Чистилище

— - Несмотря на массовую рекламу, сами стоматологи относятся к жевательной резинке без особого восторга. Да, она действительно освежает дыхание, но ее трудно назвать средством гигиены для полости рта, — донеслось из телевизора. Эр еще не пришел с работы, а Анна, скрестив ноги по-турецки, смотрела оздоровительную передачу на одном из телевизионных каналах. Ее руки тряслись, а губы дрожали. Раньше больше всего она боялась, что после смерти нет перерождения. До конца она в этом еще убедиться не смогла, но, похоже, это было действительно так: ад или рай. Девушка вздохнула. Поднявшись с кровати, она медленно подошла к балкону. Пачка сигарет кончилась слишком быстро, но никотин совершенно не успокоил Анну. Она переживала за себя настолько сильно, что совершенно позабыла о проблемах Рун. Когда же она вспомнила об этом, ее руки сами схватили телефон и нажали ту заветную кнопку. — Что-то ты ко мне зачастила, — без особого восторга произнесла Маргарет. — Тебе не нравится в реальности? Можем ускорить процесс… — Все умершие души сначала попадают сюда, так? — Нет, только те, у которых есть незаконченные дела. Редко сюда попадают те, которым нет дороги ни в рай, ни в ад. Обычно они становятся работниками канцелярии, как я, к примеру. — Ты помнишь что-то о своей жизни? Маргарет отрицательно покачала головой. — Оно мне и не нужно. Так-с, что ты хотела? — Ты можешь узнать, где сейчас находится душа одного умершего человека? — Ну… да, это возможно. Только я не могу делиться такой информацией с клиентами, сама понимаешь. — Маргарет! — Анна вскочила со стула и вновь, как и в прошлый раз, ударила кулаком по столу. — Если ты этого не сделаешь, то, возможно, еще один человек покончит с собой. Маргарет закрыла глаза. Она скрестила руки на груди и задумалась. Анна не знала, о чем думает девушка, но была почти уверенна, что та не откажет ей в помощи. — Хорошо. Ладно, — согласилась работника канцелярии. — Имя, фамилия. Год рождения. — Оливер Бичем, девяносто третий год рождения. Маргарет что-то набирала в компьютере, но Анна не могла видеть экран. Она присела на стул, закинув ногу на ногу. — У него были дети, жена? — Жена — Рун Бичем. Детей… нет, пока что нет. — Так. Оливер Бичем, родился в девяносто третьем в Брайтоне. Рост сто восемьдесят три, глаза карие, волосы темные. Работал в полиции. Погиб в перестрелке. — Да, это он. — Секунду… эм… — Что такое? — Он сейчас находится в Чистилище, третий этаж, дверь FK, отделение для нарушителей законов Чистилища. — Он что-то нарушил? — Нет, он там работает. — Я могу с ним поговорить? — Анна была преисполнена решимости. Она сжала кулаки так, что ногти больно впились в ладони, оставляя кровавый след на ладонях. — Да… только он тебя не вспомнит. Все работники Чистилища забывают о своей жизни, чтобы их не мучили душевные терзания. Не могу помочь, прости. Но ты можешь попытаться, если хочешь. Лифт через две двери по коридору. Если что, я тебе ничего не говорила. Анна поблагодарила Маргарет и стремительным шагом направилась к двери. Дойдя до лифта, она нажала на кнопку третьего этажа. Дверей здесь было слишком много, а коридор был настолько длинным, что Анна не могла понять, имеет ли он вообще конец. — FK… — повторяла она тихим голосом. Поиск двери занял минут пятнадцать, но все же Анна нашла ее. Без стука она отворила дверь. Эта комната была такой же, как и в канцелярии: ни стен, ни пола, ни потолка. Все было настолько белым, что в глазах начинало рябить с непривычки. Посередине комнаты находился деревянный стол. За ним сидел Оливер в темной одежде, похожей на одежду полицейских. — Я Вас слушаю, — тихо произнес он. Анна, не веря своим глазам, медленно приближалась к Оливеру. Она села на стул, и ее ноги задрожали. — Оливер?.. — тихо