"Просто друзья"

      В нос сразу же ударил тошнотворный запах канализации, влаги и плесени вперемешку. «Коллектор или какой-то подвал, классика…» — промелькнуло у неё в голове. Наташа открыла глаза и осмотрелась. Перед ней открывался уходящий вперёд коридор, конца его было не видно, только темнота. По стенам вдоль шла сеть труб, от времени покрывшихся налётом ржавчины и плесени. Кое-где капала вода, стуча по влажному бетонному полу с противным плеском, равномерно, подобно метроному.       Голова гудела, в висках стучал пульс. Девушка чувствовала неприятное подташнивание то ли от мерзкого запаха, то ли от нехватки кислорода. Само помещение, если его можно так назвать, было с очень низким потолком.       Она поняла, что сидит подле какой-то толстенной трубой, за которой её руки перевязаны толстой и грубой верёвкой. Попытки выбраться не увенчались успехом, даже просто пошевелиться было сложновато. — Чёрт!..       Вскоре Наташа услышала чьи-то шаги, отдающиеся эхом в пустом пространстве. Девушка находилась в ожидании. Кто же это будет? Плевать, что она сидела в грязном коллекторе, плевать, что она хотела есть и домой — больше всего сейчас ей было интересно, кто и зачем заставил её чувствовать всё это. И набить бы ему хорошенько морду!       Из глубины коридора отчётливо доносились какие-то звуки. Неожиданно, послышался стук, будто что-то (или кто-то) упало, гулко, вместе с плеском воды. Странно, не было слышно ругани, на которую почему-то надеялась Романофф. Девушка подняла голову, тряхнув рыжей копной волос, ниспадающую на лицо. — О, какая культура! Не знала, что вашему клану это свойственно! — ухмыльнулась она, вглядываясь в темноту.       Тишина. Только приближающиеся к ней шаги.       Наташа замолчала, изо всех сил напрягая зрение, чтобы быстрее разглядеть того, кто близится к ней. Немой, что ли? Или партизан какой? Есть ли оружие, сколько и какое, сколько там людей и какова цель их действий. Она ждала. С жадностью всматривалась в даль коллектора. Со злобой и ненавистью во взгляде. — Нат?..       Услышав собственное имя, она встрепенулась, вздрогнув всем телом. Взгляд её сменился, брови нахмурились. Никто, кроме мстителей, её так не называл. Даже они не всегда, чаще всего так говорил Бартон. — Какого тут происходит… — шепнула он себе под нос, сводя к переносице брови. — Вижу, ты мне рада, — вновь повторил до боли знакомый голос и, приближаясь и подгибая голову, улыбнулся, глянув на неё. Лук, до этого направленный на Наташу, опустился. — Клинт! — выдохнула она с облегчением. Это всего лишь Бартон… Всего лишь?.. — Что ты здесь забыл? — взволнованно спросила она, сама не заметив, как подалась вперёд.       Клинтон присел рядом, на корточки, что-то запихнул ей в карман и принялся ликвидировать верёвку. Он явно нервничал, потому что пальцы его подрагивали, а узел вечно выскальзывал из-под ножа. — О, это очень забавная история, — не отрываясь говорил он. — Я тебе обязательно расскажу, когда выберемся. — Ты идиот… Проваливай отсюда, пожалуйста, уходи! Это не может быть так просто, они явно здесь. Мозгов у тебя, что ли, не прибавилось? — прикрикнула на него Наташа, мысленно радуясь тому, что сейчас он был рядом. — Нат, чего не прибавилась, так это чувства такта у тебя, — он строго посмотрел на неё, прямо в глаза, глубоко вдыхая противный подвальный воздух. — Прости, — отвела взгляд девушка, не в силах смотреть в них. — Мне не хотелось бы, чтоб ты попал в ловушку. Хотя, ты уже здесь, так что… — Послушай, это ты оказалась здесь из-за меня. Ты — приманка, им нужен я, — он продолжил попытки расправиться с верёвками. — Себя слышал, надеюсь? Ты знал, что это ловушка, ты знал, что я приманка и ты, чёрт тебя дери, здесь! Один! Если бы я могла, я бы сейчас хорошенько тебе бы врезала, чтоб ты в себя пришёл! — её сердце бешено колотилось, она всматривалась то в темноту, то в его широкую спину. — А если б мог я!..       