Всё станет лучше, я обещаю — ты будешь снова улыбаться, и всё будет хорошо

      Тэхён отпустил руку пары, когда тот уже собрался уходить. Так грустно стало, что Ким опустил голову, но уже через секунду он почувствовал, как альфа всё же аккуратно касается его губ своими. Так сладко, что Тэхён сжимает ручки в кулачки и краснеет, когда его альфа отрывается. — Увидимся, Гуки, — омежка кивнул и помахал ручкой, заходя в комнату и сразу же закрывая дверь на замок. Это уже привычка, если говорить честно.       Вот только Ким садится за уроки сразу же, даже не давая себе минуты на то, чтобы осмыслить всё, что произошло. Хотя у него сейчас во второй раз с Чонгуком с ног на голову жизнь перевернулась.       Но пока он сидит над кипой домашнего задания, умудряется уснуть. Хрупкий и аккуратный омежка настолько устал, что просто отдался царству Морфея прям сидя за тетрадкой и учебником. Кажется, наутро на щеке будет очень «красиво» размазана чёрная гелевая ручка.       В отличиe от Кима, Чонгук не мог уснуть ещё очень долго. Час? Два? Три? Да кто его знает. Вернувшись к себе в комнату, он завалился в кровать, чтобы поспать хоть час, а затем сесть за уроки, но и это ему не удалось — слишком яркими и возбуждающими все внутри были чувства. Они с Тэхёном теперь пара. Они теперь официально пара. Даже метки есть. Подумав об этом, парень тронул пальчиками свежий укус-засос, оставленный его любимым. Чувства счастья и чего-то невероятного просто переполняли альфу.       «Нужно делать уроки», — пронеслось в голове альфы, и с тяжелыми вздохами, словно он не молодой парень, а дедуля лет так семидесяти, он поднялся и сел за стол, включая настольную лампу, ведь его сосед по комнате уже спал. Этот хён был ворчливым, почти как Юнги-хён, поэтому Чон вёл себя тихо, когда тот спал.       Чонгук просидел до самого утра, доделывая свою часть проекта по химии, и лёг только тогда, когда стрелки на часах показывали шесть утра. Хоть час, но ему всё же удалось поспать перед школой. И снились ему, определенно, лучшие сны.       Тэхён проснулся рано утром, потирая глазки. Он уснул? Ким оглянулся и взглянул на часы. Чёрт! Уже утро, до начала уроков двадцать минут, он точно не успеет всё сделать. Скорее всего его будут сильно ругать, тем более этот учитель по химии. Он же на дух не переносит Кима. Постоянно пытается придраться, хотя выходит плохо, ведь омежка учится идеально. А сейчас… Он же его так просто не оставит. Ему точно влетит.       К комнате подходит Хосок и начинает стучаться, пока розоволосый со слезами на глазах старается хоть что-нибудь придумать. Да этот учитель всё сделает, чтобы Тэхёну сделали выговор, да всё, лишь бы омежке было тяжело. Словно пока что ему легко жить. — Тэхёни? Я уже собрался, ты долго ещё? — дверь открывается, и Хо видит маленького с красными глазками Тэхёна. — Что случилось?! — тут же кидается в объятия лучший друг, утирая слёзки. — Это Чонгук?! Он тебя обидел?! — Нет, нет! — тут же остановил Чона старший и вздохнул. — Гуки ни при чём. Просто я совершенно не готов к уроку по химии. Хосоки, они же меня сейчас стипендии за любой промах лишить могут. — Хей! Всё нормально, они не сделают этого. Господи, Тэхён-а, ты такой малыш. У тебя скоро течка, да? Кажется, запах стал немного сильнее, — от Кима не пахнет теми булочками, как пахло в первую течку. Просто еле заметный запах корицы и сладкого крема, не больше. И Тэхён знает, что от него сейчас пахнет не так хорошо, как пахло раньше. — Мой запах плохой. Я не хочу, чтобы Чонгук вообще знал, что у меня такой отвратительный запах. — Ты глупый! Вкусно пахнет, правда! Просто давай сходим в больницу сегодня? Думаю, они что-нибудь придумают, чтобы поскорее вернуть твой запах, — раньше врачи говорили о том, что стоит пить специальные таблетки, но в итоге Тэхёна просто отправили поправляться домой, полагая, что все пройдёт само. Нет, нет, со временем всё станет отлично, но у Кима этого времени нет. Чонгук его любит, но он альфа, и его сущность явно будет желать лучшего запаха, что бы там Чон не говорил.       Чонгук проснулся ровно в семь утра, словно по будильнику. Собрал учебники, умылся, оделся. Как обычно — идеальный вид. Он уже вышел из своей комнаты и направился на этаж своей пары, но как только зашёл за поворот, увидел направляющегося к его двери Хосока и вспомнил, что старший попросил пойти сегодня отдельно. Легонько стукнув себя по лбу ладошкой, он быстро побежал в сторону выхода из общежития. Он совсем забыл о просьбе парня.       Он поспал очень мало, поэтому под глазами залегли небольшие синяки, которые альфа не совсем успешно смог замазать тональным кремом. Ну, он хоть пытался, верно?       Через десять минут, незадолго до звонка, Чон зашёл в класс и сел за свою парту, укладывая на неё голову. За соседней умостился никто иной, как Мин Юнги. Заметив немного помятый вид одноклассника, он заглянул в телефон. — Что, не спал ночью? Неужели у вас что-то было? — ухмыльнувшись, заметил он.       Чонгук мгновенно подорвался, сверля взглядом дыру в хёне. — Ты что такое говоришь! Да мой Тэхён — самое невинное создание на планете! Хоть и не физически, но для меня он самый лучший! — злобно заявил тот. — И не было у нас ничего, хён! — добавил парень чуть слышно. — Да? Тогда почему твой запах немного поменялся? И что это у тебя? — потянулся Юнги к шее младшего. — Метка?!       Чон смутился, но отрицать тот факт, что у него на шее яркий засос со следами зубов, не стал. — Да, это Тэхён, — прошептал альфа и счастливо взглянул на хёна. — Ебать, так вы переспали? — Да нет, блять, не было у нас ничего! — почти на весь класс заявил парень, на что все присутствующие в классе ученики повернулись, выдержали несколько секунд молчания и громко засмеялись. Как же хорошо, что сейчас не урок и в кабинете было всего десять человек. — Ну-ну, — улыбнулся Юн. — Чёрт, хён, я тебе это припомню, — надулся Чонгук.       Прозвенел звонок, зашёл учитель по литературе, и начался урок.

