Выйти из игры.

***

       Трапезная Железной Дубравы располагалась в Дубовой башне. Выстроенная из огромных бревен, она и внутри напоминала бревенчатый сруб, стены были лишь завешаны гобеленами, изображавшими Орлиное гнездо и Копьё Гиганта, покрытое снегом, и сцены Битвы Семи Звёзд. На стене за высоким местом висели знамена Ареннов, Уэйнвудов и Хардингов. На завтрак подали свежий хлеб, масло, яйца, бекон, сыр и вчерашние пироги с рыбой и с вишней. Роберт занял место рядом с невестой, которое прежде занимал Гаррольд и сосредоточенно чистил яйцо.       Санса решила начать осуществлять свой план с утра. — Леди Анья, насколько я понимаю, сегодня последний день турнира. — Старая леди кивнула в знак согласия, намазывая масло на хлеб. — И думаю, состязания закончатся до обеда. — Да, так все и будет. — Она внимательно посмотрела на девушку, всё еще не понимая причину ее вопросов. — Могу я Вас попросить дать мне людей, чтобы я могла сразу уехать к своему мужу. — Решилась Алейна, покосившись на Бейлиша. — Как уехать, — Бейлиш не донес чашу с разбавленным вином до своих губ, — ведь турнир затевался в честь вашей свадьбы. — Он сердито поставил чашу на стол. — Какая необходимость так торопиться? Вечером будет пир. Завтра ты можешь вместе с нами и Робертом вернуться в Лунные Ворота, а потом я провожу тебя к мужу. Так вот что он задумал. Он не собирался так быстро отпускать ее. — Не думаю, что это правильно. Прости, отец, — она взяла его руку и поцеловала, — но теперь я жена лорда Гаррольда и, думаю, моё место около него. Возможно, через какое-то время, когда он загонит горных дикарей обратно в их норы, мы приедем вместе с ним, чтобы навестить тебя и Роберта. Кажется скоро у него должны быть именины? — Она улыбнулась мальчику. — Да, да, Алейна, приезжайте на мои именины. — Роберт улыбнулся ей в ответ. — И все-таки я не понимаю, к чему такая спешка? — раздраженно проговорил Бейлиш. — Почти все твои вещи остались в Лунных Воротах и приданое. Я собирался дать тебе пару служанок, да и Роберт будет скучать. — Ох уж мне эти любящие отцы, — перебила его леди Анья, — какие только не придумают отговорки, чтобы подольше удержать около себя дочь. — Она приветливо улыбнулась Алейне. — После обеда Вы можете сразу отправиться в Кровавые Врата, думаю, мы найдём кого-то, кто согласится проводить Вас в замок, и служанку я тоже найду из своих девушек, а вещи лорд Бейлиш пришлёт позже, как только вернётся в Лунные Ворота. Если Вы, лорд Бейлиш, успеете за это время соскучиться, то сможете оставить Роберта на попечение Нестора Ройса и леди Миранды и навестить свою дочь в ее новом месте жительства, заодно проведёте там инспекцию и решите нуждается ли в чем-нибудь замок. Бейлиш не нашёл, что возразить. — Очень похвально леди, — Анья Уэйнвуд снова обратилась к Алейне, — что Вы понимаете, что место женщины возле мужа. И нельзя вечно прятаться под крылом отца. — Да, миледи. — Алейна склонила голову в лёгком поклоне. — Возможно, неразумно было с моей стороны оставаться на празднике в то время, как мой муж отбыл, чтобы защищать наши рубежи. — Ну, ну, — она взяла девушку за руку и накрыла ее другой, — Вы ещё очень молоды, а праздники любят даже старухи. — Усмехнулась она. — К тому же они у нас не так часто бывают. Не огорчайтесь, все поправимо. Думаю, для Гарри станет приятным сюрпризом, когда вечером Вы явитесь в замок. — Спасибо, миледи. — Алейна с благодарностью посмотрела на женщину и принялась с удовольствием за вишневый пирог, запивая его ромашковым чаем.       После завтрака все вышли на улицу и отправились верхом на турнирное поле. Алейна видела хмурое лицо Бейлиша, но надеялась, что он не придумает причину изменить ее планы. Остальные предполагали, что Бейлиш не в духе из-за скорого расставания с любимой дочерью.

