Проблема

Вполне молодой мужчина самодовольно присел на край учительского стола и отчетливым голосом складно заговорил о том, что переехал в Дерри недавно, до этого жил в Сан-Диего, всегда хотел стать учителем и не собирается тратить время на разборки с хулиганами. Бауэрс, сидящий на последней парте третьего ряда громко хмыкнул и полушепотом сказал что-то вроде «это мы еще посмотрим». Роберт проигнорировал выходку, продолжив уже освещать детали школьного обучения, также не забыл упомянуть о мерах предосторожности из-за повышенной активности детских пропаж и, к сожалению, убийств. Билли поймал себя на мысли о том, что голос Грея приятен для слуха, но вот речь слишком неправдоподобная. Он сразу же представил как Роберт стоит перед зеркалом и внимательно репетирует речь. Естественно, кроме него никто не придал значения этому: девочки были слишком очарованы, а парням, кажется, было плевать. Когда он наконец закончил, то попросил всех расписаться на каком-то листке, а затем они могут смело уходить домой. Не забывая о безопасности, конечно! Толпа детей подошла к его столу и постепенно становилась меньше, так что в конце концов Билли остался наедине с учителем. Денбро склонился над листком и написал свою фамилию, собираясь ни на секунду не задерживаться и быстро выйти из класса, но к несчастью, Роберт будто бы это почувствовал и начал вести диалог. — Билл Денбро… Ты у нас отличник, выходит? — Мальчик слегка растерялся и даже немного покраснел. — Ну, наверное. Точнее, д-да. Билл внимательно смотрел на Грея, пытаясь определить, что же с ним не так. Но мужчина был спокоен и не вызывал никаких подозрений. Напротив, он создавал впечатление приятного человека. Правда, непонятный внутренний голос тихонько отрицал это. Денбро так и не разобрался, почему. — Ты уже расписался, можешь идти. Роберт жестом показал на дверь, отчего Билл вновь осудил себя за излишнюю заторможенность. Черт, черт, черт. Он резко зашагал к двери и всё-таки решился задать вопрос, возникший в голове из ниоткуда: — Сэр, как Вам Дерри? — Чудесный город, Билли, — Грей одарил его лучезарной улыбкой, от которой внутри все похолодело. Мальчик покинул кабинет со странными ощущениями и направился к компании друзей, которые ждали его у входа в школу. — Бо-о-ольшой Билл, че так долго? — Ричи сидел на своем велосипеде и тряс карманы штанов в поисках сигареты, наверняка украденной из отцовского стола. — Я н-немного п-поговорил с учителем, — он сделал паузу, подумав, стоит ли просвещать друзей в своих незначительных подозрениях, — он вам не показался странным? Худшие опасения подтвердились: никто из ребят не нашел ничего странного в учителе. Майк и Бен вообще сказали, что он, наверно, милый человек. — Но-о зач-чем ему переезжать в Дер-ри? — Да похуй, серьезно. Или ты думаешь, что это он кушает детей? Ха-ха-ха! — голос Ричи был пропитан сарказмом, отчего Билл очень сильно пожалел, что поднял эту тему. — Может, его родители здесь жили, — равнодушно добавил Стэн. — Ага. Д-думаю, так и есть, — после этих слов тема про Роберта Грея закрылась. Билл попытался свалить все на паранойю и приложил всевозможные усилия, чтобы выбросить нового учителя из головы.

***

Вдоволь отдохнув на Пустоши с друзьями, Билл вернулся домой усталым. С неохотой он уговорил себя съесть пару тостов и выпить молока, а затем направился к себе в комнату. Взяв первую попавшуюся под руку книгу, он старался сосредоточиться на ней, но попросту пропадал в своих мыслях. Прежде всего, мальчик задумался о своих чувствах к Беверли Марш. Несмотря на то, что их симпатия была уже давно взаимна, никто так и не решился сделать первый шаг. Билла что-то сковывало. Наверное, боязнь серьезных отношений или страх потерять укрепившуюся дружбу. Звучит бредово, конечно. Из ванной донесся странный скрипящий звук. Уильям проигнорировал его, но звук стал повторятся еще громче. Выхода не было — пришлось идти и проверять. Когда он зашел, то не увидел ничего подозрительного. Все вещи на месте, окно закрыто. Билл уже собирался уходить, пока не услышал тихое, но отчетливое «Бил-ли… Бил-ли…» заставило обернуться и вздрогнуть. Мозг панически стал подбирать логическое объяснение. Звук доносился из раковины.  — З-здесь е-есть кто-ниб-будь? Денбро склонился над раковиной, подставив ухо и сам не зная чего ожидать. Постоял примерно секунд шестьдесят, но больше никаких голосов не услышал. Свалил все на свою усталость и больное воображение. Пока резко не поднял голову и не посмотрел в зеркало. На него смотрел клоун.

