Дурная компания

У выезда на шоссе ожидаемо образовалась огромная очередь — несмотря на то, что парковка была вне оцепления, и, соответственно, считалась безопасной зоной, ни у кого, кроме особо ушлых представителей прессы, не было желания здесь задерживаться. МакКуин рассчитывал, что на выходе-то точно сможет перехватить тягач с серо-синим прицепом, однако тот неожиданно свернул влево, в сторону от выезда, плавно обогнув хвост медленно продвигающейся очереди. Если бы не толпа, Молния с легкостью догнал бы его. Однако сейчас ему приходилось петлять, объезжая другие машины и неизбежно теряя скорость и драгоценные секунды. Трейлер же медленно, но уверенно плыл сквозь этот хаос, как ледокол на колесах — ему не надо было прокладывать себе путь, ибо тачки сами спешили уступить дорогу более массивному, тяжелому и явно недружелюбному транспорту, спешно расступаясь перед его кабиной, и возвращаясь на места за удаляющимся прицепом. И МакКуину в этой суматохе было не просто не потерять из вида даже такую крупную машину. Миновав площадку перед выездом, трейлер снова свернул влево, огибая стадион, и МакКуин понял, куда он направляется: с той стороны был еще один — служебный — выезд с огороженной территории стадиона. Только вел он не на скоростное шоссе, а на обычную двухполосную дорогу. Только теперь, по идее, он должен был быть полностью перекрыт — еще выезжая со стадиона МакКуин видел, как полицейские растягивают там свои желтые ленты. Но тягачу, похоже, было плевать на это — едва выехав на более-менее свободный участок, он начал разгоняться, и даже не подумал притормозить, когда одна из полицейских машин засигналила ему. Двигатель его утробно заревел, и стражу порядка пришлось спешно убраться с дороги. МакКуин все-таки догнал его — уже когда тот, оглушительным ревом клаксона распугав охрану, с разгону врезался в запертые сетчатые ворота, просто смяв их передними колесами, словно они были сделаны из бумаги. МакКуин выскочил за ним, отставая всего на несколько метров, однако ему тоже пришлось проехаться по сорванным с петель створкам — может, тяжеловесный «дизель» даже и не заметил такого пустяка, а вот колесам легкого гоночного автомобиля пришлось несладко. Маккуин, успевший набрать приличную скорость, въехал на створку, тихо зашипев от боли, когда торчащие концы разорванной железной сетки впились в покрышки. Но еще неприятнее было то, что это стоило ему потери нескольких бесценных секунд из-за того, что его слегка занесло. И этих секунд трейлеру хватило, чтобы поймать свободное «окно» в потоке движущихся по дороге машин и с удивительной для такой неуклюжей конструкции ловкостью вписаться в него. МакКуин тихо выругался. Он не мог позволить ему уйти! Но, как назло, дальше машины ехали плотно, и вклиниться в их строй не представлялось возможным. МакКуин все же метнулся к шоссе, и, нарушая все правила, покатил по обочине, чем вызвал справедливое недовольство более законопослушных граждан. В конце концов, какой-то паркетник то ли сжалился над ним, то ли просто проявил гражданскую сознательность, чуть притормозив и позволив гонщику заехать на асфальт. Несмотря на то, что Молния старался держаться как можно ближе к трейлеру, теперь их разделяло довольно приличное расстояние и полдюжины других машин. Довольно агрессивно — тут уж было не до вежливости — лавируя между ними, МакКуин смог подобраться ближе, однако, когда он на миг отвлекся, объезжая очень неторопливый автобус, тягач перестроился во внешний ряд, вновь увеличив отрыв. Эта чехарда продолжалась до тех пор, пока от дороги не отщепился боковой отвилок, впадающий в развязку более крупного шоссе — большинство машин сворачивало туда, и, когда они миновали съезд, стало гораздо свободнее. Тягач прибавил газу, но тут уж ему было не уйти. МакКуин теперь нагнал его в два счёта. Он мог попытаться дотянуться до рычага, открывавшего дверь прицепа, но неожиданно к своему ужасу обнаружил, что не представляет, где он находится — прицеп выглядел абсолютно гладким и едва ли не монолитным, как кирпич… В команде IGNTR предпочитали придерживаться современного, даже прогрессивного, минималистичного дизайна во всем, но МакКуин никак не ожидал, что когда-нибудь еще и это выйдет ему боком! Плюнув, он перестроился во внутренний ряд и чуть ускорился, поравнявшись с тягачом. — Эй, ты! Тягач лениво скосил на него глаза, удивленно хмыкнув. Но ничего не ответил. Молния успел разглядеть его лицо — и понять, что видит его впервые. Он не помнил, как звали того парня, что обычно возил Шторма на гонки, но прекрасно знал, как тот выглядит. И сейчас это был явно не он. Но, впрочем, МакКуин не придал этому значения — сейчас были и более важные вещи, требующие его внимания. Например вот, своевременный маневр, чтобы уклониться от многотонного трейлера, собирающегося прижать тебя к разделительному барьеру… МакКуин резко сбросил скорость, уходя из-под удара, но его все ж задело прицепом, отбросив на бетонное ограждение, но Молния вовремя