Выйти из игры.

***

      — Если хочешь, до Желудей всего полдня пути, — Клиган взглянул на Сансу: возможно, она все-таки надумает отделаться от него.       — Зачем? Мы, кажется, договорились спрятаться в Тихом Логове.       — Мы можем доехать до Риверрана и следовать дальше по Речной дороге, — при упоминании замка ее деда пташка вздрогнула, но промолчала, а Клиган продолжил: — Или пойти напрямую до Каменной Мельницы, а дальше вдоль Красного Зубца до Глубокой Норы. Оттуда до Логова два дня пути.       — Зима не располагает к долгим путешествиям, — она смотрела вдаль, словно разговаривая сама с собой. — Нужно выбрать самую короткую и, по возможности, безопасную дорогу.       — Ну что ж, как скажешь, — Сандор пришпорил Неведомого и свернул на боковую тропинку, уходившую в лес.       Несмотря на войну, ураганом прошедшую по Речным землям, деревни были полны людей, в домах топили очаги и пекли ячменный хлеб, кое-где мычали коровы, кудахтали куры и даже визжали свиньи, а по берегам многочисленных рек сидели рыбаки.       Путешественники продвигались осторожно, стараясь не встречаться с солдатами, которые, впрочем, предпочитали отсиживаться в замках. На ночлег они останавливались в деревушках, по возможности, в домике на отшибе у какой-нибудь вдовы или у одинокого старика. Клиган не снимал капюшона. Он привык, что пташка каждый раз говорила про его рану на лице. По сути это было правдой, которая позволяла ему оставаться неузнанным. Он всегда ложился на полу рядом с кроватью своей «невесты», как он теперь насмешливо её называл, даже если эта кровать была достаточно широкой, но Санса и не настаивала, чтобы не искушать его. По ночам, лёжа рядом с ее постелью, он жалел, что тогда, в разрушенном замке, пообещал не трогать ее до свадьбы. Она ведь женщина, а он мужчина. Так какая разница, когда это случится? Будто после клятв, произнесённых возле дерева, что-то изменится… Он и сейчас готов умереть за неё или убить. Он признавался сам себе, что ему приятно считать её своей невестой, а иногда с сожалением думал, что, возможно, она всё-таки не выйдет за него. Ну, родится у неё Мизинцев бастард… Она ненавидит этого мерзавца, но зачем ради его ребёнка губить свою жизнь?       У Каменной Мельницы они перешли реку вброд. Лошади не желали заходить в ледяную бурлящую воду, и Сандору пришлось переводить их в поводу. Он промок по пояс и сильно замерз, но к счастью, вскоре они добрались до постоялого двора. Пташка договорилась с хозяйкой, и им сдали две крохотные смежные комнатушки с двумя кроватями и одним общим очагом, а также принесли лохань с горячей водой, в которую Сандор с удовольствием погрузил замерзшие ноги. Еду им тоже принесли в комнату — дымящееся рагу из кролика с морковью и репой, хлеб и кувшин какого-то пойла.       — Я попросила хозяйку приготовить для вас горячее вино с мёдом и специями. Вам нужно непременно пропотеть, иначе вы заболеете.       Ее забота была для него неожиданно приятной. Он уже и не помнил, когда в последний раз ему подносили лохань с горячей водой, подавали полотенце, чтобы он мог вытереться, укладывали в постель, накрывали одеялом и укутывали сверху тёплым плащом. Напоследок она склонилась и робко поцеловала его в лоб, точно заботливая мамаша. Клиган хрипло рассмеялся.       — Ты носишься со мной, как с младенцем.       — Я стану вашей женой. А жена всегда должна заботиться о своём муже, — она бесстрашно посмотрела ему в лицо.       — Может, тогда и поцелуешь как жена, а не как мамочка?       