***

Когда Билл Денбро открывает глаза, то видит небо. Чистейшее, яркое и голубое. Небо надежды и безмятежности. На секунду проносится мысль о том, что он, вероятнее всего, умер и сейчас летит к облакам. По-крайней мере, его мама однажды сказала, что так люди попадают в рай. Боль в области головы проносится пулей, заставляя все тело вздрогнуть, а глаза страдальчески зажмурить. Где-то вдалеке (или в другой вселенной) раздаются непонятные звуки. Мальчик пытается прислушаться, но уши будто заливает водой. — Он проснулся? — знакомые голоса нарастают с большей силой, он чувствует, как что-то с силой выхватывает его из чего-то. Чего-то вроде состояния транса. — Господи, Билл! — теперь он способен открыть глаза и здраво осмыслить ситуацию. Вокруг него столпился весь «Клуб неудачников». Он также смог разглядеть помещение с тусклым освещением, журнальным столиком и свисающей лампочкой. Пахнет, как в городской больнице. Видимо, это и вправду городская больница. Но что он здесь, мать вашу, делает? Последний раз он был здесь два года назад, когда приходил навещать Джорджи, который подхватил какой-то грипп. Уильям вспомнил, что вечером ел на ужин тосты. Пил молоко. Читал книгу. Пошел в ванну. Дальше — пустой лист. Это, как минимум, странно. — Ты…как? Беверли стоит ближе всех и держит его неподвижную ладонь. Кажется, некоторое время назад она даже плакала. Ричи аккуратно кладет руку на плечо приунывшему Эдди, пока тот подносит ингалятор ко рту. Бен торопливо выкидывает батончик «Твинки» в мусорное ведро. Стэн и Майк стоят у двери и через раз перешептываются. На лице каждого друга читается беспокойство и еле уловимый страх. Именно это и настораживает Билла. — Ре-реб-бята…- голос звучит уж очень хрипло, — что п-произошло? Я н-ничего не пом-ню! «Ох, Билл…» Эти слова становятся будто бы командой, по которой все подскакивают и обнимают мальчика в недоумении. Он думает, что произошло действительно нечто страшное, ведь если бы он просто катался на роликах и сломал руку, то никто бы так не волновался. От нахлынувшей нежности он расправляет руки, улыбаясь до ушей. Ребята радуются так, будто он пережил рак или проснулся после десятилетней комы. — А-а-а, п-прекратите! — он пытается сделать серьезное лицо, но заливается смехом. — Чувак, мы так переживали… Просто, блять, пиздец, — Стэн и Эдди морщатся от таких резких слов в репертуаре Ричи, а затем снова улыбаются. — От волнения я съел целых шесть батончиков «Твинки», — даже когда Урис мрачно подмечает, что если бы в автомате они не закончились, то Бен бы так и продолжил их есть, Хэнском продолжает добродушно смотреть Биллу в глаза. Подождав, пока все наконец опишут свои эмоции, Денбро спустил их с небес на землю только одним вопросом: — Я н-ничего не помню. Р-ребята, ч-что с-со мной приключилось? Башка ра-раскалывается п-просто ужас! Лица моментально помрачнели. Неудачники стали оглядывать друг друга, решаясь, кому же достанется участь рассказать всё. Ссылаясь на то, что среди них самым здравомыслящим является Майк, они выжидающе смотрят на него. — Ну…- парень значительно замялся, не зная, как и с чего начать, — Билл, с тобой произошел несчастный случай… Точнее, нет. Тебя пытались убить. — Ч-что? Убить? — Никто не знает точных подробностей, — подметил Бен, — только ты, Билл. Но тебя напичкали кучей успокоительных и такой же кучей других лекарств, так что ты, наверно, ничего не помнишь. В кино обычно также бывает. Только память со временем возвращается. — Большой Билл, мы найдем этого мудака, выследим и сделаем из него сраную отбивную! — В голосе Тозиера слышится такая ярость, что Денбро даже поверил в это. Беверли сжимает кулаки и соглашается. — Л-ладно. Ок-кей. Предположим, м-меня пытались убить. К-кто? З-зачем? К-как? — Мы подслушали разговор твоих родителей с шерифом. Предположительно, этот человек (а точно ли?) проник в ванную через окно. — Окно было закрыто! — Слова вылетают самим собой. Уильям не помнит ничего, начиная с того, как пересек порог ванны, а всё равно каким-то образом уверен, что окно было закрыто. — Н-наверное. Я так думаю. Обычно оно закрыто. Э-эдди, прод-должай. — Как скажешь. В общем, после того, как он проник в ванну, началась драка между вами, — Каспбрак потягивается к ингалятору