Сюрикен пронёсся аккурат около головы лучника, резко пригнувшегося и прижавшегося к Наташе в этот самый момент. — Приехали… — шепнула она, закатывая глаза. — А вот и наш главный улов! — воскликнул появившийся из-за спины главарь клана Сайга, о чём говорила красная отделка на так называемой униформе. Все ниндзя ростом были пониже Клинтона, так что потолок им никак не мешал передвигаться. Из темноты тоже появились люди в черных костюмах и масках, открывающих только глаза. За спиной каждого было по две скрещенные катаны, но это, очевидно, было не всё оружие. — Надо же, какое опрометчивое решение. Я удивлён тем, что ты явился один, — действительно удивившись, проговорил мужчина, обойдя сидящую на полу Наташу и поднявшегося в боевую позицию лучника. — Кто вы, вообще, такие? Осатаневшие самураи? Недоагенты с оригинальным аутфитом? Кто? — засыпал вопросами Клинт. — Ты пытаешься выглядеть остроумным, но выглядишь смешным. Как мальчишка, сбешавший с уроков, — он усмехнулся. Казалось, вот-вот состоится словесный поединок. — По крайней мере, я не кажусь ряженым идиотом с секирой из аниме-мультиков, — язвил Клинт. — Уж она-то поострее твоих «шуточек» будет, — главарь клана со звоном извлёк катану из-за спины, направляя её на Бартона, за ним повторили ещё сотни воинов, если их было не больше. — Что ты можешь со своим луком на таком коротком расстоянии? — Ты его плохо знаешь… — злобно глядя на противника, улыбнулась Наташа. Она продолжала попытки разделаться с уже надрезанными верёвками, но те оказались гораздо прочнее, чем девушка себе представляла. — Да нет, мы знакомы давно, и есть у него мне один должок…       Тонкая стрела с огромной скоростью пронеслась вперёд и, пролетая сквозь едва различимое расстояние между ниндзя, развернулась острыми, длинными шипами, повреждая шеи сразу десятерых человек. Кто-то смог отпрянуть, но это мало их спасло: воины повалились на пропитанный нечистотами бетон, истекая кровью. После секундной паузы самураи ринулись атаковать лучника. Их же лидер не сдвинулся с места — оскалясь, он наблюдал.       Силы были не равны. Клинтону удавалось обороняться и даже атаковать. Он активно использовал все свои стрелы и по их окончанию перешёл на рукопашный бой. Тактика нарисовалась перед глазами быстро и отчётливо: выбить оружие, а после добить. Было бы всё так просто!       Клан Сайга оказался далеко не слабым сборищем кого попало, а вполне достойным противником. Очень даже. Бартон изо всех сил боролся, но понимал, что вряд ли одержит верх. — Сзади! — крикнула Наташа, и в этот самый момент Клинтон пригнулся, едва успевая откатиться в сторону. Ещё секунда, и лучник мог лишиться головы.       Девушка всё пыталась развязаться. Чертыхаясь и шипя, точно загнанная в угол кошка, она подставляла подножки невнимательным самураям, как могла, била ногами. — Нат, рукав! — крикнул Клинт, смешиваясь с толпой. — Что? Рукав… — девушка изловчилась, просунула в рукав пальцы и почувствовала внутри небольшой пакетик, с чем-то тонким и плотным внутри, подобным листу бумаги. Выудив из рукава это что-то, Наташа на ощупь разорвала пластик и обнаружила у себя в руке лезвие. Прокручивая в голове все варианты, когда же Бартон успел сунуть ей в куртку эту полезную вещь, она быстро резала верёвки. Руки затекли, пальцы болели и покрывались тоненькими красноватыми порезами, но ещё чуть-чуть, и она с ней справилась! От радости Наташа даже улыбнулась, но обнаружила, что потеряла из виду Клинтона.        Соколиный глаз был скрыт где-то в толпе. По всему коллектору разносились громкие возгласы ниндзя, звон стали, нескончаемые звуки падений и ударов. Бартон достал спрятанный за поясом кинжал и оборонялся с помощью его. Бровь лучника была рассечена и кровоточила, он весь был теперь не только в пыли, но ещё и в грязи и воде, да и неизвестно, в чём ещё. Плечо ужасно болело. Клинт подозревал, что мог его вывихнуть, но двигался он почти так же проворно. Наконец, лучник не выдержал, споткнулся и почувствовал хороший удар ногой под дых. Воздуха резко перестало хватать, он чаще задышал, но изловчился и вскочил на ноги. — Клинт! — послышался звонкий голос Наташи, заставивший его собраться с мыслями и силами. Он отвлёкся и совершил ошибку — кто-то подбил его ногу, навзничь сваливая на бетон. Затем мужчина почувствовал на собственных волосах чью-то руку. Резкая боль, и вот его лицо поднято над землёй, а взгляд направлен вверх. Перед ним стоит главарь банды, а рядом, держа катану прижатой к бледной девичьей шее, один из подчинённых, довольно крупный. Она не может пошевелиться в его цепкой хватке, хотя и видно, что пытается. Один из ниндзя точно так же поступил с Клинтоном, ставя того на ноги и прижимая к шее острие орудия. — Двинешься ты — ей конец, она — конец тебе, — улыбнулся лидер Сайга. — Славно порезвились, но как-то уж всё не по плану идёт. — А у тебя план был? Похвально, — бросил Клинт, тяжело дыша. Нос лучника слегка кровоточил, как и припухшая бровь. Он глянул на Наташу, чувствуя, что она смотрит на него. Её зелёный взгляд скользил по его лицу, нервно перемещаясь, а брови то и дело хмурились. — Да, знаешь ли. И