Обрати меня

В этом году подмосковному лесу несказанно повезло с летом. Предыдущие года погода вытворяла всякое: то жарко так, что торфяники пригорают от недоумения, то прохладно до такой степени, что аж дождь подмерзает в град и барабанит по стёклам так сильно, что можно записывать музыку. На этот раз природа благоволит обитателям этих мест. Все стихийные источники буквально светятся от желания подзарядить своих рыцарей в мире людей. Подмосковный лес по праву можно назвать территорией сверхъестественных существ. Обосновывались они здесь чуть меньше года. Нынешние жители этой местности (после процесса адаптации) просто решили навещать реальную жизнь изредка, а сами живут на разных частях леса. Несмотря на то, например, что у элементалов есть понятие «принадлежность к команде». Простая схема — связанные определёнными отношенческими нитями люди образуют команду из четырёх человек, каждый из которого имеет потенциал с рождения или следует за своей стихией после обращения. И по итогу: всегда образуется великолепная четвёрка из огненного, водного, воздушного и земляного элементалов. У каждой команды есть свой лидер, чья стихия является главенствующей. Обычно, это элементал, чем-то очень отличающийся от остальных в команде. Зачастую это либо возраст (жизненный опыт или же наоборот его отсутствие), либо кардинально отличающийся путь жизни (профессия, к примеру). У всех элементалов на момент принятия сил всегда приходят первыми базовые навыки: телепортация, интуитивный поиск стихийной подзарядки и определение сородичей. А создание стихийных конструкций, контактность с другими представителями их расы и организация в команды… Всё приходит со временем. И с опытом. Особенно с опытом. Существует два типа сверхъестественных существ: любители лесов и городские. Обосновано это было типом подпитки. Природники — то есть элементалы, оборотни и духи (что являются одушевлёнными частями стихийных источников, однако имеют свою разумность, схожую с человеческой) предпочитают шумной столице зелёные или заснеженные природные зоны. Понятное дело, что эмпаты и энергетические вампиры выбирают более социальную среду и спокойно уживаются среди обычных людей. Поэтому сейчас в подмосковном лесу зачастую проще встретить элементала и оборотня, душевно прогуливающихся за беседой, нежели заткнувшего наушниками эмпата, рисующего потоки энергии, колышущиеся на ветру. *** Антон просыпается в своей кровати, это хорошо, потому с его работой можно и на коврике в прихожей себя обнаружить. Первым делом он оглядывается в поисках подопечного. Как ни странно, Арс в человеческом обличии спит на диване в гостиной. Дверь комнаты открыта, поэтому через неё видно, как «завсегдатай столичного ночного клуба» (отношение к стилю понятно, Антон сам бы так не вырядился) совершенно непрезентабельно развалился на диване, сминая руками одеяло и посапывая. Однако это не отталкивает, наоборот, Антон умиляется. Стиль жизни Арса всё же отличается от манеры выглядеть. Из вчерашних рассказов Антон помнит, что построение собственного бизнеса отнимает часы клубного времяпровождения. То есть всё время, которое ему «отвелось бы» на разгульную во всех смыслах жизнь, Арсений потратил на то, чтобы обеспечить себе финансовую стабильность. А от упомянутых вскользь родителей тот только нахмурился. Он искал не только стабильность, но и независимость, тем более от родителей. Вполне объяснимо тогда то, что Арсений паталогически серьёзен и одинок. Первое, кстати, немного расстраивает, потому что Арс сейчас переживает не самый лёгкий период в своей жизни (у большинства людей в этом мире вообще подобного не происходит). Излишняя серьёзность может мешать налаживать контакты с представителями других сверхъестественных существ. А социализация нужна во время адаптации. Кстати о ней. Сегодня отличный день для того, чтобы (как некогда сказала Ами) представить Арсения местным обитателям. Шастун подходит к окну и глубоко вдыхает ещё прохладный утренний воздух. Определённо одна из причин, почему Шастун не вернулся в Воронеж. Нравится ему природа больше, чем забитый шумный и суетливый город. Как же хорошо, что родители зажили здесь ещё до рождения Антона. Всё детство маленький Антон провел рядом с лесом. В школу ходил с тяжестью на сердце, надолго оставляя свои владения без присмотра. И только занятия футболом скрашивали его грусть. У него были шансы стать отличным футболистом, возможно попасть