***

      Хосоку удалось успокоить совсем разволновавшегося друга, а ещё по дороге они купили кофе и булочки. Точнее рыжик купил. Тэхён не хотел, но Чон настойчивый до ужаса! — Тэхён-а, а вы с Гуки, ну, там… Ну, ты же понимаешь? — А? — чуть замялся Ким, глядя на Хо и совершенно не понимая, что от него хотят. — Ты о чём? — Тэхёни, — хитро улыбнулся Хо и прикусил губу. — Этот маленький альфа же теперь мужчина? — Я не… — но Тэхён не успел договорить, как до него дошёл смысл сказанных слов. И тут же омежка покраснел. — Нет! Нет, мы не… — почти испуганно прошептал Ким. — Он мальчик… То есть я… — Хей! Всё в порядке, чего ты так разнервничался? Тэхён, ты боишься, что ли? Просто, Тэхёни, я знаю, что те придурки сделали тебе больно, но не думаю, что Чонгук тоже сделает. Так может не стоит бояться секса с ним? Я думаю, он будет осторожен и нежен. Он сможет доставить тебе удовольствие и… — Хватит, — тут же строго перебил его Ким. — Хватит, хён, это отвратительно. Ужасно и противно. Я не хочу даже думать об этом. — Но вы же целовались? Тэхён, на тебе метка! Вы же точно целовались! — Да, целовались. Но это и секс — совсем разные вещи, — указывая на метку, немного обиженно сказал омежка.       На втором уроке они должны встретиться с Чонгуком. Как раз на уроке химии. А сейчас история, а ещё радостный взгляд любимого учителя и тихий вопрос: «Кто этот счастливчик, а, Тэхён-а?». И это было так по-доброму, что юноша смог только улыбнуться неловко, касаясь метки пальчиками. — Чонгук, — прошептал омежка, а после учитель сразу ещё шире улыбнулся. — Ах, этот альфа! Я рад за вас, Тэхён-щи. Приходите ко мне после уроков на чашечку чая, если захотите. Ну, или ты с Хосоком заходи. Или сам, я буду рад видеть тебя, — уже немолодой мужчина указал на место Кима. Да, он несомненно рад за омежку, который столько пережил. Теперь сердце учителя будет намного меньше болеть из-за страданий хрупкого омежки.       И в классе Чонгука омеги явно подслушивают этот разговор. Как это, блять, у Гука метка от этого недоноска?! — Значит, он не идеален для него физически? — омежки тихо посмеялись в своём кругу, пока один из главных омег, который ещё в первый день так показушно ударил Кима при Чонгуке, облизывал губки, думая над тем, как уже заполучит этого альфу. Нет, нет, такие парни явно не для омег вроде Тэхёна. — Только осторожнее, говорят, он правда головы за него свернуть готов. — Да ладно тебе. Не думаю, что он так сильно любит, что сможет контролировать себя рядом со мной.

