Манчестерские кексы

— И-и-и-и-и… на сцене наш нестареющий герой, юный и цветущий… Ми-и-и-ило Карраччи-и-и! Поприветствуем! Последнее слово Аберфорта потонуло в шуме голосов и одобрительном улюлюканье. Блэк нахохлился, стараясь глубже зарыться в свой плащ-смотрителя-маяка. Быть узнанным не улыбалось, но его прикид как назло притягивал навязчивые взгляды. «Лучше бы голым припёрся, тогда б точно никто не рискнул таращиться. А Мило… Ну павлин, ну петух! Зачем ему конкурс? И так всеобщий любимчик! Чтоб его порвало на лоскуты, ишь, жопа из штанов вываливается…» Сириусу хватало такта не втискивать бренное тело в кожаные брюки на размер меньше. Он бесился. Стукнул по столешнице, требуя коктейль, откинул со лба мокрые от пота волосы. «Говно!» Мило визгливо запел — подражая Джаггеру, но по-провинциальному нелепо. Пародия, однако, всем нравилась. И Блэк завёлся ещё больше. Зря не взял с собой Римуса! Тот бы давно чмокнул в лобешник и сказал «пошли домой, нечего тут торчать». — Ты-то здесь что забыл? Полагаю, у Люпина зад поприятнее будет. Пение даже не обсуждается. — А, привет, — Блэк вытянул шею, обозначая присутствие. Марлин прыснула. — Как ты меня узнала? Не говори, что по запаху. — У тебя… характерные телодвижения. Даже в этой дикой плащ… штуке. То ли прицеливаешься прилечь на какую-нибудь горизонтальную поверхность, то ли собрался боксировать. — Короче, походка пьяницы. Понял. Где твоя вторая половина? — Доркас? Сейчас подойдёт. У нас план созрел. Сегодня вечером идём на дело. Ты… — Я. Сириус рыскнул глазами по сторонам — никто уши не греет? Но зрителей увлекли кривляния Мило. Марлин привстала на цыпочки и шепотом доложила Блэку в ухо (ужасно щекотный секрет): — У «Города N» в рукаве козырь. Они хотят выпустить со сцены голубей. Ага! Голубей! Видел на «Ютубе» тех ребят, что чаек на пляже слабительным накормили? Доркас сказала, что запрещает мне издеваться над птицами и не хочет ходить обкаканной, поэтому я просто украду аранжировки. Трудно будет, но… — А я бы дал слабительного их вокалисту, — пожал плечами Сириус. — Хули нет? Он, в отличие от голубей, одет. Пусть хоть обсерится в трусы. — Фи, как грубо! — Красть — тоже грубо, — ухмыльнулся пианист. — Стыдоба, Марло! Парни старались, придумывали песенку, даже тематический антураж раздобыли, а вы… — Не собираешься помогать, так и скажи! — Да я ж сказал уже всё! Вот неугомонная! Получите вы от них, так и знай… И потом, что за план идиотский? Думаете, у них один-единственный листик с нотками в сейфе лежит, да? А вдруг они копии всем бабушкам и дедушкам почтой разослали? — Душнила, — буркнула девушка. — Рационалист! — У тебя фантазии — ноль! — Ага, — Сириус замолотил по столешнице — разговор начал утомлять. — Зато вы ею фонтанируете, как чайки дерьмом. Бармен! Повтори! — Пока, дурачок. Марло как ветром сдуло. Сириус осушил рюмку и направился к выходу. Заценить Карраччи ему было нужно для дела. Какого? Чёрт знает… Вероятно, хотел проверить, не так ли «Кексы» плохи на фоне задавак в обтягивающих штанах. Смотр строя и песни Блэка полностью удовлетворил. «Надо чем-то зажевать эту дрянь, послушать годноты. Поиграл бы сам да не на чем. А не поехать ли к Лунатику?! Идея на пять с плюсом! Плевать, что мы лишь час назад расстались, пока доберусь, уже все два будут. Там и соскучиться недолго!» Гордый собственной находчивостью, Сириус влез в синий фордик, зажёгся и тронулся — не в кусты, а прямо к Люпину.