в сборную и вытащить наконец страну из стереотипа о неумении играть. Но свыше ему явно была уготована череда событий, меняющих его мировоззрение. Тогда он очень испугался и поразился, встретив в лесу разумного лиса, который не пытался обхитрить и скрыться как можно скорее. Он посмотрел на него с интересом, наклонив голову вбок. Антон неотрывно следил за животным пытаясь понять, чем так заинтересовал. Шастун смело протянул к нему раскрытую ладонь. Хотелось пожалеть несчастное животное, которое на мгновение показалось беспомощным. И лис с большим удивлением, но подошёл к мальчику, дав себя коснуться. Гладил Антон со всем сочувствием, из солнечно-оранжевого глаза скатилась слеза благодарности. Только через несколько лет, когда интереса ради, Антон стал шарить сайты в поисках информации по сверхъестественным явлениям, понял, что это был оборотень, который в силу плохой адаптации застрял в образе зверя и нуждался в привычном для него человеческом общении. Он жалел, что виделся с лисом всего один раз. Тот будто испарился после короткой встречи. Именно после неё четырнадцатилетнему Антону перехотелось заниматься спортом. Ностальгию прерывает привычная боль в правом запястье. Если честно, то она вовремя отвлекает от воспоминаний, ведь нужно снять начертания с выхода дома. Оборотень у него тут не лишён свободы, развитие потенциала происходит непосредственно после обращения, так что следует познакомиться и пообщаться с сородичами. Пока лесными, потому что кроме Арса в лесу оборотней не наблюдается — все вернулись к обычной жизни — но на первом этапе хватит и команды элементалов, что по обыкновению сегодня тренируются в южном секторе, возле фиолетового поля с шалфеем. Антон выбирается из дома, покручивая по привычке нож в руке. Он вздрагивает от услышанного звука всполоха пламени. Шастун облегчённо выдыхает, когда понимает, кто его решил навестить. — Не прячься, выходи, — он манит рукой огненного духа. Дух маленький, размером с ладонь. Игривое оранжевое пламя колышется по всей материи, а краешек, похожий на уголок наволочки, приветственно машет Антону. — И я рад тебя видеть, — улыбается он, хочет прикоснуться к духу, но без элементальной защиты это вряд ли получится, пожжёт все руки. Антон задумывается: а почему бы не усилить снятие начертания огнём? Так будет быстрее и эффективнее. Набитые руны на дверной раме рассчитаны на сдерживание ярости оборотня, но скорее всего они не притупят огненную мощь, случайно коснувшуюся дерева. Шастун не раз собирался поставить защиту и от стихий, только он частенько общается с элементалами и уверен, что уж пожар ему точно не грозит. — Могу попросить тебя об одном одолжении? — спрашивает Антон у духа, на что тот часто кивает, будто ждал возможности помочь, — нагрей лезвие, будь добр. Надо снять кое-какие знаки. Дух по-детски хлопает краями материи как в ладоши, подлетая ближе. Антон протягивает нож, держа его за рукоять, пока огненные лапки прячут остриё. Примено пятнадцать секунд, и огненный всполох распахивает уголки и отлетает на назад. Лезвие чуть светлеет, от него ощутимо веет жаром. Антон со всей аккуратностью подносит нож к дверной раме, слегка поддевая сантиметр древесного слоя. Острый нагретый металл входит в материал словно горячая ложка в сливочное масло, будто подтапливая. Слой с набитыми рунами снимается легко, ровно; и незаметно, что здесь красовалась пятёрка удерживающих символов. — Спасибо за помощь, друг, — обращается Антон к духу, поворачиваясь к нему, — ты ведь от Вики, так? Материя снова часто кивает, пока огонь внутри лёгкой оболочки приобретает розоватые оттенки. Он смущается от упоминания своей огненной элементали и догадливости дрессировщика. Шастуна это умиляет, и он держится, чтобы не расплыться в довольной улыбке. Вроде подвластные элементалу духи заимствуют его тип темперамента. Но здесь похоже исключение — этот всполох огня стеснителен, слишком вежливый и радуется всему как ребёнок. — Передашь ей, что мы навестим их команду? — спрашивает Антон, в ответ дух поднимается выше уровня плеча и улетает вглубь леса. Шастун возвращается в дом. Он кладёт нож для работы с начертанием в хранилище с оружием и спешит на кухню. Потому что напал он… жор! Желание пойти и сделать себе бутерброды оказывается первостепенной задачей, задача разбудить Арсения не прельщает урчащий желудок Антона! Поэтому он быстро нарезает белый хлеб, кидает на него вареной колбасы и