***

      Урок литературы прошёл относительно спокойно. Разве что домашней работы много задали, но это ничего. Следующий урок был химия, а это что значит? Нет, не то, что нужно будет защищать проект, который Чонгук делал всю ночь. Это значит, что он наконец сможет встретиться с Тэхёном. Омега, с которым он теперь встречается. И глупая счастливая улыбка снова появилась на лице альфы, от чего некоторые проходящие мимо школьники пугались этого странного порыва счастья. Только идущий рядом Юнги точно знал причину. — Так вы теперь встречаетесь? — между делом поинтересовался Мин, пока они собирали учебники.       На самом деле они стали немного ближе, что ли. Потому что Чон был как младший брат для Юнги, который хоть и был временами очень приставучим, но, по крайней мере, он был честен. Да, именно честен. В нем не было тех грязных черт характера, которые присутствовали у многих альф. Он не был испорчен обществом. Славный малый. А вот сам Юнги был для Чонгука примером для подражания. Этот хён был очень ворчливым, иногда не понимал того, что младший хотел. Порой даже с ним было немного скучно, но с ним было тепло. Какие-то такие чувства, словно они и правда братья. Больше альфе ничего от Мина не нужно было. Просто его поддержка. — Да, мы, наконец-то, вместе, — мечтательно вздохнул Чонгук, застегивая рюкзак и выходя за Юнги в коридор. — Мне совершенно не верится, кажется, что всё это сон. Ай! ХЁН! — осуждающе посмотрел парень на друга, которой неслабо так ущипнул его за руку. — За что? — Ну, тебе же не верится, вот теперь смотри, это не сон, — пожал плечами Юнги. — Так почему ты сказал, что физически Тэхён неидеален? Тебе не нравится его фигура? Или что? — Что?! Ты что такое говоришь, хён! Да его фигура — просто совершенство! Все от его накаченных идеальных ножек до тонкой восхитительной шеи, а его плечи и ключицы — это вообще мой личный фетиш. Он на самом деле идеален, — Чонгук прикрыл глаза и снова представил прямо перед собой своего омежку. Чёрт, ещё вот не хватало прямо в школе возбудиться. — Просто он так сильно переживает насчет того, что у него кто-то был. Как бы я не говорил, что мне совершенно плевать на это, и что он ну точно не виноват в этом. Всё равно он… Боже, это я виноват.       Чонгук уже почти минуту кусал свою нижнюю губу, от чего та лопнула и начала сильно кровоточить. — Эй-эй, ну что ты сразу себя винишь? Да, есть твоя вина, что ты струсил и не защитил его. Но это ведь в прошлом. Сейчас вы вместе. Вы — пара. И вы можете только двигаться дальше. Прошлое не изменить. Настоящее — тоже. Но ведь будущее нам под силу изменить. Оно в наших руках. Делай то, о чём не будешь потом сожалеть.       Чон слабо кивнул, и они зашли в класс. Тэхёна с Хосоком всё ещё не было. Это и к лучшему. Было бы не очень хорошо, если бы омежка увидел своего парня в таком состоянии.       Проект по химии был дан только их классу, а классу Тэ и Хосока дано было обычное домашнее задание. И альфе несомненно хотелось, чтобы его парень увидел в наилучшем свете. Он просто обязан защитить свою работу идеально. Осталось только дождаться любимого.       Рыжеволосый омега смеётся громко, потому что на вопрос целовались ли они по-взрослому Ким просто закрыл лицо руками и быстро пошёл в сторону кабинета, буквально убегая от Хо. — Да ладно, Тэхён, тебе так сложно сказать? — Чон заваливается в класс и случайно врезается в Юнги, тут же прикусывая губу. — Прости, я… — Хо окинул друга злым взглядом, но Ким лишь улыбнулся и кивнул, мол: «так тебе и надо».       Но сам Тэхён довольно быстро подошёл к Чонгуку и сел за парту, доставая всё нужное. И мальчишка немного трясётся, потому что он не выполнил домашнее задание. — Привет, — прошептал омежка, чувствуя, как альфа берёт его за руку под столом. Омежка засмущался и оглянул класс, понимая, что омеги буквально пожирают его взглядом. — Сучонок, — шепчет один из них, а потом начинает ехидно и так «тихо» и «ненавязчиво» смеяться и говорить, делая вид, что рассказывает секрет, хотя на самом деле на весь класс орёт. — Если Чонгук сказал, что он не идеален для него физически, значит он уже оценил эту шлюху в постели, — и все так громко смеются, словно Кима тут здесь вовсе и нет.       Чонгук просиял улыбкой, как только увидел забегающего в класс Тэхёна. А потом парень сел рядом, и Чон, не думая о том, что кто-то может увидеть, мягко сжал теплую ладошку. Боже, он просто невероятно красив. Он мог бы смотреть на своего парня вечно, но слова, что были с ядом высказаны в адрес омежки, невероятно выбесили. Да ещё и он так сказал? Что Ким не идеален? Когда?! Чёрт, и ведь правда сказал, но он же совершенно другое имел в виду. Что он наделал?! — Чё ты там, блять, вякнул? — тут же подошёл к парте этого омеги Хосок. — Хлебало завалил, уёбок, а то мало, блять, не покажется, — и то, как Чон превратился из милого омежки рядом с Юнги в такого смелого парня. Наверное, это всё, что выдаёт тяжелое детство.       