По правде говоря, ему очень хотелось, чтобы пташка его поцеловала так же, как тогда на холме. Она немного смутилась, но снова склонилась к его лицу,а он не стал ждать и сам впился в ее сладкие губки.       — Вы и вправду жадный, — улыбнулась смущенная пташка, когда он, наконец, отпустил её, — даже боюсь представить, что меня ждёт в брачную ночь.       — Что-что… то же, что и всех невест. Я постараюсь быть нежным, ласковым и немного нетерпеливым, — проворчал он, глядя на неё.       — А вот подслушивать нехорошо, — она почему-то смутилась ещё больше, встала и направилась к двери.       — А никто и не подслушивал. Вы не очень-то тихо разговаривали.        Конечно, она боялась его напора. Он и сам себя боялся. Когда она была рядом, он с трудом сдерживался. Но похоже, она действительно боялась брачной ночи. Что же с ней произошло за эти годы? Он почти ничего не знал о её отношениях с мужчинами. Зато немного знал их самих. И помнил, как злой мальчишка обрушил ее радужные мечты, пролив кровь её отца на ступенях септы Бейлора; в тот день она лишилась не только родителя, но и иллюзий своей первой детской любви. Бес был весьма искушён в постельных делах, но тогда она была всего лишь маленькой девочкой. Гарольд Хардинг производил впечатление опытного любовника и дамского угодника, но, кажется, она сказала, что он её ударил. Потом, правда, она это отрицала, но её чересчур любопытная подруга подтвердила, что Гарольд был способен на грубость. Может, он догадался, что она не невинная девица, и действительно её ударил? Он ведь уехал через несколько дней после свадьбы, оставив молодую жену одну. И рыцари в Кровавых Вратах в ту ночь, когда она неожиданно заявилась туда в сопровождении монахов, шептались, что у Гарри в спальне кто-то есть.       Мизинец… При мысли о нём у Сандора непроизвольно сжимались кулаки. В Королевской Гавани поговаривали, что всех своих девиц он проверял и обучал лично. Несомненно, распутник показал ей кое-что из тех выкрутасов, которыми так славились его шлюхи. Видимо, не все эти приёмчики пришлись по душе застенчивой пташке, если она сбежала от него при первой возможности.       Как же она должна быть напугана и разочарована, если согласна стать женой такого, как он!       Она, конечно, женщина, но, похоже, её опыт лишь страшит её. Если она согласна стать его женой, он обязан оправдать её доверие. В её жизни было слишком много разочарований, и он не может стать одним из них. Он должен обращаться с ней бережно, быть нежным, ласковым и… терпеливым.       Клиган открыл глаза. Пташка сидела рядом с ним на постели и трогала его лоб. Заметив, что он проснулся, она улыбнулась.       — Я попросила хозяйку, и она позволила нам воспользоваться баней, — сказала она. — Я иду сейчас, а вы приходите, пожалуйста, попозже.       С этими словами она встала и вышла из комнаты.       Он сел на постели. Пташка что, позвала его помыться вместе? Да нет… Она велела прийти попозже. Он схватил кружку, в которой осталось вчерашнее, уже остывшее вино, и допил в два глотка.       Когда он всё же пришёл в баню, Санса была уже одета и вытирала волосы.       — Жаль, что они у тебя теперь не такие яркие, как были прежде, — он часто думал об этом, но не смел произносить вслух.       — Им можно вернуть прежний цвет, если для вас это важно.       Сандор приблизился к ней, подцепил пальцем одну влажную прядь и завёл ей за ушко.       — Мне всегда нравились твои волосы. Но я так полагаю, что это один из способов спрятаться? Поэтому пусть будет как есть.       — Их нужно просто вымыть в воде пополам с вином, — ответила она, пристально глядя на него. — Если вы готовы пожертвовать несколькими кружками вина, то, когда мы приедем в Тихое Логово, я с радостью смою с них эту краску и снова стану прежней.       Эх, пташка, если бы для того, чтобы смыть с тебя краску, страх, недоверие, ужасные воспоминания понадобилась моя кровь, я отдал бы её всю без остатка.       — Думаю, вино найдётся, — он стал раздеваться.       — Вам нужна моя помощь? — вдруг спросила она.       Сандор посмотрел на неё с недоумением.       — Нет. Но если хочешь, можешь остаться, — он усмехнулся, увидев, как она стыдливо опустила глаза.       — Здесь чистая одежда и полотенце, — пытаясь побороть своё смущение, она указала на сложенные на лавке тряпки. — Мыло я оставила возле лохани. Там ещё стоит кувшин с горячим травяным отваром с мёдом, — она всё-таки взглянула на него. — И не задерживайтесь надолго. Я попрошу, чтобы подали ужин. Как только вы придёте, мы поужинаем и ляжем спать, чтобы завтра пораньше отправиться в путь.       Постоялый двор находился между Речной дорогой и Красным Зубцом, и народу в нём было столько, словно поблизости располагалась ярмарка. Чтобы их никто ненароком не признал, они почти не выходили из комнат, только вечером, когда стемнело, Сандор, закрыв лицо капюшоном, сходил на конюшню почистить и накормить их лошадей, так как норовистый Неведомый никого к себе не подпускал.       — Интересно, как тебе при таком скоплении народа удалось заполучить две комнаты? — спросил он, когда им принесли ужин — запечённую рыбу, пирог с капустой и кувшин с травяным отваром.       — Я дала хозяйке золотого дракона… и сказала, что вы слишком громко храпите, — пташка смущенно опустила взгляд.       — Но я не храплю! — возмутился Сандор.       — Откуда вы знаете? — хитро улыбнулась пташка.       — Ну хорошо, если ночью замерзнешь, приходи греться, — он выпил стакан тёплого отвара, сожалея, что это не эль и не вино, и пошёл спать.       Пташка аккуратно завернула куски недоеденного пирога в чистую тряпицу, собрала посуду и выставила её за дверь. Потом долго сидела возле догорающего очага, попивая травяной настой, прислушиваясь к ровному дыханию Сандора и думая о чём-то своем.       На рассвете, когда на постоялом дворе было ещё тихо, они поднялись, быстро собрали свои вещи в седельные сумки, доели вчерашний пирог, запив его остывшим отваром. Он снова спрятал лицо, натянув глубокий капюшон, оседлал лошадей и они отправились в путь. Небо было тёмным, тяжелым, а слабый влажный ветер обещал снегопад.

***

      Путники ехали вдоль Красного зубца. Видимо, они были не единственными, кто пользовался этой дорогой. По крайней мере, лошадям не нужно было идти, прокладывая путь по глубокому снегу, и продвигались они довольно быстро. Когда день стал близиться к закату, они свернули в негустой осиновый лесок.       — Нужно отдохнуть, пташка, дать лошадям напиться, да и нам не помешало бы чего-нибудь пожевать.       Санса достала из седельной сумки пироги с кроликом и тыквой и мех с вином, которые она запасливо приобрела у хозяйки постоялого двора, и присела на пенёк, смахнув с него снежную шапку. Клиган отхлебнул из меха и откусил от пирога.       — А мяса-то пожалели, — насмешливо проговорил он.       Санса виновато опустила глаза.       — Хозяйка обещала, что в пирогах будет много мяса.       — Не расстраивайся, пташка, твоей вины тут нет. Поверь мне, в пироги, которые путники просят с собой в дорогу, мясо почти никогда не кладут. Поэтому я всегда беру те, которыми кормят в самой харчевне. Но в эти, похоже, все-таки положили, так что хозяйка тебя не обманула. Видать, сильно благодарна тебе за золотого дракона, — он сделал еще глоток и протянул мех девушке, но она лишь пригубила его.       