Трудовыебудни даэвов

      Голова кружилась. Рикиша полулежала на полу и пыталась унять это кружение, хоть как-то и на чём-то сосредоточиться. До неё доносились смутные голоса, шаги, звон и перестук каких-то предметов, но звучали они глухо, будто из-за толстого стекла.       Когда Ри, наконец, смогла осмотреться, то поняла, что так оно и было. Её окружала сплошная стеклянная стена, вверху закрытая металлической крышкой со множеством странных отверстий и выступающих конусов. Под ней был такой же металлический пол, на котором была постелена тонкая вытертая циновка.       «Заперли, как муху в банке», — машинально подумала пилот и вдруг осознала: это и вправду так! Она в плену, а это... это...       Лаборатория Альквимии!       Знакомая ей лаборатория: несколько десятков лет назад она с другими даэвами проходила здесь испытание.       Сквозь плотное стекло Рики могла разглядеть окружающие её предметы: несколько таких же стеклянных тюрем, в которых томились даэвы, или пустых; лабораторные столы, книжные шкафы, генераторы, эфирохранилища, газовые камеры, неизвестные пилоту устройства и предметы на столах и в руках работников лаборатории — повстанцев Ривара.       «Быстро же они здесь расплодились! Но почему они похитили меня? Зачем я им?!» — лихорадочно думала она: голова, наконец, перестала кружиться, и Ри получила возможность связно мыслить. Повстанцы не могли не заметить, что пилот очнулась — вставала, оглядывалась, билась в стекло, — но не обращали на неё внимания, равно как и на остальных пленников.       Рикиша не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она очнулась здесь. Ей было холодно; лёгкое домашнее платье не спасало, и она, как смогла, замоталась в циновку.       От нечего делать наблюдая за действиями повстанцев, Ри вдруг поняла, что они как будто готовятся к чему-то. Её внимание то и дело привлекала странная конструкция посреди лаборатории, к которой одни и те же работники привинчивали новые и новые детали.       Она легла на пол, завернувшись в циновку настолько плотно, насколько могла. Закрыла глаза. Ищут ли её друзья? Догадались ли о похищении? Узнают ли о том, где она? В последнем Рики крепко сомневалась.       Так, безрадостно размышляя о происходящем, пилот пролежала ещё долгое время.              Первым порывом Айша было пришибить на месте нахального выскочку Мымру, но брат уже нарисовался рядом, готовый, если что, придержать разбушевавшегося родственника. Смерив взглядом Эффронте и сделав мысленную зарубку таки напинать тем или иным способом убийце, Айш развернулся навстречу прибывшим друзьям. Но он и рта открыть не успел, как вмешалась Гарделика:       — Айш, командуй нами, пока мы тут друг другу звездюлей не надавали. Лучше пусть будет один командир, дело быстрее пойдёт.       Кейол увидел, как побелели от ярости глаза Айша и поспешил переключить внимание на себя:       — Айш, я пойду к Свафниру, попрошу проводника...       — Не надо, я знаю дорогу, — волшебник длинно выдохнул и уже более спокойно взглянул на барда. — Ты лучше у него шмотки спроси, у них есть трофейные, замаскируемся под повстанцев.              Бард задумчиво поправил ветхую, потрёпанную мантию, доставшуюся ему от какого-то почившего бедняги. Потом с тревогой глянул на свою арфу, замотанную в тряпки и спрятанную в вещевой мешок. Если понадобится — так просто не выхватишь. Но Айш настоял на том, чтобы барды свое оружие спрятали, мотивируя это тем, что представители их класса среди повстанцев — большая редкость, а тут их аж целых три штуки. Мымра стоял неподалёку, с интересом глядя, как Эрглесса пытается пристроить ключ на бедро под юбку.       — Мне вот интересно, а где моя ветошь? — Ролио развернулся к Айшу, сосредоточенно пытавшемуся спрятать длинные волосы под повязкой. Тот только мрачно зыркнул на него и продолжил запихивать под полотно выбившиеся пряди.       По мнению Кейола, волшебник сейчас выглядел как очень злая домохозяйка. Но эти мысли рыжий благоразумно оставил при себе.       Новая порция прядей вывалилась из-под ткани, маг яростно ругнулся и повернулся к убийце:       — Тебе ветошь не нужна, ты будешь следовать рядом с нами под маскировкой и в случае чего устранять угрозу.       — Я столько в маскировке не просижу, маны не хватит, — присвистнул убийца, прикинув расстояние.       — А столько и не надо. Исчезнешь на подходах к Альквимии. До лаборатории можно добраться, ныкаясь в горах, до самого входа можно никого не встретить. А вот там уже придётся постараться. Передохнёшь немного — и аккуратно на разведку. А если нам повезёт, и Ри там, тогда уже будем штурмом брать.       Наконец, справившись с повязкой, волшебник удобнее перехватил гримуар и окинул взглядом своих согильдийцев, сейчас больше напоминающих банду оборванцев:       — Ну, есть желающие воспротивиться моей диктатуре?       Желающих, к счастью, не нашлось, и отряд спасения выдвинулся в свой поход.              За час пути Эрглесса просто извелась: ноги болели из-за каменистой дороги, ключ набил на бедре синяк размером с ладонь и постоянно пытался намотать на себя полотно, которое девушка прикрепила к поясу, имитируя длинную просторную юбку. Одно хорошо — когда начнётся потасовка, можно будет отдохнуть на удобном сиденье драндулета. И почему нельзя было нанять или выкупить хоть какую-нибудь телегу?..       — Ни местные жители, ни аканы на телегах в сторону Альквимии не катаются, — заявил Айш на вопрос о транспорте. — Они туда и смотреть-то боятся. И представь себе — покатит туда громыхающая колымага...       К сожалению, с этим аргументом пришлось согласиться. Но стоило только представить себе трёхдневный пеший переход по горам... Уйй...       — Я тут пообщался, — словно из ниоткуда, вынырнул Мымра. Конечно же, аккурат над ухом Айша. Ну да, «нечаянно». — Один котёнок вызвался показать нам короткий путь.       — Серьёзно? — тоном волшебника можно было проморозить всю Бездну ещё пару раз.       — Да, — убийца вытащил из куба пару киршей и впился в один зубами. — Он обещает, что вместо трёх дней мы потратим только один. Но под углом в сорок-сорок пять градусов.       — И что, про этот ход никто не знает? — скептически хмыкнула Гарделика, неприязненно разглядывая убийцу снизу вверх.       — Ну теперь-то знают все. Но нам какое дело?       Вот и приходилось теперь топтать эти самые сорок пять градусов. Хорошо хоть хищников было мало. Собственно, при виде такой толпы даже волки резко находили себе другое занятие и быстро сворачивали куда-нибудь в сторону.       Маленькое войско морально готовилось к штурму крепости. Гарделика то и дело ныряла в куб, проверяя зелья и свитки, при этом ухитряясь не упасть с плеча Риля, который заявил, что «в месте, полном хищников, кто-нибудь да позарится на маленького даэва». Наличие у «маленького даэва» здоровенной увесистой булавы для него аргументом не стало. В конце концов целительница сдалась. Сам бард то и дело разминал пальцы, перебрасываясь короткими фразами с Кейолом. Явно готовились работать дуэтом. Трио не складывалось, поскольку Эффроне был тих, задумчив и старался держаться поближе к бардам и подальше от Айша. Эрглессе лишние движения делать было не надо — за неё всё всегда делал её «драндулет».       