А Тэхён даже сказать ничего не может. У него всё ещё низкая самооценка, всё ещё он боится, а в кармане так крепко сжимает подвеску в виде пера, которая ему досталась от отца, одну из тех двух вещей, что у него осталась от родителей, которую он так хотел отдать Чонгуку. Но, видимо, рано. — Гуки, — тихо прошептал Ким. Нет, он даже не думал верить этому глупому омеге. Но Чонгук сам подтверждает эти слова, заставляя Тэхёна нахмуриться и опустить голову как-то грустно. Не идеален. А ведь мальчишке хочется быть идеальным для Чонгука. Очень сильно хочется. Гуки же его альфа и он идеален, тогда… Какое право имеет он не быть настолько же идеальным для младшего?       Чонгук лишь заметил, как сжался старший. До крови укусив нижнюю губу, альфа поднялся и направился к тому омеге. Чёрт, да он не перестает приносить проблемы ещё с первого дня. Отодвинув Хосока в сторону, брюнет подошёл к парню непозволительно близко, резко ударяя по рядом стоящей парте рукой и наклоняясь к напуганному омеге. В глазах Чонгука была ярость. — Послушай-ка сюда. Не тебе говорить о таких вот вещах, когда сам побывал в постели не меньше чем у половины альф этой школы. Я не удивлюсь, если их было больше. И не смотри так на меня, — слишком спокойно для этой ситуации говорил Чон. — Если ты вылил на себя литр духов, это ещё не значит, что от тебя не несёт шлюхой. А именно ею ты и являешься. Думаю, тебе лучше закрыть свой грязный рот, пока я не распустил о тебе пару-тройку не самых лестных слухов. И поверь, много кто будет считать их правдой, даже если это ложь. Как это было в случае с Тэхёном. Поэтому если я ещё хоть один раз узнаю или увижу, что вы делаете что-то против его воли или причиняете ему боль, как физическую так и моральную, то я за себя не отвечаю. Я понятно выразился? — закончил свои угрозы юноша и с презрением посмотрел на кивающего омегу, которого довёл до слёз. — И ещё… Если вас так интересует, почему мы теперь встречаемся, то я вам любезно расскажу. Я люблю Тэхёна, и то, что я сказал на прошлой перемене, никак не относится к его телу. Если у вас на уме только это, то это не значит, что у всех так.       Чонгук знал, что будут последствия. Он это точно знал. Знал, что наверняка напугал старшего и тот очень сильно обиделся на него. Но так или иначе он знал, что поступил так, как считал нужным. — Хватит, Чонгук, — тихо сказал Хосок, взглядом указывая на напуганного друга. — Он не любит, когда дорогие ему люди злятся, а ещё эти шлюхи в любом случае омеги. Не нужно так говорить и угрожать, мелкий, Тэхёну от этого лучше не станет, — Чон отошёл от Чонгука и подошёл к парте маленького Тэхёна. — Всё в порядке, не волнуйся ты так, — Хо по-дружески поцеловал своего друга в щёчку и потрепал по волосам, улыбаясь тепло, а после пошёл и сел за свою парту рядом с Юнги.       Розоволосый омежка посмотрел на подвеску на серебряной цепочке в своей руке и быстро убрал её в карман. Он не хочет дарить это при омегах. Его засмеют и Гука тоже.       Что снова не так? Да просто Чонгук сначала делает, а потом уже думает. Ну, как обычно. Ничего нового. Вот и сейчас парень сказал то, о чём, наверное, позже пожалеет. Ну да ладно. Что сделано, то сделано. Это уже не изменить.       Ещё раз ядовито глянув на омегу, он развернулся и быстро добрался до своего места рядом с Кимом. А вот и настал момент сожалеть. Момент, когда совесть внезапно просыпается. Альфа сел на свое место. Вот именно в такие моменты он конкретно меняется и превращается из человека, готового убить любого, в мальчика, который что-то натворил и стоит перед мамой. Именно так это выглядело. — Тэхён, — начал Чонгук шёпотом. — Прости за этот шум и если вдруг ты понял меня неправильно. То, что он сказал, я такого не говорил. Просто сказал Юнги, что мне… Да чёрт, он просто начал спрашивать меня об этом. Начал говорить, и я ляпнул, что… что бы там не было раньше, для меня ты идеален. А они вот так всё переделали, прости меня, — альфа опустил голову и сжал ручку старшего в своей. — Никогда не смей слушать таких отбросов общества, как он. Потому что он нёс такую чушь. Незачем забивать этим голову. Ты и правда совершенство и не смей думать иначе.       А Юнги просто наблюдал со стороны. Ну, а зачем вмешиваться? Чонгук вон как постоял за своего омегу. Нарвётся на похвалу, маленький засранец. С того момента, как Хосок забежал в класс за Тэхёном и врезался в самого альфу, было какое-то странное чувство. Что уж там говорить о том, что парень даже тихонько присвистнул, когда этот мягкий мальчик пошёл в тяжелую артиллерию, дабы постоять за своего лучшего друга. Да уж, стоит ли Юнги присмотреться к этому омежке?       Тэхён так и сидит с опущенной головой, стараясь не заплакать. Но он не отталкивает Чонгука, наоборот, старается крепче зацепиться своими крошечными лапками за ладони Чона. — Прости, Гуки, — Ким приобнял себя ручкой, чтобы не разреветься, ну уж слишком сильно хочется. Его альфа не считает его идеальным в физическом плане. Он в любом случае это сказал, не важно, что омеги изуродовали его слова. — Я стану идеальным для тебя, правда. Я… — сейчас Тэхён немного набрал в весе, щёчки вернулись, но ножки всё ещё худые, живот плоский, ключицы выпирают. — Чего мне не хватает, чтобы моё тело для тебя было идеальным? Чтобы всё было идеальным? Гуки, я изменюсь, правда. Только не оставляй меня, — прошептал на грани слышимости Тэхён, всё так же не глядя в глаза альфы.       Хосок услышал всё это и тяжело вздохнул, набирая сообщение Чонгуку. Да уж, Чону сейчас даже не до Юнги.

