И она рассказала. И о детях, которые попадали в забавные ситуации, и о наших ребятах, которые оказывались в нелепых историях, и даже о себе самой. Вскоре и я стала поддерживать разговор, с облегчением понимая, что желание наброситься на Валентину прямо здесь, стало отступать.        Выехав из города, мы ненадолго прервали разговор: Валя позвонила тренеру сына и предупредила, что едет за ним, а я связалась с Сашкой и велела ему не ждать меня и ложиться спать.        - Извини, - виновато произнесла Антонова. – Отрываю тебя от сына.        - Он у меня самостоятельный и уже давно привык к моей работе, - отмахнулась я.        Вскоре мы возобновили непринужденный разговор, и дорога прошла вполне спокойно и без происшествий. В городе мы довольно быстро нашли нужную гостиницу и уже вскоре забирали Юрку из номера. Я видела испуг на лице Вали, когда она вошла в комнату, видела, как она пытается сдерживать себя, чтобы не расплакаться при других ребятах и тренере. Она так переживала за сына, что ее саму было впору вести под ручку до машины.        Уже у автомобиля, я спросила:        - Сядешь с ним назад?        - Нет, лучше его уложить, - хоть и дрогнувшим голосом, но твердо произнесла она.        Антонова помогла ему лечь, подложив под голову декоративную подушку, а я достала из багажника плед и передала ей. После того, как он был уложен, я усадила ее вперед и села за руль.        - Валь, не переживай так. Дети часто болеют, в этом нет ничего страшного. С ним все будет в порядке, - попыталась поддержать ее я, сжав ее ледяные пальчики своей рукой.        Она неуверенно кивнула головой и посмотрела в зеркало заднего вида.        Я никогда не умела выражать свои чувства и сейчас тоже не знала, что еще могла сказать. Вздохнув, я завела машину, поняв, что самым лучшим будет, как можно скорее доставить их домой. Но, еще не выехав из города, я заметила, как Валя нервно переплела пальцы и уставилась прямо перед собой. Я вновь потянулась к ней и накрыла ее руки ладонью.        - Все будет хорошо, - тихо произнесла я.        Она промолчала и никак не отреагировала на меня, а я повела машину дальше, не спеша убирать руку. Я ощущала какую-то перетекающую энергию между нами, будто я ей отдавала свое тепло, помогая справиться с поселившимся холодом внутри нее, а она в ответ одаривала меня своей нежностью. Наверное, я так могла бы ехать до самой Москвы, но началась плохая дорога, и управлять машиной одной рукой стало практически невозможно. С сожалением разжав пальцы, я положила ладонь на руль, тут же почувствовав, как мне не хватает бархата кожи Валентины.        Обратно мы доехали гораздо быстрее. На трассе было поспокойнее, да и в городе в такой час машин почти не было. Я помогла им добраться до квартиры и, убедившись, что они в безопасности и дальше Валя справится сама, отправилась домой.        Но сев в машину, я не спешила трогаться с места. То, что происходило сегодня, в очередной раз выбило меня из колеи. Еще совсем недавно я была уверена, что то, что я чувствую к Антоновой, ничего не значит, а уже сегодня я стала сходить с ума от желания к ней. Хотя нет, настолько сильного желания прежде я не испытывала. Оно появилось только сегодня.        «И все-таки, Власова, тебе срочно нужно завести любовника! А то такими темпами ты начнешь хотеть не только Валю!».        Да уж… удобно думать, что это просто сексуальная неудовлетворенность сказывается таким странным образом, а если не она? Но от этой мысли я в очередной раз попыталась отмахнуться, не желая ее воспринимать всерьез.        «Не могу я на самом деле хотеть Антонову и все тут! Поэтому в срочном порядке ищу любовника и вычеркиваю из своих фантазий эту блондинку!».        Тронув машину с места, я устремилась в сторону дома, но, не доезжая до него, свернула к круглосуточному магазину, вспомнив, что дома должен был закончиться хлеб и молоко, а мне ребенка нужно завтраком кормить!        