впивается отчаянным укусом прямо в бутербродову суть. И ровно в тот момент, когда творение из хлеба и полуфабриката исчезает в глубинах рта, на кухне появляется Арсений, застывая в дверном проёме и наблюдая уничтожение ни в чём неповинных хлебных крошек. Антон замирает на мгновение, сталкиваясь с удивлённым взглядом, медленно дожёвывая свою жертву. Делает это тихо, будто лишним звуком может обратить подопечного в бегство. Но спустя пять секунд молчания — которые по ощущениям длились целую вечность — Арсений пожимает плечами, берёт кружку с недопитым чаем и допивает содержимое одним глотком. Затем невозмутимо кладёт посуду в раковину и, походкой графа, удаляется в гостиную. И на эту реакцию Шастун взрывается диким хохотом, опираясь на стол обеими руками, жмурясь, едва не прикладываясь к поверхности лбом. Антон надеется, что Арсений тоже над этим посмеялся. Предложение перекусить отклоняется. Арсений заряжен, Антон видит, что тот горит желанием что-то сделать. А упоминание выхода из дома воодушевляет ещё и зверя внутри человеческого тела. Шастун этому рад, оборотень стремится в близкую ему среду. Антон выходит из дома, а вот Арсений настороженно поглядывает на дверную раму. — Не переживай, — успокаивает его Антон, — током не ударит. Выходи. Шастун сочувствует, надо же было так сильно прикладываться головой к стенам, что даже открытая дверь и её рама выглядят чуть ли не вратами в Преисподнюю. Арсений поднимает глаза на него, закусывает нижнюю губу. Видно, что человек, что зверь внутри него выглядят так неуверенно, что хочется перестать их мучить. Но Арсений собирает все свои силы в кулак, решительно переступает порог дома и оказывается на природе. И облегчённо выдыхает. Синхронно с Антоном. Это ощущается общей победой. Шастун отмахивается от этой мысли, отмечая, что на преодолённое препятствие перестают оглядываться. Антон и Арсений идут по лесу не торопясь, будто прогуливаются как добрые друзья. Антона это должно смущать. Просто обязано. Потому как это... не по правилам. Дрессировщик и подопечный всегда должны разграничивать работу на пару и обычное общение. Но то ли быстрая адаптивность Арса делает эту грань общения такой легко преодолимой, то ли Антон внезапно начинает стареть, что выверенные временем привычки начал подзабывать. Он не чувствует себя так, будто собирается чему-то учить новичка здешних мест. За размышлениями обо всём этом Антон не замечает поначалу, как оказывается в двух шагах от того самого поля, где встретились впервые. И как бы не сложилось дальше, какие воспоминания не всплывали бы, для Шастуна это место останется в памяти как «то самое место». Никто не собирался здесь задерживаться, но оборотня будто тянет вернуться. Антон в какой-то степени завидует Арсению. Благодаря правильной и полной стадии адаптации и осознанности тот наверняка чует разные оттенки запахов, они насыщенные и голову могут вскружить. А ещё зрение лучше человеческого, каждую травинку видно. Поневоле залюбуешься. Но тело оборотня напрягается, он принюхивается, а зрачки в этот момент расширяются. — Что там? — наблюдает за Арсением Антон, настораживаясь по привычке. — Странный запах в нос ударил, — лицо Арсения максимально напрягается, — пойдём. Поле оказывается непривычно подсохшим. Зелёная трава не такая сочная, и теперь ветер колышет чуть более жесткие колосья, звучащие не приветливо, а скорее грубовато. Они восходят на возвышенность. Арсений оглядывается в поисках странного запаха, Антон следит, чтобы эти поиски не вывели подопечного из себя. Антону мерещится или нечто тёмное проскальзывает рядом. Арсений кажется хочет догнать ускользающую тень, но резко останавливается, впериваясь в землю под ногами. Находка пугает, это толстая верёвка, окровавленная на некоторых её участках. Антон молча её поднимает, рассматривает как очень важную археологическую реликвию. Он и сам не знает, почему это кажется таким важным. — Засохшая, человеческая, — делает вывод Шастун, меняя угол обзора предмета, — лежит здесь навскидку дня три… странно, что никто из местных её не нашёл раньше. Антон замечает, как у Арсения трясётся рука и мимолёно её касается, чтобы успокоить. Отстраняет сразу же, заключая: — Твоя. — Да. — У оборотня сложное выражение лица. Между сожалением и негодованием. — Если бы она была здесь в тот самый день, мы бы её заметили. Антон отрицательно качает головой, складывая верёвку в несколько раз. — Не будь так уверен в