Плюшевый дьявол. Разлука

К концу первой четверти Руслан мог написать подробную книгу «100 причин уйти из школы после 9 класса», но не делал этого, потому что был уверен, что самый пиздец будет происходить ближе к экзаменам. Но пообещал себе, что после выпускного обязательно напишет и станет знаменитым писателем. Еще в самом начале учебы он обозначил ряд предметов, на которые ходить не планировал, и физкультура была одним из них. Со справкой помогла мама — она согласилась с сыном, что лучше лишние 45 минут почитать учебник, чем бесполезно бегать по кругу. Маму вообще не беспокоило физическое здоровье сына — она была уверена, что за ним ее чадо может проследить и само, за что Руслан был ей бесконечно благодарен. Это был последний урок физкультуры в четверти. За ним — два дня учебы, школьная дискотека и долгожданные каникулы. Как-то летом они с Женей договорились, что сделают все, чтобы эти каникулы они провели вместе. В итоге до каникул оставались считанные дни, а от темы их препровождения оба парня элегантно уходили. «У меня окно, могу позвонить?» — написал Руслан своему парню, конечно же понимая, что нет. Баженов предпочитал созваниться с ним вечером, и сейчас, ожидаемо, написал «Нет, у меня пара». Зануда и заучка, Руслан был уверен, что там, в Праге, занудство Баженова расцвело буйным цветом. Потому что единственным человеком, привносившим разнообразие в жизнь Жени, Усачев считал себя. Он открыл галерею, начал листать фотку. Как обычно — в обратном порядке. Сначала свои дурацкие селфи, потом селфи с Женей, потом фотки Жени в самых разных местах (одну он даже успел сделать в душе, она нравилась Усачеву особенно сильно), снова совместные фотки, пара селфи с Катей, потом снова Женя, потом фотки Жени из Праги вперемешку с селфи, которые Руслан отправлял Баженову, потом пара горячих фото от Жени, потом снова все прилично… Руслан вернулся к эти фоточкам, пожирая глазами каждый миллиметр обнаженного тела на экране, подумывая, что надо бы уговорить Баженова сфотать себя без белья. Или показать на своем примере. Руслан огляделся — в коридоре никого не было. Попадаться на глаза учителям не хотелось, поэтому он, как ниндзя, прошмыгнул в туалет — там было у раковин большое зеркало. Точно такое же было в туалете у девочек, судя по фоткам в сетях большинства из них. Усачев достал телефон, включил камеру, расстегнул рубашку, немного оттянул край джинс и белья вниз, нашел подходящий ракурс, нажал на кнопку… — Физические упражнения здесь точно не помешали бы, — раздался сзади знакомый голос. Руслан мгновенно убрал телефон, обернулся и увидел перед собой учителя обществознания. — В смысле? — не понял он, поспешно застегивая одежду. — Ну в прямом. Рельефа никакого нет, — хмыкнул мужчина и подошел к раковине, чтобы помыть руки. — Мне и так нравится, — буркнул Руслан, отчаянно краснея. Пуговицы никак не желали застегиваться. Ладони от волнения потели, маленькие пуговички выскальзывали из пальцев. Преподаватель, коротко хмыкнув, подошел и помог парню разобраться с одеждой, не дав тому даже времени прийти в себя и удивиться. — Ладно, не грусти, — он щелкнул Усачева по носу и вышел из туалета. «Это возмутительно!» — подумал про себя школьник и вышел следом. Настроение было боевое — хотелось выяснить у Михаила Валерьевича, что это он себе позволяет, но тот уже стоял у окна и разговаривал с химичкой. Очевидно, разбор полетов придется отложить на потом. Об этом инциденте парень решил умолчать, не расстраивать Баженова, потому что он когда был рядом в своей ревности был невыносим, а что с ним бы творилось на расстоянии — не понятно. До конца уроков про фото Руслан даже не