Неожиданно пошёл снег. Наскоро перекусив, они вернулись к лошадям, чтобы продолжить путь.       — Отойди от неё! — раздался вдруг грозный окрик.       К ним приближался невесть откуда появившийся высокий рыцарь, почти с Клигана ростом, в доспехах и со шрамом на лице. Санса растерянно уставилась на него и с удивлением поняла, что этот рыцарь — женщина, некрасивая, с грубыми чертами лица и крупным, видимо, не раз переломанным носом. Из-под капюшона выглядывали светлые, почти соломенные волосы. Но таких синих глаз, как у неё, Сансе ещё не доводилось видеть.       — Отойди от неё, — снова повторила женщина-рыцарь, вынимая из ножен меч.       Чёрная сталь меча отливала красным, словно сквозь металл выступала кровь, и на нем был отчетливо виден замысловатый узор в виде волнистых разводов. Санса узнала меч и побледнела.       — Кто вы? И что вам от нас нужно? — испуганно спросила она.       Клиган с кривой усмешкой на обожженных губах бесцеремонно рассматривал незваную гостью, ничуть не испугавшись. В отличие от пташки, меч был ему незнаком, но зато он сразу заметил золотой эфес в виде львиных голов с поперечинами, украшенными львиными лапами с рубиновыми когтями.       — Видно, у Серсеи не осталось преданных рыцарей, коль она стала баб в броню наряжать, — он вынул из простых ножен свой меч.       — Я Бриенна Тарт, и я не служу Серсее, — возразила женщина.       — А кому же из Ланнистеров ты служишь?       — Я не служу Ланнистерам. Я служу леди Кейтилин Старк, — неожиданно заявила женщина-рыцарь.       — Ну да, и меч с золотыми львами именно она тебе подарила, — с издевкой прохрипел Сандор.       — Нет, меч мне дал сир Джейме Ланнистер.       — Ты служишь Кейтилин Старк, а меч тебе дал Ланнистер? — Клиган прищурился. — Ты ври, да не завирайся. С чего бы Ланнистеру раздавать валирийские мечи?       — Леди Кейтилин отпустила сира Джейме из плена, взяв с него слово, что он вернёт её дочерей домой. Он дал мне этот меч, чтобы я выполнила его обещание и нашла Сансу Старк, — ничуть не смутилась Бриенна.       — Чего вы хотите? — повторила свой вопрос Санса.       — Леди Санса, вы должны пойти со мной.       — Вы ошиблись, я не леди Санса. Меня зовут Алисанна, — возразила девушка.       Из-за плеча Бриенны выглянул Подрик Пейн. Санса помнила его еще мальчишкой-подростком; теперь он стал выше ростом и шире в плечах, но она узнала его. Возможно ли, что и он, несмотря на то, что она сильно изменилась за эти годы, тоже её узнал?       — Здравствуйте, миледи. Я Подрик… я служил вашему супругу, лорду Тириону. Помните меня?       — Вы ошиблись, — тихо прошептала Санса, чувствуя, как у неё холодеют ноги.       — Ну что вы, миледи, как можно… — бесхитростно возразил Подрик, сильно смутившись. — Правда, вы… и волосы ваши… — он замялся, — вы совсем не такая, как были тогда… Но я узнал ваш голос. Вчера на постоялом дворе я слышал ваш разговор с хозяйкой и узнал вас.       Сандор и Санса переглянулись.       — Вы сказали, что служили леди Кейтилин, — девушка с тревогой посмотрела на Бриенну. — Но она мертва.       Бриенна смутилась.       — Она не совсем мертва, миледи. Лорд Берик Дондаррион оживил ее с помощью магии огня. Теперь она леди Бессердечная.       Ужасная леди Бессердечная, которая вешает Фреев и наводит ужас на Речные земли, — её мать? Санса не хотела верить в это. Тем более, встречаться с ней. Зачем? Пусть лучше матушка останется в ее сердце и воспоминаниях прекрасной доброй женщиной, а не злобным монстром.       — Я не хочу идти с вами, — неуверенно произнесла она.       — Но я дала клятву вашей матери, что верну вас домой, и сиру Джейме Ланнистеру, что найду вас. Ваша мать повесила сира Джейме, потому что я не сдержала клятву, — она вдруг всхлипнула. — Я предала его…       — Разве леди Бессердечная его оживит, если узнает, что вы меня нашли?       — Но она будет знать, что я сдержала клятву.       — Я не пойду с вами, — Санса покосилась на Клигана. — Меня не волнуют клятвы, которые вы дали давно умершей женщине, и сама леди Бессердечная меня не интересует. Сансы Старк больше нет. Она умерла, давно, ещё в Королевской Гавани, когда Ланнистеры уничтожили ее семью. И Старков больше нет. Теперь Севером правят Болтоны, и у меня больше нет дома.       Бриенна была растеряна. Она искала Сансу больше года, но теперь, когда нашла, поняла, что всё это было бессмысленно.       — Я могу отвезти вас в безопасное место, — неуверенно произнесла она.       — И где теперь, по-вашему, безопасное для меня место? — насмешливо спросила Санса. — Может, в подземельях Красного замка?       — Возможно, муж вашей тёти Лизы Аррен сможет позаботиться о вас…       — Лорд Бейлиш? — Санса побледнела. — Так это он вас послал? Мизинец? — на ее лице отразился страх. — Сандор, убейте её, — она достала из ножен свой кинжал.       Бриенна не могла понять, почему при упоминании лорда Бейлиша Санса вдруг рассердилась.       Неожиданно раздался треск веток, ржание лошадей и среди деревьев показались всадники. Санса с удивлением узнала сира Шадрика. Вместе с ним были сир Крейтон, сир Иллифер и несколько рыцарей, которых она видела впервые.       — Смотрите, это точно она! Алейна Хардинг, вдова Гарри-наследника!       — Бейлиш перевернул всю Долину, разыскивая её, а она сбежала с каким-то разбойником! Смотрите, морду замотал, боится, что его узнают и повесят.       — А это ещё что за страшилище? — рассмеялся один из них, указывая на Бриенну.       — Да это же Бриенна-красотка! Все знают, что она разыскивает Сансу Старк, — сир Шадрик уставился на Сансу. — А нашла нашу леди Хардинг! Или как там тебя, дорогуша?       — Так может, это и есть Санса Старк, коль её нашла Бриенна-красотка? Может, отвезём ее королеве Серсее?       — Нет, у королевы нынче нет денег, а вот Мизинец нам заплатит в два раза больше.       — Ты, — сир Шадрик направил меч на Бриенну, — забирай своего мальчишку и можешь ехать дальше. Ты нам не нужна. Да и ты, — он нагло ухмыльнулся Клигану, — можешь проваливать. Нам нужна только леди Хардинг.       Но Клиган загородил ее собой.       — Ладно. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Сначала мы убьём тебя, потом проверим, так ли горяча эта красотка, как хвастался её покойный муженёк.       Трое довольно крупных рыцарей одновременно кинулись на Клигана. Тот встретил удар, отведя меч одного и увернувшись от другого; третий промахнулся. Бриенна билась с сиром Крейтоном, который, несмотря на свой большой живот и возраст, сделал несколько яростных выпадов. Подрик сдерживал натиск сира Иллифера. Старый рыцарь, по-видимому, предпочёл неопытного мальчишку, надеясь на лёгкую победу. Бой был коротким. Бриенна быстро справилась со своим противником и присоединилась к Клигану, который к тому времени уже убил двоих рыцарей из трёх. Подрик всё ещё обменивался ударами со старым Иллифером, но преимущество было на его стороне. Санса с замиранием сердца смотрела на сражение и не заметила, как сзади к ней подкрался сир Шадрик. Она почувствовала холодную сталь у своего горла.       — Медленно и тихо идём к лошадям, миледи, — прошептал он ей на ухо.       Клиган покончил с последним нападавшим, а Подрик одолел старого Иллифера. Они разом повернулись к ней, но сир Шадрик, приставив кинжал к её горлу и прикрывшись ею как щитом, отступал к лошадям. Он был сосредоточен, стараясь не упустить из виду противников, и не заметил, что у девушки в складках юбки спрятан зажатый в руке кинжал. Сделав несколько шагов, как велел ей её похититель, она всё-таки решилась и ударила им сира Шадрика в бедро. Тот резко вскрикнул и выпустил её из рук. Она бросилась бежать, а Клиган в два прыжка подскочил к горе-рыцарю и нанёс ему смертельный удар мечом. Затем выдернул торчащий из бедра поверженного противника кинжал, вытер кровь об его плащ и вернул девушке. Они с Подриком быстро обыскали тела, пока Бриенна добивала раненых, оказывая им последнюю милость. Санса стояла, не в силах произнести ни слова, бледная, с расширенными от ужаса глазами, потрясённая произошедшим. Клиган поднял её и подсадил на лошадь.       — Будем надеяться, что скоро их засыплет снегом, — сказал он, легко сжал колени и направил Неведомого вперёд, взяв лошадь Сансы под уздцы.       Через некоторое время послышался глухой стук лошадиных копыт: их догнали Бриенна и Подрик, прихватив с собой лошадей убитых рыцарей.       — Леди Санса, — обратилась к ней Бриенна, — позвольте сопровождать и защищать вас.       — У меня уже есть защитник, как Вы должны были заметить, — ровным голосом произнесла девушка.       — Но одного может оказаться недостаточно…       Санса подняла на Клигана глаза, словно спрашивая совета.       — Пусть остаются, — недовольно согласился он, — они все равно не отвяжутся. К тому же, если Бейлиш объявил за тебя награду, нам наверняка могут понадобиться союзники. Она, — он кивнул в сторону Бриенны, — действительно умело владеет мечом. Но учтите: если кого-нибудь из вас ранят или убьют, мы останавливаться не будем, — предупредил он.       — И не называйте меня Сансой, — девушка перевела взгляд на Бриенну. — Я уже сказала, что Санса Старк умерла. Меня зовут Алисанна.       Они торопились. Гнали лошадей, несмотря на ветер и усилившийся снегопад. Когда животные стали сбиваться с шага, Клиган остановился. Он пересадил Сансу на другую лошадь, и сам пересел на более сильного из всех жеребца, чтобы дать возможность Неведомому и лошади Сансы передышку. Бриенна с Подриком тоже поменяли лошадей. Все вместе они снова двинулись в путь, и к ночи достаточно отдалились от того места, где произошла стычка, но Клиган, похоже, не собирался останавливаться. Они ещё раз поменяли лошадей и свернули с дороги. Ветер дул в спину, подгоняя их вперёд. Все мысли Сансы были заняты тем, как бы не заснуть и не упасть с лошади. Она даже не отвлекалась на то, чтобы смотреть по сторонам.       Снегопад прекратился внезапно, словно они пересекли какую-то невидимую черту. На небе стали появляться звезды. Проехав еще несколько миль, они внезапно очутились на краю селения. Это оказалась небольшая деревенька, всего несколько домиков, засыпанных снегом, но над крышами поднимался сизый дымок. На отшибе, словно напоминание о прошедшей войне, стоял разрушенный дом с обвалившимися стенами. Однако конюшня из толстых брёвен выглядела вполне крепкой. Клиган заглянул внутрь и решил, что строение годится, чтобы пересидеть здесь ночь, отдохнуть самим и дать отдых лошадям.       Они завели животных внутрь, и Клиган с Подриком занялись ими. Бриенна тем временем пошла обследовать дом, но сразу вернулась, сообщив, что там все поломано и сожжено, а то, что могло остаться, или унесли жители деревни, или растащили мародёры. В Речных землях все ещё бродили остатки разбойничьих шаек.       