Колебание сердца

      Они нашли Корана. Они посадили Лэнса на аппараты. Они стояли на нервах и наблюдали за тем, как Коран что-то высматривал у Лэнса на аппаратах. В момент, когда молчание и думы алтеанца слишком затянулись, добавляя и того нервозности всем присутствующим, в помещение с грохотом ворвалась Аллура и воскликнула:              — Это правда?! Лэнс сошёл с ума?!              За ней, поправляя очки на переносице, прошагивала Пидж, которая и привела принцессу сюда.              — Что? Неееееее, — отмахивался, то и дело усмехаясь, Лэнс. — Почему все считают, что у меня шарики за ролики заехали? Я НОРМАЛЬНЫЙ вменяемый человек.              Пидж фыркнула и пролепетала с ехидцей:              — О, и при этом Кит классный?              — Да Кит просто бомба, рад, что и ты это поняла! — вскинулся парень и радостно засверкал глазами.              — Хееееее, — Пидж дико ухмылялась и поворачивалась обратно к Аллуре, которой свою правоту она доказала наглядно.              Принцесса застыла. Её глаза были распахнуты до предела, на лице не двигался ни мускул, а в голове происходил какой-то слом сознания.              Что-что? Кит... бомба?              Она медленно поворачивалась к уже давно уставшему пыхтеть от всего этого Киту. Кит пусть и лицезрел такие выкрутасы Лэнса чуть дольше Аллуры, но не сильно-то спасало ситуацию. Он уже истерично подёргивался и, закрывая глаза, из последних сил смог приложить руку к ним. У него стояла установка не смотреть на Лэнса, не смотреть ни на кого, и пусть, пожалуйста, никто не будет смотреть на него.               — Мммм, — мечтательно протянул Лэнс и запрыгал на кровати, к которой его чуть ли не пристегнули десятком минут ранее. — Угу, я его так люблю.              — Ооооо боже, — провыл Кит и развернулся на сто восемьдесят градусов, а после стал долбиться головой об стену от удручающей и изживающей его действительности.              — Что?! — Ханк, изумляясь, чуть ли не подлетел к Лэнсу. — Уже любишь?! Лэнс, и тебя ни капли не смущает, что ты не любил его да вот хотя бы часом ранее?!              Лэнс скрестил руки на груди и надулся.              — Слушай, люди могут меняться, понял?              — Ааааааа! — Ханк захныкал и схватился за голову, не понимая, то ли он теряет друга, то ли ещё что. — Что здесь вообще происходит?!              — О, я тоже не знаю, но это такое прекрасное чувство, мммм, — Лэнс, заёрзав, поудобнее устроился на кровати, затеребил пальцами друг о друга и блаженно улыбнулся, как самая глупая влюблённая дурочка.              Аллура чуть нагнулась к Широ и прошептала:              — Слушай, а если он любит Кита, то это означает, что он будет подкатывать лишь к нему. Может, оставить его таким навсегда, а? — она подёрнула плечами под прищуренный взгляд Широ и ещё больше прищуренный взгляд Пидж.              — Аллура, ай-ай, как некрасиво, — заворчала Гандерсон. — Лэнс тут, может, страдает, а ты лишь о том, чтобы он от тебя отстал.              — Тшшш, — принцесса, поднеся палец к губам, шикнула. — Сейчас он, по крайней мере, безопаснее для окружающих, и меня, знаешь ли, его подкаты тоже могут доставать.              — Ооо, а меня, значит, нет, — передразнивал где-то в стороне Кит.              — Ну пока во всяком случае доставать будут, — все обратили внимание на оторвавшегося от мониторов Корана, которым и была произнесена эта фраза. — Но и Аллура, увы тебе, — алтеанец устало покачал головой. — Пусть антидота и не существует, навечно Лэнс таким не останется, от Магиуса идёт всего лишь временный эффект, и, памятуя о твоём вопросе, нет, он определённо не сошёл с ума.              — Маг... — Аллура вопросительно склонила голову набок.              — …гиус? — Кит очень сильно склонил голову набок, только сейчас оторвавшись от излюбленной стены.              — О, да, очень занятное растеньице, — Коран, казалось бы, оживился на этих словах и покрутил усы, завивая пальцами в трубочку. — После активации он влюбляет в первого увиденного, которым в нашем случае оказался юный красный паладин. О, как раз Магиус растёт на планете, с которой мы только вчера улетели. Вероятно, его частички случайно оказались в бокале Лэнса, и...              — ТА СУКА!!! — выругался Кит, от сквозящей в его голосе ярости и отчаянности окружающие подёрнулись.              За исключением Широ.              — Кит, не выражайся, — Такаши хмуро смерил парня взглядом.              — Но Широ, та сука!!! — Кит замахал руками, вопрошая поддержки у старшего паладина. Глаза лихорадочно забегали, припоминая картинки того злополучного вечера, а внутри продолжала разливаться невероятного масштаба досада.              — Кит, — процедил Широ жёстче.              — К нам подходила странная девушка и дала Лэнсу какую-ту дрянь… — Кит закипал и панически обратился к Лэнсу, всё ещё жестикулируя руками. — И ты тут же её выпил, не думая! — Кит очень сильно закипал в том числе и от того, как Лэнс аккуратненько склонил голову набок и выговорил «хм?», невинно приложив палец к губам. — Та твоя герцогиня, с которой ты заигрывал после драки!              Лэнс, казалось бы, просиял и понял его. Кит почти успел сказать «спасибо, боже», как услышал следующий ответ синего паладина:              — Эээ нее, я не стал бы ни с кем заигрывать, кроме тебя, — Лэнс, заверяя, замахал ладонью из стороны в сторону и обворожительно улыбнулся Киту.              Кит же зарычал на это буквально. Громко, утробно и устрашающе. Красный паладин закатил глаза, вскинул в бессилии руки и снова стал долбиться об стену. Ему даже было плевать на обеспокоенные взгляды, потому что это просто катастрофа и его достало.              — Я убью ту суку, — зло бубнил он в стену. Его голос был настолько жёстким, холодным и убивающим, что все только и могли, что посочувствовать. Аллура спустя некоторое время нервно прочистила горло и всё же решила вмешаться, чтобы остудить настрой паладина.              — Нет, Кит, эта планета для нас важна, так что ради мира во всём мире и с таким трудом успешно заключённого соглашения после ваших и, вероятно, моих выходок никто никого, увы, убивать не будет.              Кита такое положение дел не устраивало более чем, ровно как и такое объяснение, —он зарычал и завыл от безысходности громче и с новой силой.              — В-вау, непонятно, зачем это сделали, но так теперь будет долго или какое там по сроку действие у Магиуса? — боязно проговорил Ханк, стискивая скрещенные руки в замке.              — Вообще… — Коран задумался. — От двух недель до месяца, но среди рецидивов бывают и исключения…              — Две недели, — процедил Кит, подлетев к столу за доли секунды, и с силой грохнул ладонями по металлической поверхности.              Коран даже не поёжился от столь прожигающего взгляда красного паладина. Уверял себя, что нет, ни капельки.              — Или мееесяц, — протянул мужчина, опасливо отводя взгляд вбок, на какую-нибудь фигуру, но только не на пылающего Кита. Алтеанец всерьёз стал опасаться за свою жизнь, ведь ему в любом случае приходилось бы произнести ещё одну фразу. Кашлянув, он перевёл взгляд на потолок и произнёс почти нараспев: — Или дваааа…              От взрыва Кита всех спас подавший испуганный голос Лэнс.              — О чём вы?..              Кит тут же почувствовал мягкое и робкое прикосновение к запястью, словно что-то просящее. Красный паладин даже не смотрит ему в глаза, а со злостью одёргивает руку, разрывая тем самым всевозможные контакты. Это последнее, что ему сейчас нужно, это пошатнёт его душевное равновесие окончательно.              Так Кит сначала думал, до того как встретился с глазами Лэнса. Лучше бы он не смотрел в его глаза. В них сквозила такая боль, будто от предательства, от слома и от обиды, что колени Кита подкосились, и неизвестно каким чудом ему всё же удалось выстоять на ногах. Лэнс смотрел на него испуганно, прижимая жёстко отринутую руку к груди и сжимая её второй рукой в попытке унять дрожь.              — Это разве плохо?.. То, что я тебя люблю?.. — Лэнс заозирался на всех в панике — больно ему стало в том числе и от того, что никто даже не планировал отвечать ему. Все отмалчивались, лишь потупив взгляды.              Ещё секунда, и Лэнс просто сбежал бы, но подал тихий голос Кит.              — Это... — красный паладин сжал руку на предплечье, с силой стискивая его. — Странно…              — Но не плохо, верно?              Кит отвернулся. Он не смог выдерживать взгляд, полный мольбы и проникающий прямо вглубь него. Его молили, просили. Эта болезнь слишком странная, Лэнс не должен быть таким. Кит разрывался от того, что не понимал, как и что ему сейчас делать.              