вспоминал — все еще отходил от шока и старался забыть, как ловкие пальцы учителя застегивали три последние пуговички. А еще из-за того, что Михаил Валерьевич стоял совсем рядом, Руслан успел ощутить запах его парфюма. То ли показалось, то ли это было действительно так, но у Жени был точно такой же. Руслан невольно вспомнил, как любил просто лежать на груди парня и наслаждаться этим запахом — небольшой такой фетиш. Тем более, что Жене очень шли эти древесные холодные нотки. Руслан пробыл в воспоминаниях весь урок, забыв записать даже домашнее задание. На вечер у него были свои планы. Он бросил рюкзак в угол, достал телефон, проверил фото — получилось немного смазанным, но в общем и целом получилось неплохо. Не разглядывая детали, Руслан скинул это фото любимому, приписав, что ждет ответного фото. Невнимательность в этот раз сыграла с ним злую шутку. «Это кто?» — пришло в ответ, к сообщению прилагался скриншот. В самом углу в кадр попал конечно же Михаил Валерьевич, разглядывающий парня. Блять. Учитель, который сначала вызывал только хорошие эмоции и которого хотелось видеть 24/7, сейчас неимоверно бесил и раздражал. «Это наш учитель. Мне кажется, он маньяк. Я не заметил, что он вошел в туалет, когда я делал фото: (» «И часто он так тебя разглядывает?» Ну началось. Руслан закатил глаза и упал на кровать. Вместо обмена горячими фотками (а об этом Усачев мечтал уже не одну неделю) его, очевидно, ждала ссора и выяснение отношений. Немного не то, что хотелось бы, конечно. «Это был первый раз, и то, случайный. Вообще, он сказал мне, что мне нужно заняться физкультурой и подкачаться» «Понятно.» Руслан взвыл. Ну что, блять, было понятно этому невыносимому человеку? Руслан ненавидел ревнующего Баженова, и сейчас вспомнил, почему. Он был неадекватен, часто замыкался в своей обиде и его приходилось выводить на разговор, чтобы убедить, что-то, что он себе придумал — полный бред. Единственным плюсом было то, что он быстро верил и устраивал примирительный секс, после которого было тяжеловато ходить. Сейчас, вероятно, Руслана тоже ждал секс, только трахать Евгений планировал, очевидно, мозг парня. «Что тебе понятно?» «Что ты нашел, кому показывать себя, пока меня нет.» «Ты долбоеб? Я даже тебе фотки лишний раз стесняюсь показывать, не собирай ерунды. Если я захочу с кем-то трахаться, я перед эти расстанусь с тобой, не переживай» «Обнадеживает.» «Жень, ты правда собрался меня ревновать? Я, между прочим, бегом-бегом шел из школы, чтобы написать тебе, договориться, что этим вечером мы поговорим о чем-нибудь… таком…, а ты решил вместо это поругаться что ли?» «Можешь поговорить о чем-нибудь с тем мужиком.» Руслан еле сдержался, чтобы не выкинуть телефон в окно. Бесил. «Жень, знаешь, сильнее всего ревнует тот, кому самому есть что скрывать, слышал о таком? Это наталкивает на размышления» «Нет, не слышал» «А я слышал. То есть ты сам там на кого-то засматриваешься периодически, я правильно понял?» «Это самое глупое, что могло прийти в твою голову» «А то, что приходит в твою голову, — еще глупее!» Руслан убрал телефон от греха подальше, взял книгу, надеясь, что ее сюжет увлечет и отвлечет, но игнорировать пищащий от смс телефон не получалось. Руслан продержался минут 10, и только после этого удосужился ответить. Конечно, все сообщения были от Жени. В первых двух он психовал, в третьем извинился, в четвертом написал, что просто ему очень тяжело дается это расставание и он уверен, что Усачеву не менее тяжело, а потому боится, что Руслан сорвется. «То есть я был прав?» — уточнил Усачев, на несколько раз перечитав последнее сообщение. «Нет, у меня и в мыслях не было здесь кому-то