не один, честно говоря. Я хочу, чтобы ты видел, как она умрёт, — с этими словами тот самурай лишь сильнее прижал катану к коже, что заставило Наташу стиснуть зубы и задышать чуть чаще. — Зачем? — как можно беззаботнее спросил Клинт, но внутри у него всё похолодело. — А ты что, идиот, так ничего и не понял?! — вскрикнул главарь так, что голос его отдался эхом вдали. — Нет, — сухо ответил Бартон, тем самым заставив приблизиться лидера Сайга к нему. Он схватил того за ворот футболки, ударил в челюсть и бросил вниз. Клинт не смог удержаться на ногах и упал, но упал на колени. Одной ладонью упёрся в пол, второй потёр подбородок. Наташа с ужасом наблюдала за происходящим, затем прикрыла глаза, чтобы не видеть его, сидящего на полу. Она чувствовала ненависть к себе за то, что не могла ничего сделать. Она просто стояла, не в силах пошевелиться, сдерживая эмоции.       Главарь Сайга присел рядом с ним. Он поднял его голову, обращая взгляд на себя и сорвал маску. — Ну, а так? Вспомнил меня? Я — Эгберт Макбрайд! Вспомнил, ты, кусок дерьма?! — заорал он, глубоко вдыхая приевшийся воздух коллектора. Его ноздри раздувались, как у быка, а и без того узкие глаза сузились ещё больше. — Нет, — медленно и чётко произнёс Бартон, сверля его властным взглядом. Таким, будто бы это не он сидел на сыром бетоне с болью во всём теле, а наоборот. — 2003 год, 13 ноября, Токио. Широкий проспект. Высотное здание, — нарочито спокойно стал объяснять Макбрайд. — Пожар. Кто-то поджёг дом. Суета, эвакуация. А было ведь раннее утро, ещё темно было… Часа четыре. Не все жители проснулись по первому зову. А потом некто пробрался через окно в мою квартиру и застрелил мою Энни. Из лука. Меня не было дома, а когда я приехал и прибежал сквозь огонь наверх — обнаружил её мёртвой в собственной постели. ТЕПЕРЬ ТЫ ВСПОМНИЛ, КТО Я ТАКОЙ?! — он снова вспыхнул, его лицо покраснело, а ладони вспотели. Клинт не поднимал на него взгляда и молча слушал.       Наташа открыла глаза и смотрела на него. Неужели, это был он? Но как и зачем? Тем более, это было так давно… В те годы Клинт не работал на Щ.И.Т, но не мог же он ни с того ни с сего убить ни в чём не виновную женщину? Значит, зачем-то ему это было нужно. Она пыталась себя успокоить этими мыслями, но не могла. Ей даже стало страшно, а от рассказа Эгберта кровь в жилах так и стыла. — Я так любил её. Мне никто не был больше нужен. Ты лишил меня всего одним ударом, одной грёбаной стрелой! Во сне, подло и низко убил во сне! И большего всего на свете я желал, чтоб и ты почувствовал то же самое. Теперь ты понимаешь, почему ты сейчас здесь? Мне показалось, ты слишком быстро нашёл замену женщине, с которой воспитывал троих детей, так что и она тоже умрёт. И ты тоже потеряешь всё, как и я. Хочешь сказать что-нибудь? Давай же, скажи. — В ту ночь я выполнял задание в Мексике. Ты не смог взломать архивы Щ.И.Т.а, поэтому решил действовать так, как считал правильным. Но ты не прав. Лук и стрелы не только моя специальность. Это не мог быть я. Я не убивал твою жену, — на этот раз Клинт поднял взгляд и посмотрел на Макбрайда. Во взгляде Бартона читалось одно уж точно: он говорит чистую правду.       Эгберт оттолкнул его, как прокажённого, в сторону, поднялся и уставился в одну точку, обдумывая произошедшее. Он ни за что бы не поверил ему, если бы не видел той боли во взгляде лучника, которую испытал сам. — Отпусти её, — бросил он своему подчинённому. — Уходим.       Ниндзя быстро ретировались вслед за своим лидером вглубь коллектора. Их шаги было едва ли слышно. Самое главное — они, совершенно бесцеремонно, оставили пару тел убитых лежать на месте.       Клинтон стоял, глядя перед собой и молчал. Очевидно, задумался о чём-то серьёзном. Наташа стояла метрах в двух от него. Она с тревогой разглядывала его, но не могла сказать ничего — не решалась. Спустя пару секунд, она подошла к нему, обняла, положила голову на грудь и прикрыла глаза. Лучник не сразу вышел из ступора, но всё же крепко прижал к себе в ответ. И всё бы хорошо, но едкий запах нечистот едва ли не выворачивал наизнанку.       В конце коридора послышался гул, возгласы, крики, после чего раздался взрыв и тёплый с дымом воздух донёсся до Бартона и Романофф. — Что это? — поинтересовалась девушка с ноткой раздражительности в голосе.       Небольшой коридор, где происходило всё действо. Обессиленных агентов застал сначала столб дыма, а после, когда они дали дёру, их отнесло вглубь коллектора ударной волной и свет, как само собой разумеющееся, везде погас.