09:20 Кому: Мелкий

«Успокой его, но не пытайся переубедить. Это бесполезно, когда он плачет. Я с ним вечером поговорю».

09:20 Кому: Мелкий

«А ещё думай своей головой перед тем, как говорить что-то, идиот ты мелкий».

09:21 Кому: Мелкий

«Давай, не могу смотреть, как он плачет».

      Написав сообщение и отложив телефон в сторону, Хосок грустно вздохнул. Да уж. Даже на лице омеги теперь ни капли улыбки. Но он смотрит на Юнги, а после отворачивается, понимая, что давно так сильно не грустил. Влюбился, а его даже не замечают. Ничего. Чон должен попытаться! — Хён, я сегодня приду? Мне стоит взять сменные вещи?       А вот Юнги совсем не парился насчёт этих отношений, потому что так легче. Совершенно никаких переживаний. Как вот у этой троицы. Всё так же уткнувшись взглядом в книгу из его личной библиотеки, альфа услышал голосок Хосока и, даже не удостоив того вниманием, продолжил читать. — Одежда? Сменная? Зачем она тебе? — Ну да! — радостно ответил Хосок, услышав голос Юнги. Так, они уже разговаривают, это отлично! — Чтобы было удобнее, а то я не люблю в уличной одежде учиться. Но если тебе будет неудобно, я не буду брать одежду с собой и потерплю.       Чон Хосок озорной и даже сейчас улыбается. Он просто увидел, как его друг тянет Чонгука за собой. Нет, Хо знает, что Ким не обидчив, но на такое даже бы Хосок обиделся! Как можно назвать тело любимого омежки неидеальным?! — Да нет, мне как-то все равно. Если надо, бери. Делай, что хочешь, главное — учись нормально. Надеюсь, ты не будешь сильно тупить, — холодно произнёс Юнги, собирая вещи и выходя из класса. — А? — Хосок улыбается и кивает, как дурачок, пока Юнги не выходит из класса. А после он мгновенно темнеет, начиная собираться. Нет, он совершенно не нравится Юнги. Но он понравится! Точно понравится, он же всем нравится! Да, возможно, многим только из-за своего тела, но Юнги он понравится, потому что это он! Потому что он весёлый и шумный, а ещё одновременно так невинен и сексуален. Это же невероятно просто. Так что сейчас Хосок хватает свой рюкзак и бежит за Юнги. — Хён, пошли в столовую? Просто я не знаю, где она, покажешь? — Окей, но я просто доведу тебя туда. Дальше — сам, — Юнги вновь закатывает глаза, уходя немного вперед, но не возражая. Ну, а смысл, всё равно этот парень за ним пойдет. Через пять минут парни зашли в столовую, и Юнги направился к месту выдачи еды. Взяв совсем немного — салат, рис и чай — альфа пошёл за самый дальний столик — тот, где обычно сидели они с Чоном. Хосок улыбается счастливо и идёт послушно за Юнги, буквально хвостиком за ним плетётся, а в столовой тот вдруг быстро исчезает. Чон оглядывается, но не находит его, так что просто берёт еду и уходит куда-то за свободный столик, спокойно кушая. Чонгук с Тэхёном пропали куда-то! Вот Хо Киму всё вечером выскажет!