присунуть» «Ври больше» «Руслан, мне нужна твоя помощь» — это Женя прислал примерно через полчаса, за которые Усачев уже успел чуть ли не сойти с ума. «Что тебе нужно?» «Фотка твоей задницы, желательно, голой» Руслан довольно заулыбался и поудобнее лег на кровати. А вот это было уже куда интереснее. «А что мне за это будет?» — он решил немного повыпендриваться, хотя в голове уже крутились шестеренки, обдумывающие, какую позу лучше принять и с какого ракурса сфотографировать. «Ну… Надо подумать. А чего бы ты хотел?» Руслан чуть не написал, что хотел бы увидеть Баженова прямо сейчас, но решил тактично не поднимать эту тему, мало ли, как Женя отреагирует. «Меняю фото на фото» — написал он и попытался сделать фотку. Но ничего ему не нравилось — все выглядело или смешно, или пошло, или откровенно стремно. Большого зеркала в квартире не было, сделать селфи с его помощью тоже не получалось. Пришлось идти на хитрость. Руслан чувствовать себя очень глупо, когда раздевался, ложился на кровать, чтобы сделать селфи. В кадр попали его губы и в перспективе было видно его обнаженное тело и в частности — призывно торчащая задница. Удачное фото получилось только с пятого раза. Добавив пару фильтров, чтобы быть максимально сравнимым с Аполлоном, Руслан отправил парню фотку. «Ты охуенный» — написал тут же Баженов, и губы Усачева тут же растянулись в довольной улыбке. Одеваться он пока не спешил, мало ли, как далеко зайдет их переписка. А дверь на всякий случай закрыл на замок. Баженов прислал фотку почти сразу, у Руслана чуть слюна не закапала, когда он увидел подкачанный торс своего парня, безумно сексуальную дорожку волос, проходящую по животу и скрывающуюся где-то за кадром. «Я требую продолжения фотографии!» — отреагировал Руслан, рукой проводя по своему члену. «Фото за фото, ты же сам предложил ;)» Вечер шел так, как надо. Усачев тысячу раз пожалел, что природа не наделила его хотя бы минимальной гибкостью, и он мог бы делать фото поразнообразнее. Впрочем, и его способностей вполне хватало, чтобы оставить Баженова довольным. После этого напряжение, которое было еще не очевидным, но несколько ощутимым в их общении, пропало. А Женя пообещал, что они обязательно повторят этот опыт. В школе планировалась дискотека, и все девчонки сходили с ума. Они словно разделились на три лагеря: те, кому было действительно не все равно, и они этого не скрывали и тщательно искали красивые шмотки, те, кому было не все равно, но они делали вид, что им плевать и уверяли всех, что придут в том, что первое выпадет из шкафа, если вообще придут. А третий лагерь — те, кому было реально плевать и кто не собирался идти. С парнями все было куда проще: в этой школе подобные мероприятий были прекрасной возможностью закадрить какую-нибудь барышню, поэтому вопрос «иду/не иду» зависел от состояния личной жизни парня. И поэтому Руслан на дискотеке был всего один раз и то — потому что его пригласил теперь уже бывший ученик школы Илья, пообещав, что они обязательно станцуют медляк. Медляк они так и не станцевали, но Усачев успел убедиться, что школьные дискотеки — это отстой. На эту идти он тоже не собирался, но, видя общий ажиотаж и постоянно мелькающие фразы вроде «ну это же последний год, надо оторваться», его начинало клонить на сторону зла. — Михаил Валерьевич, а вы будете на дискотеке? — спросила одноклассница учителя в самый разгар урока. — Боюсь, по возрасту не пройду, — отшутился мужчину и собрался продолжить урок, но ему не дали. — Ой, да ладно вам. У нас даже директор пару раз зажигал, — подначивали его девушки. — Ну тем более, куда уж мне с ним тягаться. Но одноклассницы не собирались так просто