этом. Если вспомнить, что здесь происходило, то можно допустить, что мы её не заметили бы. Антон складывает верёвку в прозрачный пакет и прячет в наплечной сумке. Пусть будет, Шастун обещает себе, что разберётся с этим позже. — Я плохо помню ночь обращения, — сознаётся Арсений, отходя от места находки, — всё вспышками и урывками. Не рассказал раньше, потому как толком было и не́чего. Только с появлением… этого, вспомнилось, что меня пытались утянуть в чащу. И не уверен, но это были не те милые воздушные подушки, что преследовали… Арсений прерывается, пошатывается и кажется вот-вот упадёт без сознания. Антон касается плеча, удерживает от падения и ловит на себе растерянный взгляд. Может он поторопился выпускать его с защищённой территории? Стоило ли ещё день переждать… Но Арс снова глубоко вдыхает, переминается с ноги на ногу и выпрямляется, хлопая по руке на своём плече. Нет, Шастун не станет говорить, что гордится им. Пока рано. Теперь вопрос: кому нужно было пленить новообращенного оборотня? Не могли же охотники решить убирать даже тех, кто только-только обратился? Нет, конечно, сверхъестественные существа вызывают страх у людей, но такие меры чересчур жестоки даже для них. Удерживать в силке до момента, когда зверь ослабнет и сам начнёт сдаваться. И кто после этого ещё опасен? *** Часть пути проходит в тишине. Есть в этом что-то неловкое и одновременно комфортное. Попов копается в памяти, ища хоть маленькую деталь, что наведёт на тех, кто пытался его пленить. Получается плохо. Он балансирует между всплесками ярости, головной болью, коей он никогда не страдал и почерпыванием уверенности своего наставника. Они не обсуждали это, но вполне логично считать, что Арсений находится под опекой Антона, пока учится быть нечистью. Более чем логично. — Ещё аккуратнее… — доносится мужской голос поучительно и предостерегающе, — вот. Теперь ещё плавнее кистью в сторону и… да, получилось. Арсений дёргается от неожиданности, улавливая резкий звук скручивающихся веток по завершению фразы. Выглядит со стороны наверняка забавно, вон Антон сдерживает улыбку. А следующее мгновение подходит ближе к источнику звука. — Всем доброго дня. Арсений следует примеру своего наставника, выходя из-за деревьев, обрамляющих поле с шалфеем. Перед взором предстаёт четвёрка элементалов. Попов не упускает возможности всех рассмотреть и запомнить. Зверь радуется тому, что может узнать сородичей. А ещё он ощущает срощенность в команде. Столько новых чувств, просто невероятно! Управляющим процессом создания выступает среднего роста молодой мужчина, в хорошей физической форме, тёмноволосый, с карими глазами и необыкновенно лучезарной улыбкой. Навскидку он ровесник Арса, но при этом смотрит и улыбается открыто, видимо сохранил свою детскую непосредственность и любознательность. Невысокая шатенка, отпускающая сплетённое ограждение из веток, выглядит куда серьёзнее, чем её старший товарищ. Но при виде улыбки и благостного настроения Антона, та смягчается. На камне возле небольшой выемки в земле сидит брюнетка, осанке которой позавидовала бы любая представительница богемы. Серо-голубые глаза внимательно изучают объявившегося в последний момент новичка, кратко приветственно кивая. Но самой выделяющейся из всей команды оказывается леди с копной соломенно-рыжих кудрявых волос, чьи руки восторженно сжимаются в кулачки и подпирают подбородок. Рядом с её плечом порхает огненный дух, тот самый, что помог Антону с нагреванием ножа. Об этом Арсений успевает узнать по пути до этого места. Похоже он передал всё точно, раз никто не удивляется их визиту. — Рад вас видеть, — улыбчиво говорит Антон, подходя к четвёрке ближе, — разрешите представить вам нечаянное пополнение среди нас — Арсений, предпочитающий, чтобы его звали Арс. Оборотень обескуражен подобным началом общения с элементалами. То есть когда Антон говорил про «представить ко двору» то это не было сказано в переносном смысле? Тут не хватает ещё типичных одеяний восемнадцатого века для полноты картины. Он бы посмеялся, если бы не застыл от такого количества внимания к себе. — Приятно познакомится, Арс, — быстро оказывается рядом с ним самый старший элементал, протягивая ему руку для пожатия, — Тимур. Главенствующая стихия среди команды — воздух. Будь как дома. Арсений бы растерялся, но есть у нового знакомого способность поддерживать. Рукопожатие вселяет уверенность, Попов улыбается в ответ и правда