На воле

У меня появилось дикое желание покончить со всем этим абсурдом под названием «моя суровая жизнь». Это было больше похоже на какой-то вымысел, только каждый день я просыпаюсь с мыслью о том, что это реальность. Провести на ладони линию — это же так просто, элементарно! Я тоже так считала, пока не поднесла лезвие к коже на руке. Меня что-то останавливало и не позволяло сделать это; я и сама понимала, что совершаю ошибку, если прислушаться к неугомонному сердцу, то оно мне говорит, что хочет остаться рядом с Тёмой. Видимо, я слишком слаба, чтобы порвать эту сильнейшую связь. За это время он стал больше, чем просто знакомый, он стал любимым… я не представляю без него свою жизнь и походу, действительно влюбилась в него… навсегда и безвозвратно. — Я люблю тебя, — эта фраза согревала мою душу в самые холодные зимние вечера. Эти три слова я всегда считала волшебными и сказочными; с помощью них можно растопить ледяное сердце любого человека и найти ключик к заржавевшему замку. — И что-то мне подсказывает, что это взаимно, — рука с холодным оружием стала медленно опускаться вниз, пока полностью не выпала из ладони, с грохотом приземляясь на пол. Я закрыла лицо руками, делая глубокие и тяжёлые вдохи. — Зачем ты так со мной? Ты должен уважать моё мнение и я говорю нет. Я не хочу становится вампиром, дай мне ещё немного насладиться человеческой жизнью, — со стороны это выглядело очень жалостно и трогательно. Так странно… я прошу его сохранить мне жизнь, не рвусь к той вечности, что ожидает меня впереди. Между нами была стена, что отдаляла нас друг от друга и я прекрасно её ощущала. Артём не мог полностью открыться мне и довериться, он умалчивал о чём-то важном и это настораживало. Я ждала от него подвоха и боялась двадцать четыре часа в сутки за себя. Здесь мы двое, Толи нет, кто меня защитит? Сейчас в такой ситуации я не сильна, а наоборот очень уязвима и сломать меня — раз плюнуть. — Майя, конечно, я уважаю твоё мнение и считаюсь с ним, только по этой причине я до сих пор не обратил тебя. Я жду, когда ты морально будешь к этому готова и это время пока что не пришло, но и ты должна понимать, что избежать этого не удастся. Я не могу допустить того, чтобы мне было вечные двадцать восемь, а тебе шестьдесят, согласись, это будет выглядеть весьма странно и просто не хочу видеть, как ты будешь умирать от старости. Я потерял уже многих девушек, но тебя… не могу. Это выше моих сил и моего терпения. Я согласен подождать ещё чуть-чуть, совсем немного. У нас завтра свадьба, ты должна хорошо выглядеть, поэтому ложись спать, а я улажу некоторые дела и приду. — Лёгкий холодок прошёлся по спине от его ледяных прикосновений. Мне было немного обидно, что он так не открыт со мной, как я с ним. Чувство тревоги душило меня и я не понимала с чем это связано. Природа будто пытается дать мне какой-то знак, сигнал, поэтому по окнам лупит сильнейший дождь, которого раньше не наблюдалось. — Чем же мы так разгневали небеса? — Прошептала я, стоя у окна в лёгкой ночнушке, обнимая себя руками. Мелкий дождь превратился в сильный град, а на душе скребли кошки. Что за знак? Я не понимаю. Когда на чёрном небе появилась молния, я вздрогнула и отошла от стеклянного окна, чувствуя спиной, что уткнулась Тёме в грудь. Эти родные руки я узнаю из тысячи и мне даже не нужно оборачиваться, чтобы удостовериться в этом. — Ты почему ещё не спишь? Уже час ночи, — он всегда заботился о том, чтобы я вовремя ложилась спать и очень сильно заботился о моём здоровье. — Я с детства боюсь гроз и молний, поэтому тут не до сна, — сейчас я была настоящей, без всяких масок дерзости и храбрости. За этой личиной скрывается хрупкая девушка, нуждающаяся в защите и заботе. — Так дело не пойдёт, — оторвав меня от пола, Тёма уложил меня в кровать и накрыл одеялом. — Я сейчас приму душ и вернусь, — прихватив с собой одежду, за ним захлопнулась дверь. Плохие мысли стали травить мой рассудок, позволяя рисовать в голове плохие картины, загоняя меня в депрессию. — Не спишь? — В голосе я услышала насмешку. Не вижу ничего