сдаваться. Руслан был готов поспорить, что они уже делали ставки, кто первый закадрит молодого учителя. Появилась даже шальная мысль предложить свою кандидатуру. Ну или хотя бы намекнуть на это. — Да чего вы кокетничаете, Михаил Валерьевич! — подал голос Усачев. — У нас вот весь класс идет, сделайте подарок выпускницам. Кидать провокации Руслан не умел совсем, но сейчас он хотел намекнуть преподу, что сам он будет на этом мероприятии. Нужно было кое в чем удивиться. — Ну… Если вы так настаиваете. Когда, говорите, нужно будет подойти? Девчонки наперебой принялись объяснять, а Руслан только хмыкнул. Было интересно осознавать, что мужчина, из-за которого течет слюна изо рта почти всех старшеклассниц недавно в туалете застегивал Руслану пуговицы на рубашке и предлагал свои услуге по охране личного пространства парня. Усачев снисходительно наблюдал за ними всеми, не сводящими глаз с Михаила Валерьевича. А потом посмотрел на мужчину, и его самодовольство взлетело до небес. Учитель был чертовски красив, чертовски обаятелен, с чувством юмора, еще и умен. Какой-то слишком идеальный — и тот запал на Руслана. И особенно приятно было осознавать, что Усачев может себе позволить отказать этому мужчине, в то время как все это стадо было готов раздвинуть ноги по одному щелчку. Потому что у Руслана был свой чертовский красивый, обаятельный и умный мужчина. Вечером Руслан все-таки никуда не пошел — ему просто было нечего делать. Постоять в углу он может в любом другом месте, а танцы — определенно не его конек.На следующий день было интересно посмотреть на реакцию педагога, но все стало понятно уже с первой же минуты, как Рус оказался в классе: девчонки праведно возмущались, что он так и не пришел. Это парня немного удивило. Он решил задержаться после очередного урока обществознания. — Почему вы не пришли? — требовательно спросил он, поставив свой рюкзак на стол учителя. — Почему это тебя так беспокоит? — удивился мужчина. — Вы пообещали, а сейчас выходит, что вы не сдерживаете своих обещаний, — пожал плечами Руслан. — А для тебя так важно, чтобы я сдерживал свои обещания? — Михаил Валерьевич еле заметно улыбнулся. — Это для всех важно, вас много человек ждало. — И ты в их числе? — Я не хожу на дискотеки, меня там не было. — Тогда откуда ты знаешь, что я не пришел? — Об этом все мои одноклассницы говорят. Они мечтали вчера пофлиртовать с вами, — совершенно серьезно произнес Руслан. — Почему это волнует тебя? Ты переживаешь за их личную жизнь? — Я… Я просто решил у вас узнать, почему вы не сделали так, как обещали? Мужчина улыбался, но молчал. — Тебе не показалось бы странным, что взрослый дядя пришел на вечеринку для малолеток? — наконец произнес он, пронзительно глядя в глаза Руслана. Тот на мгновение завис. — А если ты хотел увидеться со мной вне уроков, то мы можем это устроить. И он заговорщицки подмигнул парню. Руслан совсем растерялся. — А… Нет, ничего такого я не хотел! — он нахмурился и убрал свой рюкзак со стола. — Я просто хотел узнать. И все. — Точно все? — Точно, — буркнул парень, краснея. — Тогда ты можешь идти? — Могу. Но никуда не шел. Его держало здесь, как магнитом, хотя разум его напоминал, что в Праге у него живет его парень, и стоять здесь рядом со столом Михаила Валерьевича и откровенно залипать на расстегнутый ворот его обычно плотно застегнутый рубашки и татуировку, которая была немного видна, совсем не следует. — Руслан, все хорошо? — со смешком спросил мужчина, заставив Руса вынырнуть из своих мыслей. — А, да… — он сорвался с места и пошел к двери. — Хорошего дня, — напоследок кинул он и скрылся за дверью. Сердце бешено колотилось, словно он