верит, что может себя почувствовать здесь спокойно. Но спокойствие во всём никто не обещал, так что на весь лес раздаётся возглас: — О БОЖЕ КАКОЙ КРАСИВЫЙ МУЖЧИНА! — рыжая элементаль буквально порхает вокруг новичка, — а… кхм… прошу прощения, просто никогда раньше не встречала настолько великолепных… глаз. В кого обращаешься? Чем занимался до обретения тёмной стороны? Как ты прошёл адаптацию? Рассказывай, я хочу всё знать! — Вика, угомонись, — сидящая на камне элементаль воды взмахивает рукой в попытке утихомирить сокомандницу. Она создаёт тонкую водную стену между девушкой и оборотнем, чтобы отгородить его от дальнейших моральных домогательств. — Вы уж её извините, она у нас… активная. Арсений сдерживает смех. Им восхищались до визга и раньше, а вот защита от усиленного внимания… в новинку. Вика дуется, скрещивая руки на груди, а следом кидает злорадный взгляд на подругу, прикасается пальцем к водной стенке... и та шипя испаряется, обращаясь в быстро улетучивающийся пар. На ей показывают язык, руша свой образ аристократичной леди. Видя всю эту картину Тимур искренне смеётся. И только стоящая дальше всех от места происшествия элементаль земли оставляет свое творение и без всяких магических заковырок кивает Арсению. — Просто Ами, рада знакомству, — улыбается она, маша ладонью. Стоит ли этому удивляться, Арсений не знает. Потому как его одолевает куча вопросов относительно такого распределения стихий, почему главенствующая именно воздух? Как Тимур уживается с этими юными леди? Не трудно ли с такими разными по эмоциональности сокомандницами? — Лидерство не выбирают, — отвечает на мысленный вопрос Тимур. Он воздушным потоком поднимает водную элементаль с места. — Дорогая, прояви вежливость и поздоровайся с новичком, — звучит по-отечески. Водная элементаль кивает оборотню. — Настя, — представляется она, — не очень люблю людей, простите. — А вот это почти обидно, — усмехается Антон, В ответ Настя только поднимает руки в сдающемся жесте. Арсений видит, ей не стыдно. И такое бывает. Попов стремится дослушать про лидерство, поэтому подходит ближе к Тимуру. И его правильно понимают, разворачиваясь всем телом. — Лидерство чувствуют. Ответственность, желание заботиться, иногда даже больше, чем требуется — всё это рядом с ними, — теплота в голосе воздушного элементала согревает,— лично для меня они как дочки. Жаль воспитанием заняться их не могу, не тот возраст, чтобы их наставлять в этом плане. Только на Ами надежда вся, правда? Земляная элементаль довольно кивает. Настя заметно не рада, что её подняли с насиженного места. Видимо от скуки она отправляет водный поцелуй в адрес огненной элементали, которая с заметным удовольствием ловит его в ладонь, испаряет и глубоко вдыхает. — Молодец, — приободряюще произносит Антон, хлопая Тимура по спине. И тот воодушевляется сильно, одаривая дрессировщика благодарным взглядом. Арсений об этом обязательно расспросит Антона. Похоже, это как-то влияет на способности... Резко темнеет, становится прохладнее. Ами ухватывается за руку Тимура, желая не упасть от неожиданной встряски её стихии. Все сверхъестественные существа и дрессировщик замирают на месте. Это не происки водной элементали и, уж тем более, не гнев воздушного… здесь кто-то посторонний. Огненный дух прячется на плече Ви под волосами, закрывая невидимые другим глаза рыжими прядями. — Не беспокойся, малыш, — гладит его Вика, пока заметно для окружающих её глаза наполняются красно-оранжевым свечением, — я тебя в обиду не дам. Перед взором всех присутствующих объявляются шестеро затемнённых материй, четверо из которых элементального происхождения и двое эмпатического. Арсений и в человеческом образе скалится. Духи, настроенные недружелюбно, становятся неотъемлемой частью его сверхъестественной жизни. Правда выбор перед ним не стоит, на чьей он стороне. Арсений уже принял решение, ещё после фразы Антона «поэтому вас не так много». Почему-то именно в ту секунду захотелось всеми силами защитить меньшинство. Именно это чувство ответственности заставляет сейчас по мгновению ока перевоплотиться в пантеру. Если давать отпор — то в боевой форме. — Девочки, — говорит Тимур, смотря глазами, полными голубым сиянием на духов, — будьте осторожны, пожалуйста. Антон, Арс, вас не ограничиваю, но всё же… — Хорошо, Тим, — спокойно отвечает дрессировщик, вытаскивая из сумки нечто и сжимая в кулаке. Затемнённый дух воды кидается им навстречу…