Санса не отходила от Клигана ни на шаг. Она чувствовала смертельную усталость, но упрямо продолжала стоять возле него, пока он чистил и кормил лошадей. Бриенна тоже присоединилась к ним, чтобы побыстрее управиться: лошадь в пути важнее, чем голод и усталость. Затем Клиган зашёл в крайнее стойло, взъерошил оказавшееся там сено, снял свой плащ на меху сумеречного кота и бросил его сверху. А потом легко поднял пташку на руки, осторожно опустил на плащ, подоткнув его с боков, и заботливо накрыл её же плащом.       — Спи, — сказал он тихо.       — А вы?       — Сначала лошади, потом отдых.       Плащ Сандора хранил его тепло. Это успокаивало. Она закрыла глаза, но тревога не покидала ее. Что если ее узнали в гостинице не только Бриенна с Подриком и те люди, которых им пришлось убить из-за неё, но и ещё кто-то более осторожный и расчётливый? Кто-то, кто пойдёт по следу и нападет, когда они будут ожидать этого меньше всего? Неужели ее жизнь теперь превратится в постоянное бегство от погони?       Она слышала, как Бриенна с Подриком, занимаясь лошадями, о чём-то тихо переговаривались. Потом Бриенна негромко спорила с Сандором, но, видимо, они пришли к какому-то соглашению. А потом она провалилась в сон.       Проснулась Санса от того, что рядом кто-то зашевелился. Она открыла глаза.       — Простите, миледи, что потревожила вас, — Бриенна смотрела на неё виновато.       — Ничего. Я, кажется, уже выспалась, — улыбнулась девушка. Ей было тепло в двух плащах и не хотелось вылезать из уютного гнёздышка, но надо было выйти. Она попыталась встать, а Бриенна отодвинула доску в углу, открыв небольшой лаз, и полезла в него.       — Ползите за мной, — она оглянулась, поманив за собой Сансу.       Девушка нерешительно посмотрела на неё, но всё же поползла следом. Они оказались за стеной конюшни. Видимо, тут был сад. Деревья стояли голые, но кое-где на верхних ветках сохранились одинокие, побитые морозом яблоки и сливы. Когда они ползком, через тот же лаз вернулись обратно в конюшню, Клиган сердито проворчал:       — В следующий раз предупреждайте, что поползли по нужде, чтобы за вами не подглядывали.       Он бесцеремонно устроился в теплом гнезде, которое несколько минут назад оставила Санса.       — Возьми свой плащ, пташка, а то замерзнешь, — он повернулся на бок. — Я посплю, а ты, Бриенна, следи за происходящим. Когда стемнеет и в деревне все успокоятся, мы двинемся дальше. И постарайтесь, чтобы вас никто не заметил.       Он зевнул и замолчал. Через мгновение его дыхание стало размеренным и ровным, и Санса поняла, что он уже спит.       Она выглянула из конюшни. Из деревни доносились редкие звуки: где-то хлопнула дверь, кричали дети, видимо, играя в какую-то игру, мужик с бабой ругались из-за дров — издалека слышно было их сердитую брань. Осторожно, чтобы никто не заметил, пригибаясь пониже, Санса прокралась в разваленный дом. Судя по всему, он принадлежал какому-то зажиточному торговцу. Повсюду были следы поспешного разорения: разбитая посуда, раскрытые сундуки, содержимое которых было вывалено на покрытый полусгнившим тростником пол, распахнутые дверцы шкафа с валяющимся повсюду содержимым. Она огляделась, и взгляд её зацепился за нижний ящик, который был заперт. Видимо, те, кто всё здесь громил, его пропустили. Она попыталась его открыть, но он не поддался. Шкаф был массивным и старым, дерево разбухло от влаги, и ящик просто заедал. Она дёрнула сильнее, но не справилась.       — Давайте я попробую, миледи, — раздался за спиной голос Бриенны.       Санса вздрогнула от неожиданности, а Бриенна подошла и дёрнула с такой силой, что шкаф зашатался и чуть не рухнул, но ящик открылся. В нём были свечи и детская книжка с картинками. Хозяева дома, скорее всего, читать не умели, и книжка была без текста, только картинки. Она полистала её и узнала «Сказки о рыцарях и драконах»; если знаешь сказку, то по картинкам можно её рассказывать. Такая книжка была очень дорогой. Видимо, бывшие хозяева дома любили своих детей и могли себе позволить купить для них такую книгу. Санса решила взять ее себе.       Под книжкой лежали рубашки — длинная женская с рукавами, вышитая голубой и серебряной нитью, и мужская, тоже вышитая. Возможно, хозяйка собиралась отдать дочь замуж и готовила приданое. Последний раз Санса мылась ещё на постоялом дворе, и ей казалось, что она вся пропахла потом и лошадью. Порывшись в разбросанных тряпках, она, к огромной радости, нашла здесь же чистые панталоны. Конечно, Санса Старк никогда бы не надела чужое бельё, но Алисанне нет нужды перебирать. Она покосилась на Бриенну, отошла в угол и стала раздеваться… Сменив бельё, она почувствовала приятное облегчение. Бриенна тоже не растерялась, сняла с себя вареную кожу, теплый простёганный дублет, стянула пропотевшую нижнюю рубаху и надела мужскую, которая, правда, была ей немного узковата в плечах и едва доставала до середины бёдер, но зато свежая. Они улыбнулись друг другу. Затем Бриенна свернула их грязное белье и засунула вместе с найденными свечами в свою седельную сумку.       — Мы не оставим здесь свою одежду, — пояснила она, — собаки смогут найти нас по запаху.

***

      Они ехали несколько дней, останавливаясь лишь для того, чтобы дать отдых лошадям и поспать самим в какой-нибудь деревушке. Здесь, ближе к границе с Западом, разорённые деревни и разрушенные дома попадались чаше, и трудностей с ночлегом у них не возникало. С продвижением на Запад погода становилась мягче, мороз слабел, но снегопады случались почти каждый день. Однако это было только к лучшему: их следы заметало, и если за ними и была погоня, то, скорее всего, преследователи должны были потерять их след. Клиган менял направление несколько раз. Когда вдалеке показались бледные башенки Розовой Девы, им пришлось сделать большой круг через лес, чтобы объехать её и никого не встретить.       Наконец, на пятый или шестой день они въехали в Западные земли. Их окружили высокие холмы, ничуть не уступающие по высоте горам. Красный Зубец здесь напоминал скорее торопливую речушку, чем бурную реку, которую им пришлось преодолеть у Каменной Мельницы. Они проехали мимо высокой скалы, где на вершине громоздился Хорнваль. Снега почти не было. Ещё несколько дней их небольшой отряд двигался, ночуя прямо в густых лесах на склонах холмов. Санса смогла увидеть издалека Глубокую Нору и Серебряный Холм. Замки были построены или на вершинах гор, или примыкали к ним, но горы были непременной частью их укреплений.       Выехав на Золотую дорогу, они следовали по ней недолго и снова свернули на неприметную тропинку между холмов. Впереди показались высокие горы.       — Это Бурый Верблюд, — сказал ей Клиган, заметив, что Санса с интересом рассматривает окрестности, — две горы, похожие на горбы верблюда. Там на вершинах растут дубы, листва которых осенью и зимой становится бурой. Нам осталось проехать между этими горбами, и мы окажемся во владениях моего брата, — он усмехнулся, покосился на пташку и добавил: — В моих владениях. Логово стоит на Большом Горбу.