совершил какое-то преступление. Охренеть можно — учитель предложил ему встретиться в неформальной обстановке. И это он буквально на днях доказывал Баженову, что здесь не о чем беспокоиться. Да если бы Женя узнал о таком положении вещей, он бы, наверное, уже был бы здесь и бил бы всем лица. И Руслану в первую очередь, за то что тот позволяет себе обращать внимание на кого-то еще. «Так, это была минутная слабость. Мне нужно просто снова пообщаться с Баженовым, и все будет ок,» — успокоил себя Усачев. Но чувство стыда не проходило весь день, пока не пришло уведомление. Кто-то прислал ему серию фото. На всех — он с каким-то смазливым парнем, то в обнимку, то целуется. В каком-то клубе. В глазах потемнело. Усачев пролистал всю страницу отправителя, но было очевидно, что это фейк — не было даже аватара, а вместо имени и фамилии — какой-то набор букв. «Это кто?» «tvoj paren', vrode kak» «А вы кто?» «Ne vazhno. Prosto reshil(a) podelitsa. Dumaju, tebe budet interesno» А через двадцать минут страница была уже удалена, только вот эти фото остались. «Это же может быть просто друг,» — думал Руслан, но с каждой минутой эта мысль казалась все более и более бредовой. Что за друг, с которым они идут по улице за руки. И кому, черт возьми, понадобилось сливать это все? Руслан скинул все это Жене и, когда тот прочитал, тут же позвонил. Баженов не отвечал. Руслана кидало из стороны в сторону, он боялся даже подумать о чем-то, но все равно как-то само думалось. Прозвенел звонок, и он на автомате вошел в кабинет. С торжественным видом русичка объявила, что она сегодня провести урок не сможет, зато вместо нее будет урок обществознания. «Это знак», — подумал Руслан. Михаил Валерьевич вошел в кабинет через пару минут, к этому моменту Усачев был настроен решительно. Баженов все еще не давал о себе знать. К глазам подступали слезы, но парень держался. Еще он на уроках не рыдал. — Итак, я к уроку не готовился, так что тему выбирайте сами. — А, может, поговорим о морали? — подал голос Руслан, надеясь, что голос не сильно дрожит. — О морали? — удивился учитель. — Да. Вы же говорили, что по образованию психолог, а мы психологию так мало затрагиваем в школе. Давайте поговорим, что такое мораль, нравственность, — голос парня звучал очень требовательно. Обида била в нем ключом, ему хотелось говорить-говорить-говорить. Хотелось вылить все то, что он сейчас чувствует. — Ну что ж… — учитель выглядел каким-то растерянным. Класс молчал, отчего-то никто не стал ни возражать, ни поддерживать. Наверное, всем было просто плевать. — Нравственность — это… Нравственность — это следование определённым нравственным Принципам: принципам чести, совести, долга, справедливости, любви и доброты. Часто это выступает синонимом к слову «мораль». Я не люблю говорить об этом всем — мы все на уровне интуиции понимаем, что такое мораль. Нам с детства говорят, что делать нельзя, что делать плохо. Учат различать черное и белое. Основная проблема в том, что когда мы взрослеем, мы узнаем, что есть еще и оттенки серого. Их очень много. Мужчина смотрел только на Руслана, очевидно, заметив в нем что-то. Телефон Руслана разрывался от вибрации — звонил Женя, но Усачев не отвечал. Он также внимательно смотрел на учителя, словно искал в нем поддержку. — Когда мы взрослеем, мы обнаруживаем, что-то, что раньше казалось точно плохим, сейчас в некоторых случаях может быть и хорошим. Что-то уже какая-то философия пошла, — он усмехнулся. — Ну, а вы-то сами что понимаете под нравственностью? Зачем она нужна? Класс снова амебно молчал. — Чтобы люди гармонично сосуществовали друг с другом? — раздался тонкий девичий голос с задней