***

      И снова Чонгук хочет успокоить своего омежку. Ну вот зачем он это ляпнул? Это же совсем неправда. Тэхён правда идеал в глазах альфы. Да и, похоже, не только в его глазах. Потому что похотливые взгляды со стороны других альф уже серьёзно надоели. Но Чонгук не мог сейчас что-либо сделать… — Тэхён-и, зачем ты снова… Я же сказал тебе, что ты правда идеален для меня! Я ведь…       Дальнейшую речь прервал звук входящего сообщения. Чонгук достал телефон из кармана и разблокировал его. Это был Хосок. Быстро прочитав сообщения парня, он начал печатать свои.

09:22 Кому: Хосок-хён «Но, хён, он меня совершенно не слушает. Я уже понял, что не нужно было говорить такого. Прости, я знаю, что виноват». 09:22 Кому: Хосок-хён «Пожалуйста, постарайся переубедить его вечером. Надеюсь на тебя, хён».

      Чон убрал телефон обратно в карман и коротко вздохнул. Начался урок. Химия. Он достал флешку с подготовленным материалом и презентацией, которую он делал со своим одноклассником. Возможно, он сможет оттянуть время до проверки домашнего задания в классе Тэхёна и Хосока, ведь Ким же не сделал. Хоть альфа и не знает об этом. Чувствует, наверное.       Тэхён услышал звонок, но слов альфы до этого словно и не слышал. Он правда, когда волнуется, боится или плачет, совсем и не слышит людей. Но его альфа вышел к доске, и Ким немного успокоился, просто наблюдая за ним. Стоп. Чонгук же перед тем, как они разошлись, сказал, что ничего не сделал, но сейчас он идеально всё рассказывает. Он правда очень умный мальчик.       В отличие от старшего, который даже не заметил, как уснул! Нельзя же так! Но у омежки иммунитет совсем слаб, особенно из-за скорой течки и проблемы с его здоровьем. Так что Тэхён просто надеется, что до конца урока его не спросят. Просто не заметят даже.       И, к великому счастью, всё происходит именно так. Учитель ставит Чонгуку пять, только решает спросить заданное на дом у других, как звенит звонок, позволяя Киму спокойно выдохнуть. Все собирают вещи, Ким поднимается и смотрит на альфу.       Как и рассчитывалось, Чон и Джозеф — его одноклассник, с которым он делал задание — получили высший балл. Он хотел быть достойной парой Тэхёну, и если тот считает его недостаточно взрослым, то альфа докажет, что это не так. Вот как сейчас, например. Парни закончили и сели на свои места, но через несколько минут прозвенел звонок с урока, и все начали собираться. Чонгук немного помялся, но всё же посмотрел на Тэхёна. — Ты молодец, Гуки. Когда ты успел так подготовиться? Надеюсь, ты не сидел всю ночь. Ты должен хорошенько высыпаться, ладно? — Тэхён заботливый и милый, а ещё он оглядывается, и пока никто не смотрит, он за руку вытягивает Чонгука в коридор. Да, пусть он не идеальный, но он таким станет. И сейчас он надеется, что Чонгук сможет принять этот скромный подарок. — Вообще-то, нет, не спал. Я не успевал, а работу нужно было доделать. Джозеф надеялся, и я не мог подвести, — но внезапно омежка берет за руку и выводит из класса. А позже говорит и делает что-то странное для Гука.       Тэхён хмурится, когда альфа говорит, что не спал, но не начинает ругаться, только аккуратно кивает. — Старайся больше так не делать, хорошо? Ты же ещё маленький, так что должен хорошо спать, — да, возможно, Чонгука бесит то, что Ким считает его маленьким, но Тэ ничего не может с собой поделать: он знает, что Гуку всего шестнадцать, но, с другой стороны, он видит в нём взрослого и красивого парня, пока тот не начинает открывать рот.       Чонгук немного нахмурился. Ну вот, снова он маленький. Это абсолютно точно нечестно. У них разница в два года, а Тэхён говорит так, словно все десять. И это так бесит. Как же, интересно, Ким будет считать его маленьким после их интимной близости? Если она у них вообще будет, конечно. — Гуки, ты столько для меня сделал, что я, наверное, никогда в жизни не смогу вернуть тебе всё это, но, — мальчишка достал аккуратно подвеску из кармана и протянул её Чонгуку. — Это… У меня после смерти родителей остался только этот кулон моего папы и наша фотография. И я хочу, чтобы ты взял его. Он очень многое для меня значит, как и ты. Это не те подарки, которые делал мне ты, но я буду стараться радовать тебя так же. Я люблю тебя, Гуки. Постараюсь и стану идеальным, обещаю! — Тэхён обнимает себя, хотя так хочет обнять альфу. Но он думает, что не может делать этого в школе. — Тэхён… Зачем? Если это так важно, ты же должен её сохранить в этом случае. Но ты отдаешь её мне, — отказываться было очень плохо и некрасиво. Они ведь пара и доверяют друг другу. К тому же альфе безумно приятно, что Тэхён доверяет ему самую драгоценную свою вещь. Он тепло улыбается. — Тогда наденешь её мне? Не хочу потерять её, к тому же так ты всегда будешь рядом. Часть тебя… — и нагибается так, чтобы парень спокойно мог надеть кулон. И когда тот всё же делает это, не обращая внимания на проходящих мимо учеников, резко прижимает омежку к себе за талию, уткнувшись лицом тому в шею, а затем совсем легонько целуя ушко. — Вот, смотри как ты идеально подходишь мне. И что бы ты там не говорил, хён, я тоже люблю тебя.       