***

— Реально?! Фига себе, я и не знала! — А ещё… ещё у них не настоящие волосы, а парики. То есть… они не лысые, конечно, просто… — Что. Я. Сейчас… услышал?! — Северус скривился, сплюнул и полез в карман за зажигалкой. — Это, блять, сюжет подросткового фэнтези? Развести нас решила?! — Да нет же! — Так да или нет?! — Зачем мне врать? — Марлин в отчаянии затрясла Беллатрису за рукав. — Ты веришь?.. — Ясен хуй, дорогуша. Я в жизни такого насмотрелась, что уже ничему не удивляюсь, — хихикнула девушка, подразумевая, конечно же, Чудесное Преображение Северуса Снегга. Последний уловил подколку и сердито запыхтел сигаретой. Препираться, тем не менее, не стал. Бедовая башка Блэк желает развлечься? Да на здоровье! Серьёзно, зачем препятствовать? Пускай оторвётся на «Тихих водах Стикса», лишь бы не на нём! Однако замысел Марлин виделся Северусу излишне детским. — Слышь, МакКиннон, по-моему, опилки в париках — полная хуйня. Я пиздец рассеянный, но точно заподозрил бы неладное на месте тех обормотов. Есть и более остроумные способы осмеять искусственные волосы. Как минимум — перекрасить их за две минуты до выступления или подменить, как максимум — привязать леску и сдёрнуть в кульминационный момент! И ещё нюанс. Не боитесь, что боком выйдет? Вдруг «Тихие воды» взлетят на волне всеобщего сострадания? Зрители любят поддержать униженных и оскорблённых. — Не-не-не, делать из них великомучеников не надо! Должно быть смешно, а не трагично… Так мы заодно? — Не вижу причин ломаться, — пожал плечами Снегг. — Дайте моей малышке кому-то подгадить, и я буду целый вечер освещён её немеркнущей заботой. Стоит ей кого-то захуесосить, душу отвести, ночью… — Ночью светят звёзды и тра-ля-ля, помолчи, Северус, свинья, — пропела Белла, пихая парня под столом. «Не выдавай мои секреты, писька лохматая!» — красноречиво зыркнула она на Снегга. Тот булькнул от смеха и замахал руками. «Туше!» — Вот и славненько, — разулыбалась Марлин. Отправляю план на доработку! А вы трудитесь над своим номером и смотрите: пусть всё пройдёт гладко! Чики-пуки, но… — …но без фигли-мигли. Поняли, не дураки. Ладно, я уже окоченела. Пойдём, укротитель саксофонов! Порешав вопросы, троица заговорщиков рассталась. Ни Белла, ни Северус, ни Марлин не обратили внимания на отдыхающего на соседней скамейке мужчину. Безымянный прохожий, некто незаметный и безликий, но очень внимательный — кем он был?..