парты. — Отлично! — мужчина присел на край стола. — А давайте тогда порассуждаем. Ну ситуация. Мы все люди уже взрослые. Нас же всех больше всего волнует мораль, когда дело касается личной жизни, так? Класс согласно загудел. Руслан напрягся — мужчина попал в точку. — Так вот, — продолжал он. — Ну, живут мужчина и женщина уже несколько лет вместе. Женаты уже. Мужчине 30 лет, женщине 27. Возраст говорю к тому, что они еще молодые, а у мужчины вообще жизнь только начинается, грубо говоря. И вот кто-то из них, допустим, мужчина, уезжает надолго в командировку. На месяц — большой срок в плане сексуальной жизни! И вот у обоих наступает критическая точка. И оба друг другу изменяют. Это плохо? — Конечно! — послышалось в классе. — А теперь посмотрим так. Ни один из них об этой измене не узнал, и все просто превосходно. Жизнь течет, словно ничего и не было. Зато во время командировки никто не ебал друг другу мозг. Это же прекрасно! — по классу прошелся смешок, когда ребята услышали мат из уст учителя. Не до смеха было только Руслану. Внутри него словно что-то ломалось с каждым словом. — И хотя мы все знаем, что измена — это плохо, в ней нет ничего плохого, пока мы об этой измене не узнаем. А вот если потом какая-то левая крыса сказала об измене одного из супругов, тем самым развалив семью — кто плохо поступил в этой ситуации? Тот, кто изменил, или тот, кто рассказал? -Да все херово поступили, — произнес кто-то. — Материться здесь могу только я, попрошу это запомнить. Но ты чертовски прав. Поступок всех троих такой себе. Но вот третий действовал из соображений нравственности и морали — боролся за правду, честность. Но разве стало от этой нравственности лучше? — То есть вы хотите сказать, что нужно забыть про нравственность? — спросил тихо Руслан. — Вовсе нет. Я просто хочу вам показать, какая коварная эта штука — пресловутая нравственность. Это самый примитивный, самый высосанный из пальца, но самый понятный пример. На ситуацию нужно смотреть со всех сторон. И не всегда кто-то нуждается в вашей честности, доброте, любви и так далее по списку. Дальше Руслан не слушал, хотя была затронута какая-то очередная животрепещущая тема, и класс бурно ее обсуждал. Возможно, Михаил Валерьевич. Кому-то не нужна эта честность, доброта и любовь. Прошло чуть меньше полугода. За это время, наверняка, в голове Баженова все уже поменялось, и, вероятно, ему сейчас куда важнее рядом кто-то… настоящий, а не просто парень по переписке. От этих мыслей хотелось повеситься, а Женя все звонил и звонил. Только вот говорить с ним уже не было никакого желания. Прозвенел звонок, учитель спешно попрощался и вышел из класса. Руслан схватил свой рюкзак и нагнал его в коридоре. — Я по поводу неформальной встречи. Я подумал. Я был бы очень за, — скороговоркой произнес он, глядя куда-то за мужчину. — Ну… — тот даже растерялся. — Тогда расскажи, где точно не ошиваются школьники? Не хотелось бы, чтобы нас кто-то увидел. Руслан назвал адрес маленькой кофейни — она находилась на другом конце города, и про нее мало, кто знал. Но там было очень уютно и всегда мало народу. Договорились на 6 вечера. Домой Руслан после уроков заходить не стал — решил прогуляться пешком, заодно и все-таки ответить Жене. — Да, — холодно произнес он, когда телефон снова зазвонил. — Руслан, что это за херня? — возволнованно спросил Баженов. — Тебе виднее, что это за херня. Мне просто сегодня кто-то очень добрый прислал это с фейковой страницы. — Ты же понимаешь, что… Тебе не стоит переживать по этому поводу? — Конечно не стоит, — к холоду постепенно примешивалась злость. — Я просто подумал, что если у нас свободные отношения, то… — Руслан, нет