Чонгук наклоняется, позволяя Тэхёну быстро и аккуратно одеть цепочку на младшего. Но после происходит то, чего омежка ну никак не ожидал! Младший прижимает к себе, утыкается носом в шею, ещё и целует самое слабое и чувствительное место на теле омежки, заставляя старшего сжать ручки на его плечах. — Гуки, здесь люди ходят, — шепчет красный Тэхён, а после краснеет ещё сильнее, когда альфа убеждает его в том, что они идеально друг другу подходят. И слова любви, которые заставляют его прикрыть глазки и крепче прижаться к любимому телу. — Гуки, пойдём на третий этаж? — в то место, где розоволосый обычно прятался. Ким хочет побыть с альфой наедине и просто спокойно пообниматься.       Когда омежка шепчет ему предложение о том, чтобы пойти на третий этаж, Чонгук загадочно улыбается, отстраняется и берёт парня за руку, чтобы скорее увести его из этого людного коридора.       На третьем этаже они оказываются через десять минут. Дойдя до самого конца коридора, Чон посмотрел по сторонам, убеждаясь, что никого тут точно нет. И тут альфе срывает тормоза, потому что тот резко останавливается, прижимая Тэхёна к стене, и крепко обнимает. Но в их объятиях не было ничего такого. Юноша просто обнял, вдыхая почти совсем незаметный запах. Он есть, совершенно точно есть. Но такой слабый, что Чонгук старается уловить хоть каплю. — Тэхён-а, я не хочу отпускать тебя. Хочу, чтобы ты всегда был со мной. Навсегда. — Гуки, — Тэхён тихо шепчет, когда его так резко прижали к стене и обняли. Испугался. Но не Чонгука, а просто из-за неожиданности.       Он сейчас доверяет своему альфе. Да, сильно доверяет. Так что позволяет прижаться, уткнуться носом в шею и шептать себе на ухо о том, как хочется быть рядом. У них сейчас гормоны бушуют, но омежка боится и сдерживает всё. Вот только от горячего потока воздуха на чувствительные ушки он слегка прогибается в спинке и ручками так крепко цепляется, стараясь спрятать их. Так приятно. Неужели Чонгук всё ещё не догадался об этом слабом и чувствительном месте своего омеги? — Я тоже хочу быть с тобой. И чтобы ты не отпускал, потому что… Мне страшно без тебя, Чонгук, — прошептал мальчик, зажмурившись сильно.       Чонгук улыбается, и озорная искра мелькает во взгляде альфы, пока его парень так сжимается. Это могло бы обидеть Чона, но лишь умилило, потому что и так заметно, что омежка отвечает на его объятия, на это тепло и ласку, но всё же боится. Ничего страшного, Чонгук сможет найти решение, найти ключ к сердцу Кима, и тогда они точно будут счастливы.       Прижав к себе как можно сильнее тельце пары, Чон продолжил свою маленькую шалость, и на этот раз он позволил себе чуть больше — совсем не больно прихватил мочку уха вместе с гвоздиком кончиками зубов и чуть провёл языком. Конечно же, парень заметил, как столь невинные жесты и прикосновения именно к этой части тела влияют на Тэхёна. И это на самом деле разжигало огонь, но он не спешил заходить слишком далеко. Не хотел напугать парня. Не напугал ведь?       Тэхён скулит тихо от таких действий младшего, прогибается в спинке, стоя на носочках у стены. Чонгук крепко его держит, так что это совсем не тяжело. — Гуки, — тихо и так сексуально продолжает скулить старший, потому что всё, что делает его младшенький, очень приятно. — Что ты делаешь? — Ким знает, что ушки — его слабое место, но он даже не осознаёт того, что Чонгук понимает это, что ему нравится то, как розоволосый изгибается от этого.       Да, Гуки не пугает этим, но Тэ становится жарко. Он цепляется за альфу, зажмуривает глазки, чувствуя, как его собственное тело начинает просить ласки вдруг. Скоро течка, Тэхён знает, что это единственная причина, почему вдруг стало так жарко. Он сам бы никогда в жизни не захотел секса или чего-то в этом роде. Да, милые поцелуи, объятия, это всё ему нравится, но интимная близость — это слишком противно.       Это уже слишком. Чонгук знает, что это слишком сильно влияет на него. Возбуждение безумно сильно бьёт в голову, и парень чувствует, как его член начинает реагировать на это, и это было очень плохо. Во-первых, Чон прекрасно понимает, что ещё немного, и он точно не сможет остановиться. Эта тонкая грань между осознанием своих действий и животным безрассудством. А во-вторых, это сильно напугает старшего, и они отдалятся, альфа мог уже это даже предвидеть.       Поэтому как бы сильно не хотелось сейчас зайти дальше и дальше в эту пучину соблазна, он не мог так поступить с Тэхёном. Это, прежде всего, будет ударом для него. К тому же, все те сексуальные и яркие звуки, почти что стоны, что издает его омежка. Это наверняка из-за приближающейся течки, и парень сам не осознает ту опасность, что представляет сейчас Чонгук для него. Причём очень возбужденный Чонгук.       Оставив ещё несколько поцелуев на шее любимого и завершая коротким касанием губ до метки, что оставил буквально вчера, альфа нежно поцеловал омежку в пухлые губки и медленно отстранился, всё ещё обнимая Тэхёна. — Думаю, нам ещё нужно в столовую успеть. Пошли? — со счастливой улыбкой и сбитым дыханием пробормотал Чонгук и заглянул в глаза любимого.