***

      Общая схватка напоминала обычную пьяную драку. Алейна не могла разобрать кто кого бьет. Было шумно, Иных и Неведомого поминали, чаще чем Пекло, иногда звали Отца и Мать. Кто из богов помог победителю, она так и не поняла, но в итоге оказалось, что победил никому неизвестный рыцарь по имени Кравн Лунный Меч, в простых доспехах и плаще без герба.       Они вернулись в замок, и Алейна направилась в трапезную. Не дожидаясь ни Роберта, ни Петира, она выпила чашу разбавленного подогретого вина и быстро съела тыквенный суп с говядиной. В конце она всё-таки соблазнилась и не смогла себе отказать в удовольствии полакомиться лимонным пирожным, запив его чаем. Вскоре к ней подошла леди Анья. — Надеюсь, миледи, Вы готовы? — Спросила она, внимательно посмотрев ей в глаза. Алейна увидела, что к ней бежит улыбающийся Роберт, и следом идёт отец. — Думаю, осталось лишь попрощаться. Она наклонилась и обняла мальчика. За последний год он подрос и окреп, стал менее капризным, и его приступы случались всё реже. Алейна чувствовала, что привязалась к нему. В конце концов, он был последним оставшимся в живых ее родственником. Внезапно ей стало страшно. Она вспомнила слова Бейлиша, сказанные им в Орлином Гнезде тогда, когда он сообщил ей, что она станет невестой Гаррольда: …Когда он умрет… Может быть Бейлиш не посмеет при лордах Долины избавиться от него. — Прощай милый Зяблик. Надеюсь, мы скоро увидимся. — Она поцеловала его в белый лобик и заглянула в доверчивые глаза. — Прощай Алейна. Я тоже надеюсь. — Он обвил своими ручками-палочками ее шею и прижался на мгновение к ней своим слабым тельцем. — Там лимонные пирожные, — тихо шепнула она ему на ушко. Он отпустил её и побежал к столу. Алейна взглянула на Бейлиша. — Прощайте, отец. — Она позволила ему поцеловать себя в лоб и стремительным шагом направилась вон из чертога. Ее догнала Миранда. — Постой, подруга, а со мной ты попрощаться не хочешь? — Она лукаво улыбнулась. Алейна растерялась. — О прости, милая, я совсем плохо соображаю. — Я так и поняла. — Рассмеялась Миранда. — Это после моих вчерашних слов о ветрености Гарри, ты вдруг внезапно решила сбежать к нему, нашла и попутчиков, и служанку.— Хочешь застать его врасплох? Но от меня так просто не убежишь. Я провожу тебя немного. Мы ведь так и не поговорили. — Не поговорили? — Алейна была растеряна. — Мы вчера говорили почти всю ночь. — Но ты не рассказала мне самое интересное. Они сели верхом. Красавица была спокойная и тихая лошадка. Все эти дни Алейна ездила на турнирное поле только на ней, и обе они привыкли друг к другу. Она погладила гриву лошади, ожидая, когда остальные всадники окружат её. Сзади их небольшого отряда пристроилась повозка. — Что это? — Удивилась Алейна. — У тебя будет две служанки. — Миранда снова улыбнулась. — Леди Анья дала тебе свою девушку. Ну, девушка она по сравнению с самой старушкой. — Хохотнула подруга. — И моя Илис. Ты же обещала мне помочь избавиться от неё. Алейна улыбнулась. — Спасибо, подруга. Теперь я буду чувствовать себя настоящей леди. Она оглянулась. Две немолодые, но приятные женщины устроились в повозке. — Кто из них Илис? — тихо спросила Алейна. Их небольшой отряд уже двинулся в путь, но она всё ещё боялась, что Мизинец попытается ее задержать. — Илис — это та, что постарше. Видишь, она почти вся седая. — А другую девушку как зовут? — Хелли. Там я положила тебе тёплое белье и несколько платьев на первое время. Они почти новые, но мне малы. Илис поможет тебе подогнать их по фигуре. А ещё, — Миранда прищурилась, — я решила сделать тебе подарок лично от меня. — От тебя? Мне очень приятно. Что же это за подарок? — Не удержалась Алейна. — Красивое белье. Будешь надевать его на ночь, для Гарри. Мужчины любят, чтобы под платьем леди были шелковые чулочки и кружевные панталоны. Представляю, как ты лежишь такая вся розовая и голенькая в кружевах. Алейна покраснела. — Да не красней ты. — Она захохотала во все горло. — Перестань, Миранда. На нас оглядываются. Она смущённо посмотрела вокруг. Только теперь она обратила внимание на людей, которые ее сопровождали. Это были незнакомые ей воины в простых доспехах и одеждах без гербов. Плечи их были укрыты коричневыми шерстяными плащами, головы спрятаны под глубокими капюшонами, а лица укутаны шарфами до самых глаз. — Что это за воины? — Удивилась она. — Лица закрыты. — Леди Анья попросила септона Нарберта дать тебе своих воинов. — Каких своих воинов? — Не поняла Алейна. — Септон