когда Лидер влюблён

Джонхан ненавидит холод. Он сжимает в ладошках небольшие грелки, пританцовывает на месте, шмыгает носом и думает о том, как же сильно он ненавидит холод. Все вокруг это прекрасно знают и пытаются хоть как-то облегчить страдания вокалиста: вот Вону подсовывает ему свои грелки (на это Юн только ругает младшего и говорит, что не так уж он и замёрз), а вот Джун и Минхао принесли ему бумажный стаканчик с горячим чаем: − Это специальный согревающий китайский напиток, хён, выпей, пожалуйста, − тараторят они наперебой. Сбоку ютятся попугайчики-неразлучники (Вернон и Сынгван), пытаясь согреть Юна, прижимаются к нему с разных сторон, а им на смену семенит Уджи, устраиваясь в объятиях старшего и ловя на себе ревнивые взгляды Сунёна. Джошуа постоянно лезет драться (в шутку, безусловно, лишь бы Джонхан двигался активнее и так сильно не мёрз). Солнечный мальчик, Сонмин, тянет Юна за руку, заставляя того пробежать хоть пару метров, заливаясь смехом, к ним присоединяются Чан и Мингю, соревнуясь, кто быстрее добежит до фургончика со снеками (после они дружно делят пирожки между собой). Джонхан ненавидит холод, но обожает свою семью (ведь он может их так назвать, правда?). Джонхана сегодня (впрочем, как и всегда в минусовую погоду) снимают первым, пока кончик его носа не покраснел, и сам Юн не дрожит от пронизывающего ветра. Он довольно быстро справляется с поставленной задачей, но визажистам все равно несколько раз приходится поправлять макияж, скрывая за слоем пудры румяные щеки и в тон им кончик носа. Юн, быстро поклонившись стаффу и поблагодарив за проделанную работу, натягивает тёплый свитер (спасибо Сунёну, который с утра буквально насильно вручил его вокалисту: «Ты же точно замерзнешь, хён!») и кутается в огромную куртку. Он стоит поодаль от остальных, наблюдая за съемкой младших, и топчется на месте, стараясь совсем не окоченеть. К нему то и дело подбегают ребята, даря такие необходимые сейчас Джонхану тёплые объятия: они почти дерутся, решая, кто же первый согреет хёна, но никто не удивляется, заметив Джихуна, что виснет на блондине, как коала. Юн только шикает на них, хмуря брови: − Вам, вообще-то, работать ещё надо, а вы тут со мной возитесь! − он закатывает глаза, − Хансоль, да отпусти ты Сынгвана, никуда он не денется! − тихо смеётся. Ребята почти сразу уходят на съёмочную площадку, пообещав, что они ещё вернутся и обязательно помучают любимого хёна. − Ты им почти, как мамочка, − шепчет Сынчоль, согревая шею и ухо тёплым дыханием, − такой строгий с ними. Купс забирается руками в карманы Джонхана, беря его ладошки в свои. Он тихо вздыхает и, прижавшись к спине блондина, продолжает шептать: − Лапки у тебя совсем замёрзли. Джонхан мгновенно заливается краской, но продолжает хмуриться: − Ты почему вообще тут? Сынчоль, ты же сразу после Вону снимаешься! − он недовольно фырчит, но руки не вырывает и сам льнет к груди лидера. Брюнет в ответ молчит, лишь переплетает их пальцы и тихо смеётся. − Мы с Мингю поменялись, теперь я последний и спокойно могу стоять тут с тобой; нет сил смотреть, как ты дрожишь, − Купс широко улыбается и перебирает пальцы вокалиста, пытаясь согреть их. Они стоят так несколько минут, наслаждаясь близостью друг друга и думая о своём. Чхве утыкается носом в шею блондина и довольно жмурит глаза, чувствуя, как аккуратные пальчики Джонхана поглаживают его собственные (и кто кого греет вообще?) Очередной порыв ветра заставляет Юна зябко поежиться и прижаться к лидеру ещё ближе, он снова шмыгает носом и возмущается: «Как же, блин, холодно. Ненавижу». Сынчоль на это лишь хмыкает и выдаёт спокойно: «А мне нравится». Джонхан разворачивается в его руках и удивлённо смотрит в глаза: − Ты совсем уже того? Купс смыкает руки за его спиной в замок и шепчет почти в самые губы: «Благодаря этому холоду, я могу вот так обнимать тебя». Вокалист утыкается лбом ему в плечо, сдерживая глупую улыбку и внезапно, даже для самого себя, выдаёт: «Сынчоль, а в нашем общежитии тоже холодно, ты знаешь?»