***

      Хосок так и покушал в одиночестве, даже не увидев ни разу Юнги. И стоит рыжеволосому омежке допить сок, как к столу подходят несколько альф из выпускного класса. — Привет. Познакомимся? — трое друзей падают за стол омежки, но Чон лишь оглядывает их с презрением и поднимается, открывая взору попку, обтянутую джинсами. — Не сегодня, — уверенно молвил Чон, чувствуя, как его уже просто раздевают взглядом. Он отходит от стола и подходит к мусорке, как чувствует чью-то руку на своей заднице. — Такой мальчик и без альфы. Как же это призо… — но Хо не даёт договорить, а резко разворачивается и «случайно» опрокидывает всю оставшуюся еду на парня: острый суп, остатки риса и кимчхи, тот самый недопитый сок, а ещё пирожное, которое он решил не кушать. Ну, бывает, не рассчитал и объелся уже без пирожного. Которое сейчас, как и всё остальное, скатывается по рубашке альфы. — Ах, такой неловкий. Прости, я не хотел, — наигранно шепчет Хосок, а после берёт это пирожное с рубашки и с лёгкой ухмылкой размазывает по лицу парня, после так сладко облизывая пальчики. — Не хотел, чтобы такой урод, как ты, ушёл отсюда чистым. В следующий раз будь осторожен, мальчик, потому что если ошибёшься задницей и «случайно» полапаешь мою, я запихаю этот поднос тебе в задницу, уж не сомневайся.       Спокойно просидев за столом и почти ничего не съев, Юнги поднялся и направился к мусорке, чтобы выбросить остатки еды. Но парень остановился метрах в десяти за колонной, наблюдая за открывшейся картиной. Слишком шумно. А Мин ненавидит шум. Точно так же, как, например, Чонгук, когда его считают маленьким. Или как он ненавидит отца. И папу заодно. Слишком шумно. Альфа даже и сам не понял, как оказался рядом с этой кучкой. — Эй, — обратился он к «главе банды». — Я разве не предупреждал тебя? Я предупреждал не шуметь и не мешать мне. Так что ты сейчас делаешь? — убийственно холодно и спокойно спросил Мин. — Жить надоело, что ли? — Спасибо, хён. Ты уже закончил кушать? Пойдём вместе, мне тоже на второй этаж ведь.       Альфы, что так нагло шумели, быстро поняли, с кем имеют дело, и, не говоря больше ничего, кроме короткого: «Прости, Юнги», постарались сбежать. И даже злой, обмазанный пироженкой парень, с яростью в глазах, просто тихо извинился и ушёл. Так то.       Но Мин на самом деле терпеть не мог всё это. Нет, не то, что на омег нападают, это у них в школе в порядке вещей. Он ненавидел, когда ему мешают есть. Собственно, это и было одной из причин того, что альфа остался голодным, съев всего пару ложек риса, когда на подносе и так было мало всего. Быстро избавившись от подноса, Юнги вытер салфеткой руки и прошёл мимо Хосока, который так внимательно следил за каждым его движением. — Я не люблю компании. Тем более такие шумные, как ты. Хочешь идти — иди. Но иди тихо, мне нужно позвонить.