выровнялся, только чиркнув по барьеру задним крылом. Под колеса брызнули искры — наверняка содрало краску вместе с грунтом, но сейчас не было времени на то, чтобы сокрушаться об этом. Заметив, что гонщик не отстает, тягач снова попытался вытолкнуть его с дороги. На этот раз ему повезло больше — Молния успел увернуться от прицепа, но не смог вовремя объехать другую машину, появившуюся прямо перед ним, когда трейлер вильнул в сторону, возвращаясь во внешний ряд. Столкновение было не сильным, но ощутимым. Пострадавший седан выругался, принявший костерить «тупого размалеванного лихача» на чем свет стоит, но МакКуин почти не слышал его слов сквозь противный звон в ушах — словно кто-то ударил в гигантский гонг прямо рядом с кабиной. Пробормотав неловкое извинение, он попятился, объезжая затормозившую машину, и врезался во что-то еще и бампером. Тягач в это время свернул с дороги. Мотнув капотом, Маккуин невежливо удрал с места аварии, устремившись за ним. Дорога, на которую съехал похититель, спускалась вниз с высокой насыпи и широкой петлей заворачивала назад и вправо, огибая какое-то невысокое здание. Он только и успел увидеть ехидно мигнувшую фарами заднюю часть прицепа, скрывшегося за поворотом. Кажется, они уже выехали из города, или, по крайней мере, достигли его окраин — и Молния искренне надеялся, что теперь, наконец, они окажутся на какой-нибудь пустынной трассе, и он сможет разобраться с этим тягачом. Правда, он не очень представлял как, но это его не останавливало. Он должен… Должен как-то заставить этого мерзавца вернуть ему Салли! В конечном итоге, он оказался прав — дорога оказалась пустынной, почти заброшенной. Только вот упиралась она в распахнутые настежь ворота открытой складской площадки. Старый, чисто символический сетчатый забор был увит высохшими стеблями какого-то местного сорняка и местами провис от старости. А за ним начинался настоящий лабиринт: штабеля грузовых контейнеров — как обшарпанных и проржавевших, так и совсем новеньких, разделенные узкими проходами. Здесь не то, что трейлер — даже крупный самолет, пожалуй, мог бы затеряться, легко и непринужденно… Молния медленно двинулся вперед, тревожно оглядываясь и вслушиваясь в каждый шорох. Тягач не мог уйти далеко. Пусть у него и была некоторая фора, но тягач с прицепом — штука не слишком маневренная, просто так в эти узкие повороты ему не вписаться… Да и в большинство проходов он бы не пролез — кое-где и сам Маккуин мог бы протиснуться с большим трудом. Он катился вперед, выбирая самые широкие проходы. Внутри все стучало от нетерпения, плавно переходящего в отчаяние. Неужели он потерял?.. Только не это… Салли… Но удача все-таки улыбнулась ему — через пару минут он буквально наткнулся на сине-серый прицеп, наобум свернув в какой-то особенно неприятный с виду «коридор», упирающийся в большое одноэтажное здание, чем-то напоминающее самолетный ангар. Прицеп стоял прямо перед ним, словно его второпях бросили в дверях. Откуда-то из недр ангара доносились приглушенные голоса. Тягача видно не было. МакКуин бросился к прицепу, но тот оказался закрыт. Ругая треклятый «современный дизайн» он осмотрел едва ли не каждый сантиметр заднего борта — все-таки, когда эта штука не двигалась (и, тем более, не пыталась размазать его по ограждению), делать это оказалось гораздо проще. — Салли, держись! — негромко проговорил он, почти прижавшись носом к закрытой двери, — я сейчас… Сейчас… Он нервно оглянулся, пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте под крышей склада, но там, кажется, уже никого не было. Голоса тоже затихли. Отлично. Наверное, минут пять у него есть, чтобы найти этот чертов рычаг и убраться отсюда вместе с Салли. И он его нашел — совершенно случайно, задев колесом какой-то широкий и плоский выступ, который при всём желании трудно было заподозрить в наличие какой-то скрытой функциональности — выглядел он, как часть окантовки с нижнего края борта. За дверью что-то щелкнуло, и она с тихим шипением начала медленно открываться. Молния сдал назад, нетерпеливо роя пыль покрышками. Давай же, быстрее!.. Наконец, трап плавно опустился, коснувшись земли, но МакКуин умудрился въехать на него едва ли не на миг раньше. Внутри было темно, привыкшие к яркому дневному свету глаза на несколько мгновений ослепли. — Салли? — проморгавшись, позвал он, плавно вкатываясь внутрь. Под колесами что-то захрустело. Постепенно глаза привыкли к темноте, и Молния вновь обрел возможность видеть… Вот только то, что он разглядел внутри прицепа, его совершенно не обрадовало. У дальней стенки, не двигаясь и даже не моргая, стояла машина. Двинуться она, впрочем, не смогла бы при всём желании, потому что почти до самых глаз была облеплена бесформенными рыжими комьями застывшей монтажной пены, надежно обездвижевшей свою пленницу. Или, точнее пленника… К сожалению и безмерному удивлению Молнии, это была не Салли. Перед МакКуином, злобно тараща серые глаза, стоял крайне недовольный таким раскладом хозяин прицепа.