Колебание сердца

      Когане понимал, что во всём виноват лишь он сам, что он сам довёл всё до такой точки кипения. Он знал, что это мнимость любви. Мнимость отношений. И он знал, во что ввязывается.              Но он проиграл.              Он проиграл тогда, потому будет сейчас мучиться, лелея те воспоминания, когда они были вместе.              Кит знал, что нужно просто перетерпеть какое-то время, но он не знал, что терпеть настолько тяжело. Что общаться по-нормальному, по-простому, по-обычному, как было раньше, с Лэнсом настолько тяжело.              — Привет, Лэнс, — Когане безучастно приветствовал его.              — О, привет, Кит, твой маллет как обычно ужасен, — а МакКлейн лишь посылал ему привычную, но другую привычную нахальную улыбку в ответ.              — Ага…              — Э?              Не прикасаясь. Не целуя. Не прижимая к себе.              — Ну что, — поигрывал Лэнс бровями. — Спорим, на тренировке я тебя и в этот раз сделаю?              — Да-да, тренировка.              Не стараясь быть как можно ближе. Не заботясь.              — Вау, Кит, ты так круто его шик-шик-бууумв! Как твой соперник я даже завидую, — клал синий паладин руку на плечо.              — Да, спасибо, — и Кит ту руку отбрасывал.              Не любя.                            — Кит… — начинал Такаши, обеспокоенно наблюдая за всем этим и переживая за состояние Когане.              — Не могу, Широ. Я пока не могу с ним общаться. И да, Широ, я заигрался, ты прав, это я во всём виноват, — сбегал Когане от Широ.                            — Эй, Кит!.. — начинал, восклицая, и Лэнс, тоже озадачившись поведением Кита. — Слушай, я, что, во время той спячки тебе сделал, что ли, что-то? Эу?.. Я с тобой вообще-то разговариваю, не отворачивайся от меня!              — Нет, ты ничего мне не сделал, иди отдыхай, ты меня просто бесишь.              — Эй!!! Знаешь! Ты меня бесишь тоже! Вот.              — Рад за тебя, — оставляя в растерянности, Кит сбегал и от Лэнса.                            — Хааааааанк, — гнусавил Лэнс, сидя на стуле, но растянувшись при этом корпусом на столе.              Когане как раз в то утро ушёл с завтрака первым, чтобы не видеть МакКлейна, так что в помещении сейчас были все, за исключением красного паладина. Все печально заметили, какая же в этом теперь в свете последних событий была тупая ирония.              — Скажи мнеееее, — продолжал протягивать синий паладин. — А что с Китом не так?              Ханк подавился, будучи без понятия, что на подобное вообще можно было ответить.              — Не, я серьёзно, — МакКлейн перестал дурачиться, подтянулся на стуле, и, возвращаясь в нормальное положение, обернулся на команду, чтобы заглянуть каждому в глаза ясным взглядом. — Помогите мне.              Команда застыла, потому что они, как и Ханк, были просто без понятия.              — Меня типа волнует его состояние? — Лэнс пожал плечами. — Не, серьёзно, вы не замечаете этого или что?              — Просто дай ему время прийти в себя, — устало выдохнул Широ.              — Прийти в себя? — МакКлейн подёрнулся и выжидательно уставился на чёрного паладина. — От чего ему надо оправиться? Широ?              Такаши ему не ответил, а лишь потупил взгляд.              — Ханк? — Лэнс повернулся к сокоманднику.              — Ооо, не, друг, — Гаррет замахал руками, ещё больше теряясь от всего этого. — Ты мне брат, но в ваши разборки я не лезу.              — Не лезешь? — синий паладин прищурился. — Но, значит, ты знаешь, что с Китом не так? Да ради бога, я не понимаю даже, что натворить мог, да потому что не помню! — вспыливает он и вскидывает руки. — Вам кажется это честным типа, да?              — Ну… знай, Лэнс, мы тут бессильны, — вымученно говорит Широ.              — Хааа? — МакКлейн цедит и возмущается, продолжая поочерёдно при этом оглядывать мрачных паладинов.              — Так что, Лэнс, завались, — выдавливает из себя Пидж как можно более непосредственно. — Кит скоро придёт в себя, просто твои выкрутасы сильнее всего по нему ударили.              Пока синий паладин оставил эту тему, но она слишком гулко по нему била, чтобы забыть о ней насовсем.                            Кит же старался свыкаться с их новыми, вернее, старыми отношениями и той действительностью. Вероятно, он даже держал себя в руках, хотя и бесился и не мог принять многие моменты. Одним из таких моментов всегда была любвеобильность Лэнса, конечно же, направленная не в сторону Когане.              На одном из завтраков, чуть освоившись, МакКлейн снова порадовал всех привычным подкатом к Аллуре.              Пидж кривилась, Кит закипал, остальные пытались нейтрально к этому относиться.              — Оо, принцесса, а я тут подумал, — Лэнс хищно стрельнул в неё глазами и ухмыльнулся. — Это же выходит, мы тоже спали в одной постели, да? — синий паладин поиграл плечами, на расстоянии вытягивая губы, будто в поцелуе. — Типа первая брачная ночь, все дела, мм-да?              Кит закипал ещё больше.              Ведь это значит, что Лэнс подкатывал к Аллуре.              Лэнс подкатывал. Лэнс флиртовал.              И не с ним, не с Китом.              Больше не с Китом.              А выдерживать снова флиртующего со всем, что движется, Лэнса было невыносимо. Чертовски невыносимо. Выдерживать, как тот адресует те взгляды, улыбки, чувства, которые раньше адресовал Когане, другим, невыносимо.              И на это Кит не подписывался.              В груди заклокотала боль и злость вперемешку.              — Нет, придурок, — шипит красный паладин, наплевав на все свои неловкости. — К Аллуре и Пидж тебя никто не подпускал. Не спал ты с ними.              Кит стукнул стаканом по столу и обозлённо уставился на Лэнса. Лэнс теперь лишь ухмыльнулся в ответ ему, медленно поворачиваясь.              — Да ладнаааа, — протянул МакКлейн. — Брешешь, — буркнул он даже не разочарованно.              «Брешу», — знал Кит и все остальные, от чего все чуть и усмехнулись.              — Зато спал с Кораном, — невзначай бросил Когане.              — Оооо-неееет!.. — театрально завопил Лэнс и тут же отшатнулся, прикладывая ладони к щекам и мотая головой из стороны в сторону.              — Ну что ты, — пролепетал Коран, поддерживая ту игру. — Я даже почти не храпел, как ты жаловался.              — Неееееет, моя жизнь кончена, дяди Альверро мне только не хватало с Айовы, — причитал МакКлейн, продолжая раскачиваться.              — С Колорадо.              Кит не хотел этого говорить, он сказал это случайно.              — Хаааа, Киииит? — поразился синий паладин и требовательно уставился на красного, при этом чуть не уронив вилку из рук.              Когане лишь дрогнул.              Он не должен был этого знать, Лэнс не должен был это по их легенде ему рассказывать. Как мог просто какой-то левый Кит знать о том, какого дальнего родственника МакКлейна как зовут и где тот проживает, даже лучше, чем сам МакКлейн.              — Ты слишком много говоришь во сне, — напряжённо выдал Когане.              — Даже такое??? — почти взвизгивал Лэнс и будто ещё больше распахнул глаза в сомнении и неверии.              — Даже такое, — отрезал Кит и, не доев, ушёл с завтрака.              Но Лэнс не отринул тот звоночек, неприятно бивший о том, что что-то здесь определённо не так.                            Таким образом, первая неделя прошла как на иголках.              На второй команда привыкла к подобным склокам.              Спасению вселенной разногласия пары пока не мешали… оно и терпимо, — лишь вздыхали остальные.              Они не вмешивались. Однако в такой ситуации и вмешиваться не было смысла. Нечего. Команда пыталась только сглаживать конфликт, а по-настоящему сделать никто ничего не мог.              «Чувствам не прикажешь», — как бы банально это ни звучало.              Лэнсу не прикажешь.              На третьей неделе Кит стал относиться к Лэнсу чуть проще. Он не выдерживал и намёков на прикосновения, но уже мог отвечать на подколки в старом прежнем ритме.              Да, Кит справится, — считал Кит.              Он уже любил безответно. Потому, получив всю любовь Лэнса, вкусив жизнь с ним, Кит сможет её и забыть.              Сможет.              Решимость никак не избавляла от тоски от того, что Лэнс забыл его, всё их счастье и что даже не было отголоска ни на что. Однако Когане заключил для себя, что более или менее, но он возвращается в норму, и это было определённо неплохим показателем. Возможно.              Остальная команда, видя сменившийся настрой пары, вздохнула с облегчением.              Но не надолго.              На четвёртой неделе проблемы начались снова и теперь начались из-за Лэнса.              Тот становился дёрганным. Временами парень выпадал из реальности, мог подолгу стоять на месте, смотря в одну точку. Будто он находился где-то не здесь.              И подобные маленькие казусы случались всё чаще.              На вопрос, последствия ли это затяжной болезни Магиуса, Коран чёткого ответа дать не мог.              Коран ничего не решил.              «Бесполезный Коран», — бурчал Кит.              Но, так или иначе, все подозревали, что да — это последствия. С Лэнсом не всё в порядке, и они могли лишь молиться о том, чтобы это только дальше не ухудшалось.              В первое время Когане наплевал на все свои неудобства и старался быть поближе к Лэнсу. Если случится какой-то приступ, прострация или ещё что похуже, Кит поможет, поддержит, будет рядом.              Потому остальные также старались быть рядом на всякий случай и для надёжности.              