никаких свободных отношений! Это просто мой одногруппник, мы просто иногда дурачимся! — Я тоже хочу иногда с кем-нибудь дурачиться, — с надрывом произнес Руслан, — А то что это, тебе можно, а мне нет. — Прекрати, пожалуйста. Если ты думаешь, что у меня кто-то есть на стороне, то ты глубоко заблуждаешься. — Ты просто сосался с ним, да? — С чего ты взял, что я с ним целовался? — Потому что фото мне прислали больше, чем я отправил тебе. Там одна была… Далеко не дружеские объятия, — сил сдерживаться почти не было. — Блять. — тихо произнес Женя. — Я был пьян. Между нами ничего не было и нет, поверь мне. Мы просто обнялись и все. — Почему я должен тебе верить? Жень, ты меня так ревновал, когда кто-то просто попал на фотку со мной, а сам… Я не хочу больше. — Чего не хочешь? — Ничего не хочу. Извини, — Руслан сбросил вызов. Пока еще держался, пока еще получалось не реветь. В кофейне он был ровно в 6, а до этого времени бродил по городу, как в тумане, придумывая, что сейчас произойдет что-то, что сделает все простым и понятным. Что вдруг Женя сейчас напишет что-то такое, что Руслан мгновенно ему поверит и простит. И больше это не будет висеть на душе тяжелым грузом. Но не происходило ничего. Баженов только писал свои извинения и уверял, что ничего там такого не было и что ему нужен только Усачев. В 18.05 в кофейню зашел Михаил Валерьевич. Сейчас он был не в одной из своих глухих рубашек, а в простой футболке и джинсах. Руслан удивленно смотрел на забитые руки и часть татуировок, которые было видно на ключицах из выреза. — Выкладывай, что случилось? — спросил он с улыбкой. — С чего вы взяли, что что-то случилось? — Да на тебе лица не было весь урок. Еще и вопросы эти про мораль. Кто-то подставил? Руслан тяжело сглотнул. Говорить или нет? — Мне изменил парень, — произнес он глухо. — Точнее, изменяет. Судя по всему. — И ты решил отомстить? — мужчина вскинул бровь в удивлении. — Нет, я просто… Не знаю, зачем я это сделал. — Подожди, я закажу кофе. Михаил Валерьевич вернулся через десять минут с двумя стаканами ароматного напитка. — Я тебе с кокосовым сиропом взял, должно понравиться. — Спасибо, я не хочу, — Руслан безучастно посмотрел на стакан. — Давай, рассказывай, мож помогу чем. Хотя я, вообще-то, рассчитывал на свидание… — Извините. Руслан рассказал все, о чем думал по пути в кофейню. О том, как они познакомились, о том, как Руслан потерял все свое окружение, когда выяснилась ориентация парня. О расставании и ежедневных звонках, постепенно сошедших на нет. О ревности Жени и о фотках, которые пришли сегодня. И даже, отчаянно краснея, про вибратор, который был куплен, чтобы как-то переживать расставание с Женей. — Че за фотки-то хоть? — спросил Михаил Валерьевич, выслушав сбивчивый рассказ. Руслан послушно показал фотографии. — Ну что тебе сказать, — наконец произнес он. — У тебя симпатичный парень. — Был, — хмуро произнес Руслан и отвернулся к окну, чтобы незаметно смахнуть слезу. — Ты так хочешь, чтобы это стало точкой в ваших отношениях? — Но… Я не знаю, смогу ли я простить. — Руслан, ты же парень, ты должен понимать. У мужчин в голове по-другому все работает: трахнуть кого-то — это не значит к кому-то испытывать привязанность. Вот то, что он кого-то там трахнул, если трахнул вообще — это куда меньший грех, чем-то, что ты сидишь сейчас со мной, пьешь кофе и изливаешь свою душу. Потому что это предполагает связь более высокого уровня, чем просто секс. — Я… Я не понимаю, о чем вы, — Руслан недоверчиво посмотрел на мужчину. — Блять… Ну ты же знаешь, как это работает. Секс — это же просто трахнул и забыл. Когда человеком действительно увлечен, ты с