Лэнс, не получив никакого отклика, заскулил и подскочил в попытке подтянуться к Киту, но в последний момент осёкся. Он не притрагивался, не решался цепляться за него пальцами, ведь попросту не выдержал бы, если его снова отбросили бы.              — То есть это же ничего плохого? Я просто чувствую, я просто хочу быть с тобой, я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, я просто люблю тебя, и я...              Судорожную речь Лэнса прервал хрип Корана, откашлявшегося в кулак.              — И ещё одна вещь… — алтеанец повернулся к Лэнсу, заглядывая в глаза с сочувствием. — Ты забудешь весь этот инцидент после выздоровления.              Сердце пропустило удар. У обоих — и у Кита, и у Лэнса.              Коран ласково потрепал синего паладина по голове, но тот только больше от этого пугался. Он перехватил руку мужчины и приблизился к нему почти впритык с глазами, в которых горела лишь ещё большая паника.              — Что? Почему? — голос парня звучал почти сломленным.              — Ээээ, — Коран растерялся и стал недоумённо оглядывать Лэнса. — Потому что это всё только из-за яда Магиуса, но всё в порядке, скоро всё станет как раньше, надо будет только потерпеть этот месяц... — он, заверяя, осторожно гладил парня по руке.              — Но я не хочу как раньше, — Лэнс почти задыхался. — Я просто хочу быть с Китом. Зачем мне как раньше. Я не хочу терять память. Я не хочу забывать всё это. Нет, пожалуйста, с этим можно что-то сделать?              Неправильно. Это неправильно, — барабанило в голове Кита, когда он видел Лэнса настолько хрупким и настолько цепляющимся за навязанные себе чувства. Не его чувства, не те чувства, которые когда-нибудь могли бы стать его.              — Неправильно, — прошептал Кит одними лишь губами, так, чтобы никто его не услышал.              Коран, видя такую реакцию Лэнса, отодвинулся от того в некотором испуге.              — Но мне всё же придётся провести дополнительные анализы, кхм, — потупив глаза на мониторы, проговорил алтеанец. — Паладины, вы можете идти, мы здесь ещё надолго засядем, этот случай отравления... хм, нетипичный.              Тихо переговариваясь и тоже озадаченные ситуацией присутствующие стали расходиться. Кит было тоже повернулся, чтобы покинуть столь неправильное место и неправильного Лэнса, любящего его до безумия, как его схватили за руку.              — Кит.              Лэнс не смотрел на него, а смотрел в пол, двумя руками почти до боли вцепляясь в запястье Кита. Его глаз не было видно, но по голосу, по всего одному сказанному слову все понимали, что Лэнс действительно сейчас был на грани того, чтобы расплакаться.              — Не уходи…              Хватка на руке только усиливалась, он не отпускал, не думал отпускать и не хотел отпускать. Лэнс лишь молил, чтобы не отпустили и его.              У Кита ёкнуло сердце от его надломанного голоса. На какое-то время он застыл, не в силах двинуться или разобрать хоть что-то в ворохе чувств, творящемся сейчас у него в душе. Паладин не понимал, но уже знал, что должен был делать дальше.              «— Не уходи».              Кит с того последнего раза, когда отбросил руку Лэнса, не имел больше права откинуть его руку. Пусть это и неправильный Лэнс, но Кит не хотел видеть на его лице столько боли. Не столько и не из-за него, и нет — никогда, просто никогда.              Руку Кита сжимали уже почти до синяков.              — Пожалуйста, останься, Кит...              Красный паладин лишь в растерянности обернулся на Корана, всё так же не двигаясь с места.              — Ну... — алтеанец помялся. — Больным подобным легче находиться рядом с объектом своего вожделения…              Помялся и Кит. И помялся чуть ещё. А потом он просто легко отсоединил руку Лэнса от своей, вздохнул и мягко проговорил:              — Хорошо…              МакКлейн как собачка, — подумал Кит в следующую секунду. Синий паладин встрепенулся, весь вскинулся, а глаза, чуть поблёскивающие от влаги, сразу же заискрились. Он слишком мечтательно и слишком влюблённо посмотрел на Кита.              — Только, — Кит показал указательный палец прямо перед носом Лэнса. Он мотнул им влево. — Не лапать, — он мотнул им так же и вправо.              …и так как Лэнс всё же не облизал тот палец, хотя очень хотел, то да. Пока он сдерживает своё обещание. Не лапать.