Быстро взяв все необходимое, и прихватив любимое печенье сына, я расплатилась и пошла к выходу. Но добраться до машины у меня не получилось. Прямо в дверях магазина на меня, а точнее на мой пакет, налетела большая собака.        - Твою же мать!.. – я не смогла сдержаться и выругалась вслух, бросив злой взгляд на черного лабрадора, из-за которого пакет из моих рук с грохотом упал на ступеньки. Затем, столь же недовольный взгляд я перевела на хозяина пса, намереваясь поставить на место нерадивого мужика, который обзавелся собакой, а обращаться с ней не научился.        Но мужчина, опережая любые мои слова, стал искренне извиняться и присев на корточки, собирать мои покупки в пакет с порванными ручками.        - По-моему ничего не разбилось. Подождите меня минутку, я сбегаю за новым пакетом.        - Не стоит, я на машине, - тронутая его расторопностью, сказала я.        - Тогда позвольте помочь донести его до машины, - подхватив пакет и прижав его к себе, чтобы было удобнее нести, сказал он, спускаясь со ступенек и таща за собой пса.        Пока мы шли, он рассказал, что забыл накануне вечером купить своему питомцу корм, из-за чего тот не давал ему спать полночи и, не выдержав, мужчина все-таки решил дойти до ближайшего ночного магазина, прихватив с собой и собаку. Обычно она была осторожная и приветливая, но сегодня, будучи голодной, рвалась вперед, не замечая никого и ничего на своем пути.        - Может быть, позволите загладить нашу вину ужином в ресторане? – поставив пакет в мой багажник, он потрепал лабрадора по голове и посмотрел на меня.        «Ну что, Власова, мечты сбываются? Только ты приняла решение найти себе любовника, и вот, пожалуйста».        Мужчина был примерно моего возраста, темноволосый и голубоглазый. Его внешний вид говорил о том, что он ухаживает за собой: современная прическа, крепкие руки и одежда, явно купленная не в дешевых магазинах. Тело было скрыто легкой курткой и джинсами, но я почему-то была уверена, что он подтянут и мускулист. Он явно будет отличным любовником.        «Докатилась… Нет бы подумала о нормальных отношениях с мужчиной, так нет же! Уподобилась Майскому, который смотрит на девушек как на игрушку на одну ночь. Вот теперь и я опустилась до того же уровня. Даже как-то противно, черт возьми!».        В мыслях промелькнула Антонова.        «Вот только тебя мне сейчас и не хватало! - зло подумала я. – У тебя муж и дети, вот и живи себе в удовольствие! А я должна убедиться, что вся та чертовщина, что со мной творится просто из-за отсутствия секса!».        Поражаюсь самой себе, но я начинаю кокетничать и заигрывать. Видел бы меня сейчас кто-нибудь из знакомых, точно не поверил бы своим глазам. А что еще мне остается? Не вешаться же ему на шею прямо здесь. Ужин - хорошее начало вечера, поэтому я соглашаюсь на его предложение.        - Давайте обменяемся номерами и созвонимся после обеда? – предлагаю я. – А то сейчас мы оба в таком состоянии, что к вечеру забудем, где должны встретиться.        - Я объяснил причину своей бессонницы, - улыбнулся мой новый знакомый, - а почему не спите Вы?        - Работа, будь она неладна, - без зазрения совести соврала я.        - И кем же Вы работаете? – интересуется он.        - Расскажу во время ужина, - улыбнувшись, ответила я, думая о том, что если прямо сейчас признаюсь в том, чем занимаюсь, он найдет причину отменить свое приглашение. А мне этого совсем не хочется.        Мы обмениваемся номерами и представляемся друг другу, после чего я сажусь в машину, а он снова направляется в магазин. Уже дома я признаюсь себе, что за сегодняшний затянувшийся день жутко устала и ни о чем не думая, падаю в постель с мыслью, что у меня есть чуть меньше трех часов до момента, как нужно будет поднимать сына в школу.