прошептала она. Кареглазый молодой человек поднял взгляд на Анну. Он сощурил глаза, а затем вновь перевел взгляд на экран. — Да, а Вы кто? — Меня зовут Анна. Ты меня, наверное, не помнишь. — А мы знакомы? — Да, были. При жизни. Оливер нервно сглотнул и отвел взгляд в сторону. Его пальцы оторвались от клавиатуры. После долгой паузы Оливер все же набрался смелости первым нарушить неловкое молчание. — Что ты хочешь от меня? — Мне нужно поговорить с тобой. Оливер поднялся из-за стола и, прислонив руку к лицу так, чтобы закрыть глаза, прочистил горло. — Говори конкретнее. — Если бы ты… — она вдруг покраснела и отвела взгляд. Дышать становилось тяжко, а сердце билось, словно подстреленная птица. — Если бы у тебя была жена при жизни, и она была бы беременна, а ты бы вдруг умер… ты бы хотел, чтобы она оставила ребенка? Анна понимала, что этот вопрос может сделать Оливера несчастным, но он уже умер. А Рун еще жива, и ей нужно знать, как жить дальше. — Да, я бы хотел. Конечно, — дрожащим голосом ответил мужчина и сел обратно за стол. — У меня была жена? — он грустно улыбнулся и с надеждой в глазах посмотрел на Анну. — Какая она? — Ее зовут Рун. Она очень красивая, — так же грустно улыбнулась девушка. — Она сильно тебя любит и плохо переживает твою смерть. Когда меня не станет, Рун останется совсем одна. Я боюсь, она наложит на себя руки… — Не говори так! — перебил ее Оливер. Он не помнил Рун, но, казалось, что-то в его душе зашевелилось. — Ты должна сделать все, чтобы она этого не сделала! — Но ты же понимаешь, что я не смогу проследить за этим. — Сколько у тебя времени? — Не знаю, — призналась девушка и скрестила руки на груди, словно защищаясь от нападок Оливера. — Мало. Может, дней пять. Мужчина устало выдохнул и закрыл лицо руками. — Уговори ее жить дальше и ни в коем случае не позволяй избавиться от ребенка. — Но ей же будет тяжело жить с ним совершенно одной. У нее нет денег, маленькая зарплата. Она решила продать квартиру, чтобы рассчитаться за долги. Ты оставил ей ужасный груз после своей смерти. — Послушай. Я могу многое, и не позволю, чтобы моя жена жила в нищете. Просто сделай так, чтобы она жила, чтобы наш с ней ребенок… жил. Я разберусь в остальном. Анна понимающе кивнула и вышла из двери. «Быть мертвым так сложно», — подумала она и тут же очутилась в своей квартире. Эр готовил ужин, Анна сидела за столом и курила. Предварительно она купила новую пачку сигарет в магазине возле дома. — Чем займемся сегодня? — Не знаю, — Анна пожала плечами. — Может, сходим в кино? — Что-то как-то не хочется. Ужин прошел в тишине, а затем Эр и Анна легли спать. Девушка долго не могла уснуть, а когда ей все-таки удалось это сделать, ее разбудил телефонный звонок. Это была Рун. — Срочно! Анна! Приезжай сюда! — Куда? — сонно спрашивала девушка. — Ко мне домой, у меня кровотечение. — Вызывай скорую, я сейчас буду. Будучи в спальных штанах и рубашке, Анна нацепила угги и первую попавшуюся зимнюю куртку. Она поймала такси и уже вскоре была у Рун. Она долго звонила в дверь, а затем на телефон, но никто не отвечал. Заметив, что дверь открыта, Анна ворвалась в квартиру и побежала к спальне, где надеялась увидеть Рун. Да. Там она и лежала. Точнее, ее бездыханное тело со стеклянными глазами. Вся постель была в крови. Рун сжимала в своей руке мобильный телефон. Она так и не успела позвонить в скорую помощь. Анна бросилась к сестре, пытаясь привести ее в чувства, но понимая, что это уже бесполезно. Скорая увезла труп Рун, а Анна сидела возле двери и плакала. Она уже позвонила Эру и сообщила о случившемся. Он приехал так быстро, как только мог. Анна села в машину и уткнулась в окно лбом. — Ты не говорила, что она была беременна. — Я узнала только сегодня днем. Но теперь это не