и надавливает на клапан. — Не знаю, что ты ему сделал, но он оприходовал тебя знатно, бро, — продолжает за него Ричи, — сначала впечатал в зеркало, затем два раза стукнул твою голову об трубу. Если бы твои родители и Джорджи вернулись домой минут на пятнадцать позже, то ты бы уже прямиком мчался на встречу с Иисусом. Беверли всхлипывает и еще раз крепко обнимает его. Билл обнимает ее в ответ и пытается все переварить. Зачем, зачем кому-то пытаться его убить? И почему он не стукнул его голову еще пару раз, чтобы добиться желаемого результата? И главное, кто этот сраный он? — У полиции е-есть по-подозрения, кто это был? Хо-хотя бы малейшие? — Расследование только начали. Шериф Коллинз должен к тебе завтра зайти. И что он скажет ему? Без воспоминаний Билл бесполезен. — Прости, заика, нам пора, а то эта чокнутая медсестричка нас опять отчитает. Малалетния спана, ви месаете работать нормальным юдям! — Ричи передразнивает медсестру, а когда все заливаются смехом, покорно кланяется. — Ну и балабол же ты, Ри-чи. А шарик то нах-хера принесли? — Денбро вытягивает руку и толкает ярко-красный воздушный шарик, отталкивая его в сторону двери. — Какой шарик? — Майк хмуро оглядывает комнату, но никакого шарика, как и остальные пять ребят не видит. По телу Уильяма пробегает дрожь. — Здесь только открытка от твоего младшего брата. Кстати, я принес тебе комикс. — Парень, похоже, от наркоза еще не отошел, — кидает напоследок Стэн и все разворачиваются к двери. — Мы еще зайдем к тебе, Билл. Выздоравливай. Когда он остается в одиночестве, то вновь смотрит в небо. Только оно уже не чистое, а чересчур темное, как перед бурей. Билл смотрит на свои руки в синяках и пытается сдержать слезы. Он хочет, чтобы это оказался дурной сон, потому что не верит в происходящее. Кто вообще в такое поверит и не потеряет рассудок? Мальчик томно вздыхает, ложится на кровать и пытается вспомнить хоть малейшую деталь того вечера. Если верить фильму, на который он с друзьями ходил в прошлом году, то ему нужно срочно домой. В ванную комнату. В какой-то момент он даже верит, что воспоминания нахлынут после того, как Билл с умным видом потрогает все предметы в ванной комнате и восстановит хронологию того вечера. Все произошло так резко…так резко… — Здравствуй, Билли. — Этот голос…этот голос. Он вызывает такую дрожь… Такое странное чувство… — Не хотел смущать тебя и твоих друзей, поэтому подождал, пока они уйдут. — М-мистер Г-г-рей? Ч-что в-вы з-десь дел-лаете? — Денбро подскакивает и моментально встает с кровати, пока не замечает, что на нем лишь одна белая майка и пижамные шорты. Немного смущается. Краснеет. Ловит слегка заинтересованный взгляд. Садится обратно. — Я твой учитель и волнуюсь за твое самочувствие, — Роберт садится рядом с ним и чуть ли не касается своим коленом колена Билла. — К тому же, принес тебе учебники, отставать от школьной программы не очень хорошо для умных мальчиков. — Т-тут жарко, — неожиданно выдает Денбро и открывает старое окно. — То, что произошло с тобой, очень ужасно. Таким подонкам нельзя расхаживать по улице. Роберт говорит медленно, спокойно. Должно быть, рассчитает на успокоительный эффект, но Билли от этого только нервно ежится на месте. Этот Роберт Грей действует на него слишком странно. Он одновременно и притягивает, и отталкивает. Две стороны Билла практически борются друг с другом. Одна хочет активно поддержать разговор, разглядывать Грея и даже натягивать улыбку. А другая практически умоляет первую уступить, ведь этот человек для него незнакомец. Таинственный, подозрительный и нервирующий мужчина. Явно, он скрывает какой-то секрет. Или целый вагон секретов. В любом случае, Уильям склоняется к второй стороне. — И-и-звините, м-мне нужно от-отдохнуть. Спас-сибо за учебники. Обязательно почитаю. — Конечно, Билли, я понимаю. Мне уже как раз пора уходить. — В-вы не могли бы не называть м-меня Билли? М-меня так т-только один ч-человек называет. — Уже два, — Роберт (хищно? зловеще? издевательски?) улыбается, проигнорировав просьбу. — Шарик твои друзья принесли? Гримаса удивления ясно отражается на лице Билла. Нахмуренные брови, увеличенные зрачки, приоткрытый рот… Он собирается задать вопрос, но замечает, что Роберт уже ушел. Как Вы увидели его?