Drama

Питер любит рисовать. Пока что у него не получается, но ведь ему только два. Стив сидит рядом с ним, выводя в блокноте очередную машинку или дерево. Питер просит нарисовать что-нибудь, а потом обязательно бежит показывать Тони. - Па! – лист из блокнота ложится поверх документов, а сам Питер упрямо лезет к нему на колени. Тони усаживает его поудобнее и с интересом вглядывается в рисунок. На нем сам Тони склонился над документами и задумчиво грызет кончик карандаша. - Ого, вот да, - Тони и правда удивлен. Стив давно не брал в руки карандаши без особой просьбы, а уж рисовать людей его вообще не заставишь. - Ничего особенного, - он смущается и отводит взгляд в сторону. – Тони, можно я пойду? Правда, сегодня мне лучше, - он кидает на Старка умоляющий взгляд. - А если он вернется? Ты ведь ничерта не говоришь мне, а я не хочу, чтобы ты оставался один на один с этим, - Тони говорит тихо, как будто ни о чем особенном, чтобы Питер не чувствовал неладное. Он совсем не хочет пугать Питера, но их малыш умнее многих, поэтому он во все глаза уставляется на Тони. – Сейчас я подпишу еще пару листов, и тогда мы вместе пойдем отдыхать, хорошо? – у Стива нет выбора, а у Тони выхода. Он должен работать, но он не может оставить Питера или Стива, поэтому просит Пятницу заказать диван, подходящий под интерьер, а еще ковер, на котором мог бы играть Питер, пока папа работает. Тони не имеет права бросать их, но также не имеет права бросать работу. Потому что это во благо Питера, во благо Стива. - Ты взвалил слишком многое на себя, - Тони отмахивается. - Я должен быть рядом с тобой. А Питеру кроме нас уж точно никто не нужен, - в его словах есть смысл. Нет, Тони совершенно точно прав. Питеру не нужны другие, Питеру нужны отцы. А Стиву нужен Тони. Понимает он это или нет, но Стиву нужен Тони. Только сейчас за спиной Старка стоит Барнс. Баки из довоенного прошлого. В сером костюме и зализанными волосами. Улыбающийся и светящийся изнутри. Стив не помнит такого Баки, разве только мельком. Стив думает, что это, наверное, хорошо. Хорошо, что Барнс улыбается, а не кричит на Стива и не обвиняет в своей смерти. К такому Барнсу снова хочется прикоснуться. Но его не существует! И это приносит боль. - Завтра попросим тетю Наташу за тобой приглядеть, да, Питер? – Тони пересаживает его с одного колена на другое и откладывает рисунок в сторону, отмечая для себя купить подходящую рамку. - Зачем? – Стив встает с дивана и подходит к столу. - Затем, что мы давно не ужинали с тобой наедине. К тому же тебе нужно отвлечься, - Тони ставит последние две подписи, как и обещал, и встает из-за стола, закидывая Питера на плечо. - Не думаю, что Наташа согласится, - вздыхает Стив, вспоминая последний раз, когда Наташа осталась с ребенком. Как она потом возмущалась – он вырвал ей половину волос. Стив уверен, что девушка преувеличила, но спорить не стал. - Зря, она хоть и колючая, но постоянно просит отправить ей пару фоточек нашего мальчугана, да и как вообще можно не любить Питера? – Тони подбрасывает малыша в воздухе и смеется. Стиву кажется, что все происходит за стеклом. Это вторая стадия, он о ней помнит. Стадия, когда Баки становится реальнее, а все остальное похожим на сон. В этот раз все и правда как-то быстрее. Стиву кажется, что он и правда сходит с ума. - Брось, Стив, хватит мечтать, - Барнс кладет руку на его плечо, но Стив упорно делает вид, что не замечает. Он смотрит на Тони, подбрасывающего мальчишку в воздух. И на Питера, который заливается смехом. – Да, хорошая мечта, Стив, иметь семью. Но очнись, разве это может быть реальностью? Ты и Тони? Сыночек Питер? Бред, - Баки смеется. - Хей, детка, все в порядке? – Тони оказывается рядом как-то резко, от чего Стив отшатывается в сторону. - Да…да, - Тони усаживает его на диван. Питер напуган. Стив видит в его глазах непонимание и страх, и, кажется, он вот-вот разревется. – Нет, нет-нет, Питер, все хорошо, иди сюда, - Стив тянет к ребенку руки и тот бежит к нему, утыкаясь лицом в грудь. Тони гладит Стива по спине. Они реальны. Тони и Питер – реальны. Вот что должен помнить Стив. - Он здесь? – спрашивает Тони, и Стив несмело кивает. Он не должен скрывать. Не должен мешать ему помочь. Кто-то же должен ему помочь, так? Стив не имеет права бросить Питера. Не имеет права бросить Тони.