***

— Они воруют ноты. — Воруют. — И путаются под ногами. — Ещё как! — Бродят вокруг кинотеатра, словно что-то замышляют. Вламываются в гримёрки, залезают на сцену, проверяют, как и что наверху устроено… Регуло, мне глубоко плевать на судьбу других ансамблей — я сплю и вижу, как Ричмонду Лоуну на голову падает осветительный прибор. Но МакКиннон и Медоуз… Подозреваю, они не осознают, с кем связались. Предлагаю их прищучить. — Ты вечный надзиратель в их глазах, и давление только подстегнёт любопытство. Они творят, что хотят, рассудить ссору рационально не выйдет, а ссора неизбежно назреет. Удалим их? Я могу подстроить… — Нет, что ты! — Улисс, они нарвутся! Пусть лучше вылетят. Лоун присоединится к «Хоркруксу», разразится скандал. Помешать ему не в моих силах: он отбыл наказание и условно чист перед законом. Правила конкурса не запрещают бывшим заключенным играть на гитарках. Предупреждения не помогут. Что-то грядёт… — Чувствую. И всё же попробую девушек вразумить. Возможно, новость про Лоуна их остудит. Пять минут Улисс Монтойя потратил на беседу с деканатом — узнавал нужный номер телефона. Полторы — увещевал Марлин МакКиннон. Сообщение о непременном возвращении главного врага «Кексов» не только не предостерегло девушку, но раззадорило ещё сильней. Кончилось тем, что она «бросила трубку» — отключилась на реплике Улисса о «мстительном и непредсказуемом Лоуне», который непременно «расквитается со всеми, кто попытается вставлять палки в колёса». — Ов… бес… — Улисс начал заикаться (такое случалось крайне редко). — Бестолковая овца, — не отрываясь от бумаг, резюмировал Регулус Блэк. — Попроси пару коллег или участкового присмотреть за залом. Лишним не будет. — Так и поступлю, — гаркнул юноша. — Ореховые головы! Дурочки! Я должен встретиться с Блэком. Пусть не смеет соваться… Вдруг и он!.. — Брат? Навряд ли. Заметь, он стал осмотрителен и рассудительнее многих. Старается хорошо заботиться о нашей непутёвой кузине. Но если хочешь лицезреть его новый плащ-палатку, я не возражаю. Ходят слухи, наш отец носил этот кошмар ещё в шестидесятых. Последние слова Регулус дополнил хмыканьем, но смутился и вернулся к документам. Улисс тяжко вздохнул. Что ж, коли день начался с трудностей, ещё одна крошечная заминка едва ли сделает работу легче!

***

Сириус проспал до обеда и, проснувшись, не нашёл занятия лучше, чем съездить к противному брюзге Северусу. Во-первых, Блэков холодильник пустовал. Снегг хоть и жил аскетически (разве что не в бочке), но зато умел неплохо готовить. Во-вторых (главный аргумент), у Снегга появилась партия ударных, за которые Сириусу предстояло сесть вместо Люпина. Петь полагалось Джеймсу и Беллатрисе, и друзья посчитали, что последняя вряд ли сумеет в многозадачность. Сперва пианист предсказуемо надулся — ни тебе пения, ни клавиш, — но потом подугас и забил. Иногда полезно побыть в тени. Механическая работа даст возможность внимательно за всем следить. Гадостные ожидания и нехорошие предчувствия сдавливали сердце с того дня, как Сириуса пыталась завербовать Марлин. — Ого, ого, что-то новенькое… или хорошо забытое старенькое? — Блэк заприметил в кухонном оконце сестру и хозяина дома, а ещё — сынишку Эйвери. Картина порядком насмешила. — Сидят, голубки! Ну чем не семейка. Обзавидуешься! Он постучался, и дверь почти сразу открылась. — Заходи, Борода, гостем