имеет значения. Эр согласно кивнул. Зайдя в квартиру, Анна первым делом залезла прямо в одежде в горячую ванную, закрыв дверь. И вновь нажала букву «Ч» на своем смартфоне. — У меня может быть хотя бы минутный перерыв? — устало выдохнула Маргарет. — Рун Бичем, девяносто седьмой год рождения. Умерла сегодня вечером. — Умерла от чего? — Выкидыш, не знаю. Анна нервничала, и Маргарет чувствовала эту напряжённость. Не спрашивая больше ничего, она попыталась найти Рун в базе. И нашла. — Это не выкидыш и даже не внематочная беременность. Она наглоталась таблеток. Умерла за минуту до твоего прихода. — Где она сейчас? — Э… я не знаю. У меня нет больше информации по ней. А это означает, что ее душу уже определили. — Куда?! — Я же сказала — я не знаю! Может в Ад, а может в Рай! Мне недоступна такая информация. Извини. Это твоя сестра? Анна кивнула и с силой ущипнула себя. Она закусила губу до крови, и издала приглушенный стон. Это было больно, слишком. Просто невыносимая боль раздирала ее грудную клетку, сжимала легкие и не давало издать ни звука. Девушка побледнела, а кровь пошла носом. — Не нервничай. Оливер подходил ко мне сегодня и спрашивал о ней. Может, он что-то знает? Анна вошла уже в знакомую дверь FK. Нет, даже не вошла, а ворвалась. — Рун умерла. — Я знаю, — совершенно спокойно ответил мужчина. — Так лучше для нее. — Стоп, это ты с ней сделал?! — Анна в миг оказалась около Оливера и уже была готова хорошенько ему вмазать, но мужчина схватил ее руку и прижал к столу. — Еще одно слово — и твое время истечет через минуту, поняла? Да, это сделал я. Немой вопрос и ненависть застыли в глазах девушки, но Оливер не собирался на них отвечать. Он отпустил ее руку и вновь занялся своими делами. — Я думала, ты любишь ее. — Может и любил при жизни, — усмехнулся он. — Да ладно тебе, я ей услугу оказал. Переродится она — никаких проблем. Ей так лучше будет. Ты же скоро умрешь, и у нее никого не осталось бы. — Откуда ты можешь знать, что лучше для человека? — Расслабься, она хотела умереть. Она же говорила тебе об этом, не так ли? А супружеский долг — исполнять желания любимых. — Ублюдок, — сплюнула Анна. — Дверь там, — улыбнулся Оливер, даже не глядя на девушку. Эр как всегда собирался на работу, а Анна не спала ночью. Она была преисполнена желанием разорвать Оливера на части, только вот, он был уже мертв. Ей так хотелось с кем-то поделиться этим, но она не могла рассказать даже Эру. Заметив грусть своей возлюбленной, парень присел рядом с ней и приобнял за плечи. — Я займусь делами по поводу ее похорон, хорошо? Не утруждай себя, постарайся прийти себя. Погуляй с Бритни, например. Развейся. Анна согласно кивнула. Она была так благодарна Эру за то, что он и без слов понимал ее. Поблагодарив его немой улыбкой, девушка включила телевизор, а Эр вышел из квартиры. Анна дрожащими руками набрала номер Бритни, и вот уже тощая, как спичка, блондинка стояла на пороге ее квартиры. — Бармена заказывали? — весело улыбнулась она, держа в руках три бутылки мартини. Первая бутылка закончилась так же быстро, как и вторая, но до третьей руки не дошли. Девушки говорили обо всем: о былых деньках в школе и университете, размышляли о жизни и смерти. Бритни утешала Анну. Блондинка знала Рун не слишком хорошо, но была уверена, что она была хорошим человеком и веселой оторвой. В старшей школе эти трое вытворяли многое. Эти воспоминания одновременно огорчали Анну, но и душа радовалась. — Когда мы были детьми, Рун часто говорила, что хочет попасть на небеса, — выдохнула Анна. — Не знаю, где она сейчас… — Ада и Рая не существует, — отмахнулась Бритни. — С каких пор ты стала верующей? — А если существует? — То мы попадем в Ад и будем вариться в одном котле, — развела Бритни руками и усмехнулась.