Нарберт прибыл с Тихого острова, — терпеливо объяснила Миранда, — с ним семь мальчиков, которые пели в Септе, и шесть крепких мужчин, они тоже послушники из их общины, но из бывших воинов. В общем охрана. — Она пожала плечами. — Сама знаешь, сейчас даже в Чаячий город без охраны ездить опасно. У всех у них мечи, кольчуги и лица замотаны. Может они бывшие разбойники, боятся, что их узнают. Но какие мужики, — она мечтательно закатила глаза, — здоровые, сильные. Хотела бы я, чтобы меня потискал такой разбойничек. — Что ты такое говоришь? — Ужаснулась Алейна. — Сама сказала, что они послушники. — Вот именно, послушники, а не евнухи. — Миранда, ты неисправима. Женщина в ответ лишь расхохоталась. — Как мне нравится твоё смущение. Ты словно септа. А теперь, септа, рассказывай. — Что рассказывать? — Как что? Самое интересное. Как у вас было с Гарри. — Что было? — А что ничего не было? — Алейна уловила в ее голосе подозрение. — Ты про брачную ночь? — Конечно. Про что же ещё? Или он уговорил тебя раньше? — Нет, отец предупредил меня, чтобы я не поддавалась на его уговоры. — И что ты его послушалась. — Конечно. Разве можно… — она запнулась, — разве можно лечь с мужчиной, если он тебе не муж? — Да ты и вправду септа. Буду тебя теперь так звать. Септа Хардинг. — Перестань. Говори тише, — Алейна улыбнулась. На самом деле ее так воспитала Септа Мордей. — Ну, тогда расскажи, как у вас было в брачную ночь. Алейна смутилась. — Наверное, так же, как и у всех, как и у тебя. — Ты, подруга, не темни. Скажи ещё, что ты до сих пор девственница. Алейна вспыхнула. — Нет, конечно. — Она посмотрела в лицо Миранды и поняла, что она не отстанет. — Гарри был очень нежен и ласков. — Она снова посмотрела на подругу. Миранда слушала затаив дыхание. — Ну может быть немного нетерпелив. — Нежен и ласков. — Миранда закатила глаза. — Ты ещё скажи, спел серенаду, потом чмокнул в ухо, отвернулся и захрапел. — Нет, он не храпел. — Алейна была удивлена. — И потом, что ты хочешь услышать? Как он раздевал меня и куда целовал? Может как он меня ударил. — Она прикусила губу. — Он тебя ударил? — удивилась Миранда. — Нет, конечно, — поспешно ответила девушка, — но думаю такие подробности тебя бы развлекли. — Она не знала, почему вдруг начала злиться, напряжение последних дней, да и назойливая весёлость подруги утомили её. — Если честно, я бы не удивилась если бы он тебя ударил. — Вдруг серьезно призналась женщина, — иногда он может быть и грубым. — Нет. — Настойчиво проговорила Алейна. — Со мной он не был грубым. — Она почувствовала раздражение, с которым не могла справиться. Они ехали молча какое-то время, наконец, Алейна успокоилась. — С чего ты взяла, что он может быть грубым? — У него было много девушек, и некоторые жаловались на его несдержанность. Я и подумала, с чего вдруг с тобой он станет вести себя по другому? — Почему-то вдруг рассердилась Миранда. — Если ты все знаешь, зачем спрашиваешь? — Алейна отвернулась. Лошади мерно шли вперед, сзади грохотала телега. Наконец, Миранда не выдержала. — Прости, я не права. С тобой, наверное, он так себя вести не посмел. — Она виновато посмотрела на Алейну. — Я надеялась сама стать его женой. Он был нежным и нетерпеливым, как ты говоришь, а потом завалил меня прямо на конюшне и не женился. — Мне жаль. — Миранда недоверчиво посмотрела на Алейну, но та не отвела взгляда и повторила. — Мне правда жаль. — Она пожала плечами и улыбнулась. — Может быть с тобой ему было бы веселее. — А ты умеешь утешать. — Усмехнулась Миранда. Солнце клонилось к горизонту. Миранда остановилась. — Пожалуй, я дальше не поеду. Не хочу ночевать в Кровавых Вратах и слышать твои сладострастные стоны. Алейна поняла, что женщина не может удержаться от бесстыжих шуток, и не стала возмущаться. Они обнялись на прощание, и Миранда повернула лошадь. — А для тебя не опасно возвращаться без охраны? — удивилась Алейна. — Да мы ещё почти не отъехали. Алейна оглянулась. Действительно, вдали виднелись Стены Железной Дубравы. Миранда ударила пятками кобылу и быстро помчалась обратно. Кто-то взял под уздцы ее Красавицу. — Ну что, нащебетались, бесстыдницы? — Огромный послушник хмуро смотрел на неё из-под капюшона. Лицо его было замотано, как и у остальных, до самых глаз. — Теперь, если хочешь поспеть к завтраку, надо ехать быстро. Алейна ударила пятками свою лошадку и рысью послала ее вперёд. Ее спутники двинулись следом в том же темпе. Сзади громыхала по замёрзшей дороге телега.