смешного в том, что я боюсь молнии, это обычные человеческие фобии. — Сплю, видишь, во сне разговариваю, — он усмехнулся и залез в постель и, не теряя ни минуты, я прижалась к его телу, словно к тёплой батарее, что согреет меня в считанные минуты. Эти сладкие минуты счастья длились недолго, я и не заметила, как уснула на его плече, обнимая за торс, через сон я чувствовала прикосновения, что дарили мне чувство защищённости. После дождя всегда идёт радуга, так я считала в детстве, но утро было сырым и возникла апатия к жизни. Хотелось отменить все дела, зарыться в одеяло и ждать хорошей погоды. — Ты такими темпами проспишь собственную свадьбу, невеста, — кинув в Тёму подушку, я пыталась досмотреть сон, что был прерван очень наглым образом. — Майя, вставай. — Уйди, — бросила я, исчезая где-то под одеялом. — Не заставляй меня тащить тебя силой к алтарю. Выведешь меня, то схвачу и поведу под венец сонную, с запутанными волосами и в пижаме. — Он почувствовал себя победителем в этой игре, когда я уселась на кровать, испепеляя его взглядом. — Вот и умница. Скоро Эмма придет и поможет тебе собраться, — новость о том, что ко мне придет подруга, обрадовала меня и поэтому я убежала в ванную, умываясь и причёсывая непослушные пряди. — Майя, ты там? — Я чуть не уронила плойку, когда услышала тихий голос подруги. — Меня Тёма прислал, тебе моя помощь нужна? — Конечно! Принеси мне верёвку и мыло, — оптимистично начала я, а после увидела, как Эмма закатила глаза. — Да ладно тебе, не за монстра же выходишь замуж, что будет тебя каждый день бить и насиловать. Тёма адекватный и нормальный… вампир, если к нему нормально относится. Смотри, он заботится о тебе, всю подготовку взял на себя, а сейчас себе место не находит. — Я ему памятник поставлю, — я усмехнулась, а после прошла в комнату, доставая своё платье, а может в джинсах пойти? Не могу же я упустить свой шанс позлить будущего супруга. — Только через мой труп! В джинсах я тебя никуда не пущу! — Эмма была настроена решительно и жизнь с вампиром явно пошла девочке на пользу, стала более уверенней в себе. Отдавшись в руки профессионала, я доверила свою голову и лицо этой милой девушке, что творила на мне красоту; тонкое кружевное платье прилегало к худому телу, обтягивая его, а корсет подчеркивал девичью грудь, делая меня более женственней и привлекательней. Всунув в причёску последнюю шпильку в виде жемчужины, я посмотрела в зеркало из-под опущенных ресниц. Мне казалось, что как бьется мое сердце — слышали все и поэтому я чувствовала себя не совсем ловко, ведь каждый здесь обладал какой-то силой, сверх способностью, а я? А я простая смертная, которую убить — это секундное дело. — Майя, ты готов… — зайдя в комнату, Тёма потерял дар речи, а я лишь наблюдала за его реакцией. — Богиня, — прошептали губы, а тонкая рука была обхвачена мужской, вдыхая запах молочной кожи, глаза будущего мужа стали ярко-красными. — Идём? — Я кивнула и как только вышла из комнаты, сразу стала слышать много разных мыслей, в основном они были неприличные. Тёма сжал мою руку, видимо почувствовал подобное. — Пускай думают, что хотят, всё равно ты достанешься только мне. — Его эта мысль утешала и, собравшись с силами, я спустилась вниз, где нам было отведено специальное место для сего мероприятия. Это был какой-то парадокс, ведь церемонию вёл священник, видимо, он не в курсе, кто сейчас стоит перед ним, иначе наотрез отказался бы. Стало как-то легче, когда я добровольно дала клятву, без всякого давления и угроз. Многие вампирши фыркали и уходили на улицу, не желая видеть все эти телячьи нежности или то, что это место теперь занято. Это кольцо на пальце служило для меня оберегом, ведь теперь даже враги Артёма не смогут мне ничего сделать, ведь я уже и душой и телом принадлежу ему. Пока все праздновали и радовались жизни, я вышла на улицу, чувствуя небольшую усталость в ногах. — И почему он выбрал эту дешёвку? — Мне почему-то казалось, что это было уже адресовано мне и захотелось поближе познакомиться с девушками, которые были такого низкого обо мне мнения…