***

За окном ночь, а снег идет уже третий день. Весь Нью-Йорк под белым пушистым одеялом и Стиву начинает это нравится. Потому что из окон их спальни это выглядит великолепно. Потому что Стиву кажется, что он попал в сказку. Тони спит, запутавшись в одеяле, и Стив не может отвести от него взгляда. Под тусклым лунным светом его тело кажется еще прекраснее. Стиву хочется провести пальцами по его ключицам, но в таком случае Тони обязательно проснется. А этого Стиву совсем не хочется. Он опускается в кресло и пытается не думать. Бессонница верная спутница того, что происходит. Она всегда приходит вместе с Баки. Но сегодня Стив начал принимать таблетки, и как не странно, Барнса пока что нет. Но Стив ждет, ему страшно. - Таблетки помогают вернутся в реальность, по крайней мере чувствовать ее. Но ты сам должен все контролировать, - вот что сказал психиатр, которого отыскал Тони. Кажется, он помогал самому Старку после Альтрона. –Очень важно сейчас понимать, важно расставить приоритеты, - Стив понимал, но с приоритетами было сложнее. Особенно сейчас, когда твой мозг…будто пропустили через мясорубку. Баки – призрак прошлого, и это Стив понимал. Тони и Питер – это настоящее, и это важно. Тони и Питер – настоящее и реальное, но когда твои мозги буквально плавятся, то метка «реальности» расплывается вместе с ними. И уже не понятно, что реально, а что нет. И Стив из прошлого тянется к Баки – это понятно. Но Стив из настоящего все еще должен помнить о семье. Стив из настоящего все еще не понимает что не так. Каждый раз, когда это происходит с ним он задается лишь одним чертовым вопросом: почему? Почему Барнс все еще возвращается в его жизнь? Ведь у Стива давно семья, давно любящий муж и, черт возьми, маленький сын! Почему Баки Барнс все еще присутствует в его жизни не смотря ни на что? Неужели Стив до сих пор его любит? Нет, глупо конечно. Конечно он любит Барнса, но ведь и Тони… - Бред, - Стив трясет головой и пытается выдохнуть. Это все бред! Конечно он любит Тони! Ведь кого, если не его? Он любит Тони и Питера – это его семья! Конечно любит! Стив встает с кресла подходит к кроватке, в которой в это время сопит их малыш. На Питере пижамка с железными человечками, а на носочках щиты. У него много «супергеройских» вещичек. Ими Мстители одарили малыша сполна. Но Стиву нравится это. Нравится думать о том, что при всей своей «супергеройности» он всего лишь человек, и маленький Питер в кроватке тому подтверждение. А еще подтверждение тому, что Стив любит Тони Старка, а иначе как бы он согласился на ребенка? Разве с людьми, которых вы не любите, заводят детей? - Бред, Стив, - но в его мысли снова вмешивается насмешливый голос Барнса. – Вот что бред! Семья? У тебя? Ребенок? Еще скажи, что это ты его девять месяцев вынашивал, - Баки смеется и падает в кресло, как когда-то давно, когда он пьяным заваливался к Стиву в квартиру. На Баки его армейская форма, и он безумно красив, как в тот последний день, когда они виделись. Перед войной. Баки закидывает ногу на ногу и снова смеется. – Ох, не представляю тебя в роли мамочки, малыш, ты же слишком хрупкий! – после этих слов Стив и правда кажется себе меньше. Будто он снова вернулся в Бруклин. Будто ему снова шестнадцать, а Барнс только что притащил из подворотни, избитого хулиганами. - Уйди, - Стив понимает, все еще понимает, что разговаривает с пустотой, но ничего не может с этим сделать. - Ты меня прогоняешь? Как так, Стив! А может быть это я отец этого ребенка?! Может быть это он выдуманный!? Ты подумал об этом!? – Барнс бесится и кричит. Нет, это точно не Барнс. - Ты не был таким, - шепчет Стив. - Конечно не был! Это из-за тебя я такой! Ты со своим сумасшествием довел меня до такого! Выдумал какого-то Старка! – Стив машет головой. Нет-нет-нет! Это бред! - Я его не выдумывал! – Стив срывается. Он кричит. В комнате тут же включается свет, а через секунду она наполняется плачем Питера. – Черт…- Стив кидается к кроватке, подхватывая малыша на руки, пытаясь успокоить. – Прости, прости меня, Питер, папочка просто сходит с ума, - Стив целует его в макушку и расхаживает по комнате. - Давай я, - Тони вскакивает сразу, как только слышит крик, но все равно Стив не замечает этого, поэтому пугается, когда Тони оказывается рядом. – Давай, он так и будет кричать, - Тони забирает Питера к себе и шепчет что-то на ухо. - Черт, я напугал Питера, - Стив садится на край кровати и утыкается лицом в ладошки. Он чувствует себя хреново, действительно хреново. Раздавлено. А еще он чувствует себя полным ублюдком. - Ты не виноват, - шепчет Старк, укладывая успокоившегося и уснувшего малыша обратно в кроватку. – Ты не виноват, слышишь? – он садится рядом со Стивом и берет его за руку. Он целует его в висок и прижимает к себе. От Старка пахнет мятным гелем для душа и чем-то еще. Чем-то знакомым, но Стив не может вспомнить. Он утыкается Тони в шею и целует ее, пока на месте поцелуя не образуется красное пятно. - Прости, - снова шепчет он. Стив не знает зачем это сделал, но эта метка…будто бы она должна была что-то ему доказать. – Прости, просто хотел знать, что ты реальный, - Тони усмехается, но Тони не смешно. - Детка, что угодно, - он поднимает лицо Стива ладонями и целует его в губы. Стив выглядит отвратно после двух бессонных ночей. Конечно, все такой же красивый, но до безумия уставший. Но Тони плевать. Он любит Стива любым, и будет любить его любым. Даже сумасшедшим, даже с тараканами в голове. Потому что это его Стив.