***

      Девушка ехала, любуясь открывшимся перед ней видом Долины. Почти все время, что она жила здесь, она не покидала замков, сначала Орлиного Гнезда, а потом Лунные Ворота. Теперь перед ней расстилалась вся Долина. Зима наступила год назад, но эти края ещё не ощутили её дыхание по-настоящему. Холодные ветры выстудили землю, но снег сюда почти не долетал. Тучи цеплялись за высокие горы и просыпали его в ущельях и на горных дорогах. Лишь иногда сильные ветры приносили с собой снежную пыль. И справа, и слева тянулись поля и луга, разделённые реками и редкими рощами и дубравами. Вероятно, летом всё это зеленело среди синих лент водных потоков. Но теперь, после первых метелей, земля была едва присыпана тонким слоем снежного кружева, который легко сдувался слабым ветром, обнажая чёрные полосы, и вся Долина была словно укрыта полосатыми шкурами сумеречного кота. Реки едва угадывались, они уже не отражали голубого неба, но были такими же свинцовыми, как и тучи над ними.       Сколько всего случилось с ней за то время, что она провела в Долине. Едва ли она стала умнее. Может лишь начала осознавать свою беспомощность и наивность доходящую порой до глупости, укрощать свою доверчивость переплавляя ее в подозрительность. Месяцы проведённые в заточении в Орлином Гнезде дали ей возможность переосмыслить все то, что с ней произошло с того момента, как она покинула Винтерфелл, передумать все «если бы», примерить другую жизнь, перемечтать иную судьбу. Она не нашла выхода. В любой реальности она оставалась невестой Джоффри, ее отца казнили, ее сестра пропала, а мать и братья были убиты. Мог бы отец отставить ее и сестру дома? И тут она вынуждена была признаться, что если бы Арья подралась с Джоффом в Винтерфелле, и ее бы оставили дома, старшую дочь Эддард Старк все равно взял бы с собой в Королевскую Гавань. И даже, если бы отец не согласился стать Десницей короля и остался в Винтерфелле, сама она уехала бы в столицу вместе с королевской семьей. Она этого хотела, ее избалованная, самонадеянная натура стремилась к этому, и окружающие потакали ей. Пожалуй, одна Арья была до конца с ней честна, когда называла ее дурой. Конечно, отец не узнал бы тогда о тайной связи королевы с ее братом и о незаконности притязаний её детей на Железный трон. Возможно, какое-то время Джоффри сумел бы обуздать свою злобную натуру, но в конце концов она все равно бы проявилась, может быть позже, может быть после того, как она стала бы его женой. Дальше она заглядывать не хотела. Алейна никогда не была невестой короля Джоффри, она даже не была в Королевской Гавани. Эта мысль помогала ей отгородиться от прошлого и от сожалений. Алейна незаконнорожденная дочь низкого лорда Бейлиша. Ей ли мечтать о принцах. Иногда она с сожалением вспоминала ТУ ночь. Если бы она не испугалась, если бы пошла с Псом, он отвёз бы ее к брату и матери, и теперь она была бы навсегда с ними ничья — не невеста, не жена, не любовница.       Но и в Гнезде ей не было покоя. Она вздрогнула при воспоминании, как Петир впервые поцеловал ее. В тот день, когда он сообщил ей о своих планах заключить помолвку с Гарри-наследником, он впервые посадил ее к себе на колени и вдруг стал целовать шею, плечи. Его поцелуй в губы ошеломил ее, словно она занималась чем-то постыдным. Поцелуи отца не должны быть такими страстными, а руки такими бесстыжими. Потом он стал приходить к ней в спальню, чтобы поцеловать перед сном. В ночной рубашке и халате она чувствовала себя еще более незащищенной. Иногда ей казалось, что он с трудом сдерживается. Его длинные пальцы блуждали по ее телу, и она не смела сопротивляться. — Разве мы можем… — она решилась все-таки однажды спросить его, — ведь я должна стать женой Гаррольда Хардинга. Мизинец улыбнулся одними губами, но глаза оставались злыми. — Мужчины — глупцы, — проговорил он, немного