будешь, — мрачновато поприветствовал Снегг. — Жратвы нет. Твоя лупоглазая кузина и мелкий всё подмели. Хотя… вроде копчёная курица завалялась. Ты же не за аранжировкой пришёл? — За ней, ясен хуй, — Блэк деланно возмутился. — Есть не хочу, но если настаиваешь… Тут в кармане завибрировал мобильник. — Алло! — Не ори, ребёнка пугаешь! — вместо «здрасьте» зашикала Беллатриса. Лорри же только хихикнул — он лепил из хлебного мякиша шарики. — Сириус, здравствуй. Это, как ты догадался, Улисс. Где мы можем пересечься? Дело не терпит отлагательств. — Я у Снегга, приезжай. Северус печально глянул на курицу — завтра придётся снова идти в магазин! Куда деваться от этих чёртовых проглотов?! — Уверен?.. — Бля, Монтойя… ой, заткните малому уши! Не зуди! У меня от друзей тайн нет! Можешь по телефону всё высказать, раз такая срочность. — Тогда включи громкую связь, — удручённо попросил Улисс. После короткой паузы он продолжил: — «Эпигоны Гейне» что-то затевают. Подозреваю, вас тоже пытались впутать в свои делишки. Не ведитесь! Ни в коем случае не лезьте на рожон, потому что в новом испытании примет участие Ричмонд Лоун. Не обещаю, что наверняка, но пока все факты говорят о его намерениях играть с «Хоркруксом». Слышу скрип зубов. — Да, с тебя новая эмаль, — грозно рявкнул Блэк. — Вот, блин, Монтойя… не пробовал людям нормальные новости сообщать? Обязательно какой-то пи… го… короче, как ты, так сразу дурное. Марлин дважды на уши садилась, просила ноты спереть, какие-то парики испортить, чегой-то ещё… я её отшил. На «том конце провода» раздалось сопение — Улисс расслабился. Но ненадолго, потому что Белла вытянула шейку и пропела в телефон: — Улисситто! Сладкий! А мы с Северусом записались в девчачий партизанский отряд! — Что?! — одновременно воскликнули Блэк и несчастный начальник кураторского отдела бывших заключённых. — Даже не вздумайте! — возопил Улисс громче прежнего. — Не смейте! Если вас раскроют, в лучшем случае выкинут из конкурса, в худшем… за вас возьмётся сам Лоун! А с ним и Эйвери… — Папа! — радостно пискнул Лорри. — Никаких выходок! Сириус… Блэк сбросил вызов. — Объяснитесь, — сурово глянул он на кузину. Та моментально пожухла. — Снегг, ты дубу дал? На кой чёрт поощряешь? Совсем сбрендили? Да я бы с радостью этих… этим… Но держусь. И вы не лезьте. Прошли времена, когда можно было самоуправничать, нынче осторожно надо… Забросьте подростковую дурь. Пускай Марлин и Доркас марают руки, вылетят — меньше хлопот в финале. — Но мне так хотелось… — Не ной, овца! Я свожу тебя в тир. Напечатаем баннер с рожей Лоуна, стреляй — обстреляйся. Только не потакай девкам и не впутывай Носатого во все эти… — Да я сам собирался им подгадить. Чего взъелся? — Забыл, как я тебя в участке отмазывал?! — вспылил Сириус. — Второго раза не будет! Игры кончились! Я пошёл! — А кура?! — В жопу куру, одно разочарование от вас!.. — Блэк смёл со стола приготовленные Снеггом ноты и рванул к выходу. На крыльце он внезапно столкнулся с Присси — женщина робко теребила подол пальто, не решаясь нажать кнопку звонка. Неловко разминувшись с гостьей, Сириус зашиб о перила локоть и сердито закряхтел. «И эта тут как тут, глаза мозолит. Сложно поверить, что Снегг собрался её муженьку малину обломать. А может, здесь и кроется ответ! Вдруг девчонка Присси… того самое? Эх… Я ничего не