Мымра же напоминал щенка, вырвавшегося на прогулку: носился вперёд, шугал зверьё и постоянно чем-то хрустел.       — Ролио, хватит жрать уже! — не выдержала Эра. — Достал своим хрустом!       Убийца не отвечал ей, пока не разделался с рабано. Которая была после киршей, пары мелонэ и ещё хрен знает чего.       — Не боишься, что пронесёт? — спросил Кейол.       — Нет, ну вы... — возмутился убийца. — Я бы понял, услышав этот вопрос от кого не знающего, но от вас...       — Тогда считай, что спросила я, — произнесла Гарделика. Будучи злой и раздражённой выходкой Эффронте, целительница по большей части молчала, но в дороге постепенно успокаивалась. Вроде группа неплохая, и, несмотря на разногласия, может сработаться.       — Милейшая Перчинка, — Ролио метнулся к Рилю, заулыбавшись во все тридцать два зуба. — Я, в отличие от подавляющего большинства, постоянно в движении, будь то битва или мирное время.       — Я заметила.       — Так вот — организму моему нужно чуть больше еды, чем, к примеру, волшебнику. Ибо волшебник тратит силы духовные, а убийца — телесные. И тут, знаете ли, на одних медитациях долго не протянешь! И да, для беспокоящихся о загрязнении окружающей среды — от такого скакуна как я, извините, навоза не больше, чем от таких, как вы!       Сбылась мечта Эрглессы, которой она грезила последние несколько дней! Мощный подзатыльник согнул убийцу пополам, и слегка посиневший Риль ласково-угрожающе рыкнул:       — Вернись к обязанностям разведчика, пожалуйста...       — Тоска с вами.       И только ветки торчащих впереди кустов зашелестели.              Закутавшись в тряпки по самый нос, бард мрачно шагал вслед за остальными. Его грызла злость на волшебника, на целительницу, на всё подряд, но он молчал, привыкший не выказывать свои чувства, и лишь в самые отвратительные минуты что-то бормотал себе под нос.       В одну из таких минут его услышал идущий рядом Риль.       — Чего? — переспросил он. Эффронте повторил погромче:       — ...Там, на высях сознанья — безумье и снег,       Но коней я ударил свистящим бичом...       В глазах Риля зажглись огоньки, будто арфа, закутанная в тряпки, сама скользнула из-за спины в его руки:       — ...Я на выси сознанья направил их бег       И увидел там деву с печальным лицом.       Эффронте поддержал его чистым тремолино. Настроение его стремительно поднималось:       — В тихом голосе слышались звоны струны,       В странном взоре сливался с ответом вопрос...       — И я отдал кольцо этой деве луны       За неверный оттенок разбросанных кос*, — вмешался Кейол.       — Нашли время, — буркнул Айш, но в голосе его не было раздражения. — То болтают всякую чушь, то друг друга бьют, то поют...       Эрглесса с Гарделикой переглянулись, хитро улыбаясь. Ролио хмыкнул, ковыряя в зубах маленьким кинжалом, но промолчал.       Барды закончили песню красивой терцией, переглянулись и довольно ухмыльнулись друг другу.       Идти оставалось уже немного.       — Может, я сама пойду? А то тебе и так тяжело, да и несёшь свой груз, а, Риль? — тихо сказала Гарде. Бард кивнул и спустил целительницу вниз. Мимо неё промчался жующий рабано Мымра, и Гарде сглотнула слюну.       — Ребята, давайте-ка сделаем привал и перекусим, — высказала она общую мысль. — Думаю, все уже проголодались.       Голос целительницы вырвал Айша из задумчивости. Он остановился и окинул взглядом свой отряд. Да, ребята выглядели уставшими. Час ходьбы для даэва, конечно, смешно, но дело усугублялось утомительным подъёмом и необходимостью быть всё время настороже. Волшебник покрутил головой в поисках родственника и сразу же на него наткнулся: Кейол стоял рядом с Рилем и Эффронте, чумазый с ног до головы и до неприличия довольный. Бард встретил взгляд мага и растянулся в улыбке. Айш только качнул головой. Судя по всему, скоро они прибудут к цели, так что необходимо восстановить силы перед решающим марш-броском.       — Ладно, привал. Думаю, полчаса у нас есть.              Разделавшись с очередным фруктом, убийца выкинул огрызок и прислушался. Сзади переговаривался маленький и отчаянный отряд, впереди вроде было тихо. Пройдя вперёд, Ролио услышал неясный шум аккурат за поворотом, после которого якобы начиналась территория злополучного форта. На деле же компанию ожидал бы не совсем приятный сюрприз: тайная тропка заканчивалась и выводила прямо на хорошо утоптанный тракт, по всей видимости, активно используемый повстанцами. Вот и сейчас по дороге ползла телега с высокими бортами. Тащил её трирог с отпиленными рогами, управляемый сонным возницей. Замерев на месте, Ролио секунду размышлял, не скользнуть ли в невидимость, но передумал — трирог учует, разнервничается и пиши пропало. Вместо этого он подождал, пока возница поравняется с его кустом, и прыгнул.       Скромный обед был в самом разгаре, когда кусты вдруг затрещали, и из них вывалился всклокоченный Мымра, вцепившийся в кого-то мёртвой хваткой.       — Что это? — Айш опустил бутерброд и посмотрел на пленника.       — Подарочек, — хрипло пояснил убийца. — Допрашивать будем или так убьём?       Эффронте поднял голову и удивлённо уставился на Ролио с пленником. Что ещё выдумал этот несносный тип? Впрочем, Айш уже занялся бедным человеком, а, значит, можно не обращать на них внимание. Засунув в рот очередной кусок копчёного мяса, Эффронте вернулся к своему занятию — он сосредоточенно канифолил смычок.       — Я за, — высказалась Гарделика. — Отдайте его мне. Я знаю пару приёмов для быстрого развязывания языка.       И на её лице мелькнула еле сдерживаемая злая улыбка.       Целители должны быть добрыми, отзывчивыми, прощающими. Так учили её наставники. Но внутри Гарделики сидел бес-искуситель: причинять боль она любила не меньше, особенно — мстить. Поэтому, когда подвернулся такой случай, Гарде не преминула им воспользоваться — ей нужно было разрядиться после всех произошедших с ней за последнее время событий. Руки так и чесались.       — Советую не кричать и отвечать на все наши вопросы, а то я сегодня немного не в духе, — заявила Гарделика, обращаясь к схваченному, и подошла ближе, поигрывая булавой. — А если будешь упрямиться, призову электрический разряд. Тебя когда-нибудь била молния? Нет? Поверь, это оч-чень неприятно. Или ослепить тебя на всю жизнь, так, чтобы не вылечил никакой целитель? Ммм? Ты ведь не будешь разочаровывать милую девушку?       От голоса целительницы вздыбилась шерсть на загривке; волшебник поспешно провёл ладонями по волосам, проверяя, не встали ли и они дыбом. Рядом со звонким клацаньем закрыл челюсть Кейол, после чего покосился на кузена:       — Я и не знал, что в вашей команде есть такие... таланты...       — Сам в шоке, — буркнул волшебник и поспешил подойти к пленнику. Похоже, про перекус придётся забыть.       Пленник не представлял из себя ничего примечательного — простой оборванец из тех, что вечно на побегушках у повстанцев. По крайней мере, на первый взгляд. Айш нацепил на физиономию любимое выражение лица:       — Ладно, дорогуша. Ты девушку слышал, так что давай без интермедий. Кто такой и куда направлялся?       Тот съёжился и кинул опасливый взгляд на Гарделику.       — Г-господин акан, я всего лишь разнорабочий, подай-принеси, не больше. Не надо меня убивать!       Ролио хмыкнул и тряхнул бедолагу за шиворот.       — Я его с телеги снял, кстати. Там дальше — хороший, наезженный тракт. Еще бы чуть — и вышли бы прямо на него. Колись, что везёшь?       — Н-не знаю, господин акан, — заблеял пленник, молитвенно складывая руки и прижимая их к груди. — Мне не говорили, загрузили и велели ехать в Альквимию. А что в телеге — понятия не имею!       — Так уж и не имеешь, — хмыкнула стоявшая за Айшем Эрглесса. — Наверняка нос туда сунул, как только отъехал подальше.       — Истинно говорю, уважаемая, — заблажил оборванец, прижимая ладони к груди, — чем хотите поклянусь!       — По-моему, он нам мозги пудрит, — протянул Риль, демонстративно поигрывая смычком.       Но тут внимание Айша привлекла одна из ладоней пленного, которая потихоньку пыталась проскользнуть за полу потрёпанного жилета. Хватка волшебника, когда было нужно, могла быть очень крепкой — ведь с гримуаром постоянно таскается. Кисть пленника, внезапно схваченная жёсткими пальцами, оказалась вывернута под опасным углом и жалобно хрустнула. Тонкая, гибкая кисть, с мягкой кожей, не знавшей тяжёлой и грязной работы. Такая рука никак не могла принадлежать чернорабочему, а вот магу или лекарю — в самый раз.       Пленник охнул и попытался вырваться, но его уже перехватил Ролио.       — Не дёргайся, а то шею сверну, — убийца повернулся к волшебнику. — Белобрысый, ты чего?       Вместо ответа маг молча отвёл полу жилета оборванца и продемонстрировал всем прикреплённые к изнанке знак повстанца Ривара и карман с магическими свитками.       Ролио зажал пленнику рот и молча утащил в кусты, не обращая внимания на отчаянное мычание и брыкания. Чуть позже раздался неприятный хруст, затем шорох. Мымра вернулся, поправляя одеяние, снятое с убитого.       — Ты идиот? — поинтересовался Айш.       — Он бы нам соврал, — спокойно ответил Ролио. — Это же повстанец, фанатик. Я долгое время изучал их повадки и логику мышления. Парень знал, что живым мы его не отпустим, а кибелиск ему не светит. Как-то мало радости в том, чтобы въехать всем кагалом в толпу вооружённых солдат.       — Ты что, знаешь план форта?       — Нет, — убийца зашарил по карманам и выудил небольшую карту, — но подозреваю, что форты в массе своей одинаковы.       — И ты поверишь этому клочку? — фыркнула Эрглесса. — А если это обманка?       — Не думаю, — вдруг вступился за Мымру Кейол. — Вряд ли они кого-то опасались на этой дороге, ведь, как ты сам, кузен, говорил, местные в эту сторону не ходят. Давайте посмотрим, что было в телеге, если вдруг дозорные спросят.       Целительница была немного расстроена.       — Ты чего? — поинтересовалась Эра, глядя на её насупленную мордашку.       — Ну чего мы его так быстро... может, тогда оторвёмся на повстанцвх, когда спасём легата? — жалобно спросила Гарделика, не без помощи Риля влезая на телегу. — А то очень хочется накостылять кому-нибудь от всей души. Они заслужили.       Волшебник только головой качнул, услышав просьбу целительницы:       — Не волнуйся, мы тебя вперёд пустим в качестве психологической атаки, отведёшь душу.       Айш задумчиво осматривал гружённую продуктами и бочками с вином телегу — в целом довольно крепкая, вместительная, для их компашки подойдёт, а если её ещё и как таран использовать...       — Так, господа даэвы, прежде, чем лезть в эту колымагу, предлагаю обсудить нашу дальнейшую стратегию. То бишь, товарищи, как в лабораторию прорываться будем? По-моему, самое время. На тракте возможности расставить точки над «и» уже не предоставится. Итак, у кого какие идеи?       Все тихо приуныли. Ситуация... Дано: толпа даэвов (некоторые из коих далеко не малогабаритны), не бронированная телега. Задача: проникнуть в форт, битком набитый солдатами. Смертными, конечно, но от этого не менее смертоносными.       — Предлагаю психическую атаку, — Риль сосредоточенно ощупывал дно транспорта. — Подъезжаем не спеша, а, поравнявшись с первым постом, даём коню вожжей и мчимся к внутренним воротам.       — Дельная мысль, — впервые за несколько часов подал голос Эффронте. — Можно посеять панику и под прикрытием суматохи заслать в лабораторию группу для освобождения сударыни Рикиши. И, если позволите, — он сжал кулак до посеревших костяшек, — я войду в эту группу.       — С чего бы ты? — мгновенно взъелся Айш. — Тут есть и более заинтересованные в этом даэвы!       — Именно поэтому. Вы, сударь Айш, можете под влиянием эмоций натворить там дел. Нам этого не нужно, верно? Также, думаю, нелишним будет присутствие сударыни Гарделики — как представителя главнокомандующего, и вас, Ролио — из-за ваших умений.       Он осмотрел легионеров, вызывающе подняв подбородок:       — Что, скажете, я неправ?       — Я за любой план, который приведёт к успеху, — тихо высказалась целительница. — Можно попробовать ещё отвлечь их внимание чем-то.       Волшебник только что и смог, что скрипнуть зубами, потому что в следующую секунду его уже обхватила за шею крепкая дружеская рука Эрглессы:       — Айш, выдыхай. Парень прав, ты со своими огненными взрывами будешь гораздо эффективнее в наведении шухера. Значит, если я всё правильно поняла, то сейчас мы грузимся в телегу, чинно доезжаем до лаборатории, а затем с гиканьем и улюлюканьем врезаемся в главные ворота. После чего я, ты, Кейол и Риль отрываемся по полной в лагере, оттягивая на себя всё внимание, а в это время Гарделика, Эффронте и вон та задница играют в партизан в самой лаборатории.       — Ну, в общем, как-то так, — согласно кивнул головой Риль. — Главное для них — найти Рикишу, а, если запахнет жареным — валить с помощью свитков куда подальше.       Волшебник окинул друзей тяжёлым взглядом, ругнулся сквозь зубы и принялся сердито рыться в своём рюкзаке. После чего раздражённо шмякнул на камень рядом небольшую статуэтку.       — Это что — ника? — Ролио тут же сунул свой любопытный нос.       — Именно, и вы сейчас все немедленно к ней привяжетесь.       Каждый даэв по очереди коснулся статуэтки и пробормотал короткую фразу, заставляя статуэтку светиться. Айш был последним, после чего протянул нику Гарделике:       — Возьмёте с собой. По возможности, постарайтесь зачистить часть лаборатории и забаррикадироваться там. Нику установишь там же.       Айш мрачно ухмыльнулся и окинул взглядом враз посерьёзневших друзей:       — И ждите нас...              Пилот проснулась оттого, что замёрзла. Циновка не спасала от холода каменной плиты, и Рики уже чуяла, что начинает простывать — гланды неприятно саднили, она не могла прокашляться. Конечно, для Гарделики вылечить подобную простуду — дело двух минут, но где она, Гарделика... Где Айш... Риль... Эра и Кей... Эффронте и Ролио... Рики тяжело вздохнула и снова закашлялась.       — Идиоты, прибавьте ей тепла, а то загнётся к Маркутану в этой камере! — послышался чей-то голос. Ри подняла голову и остолбенела: перед её стеклянной тюрьмой стояли двое женщин. Первая, обладательница голоса, была рослой, смуглой, мужеподобной девахой с курчавыми чёрными волосами, в белом халате, и явно имела среди здешних какой-то серьёзный вес — все остальные повстанцы смотрели на неё с пиететом и восхищением. Вторая же...       Так вот кто её предал... И ведь знала, что без крысы не обошлось, но чтоб без такой крупной...       Ри вскочила, сжимая кулаки в бессильной злобе.       — Ты!