подумав, — они предпочитают жениться на девицах, а спать со шлюхами. Пусть Хардинг сорвет твой цветок, а потом я научу тебя, как управлять мужчиной. Женские прелести порой бывают опаснее меча, кинжала или яда. Мало кто из мужчин умеет думать головой, когда у него шевелится в штанах. — А Вы, Петир? — Задала она вопрос, очередной глупый вопрос. — Раньше тоже. — Почему Вы сами не женитесь на мне? — Она не желала стать его женой, но предпочла бы, чтобы он был её мужем, а не любовником. — Ты станешь леди Хардинг. Лорды Долины обожают молодого сокола. Ты получишь его имя и его армию, а когда у тебя родится наследник, мы избавимся от него. — Избавимся? — Она была потрясена. — Но зачем. — К тому времени ты уже сможешь объявить своё настоящее имя. Ты будешь вдовой и наследницей Ланнистера, матерью наследника Долины, дочерью Кейтилин Талли из Речных земель и последней Старк — три королевства из семи будут твоими по праву. У Баратеонов не осталось наследников, потому тот, кому ты отдашь Штормовые земли, с радостью присягнёт тебе. Хайгарден слаб — Тиреллы никогда не умели воевать, как и Старомест. Железный трон и королевские земли будут пустовать после всех глупостей, которые совершит королева Серсея. Останутся только Железнорожденные и Дорн. Но с ними мы разберёмся позже. Ты станешь королевой Вестероса, и тогда мы сможем пожениться. Ты ведь этого хочешь? Она этого не хотела, она ничего не хотела. Она хотела лечь под одеяло закрыть глаза и больше их не открывать. Но она обняла его, положила голову на плечо и прошептала: — Да, я хочу этого. В тот момент в ее голове вспыхнуло видение. Она и Бейлиш стоят у Лунной двери. — Я всегда этого хотела. — Тихо произносит Алейна и толкает его. Глаза его становятся похожими на удивлённые глаза тёти Лизы и он летит, летит… Иллюзия развеялась, она вздохнула. — Я всегда этого хотела. — Снова прошептала она, думая о своей фантазии.       Эта порочная связь оскорбляла её, она чувствовала себя грязной лгуньей, и когда она улыбалась Гаррольду, и отправлялась с ним на прогулки в сопровождении отца, или Миранды, или Мии Стоун, и когда Гарри целовал ее и пытался соблазнить. Однажды он, действительно, сумел уложить ее на сено в конюшне, она сопротивлялась и пыталась вырваться, но он был слишком силён, он расшнуровал ее корсет и целовал обнаженную грудь, рука уверенно задрала юбки. Алейна уже решила, что он победил, но тут появился Бейлиш. — Что это значит? — Его сердитый голос испугал ее. Гаррольд вскочил, словно нашкодивший мальчишка и быстро поднял ее. — Я думал, что могу доверять Вам, молодой человек. Гаррольд стоял весь красный от злости. На мгновение ей показалось, что он сейчас убьёт Мизинца, но он сдержался. — Простите, милорд, Ваша дочь так хороша, что я не смог устоять. — Алейна, ты наказана. — Холодно проговорил Мизинец. — Хватит праздно шататься. Теперь будешь сидеть под присмотром Гретчель и Мадди и заниматься делами. Алейна не смела взглянуть ни на Бейлиша, ни на Гаррольда. Она чувствовала, что оба они пялятся на ее обнаженную грудь и пыталась прикрыть ее опавшим платьем. Вдруг Гарри резко дернул ее на себя, повернул спиной и ловко затянул шнуровку, ни одна служанка не смогла бы сделать это так быстро. Он вытащил из ее волос несколько соломинок, поднял ее руку и поцеловал. — Простите, миледи, за мою несдержанность. Она выбежала из конюшни ничего не ответив. После обеда он уехал. Вечером Бейлиш снова ругал ее. — Я думал, ты умнее. Один неверный шаг, и вся игра будет проиграна. Думаешь ты первая невеста, которую он пытается соблазнить. Помолвка — ещё не свадьба. Ты интересна ему, пока он не уложил тебя в постель. — Но ведь после свадьбы он все равно сделает это. — Пусть сначала женится. Он уже был помолвлен, но не женился. — Был помолвлен? С кем? Бейлиш не ответил. Тогда она не поверила ему, но видимо Мизинец ее не обманывал.