смыслю в отношениях. Ладно, не моя головная боль. Лучше поеду на точку, отобью партию. Сто лет палки в руки не брал. Не эвфемизм. Пора Лунатика вызывать, авось уроки кончились — пусть помогает!» Мысль о скорой встрече раззадорила и вернула в бодрое расположение духа. К школе Сириус подъехал, сияя довольной улыбкой. Сперва из дверей валом повалили дети, затем — несколько озадаченных взрослых, но вот нарисовался и Люпин: сосредоточенный и подтянутый в своём тёмном пальто, он показался Блэку даже чуть старше. На миг в голове мелькнула мысль о разнице между ними. Школьный учитель и жалкий продавец! Но Римус заметил синий фордик и, чуть ли не подпрыгивая, устремился к парковке. Всё встало на свои места. — Привет, принцесса, — крикнул Сириус. — Твой дозор не окончен. Мне тоже нужен урок. — Сексуальный? — невинно поинтересовался Люпин, закидывая на заднее сидение портфель. — Ничего аморального, — раздул ноздри Блэк, вспоминая свою липовую инспекцию, когда они пели Come together. — Давно не барабанил. Давай пообедаем, а после надеюсь на твой инструктаж. Кстати, Монтойя доложил, что Лоун готовится стать отцом. Шутка. Всего лишь собрался отравить наш слух своими ужасными пассажами на гитаре. И я только что отчитал Снегготрисс — им присралось помогать эпигонкам, хотя я просил всех и каждого этого не делать. Бунт на корабле, короче! В глухой-то деревне! Прикинь, какие нешуточные распри бушуют вокруг настоящих фестивалей и конкурсов?! Люпин нахмурился. — Да уж… Ты смог отговорить Северуса? Он же благоразумный парень! — Надеюсь. — Знаешь, Бродяженька, думаю, стоит попросить Бруствера об охране. На днях я заметил около центра мужчину в тёмном. Такой стереотипный сыщик киношный, ходил кругом, вынюхивал что-то… Разумеется, я тот ещё паникёр. Не смейся. — Ни разу не паникёр! — Блэк погладил Люпина по щеке. «Какая гладкая…» — Если считаешь, что пара полицаев поможет сохранить порядок, значит, будет пара полицаев. Минула эра Сириуса-Вечного-Баламута. Мы уже не вламываемся в подсобки клубов, не хватаем преступников. Давай просто… жить, нахрен. Позволим людям выполнять свою работу. Я заебался и не хочу отвечать за то, что нас не касается. — Бродяга… — Да? Римус часто заморгал. — Умненький ты. — Всего лишь сильно устал. Плюс любые необдуманные поступки могут привести к фаталити — я опять окажусь за решеткой, а тебя, сладкая жопка, там не будет. Теперь я избегаю мест, где Луни не чешет мне спинку, а повара не кормят гематогенками и копчёной курицей. Всё, не комментируй! И так разоткровенничался… стыдоба чё-то… Люпин перехватил руку, до сих пор лежащую на его щеке, и неловко поцеловал. — Да-да… знаю… — Сириус, у меня мысли путаются, посмотрим список и поехали, — Лунатик стушевался окончательно. Внезапные нежности дезориентировали и сбивали с толку — как и в детстве. — Так… так, ты видел? «Звёзды Саутфорда и Мило Карраччи» первые, «Тихие воды Стикса» идут следом. Потом — группа девушек и «Город N», «Хоркрукс» и… мы. Хорошо ли быть замыкающими? Вдруг «Барашек» не выстрелит? — Раз в год и барашки стреляют, — поёрзал Сириус, поправляя джинсы на стояке. — Хорошо, что девок зажали их конкуренты из унича. Пускай в середине поют: на хулиганство времени не хватит. Бля буду, очень надеюсь, они уже передумали красть ноты и париковые приколы позабыли. Ну а если нет, беды не миновать.