ним начинаешь разговаривать, выстраивать более прочные связи, чем физические. — А откуда я могу знать, что других связей у него нет? Более высоких? — слабо спросил Усачев. — Поверить, — пожал плечами мужчина. — Если, конечно, хочешь ему поверить. И пей кофе, а то остынет. Руслан попробовал напиток — кокосовый сироп оказался действительно кстати. — Я, вообще-то, херовый советник в плане личной жизни, так что не буду особо ничего советовать… — А как бы вы поступили на моем месте? — Знаешь, когда у меня был первые и последние серьезные отношения, и кому-то из нас надо было уехать надолго, мы догворивались: трахаться на стороне можно, чтобы крыша совсем не поехала. Потому что… Блять. Это же просто похоть, от нее никуда не денешься. Тем более, в вашем возрасте. Я вообще удивлен, что ты до сих пор еще ни с кем не переспал. — У меня есть… Как и без этого расслабиться. — Да, ты уже говорил. Слушай, тут так душно, может, пройдемся. И обещай — больше мы об этом говорить не будем. Сам решай, что тебе делать. Руслан согласился. И, удивительно, но за то время, что они гуляли, Усачев совсем забыл о своей проблеме. Он узнал, что Михаил Валерьевич в последний раз в школе работал пять лет назад, потом устроился тату-мастером. А этим летом проспорил и на спор устроился работать в школе. На кону стояли сто тысяч, и, если он проработает год, и его не уволят, эти деньги будут у него в кармане. Руслану показалось это забавным. Напоследок они договорились, что когда Руслану исполнится 18, Михаил Валерьевич обязательно что-нибудь ему набьет. Как только парень переступил порог дома, все переживания нахлынули на него с двойной силой. Он думал, долго думал над словами учителя. А потом принял решение и позвонил Жене. — Жень, — тихо спросил он. — Ответь мне пожалуйста честно. — Солнце, я тебе же уже все… — Ты трахнул его? Ты напился и трахнул? Повисло молчание. — Да, — наконец ответил Баженов. Руслан закрыл глаза, по щекам потекли слезы. Было обидно, было больно, но он не собирался отступать. — Руслан, я… Мы больше не виделись, я даже не знаю, кто это. Это было просто… Я напился и… — Это была просто похоть? — Усачев надеялся, что по его голосу не слышно, насколько сильно он переживает. — Да. Мне правда очень стыдно перед тобой, и я не знаю… — Зачем ты мне сказал, что это твой одногруппник? — Я думал, что так будет лучше. Что я смогу убедить тебя, что это просто… ерунда. Прости. Руслан проглотил и это. Плевать. — Тебе там очень тяжело, да? — Ты о чем? — Я… Я про секс. — Руслан, это вышло случайно, я не хотел! — Жень, послушай. Я подумал, — парень старался говорить ровно и уверенно. — Неизвестно, когда мы еще увидимся. И… мы молодые, все такое. Я хочу, чтобы ты… Он судорожно вдохнул. — Если тебе снова будет тяжело, я хочу, чтобы ты трахался с кем-нибудь, чтобы выпустить пар, — наконец произнес он. — Руслан, ты сейчас это серьезно? — Вполне. — Солнце. Я не собираюсь ни с кем еще трахаться, кроме тебя. — Жень, я серьезно. Я очень тебя люблю и хочу, чтобы у нас все было хорошо. И мне кажется, что так будет лучше. — Я не хочу никого трахать. И не хочу… чтобы ты тоже с кем-то трахался, если уж на то пошло. — Не переживай. У меня есть рука и фаллоимитатор, — хмыкнул Руслан. Стало как-то легче, что ли. Баженов снова замолчал. — Хорошо, Рус. Я тебя понял. Я… приму к сведению, — сказал он наконец. — Я рад. А теперь я хочу спать. Доброй ночи. Руслан не дождался ответа, сбросил вызов и упал на кровать. Он проревел еще где-то полночи, так и не смирившись с мыслью, что Женя ему изменил. А потом вдруг успокоился. Навалилась усталость, и он уснул с надеждой, что утро действительно будет мудренее.