***

Уходя со сцены, Мило подмигнул Лили, а Беллатрисе показал язык. Джеймс и Северус переглянулись и яростно зыркнули на Карраччи в ответ. Сириус их перемигиваний и ужимок не замечал: пялился на спину Рича. Отчего-то (интересно, с какой стати!..) администрация кинотеатра закрыла все гримёрки, кроме одной. Музыкантов попросили заходить туда по очереди за пятнадцать минут до выступления и расположиться в зале, вместо того, чтобы толпиться за кулисами. Девушки предсказуемо волновались («Что с моими волосами?! О боже, платье жёваное!»). Молодые люди роптали потише: старались терпеть неудобства. Сириус, к счастью, затянулся в какую-то синтетическую водолазку — пусть и вонял потом, но зато не измялся. Впрочем, его мало заботил собственный внешний вид — Рич в зале! Прямо туточки! Сидит, голубчик, не рыпается! Близость давнего врага заставляла кровь в жилах вскипать (разумеется, метафорически), и Люпин извёлся, трясясь за жизнь Лоуна. «Тихие воды Стикса» появились на сцене, и зал дружно зааплодировал. — Где эти крыски-лариски, Марло с Дорри? — Блэк отлепил тяжёлый взгляд от ненавистного гитариста. — Луни? — Позади, вон, у прохода. Спокойные, но будто разочарованные. Бруствер наверняка провёл беседу. Выступлению ребят из университета ничего не помешало, но это мало помогло: выбранная песня звучала невыразительно, тускло. «Зря не сорвали с них эти клоунские парики. С огоньком бы вышло!» Сириус мысленно вычеркнул «Тихие воды» из списка финалистов и приготовился хлопать «Эпигонам». Марлин и Доркас замешкались: всё не выходили и не выходили, и Блэк уже начал подозревать неладное. Наконец Марло — растерянная и встревоженная не на шутку — выбежала к микрофону. — Уважаемые… — Голос задрожал, но она взяла себя в руки и заявила: — Уважаемые зрители, жюри! Мы с Доркас Медоуз выступим а капелла. Мой брат должен был аккомпанировать, но его гитара… исчезла. Ничего, справимся без гитары! Прошу, поддержите нас! Слушатели охотно зарукоплескали отважным девушкам. Выступление прошло как по маслу, но Блэк всё равно напрягся. Очень сильно напрягся! И не он один. Парни из «Города» елозили на стульях, как в зад ужаленные, а потом ретировались в гримёрку. На освободившееся место к Сириусу и Римусу подсела Беллатриса. Чёлочка её встопорщилась от пота, глаза бегали. — Ой, ой, какая-то конская залупа спиздила гитару, — жалобно запищала Белла кузену в ухо. Римус вытянул шею: тоже сидел, как на иголках. — Лунати-и-ик, человечек дорогой, чего делать? Наши инструменты вроде на месте, Снежище их там караулит. — Ну вот и хуй им на воротник, а не инструменты, — зло прошипел Сириус. — Нас так запросто не проведёшь! А девчонки и без гитары хороши, в финал проскочат. Чего с голубями? — А не будет голубей, — севшим голосом доложила Лили. Компания не заметила, как они с Джеймсом, пригнувшись, проскочили на соседний ряд. — Тс-с-с! Голубей велели убрать! «Во избежание эскалации конфликта». Нормально вообще? — Туда им и дорога, нечего птиц эксплуатировать. — Значит, никто никого не обгадит, — выдохнул Люпин. — И то верно! Друзья немного расслабились и выступление дослушивали вполуха. «Город N» сплоховали — без конца играли мимо нот, хоть и выставили листы на пюпитры. Тут у всех закралось новое подозрение: а не подменили ли музыкантам партии? Спросить о том было уже не у кого. Пришла очередь «Хоркрукса» петь, а «Кексы» поспешили в гримёрку. Блэк радовался, что не видит соперников, уж больно складно те звучали! Это невероятно раздражало. Белла разгладила руками платье, насколько то было возможно, и двинулась под софиты, но Снегг поймал её за руку. — Эй, девчонка. — Ты чего? Пора! — Если проиграем, учти: один хрен мы крутые, — он замолчал и поправил плечевой ремень. Так, будто больше добавить было нечего. — Боже, Снежище… конечно! — она цемкнула парня в щёку. — Ты самое талантливое чучело из всех, кого я знаю. Вон тот Бетховен на стероидах, мой братец, не в счёт. Ну и просто люблю тебя. Снегг открыл рот, но слова застряли в глотке. Зал требовал «Кексов», и «Кексы» не заставили себя ждать. Вышли! Бодро взяли первые ноты! Задорно и ловко отыграли куплет, заставив десятки ног топать, а десятки ладоней — прихлопывать, подгоняя весёлого барашка. Успех! Беллатриса пела и радовалась, радовалась и пела, и даже не сразу услышала посторонний звук. Будто кто-то начал листать над её головёшкой гигантскую книгу. Флап-флап-флап, шуршали страницы. Плюх! Она вздрогнула. Не из-за странного звука — такая мелочь не отвлекла бы мастера. Из-за прикосновения, к тому же через пару секунд оно повторилось: нечто мокрое снова шлёпнуло её по плечу. — Птицы! Птицы, ловите птиц! — Пойте, сукины дети! — заорал Аберфорт из первого ряда. — Пойте и будьте профессионалами! Сириус с первых секунд сообразил, что происходит, но осознал, лишь когда сотня птиц метнула вниз — на зрителей, жюри, певцов — сотни белых жидких бомб. Он ударил по тарелке, и брызги разлетелись во все стороны. «Блять! Я доиграю, даже если захлебнусь голубиным дерьмом!» Римус отбежал к стене сжимая и разжимая кулаки. Лучше всего было бы выскочить на улицу и попытаться задержать нарушителей, но, но… Поверить в такую подлость со стороны «Хоркрукса» не получалось. В то же время и Марло с Доркас едва ли были повинны в поносном побоище. Они метались по кинотеатру, как и остальные пострадавшие. Люпин лихорадочно соображал. Тёмный человек! Тот, кого Римус уже видел у досугового центра! Незнакомец стоял в дальнем углу зала в тени зонта. Пусть Римус и разглядел, что неизвестный — совершенно лыс, тощ и тонок, но не смог понять, сколько тому лет. Он также не сумел прочесть лицо загадочного вредителя. Безжизненная маска, слепок — таким оно ему показалось. Через мгновение незнакомец развернулся и пошёл прочь, к выходу (не иначе как заметил, что за ним наблюдают). Римусу на ботинок упала смачная плюха. «Кексы» допели и покинули сцену — обгаженные, но не поверженные.

***

— Какая мерзость! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!.. Поттер не позволил никому садиться в машину, Сириус полностью поддержал его, и грязной компании пришлось тащиться пешком до блэковского особняка — тот был ближе. Заняв все три ванные комнаты, несчастные музыканты выли и стенали. Чистенькая Лили едва влезла в самое широкое платье Беллатрисы, но страдала меньше всех — в кинозале на ней была толстовка с капюшоном. — Да лан, хорош визжать, даже не пахнет ничем, — попытался утешить кузину Блэк. Выскребать помёт из его кудрей пришлось Лунатику. — У тебя подмышки весь смрад перебивают, — окрысилась Белла. — Если я узнаю… если достану… Это ты виноват! Ты и твой Монтойя! Хера вы запретили устроить саботаж?! Довольны теперь? — Ну уймись, коза! — Северус сгрёб подружку в охапку, благо она была отмытая и благоухала каким-то девичьим флёрдоранжем. Захотелось даже укусить её за ушко, но Снегг поостерёгся. — Чуваки, у меня полный раструб этой дрисни. Кто-то должен возместить ущерб. Саксофоны, блять, не делают из стручков акации, они нехуёвых денег стоят! — Разумеется, и я видел кое-кого подозрительного там, в зале, — решил поделиться Римус. — Тот лысый хрен, про которого я рассказывал Сириусу. Торчал там с зонтом, как ни в чём не бывало! — Так звони Брустверу! — Нужен фоторобот мудака, мы его за яйца!.. — Едва ли получится. Все обернулись к входной двери. На пороге замер Регулус со стопкой полотенец в руках. — Почему же, дорогой наш адвокат? — язвительно поинтересовался старший Блэк. — Мистер Реддл слишком скользок, и если Малфой казался вам змеёй, то этот — акула. Кстати, вы в финале! Тяжёлую давящую тишину не нарушили радостные возгласы. «Мы так заебались… всё новое и новое говно лезет и лезет и не даёт спокойно жить», — кисло подумал Сириус. Тёплое объятие Люпина, впрочем, всегда могло утешить.