МакКлейн замечал такое пристальное внимание, но всё равно продолжал периодически выпадать из реальности, так как останавливать те наплывы было не в его силах.              Он не хотел их беспокоить.              Но он не мог и не беспокоить.              — Лэнс, с тобой всё в порядке?              — Да, да, — парень лишь отмахивался от всех вопросов принцессы.              — Лэнс, я серьёзно, у тебя… — не сдавалась Аллура и заглядывала в глаза с той тревожностью, подходя ещё ближе.              Синему паладину обычно нравится внимание девушки, но нет, такое внимание ему сейчас не нравится, потому МакКлейн подпрыгивает к ней, тем самым и перебивая.              — Увввв! — Лэнс вопит что-то и сгибает руки в локтях в попытке показать свои мускулы. — Да я же здоровый как бык, уввв! Или ооо, наша миленькая принцесска обо мне волнуется? Как милооооо, — лопочет парень, склоняясь ещё ближе и усмехаясь.              Кит даже не мог гаркнуть на Лэнса после подобного.              — Мы все о тебе беспокоимся, Лэнс, — Аллура выдерживает напор синего паладина и даже не дёргается.              — О, гляди, — МакКлейн меняет интонацию своего голоса на ту заигрывающую. — Твои глаза прямо как…              И Кит старался, но Кит не выдержал.              Он, предчувствуя очередной подкат синего паладина, вскочил между Лэнсом и Аллурой, отгораживая так их от друг друга.              — Слушай, хватит, ты ей надоедаешь, — выплёвывает Кит и утыкает ладонь в грудь МакКлейна, отталкивая.              Позади, казалось бы, слышится облегчённый вздох принцессы. Когане почти без разницы на те благодарности, потому что в сознании у него бьётся не то, что это надоедает принцессе, а лишь: «Это надоедает мне».              — И чтуооо, — гнусавит, кривляется Лэнс и напирает, уставив руки в боки. — А ты мне кто, папочка? С кем хочу, с тем и флиртую, — фыркает парень куда-то в сторону.              — Не нарывайся, МакКлейн, — шипит Кит, ещё больше раздражаясь.              — Маааамочка тогда? — Лэнс лишь больше ухмыляется и прищуривается так вызывающе.              — Ещё хоть слово, — процеживает Когане.              — Маллетик?              И Кит не выдерживает окончательно. Накопилось, и всё, и к чёрту.              Он врезал Лэнсу. Кулак со всего размаху впечатался опешившему от такого МакКлейну прямо в челюсть.              — Бля, за что?! — орал синий паладин, шатаясь и заваливаясь.              Пидж, находящаяся с ними тремя в коридоре, взвизгнула и отпрыгнула к Аллуре, которая от неожиданности не знала, останавливать ли ей Кита или не стоит, потому просто прижала к себе перепуганную девушку.              МакКлейн же, не удерживая равновесия и падая, с кровоточащим носом и с дьявольской ухмылкой треснул Кита по ногам и схватил того за куртку в последний момент.              В итоге, они валятся на землю вместе.              Когда оба падают на жёсткий металл, Кит, не думая и не теряясь, а быстро приходя в себя после более или менее мягкого падения на сокомандника, на автомате заносит руку для удара, а Лэнс, у которого во всём теле ещё отзывается гул и от удара, и от падения, ничего не соображает и прийти так же быстро в себя не может.              В последнюю секунду взгляд Когане цепляется за лицо страдающего МакКлейна, за те зажмуренные глаза, сморщенный нос, стиснутые губы, и он банально не может ударить. Кулак так и повисает в воздухе.              Хотелось, напротив, прижать, обнять и погладить по щеке. Хотелось защищать, а не причинять боль.              «Что он творит…»              Но продолжает творить Лэнс.              Раскрыв глаза и недоумевая от занесённого, но остановившегося кулака и того выражения лица, будто беспомощного, трогающего, растерянного и нежного, синий паладин всё равно пинает ногой Когане в живот и скидывает тем самым с себя.              — Не хочешь? — игриво вопрошает Лэнс и сам садится сверху. — Как хочешь.              Теперь и сам МакКлейн заносит руку, сжатую в кулаке, только с предовольной улыбкой. Эту руку, стремительно опускающуюся к лицу, Кит ловит двумя руками, боком перехватывая и перекручивая, одновременно обхватывая синего паладина и ногами по бокам вдоль тела.              — Эу? — Лэнс пискнул и распахнул в удивлении глаза. Его этот манёвр и возмущает, и в то же время восхищает.              Так что следом Кит делает движение, и парни вновь меняются местами. Лэнса переворачивают, и его тело полубоком становится прижатым к полу, а лицо, на которое Когане надавливает одной рукой, утыкается в пол.              Однако МакКлейн играет грязно — он мощно подаёт бедром вверх, совершая запретный приём и задевая тем самым пах сидящего на нём Кита. И, честное слово, если бы это снова был не пах и если бы это снова был не Лэнс, красный паладин ни за что бы не позволил вновь себя с него скинуть.              Но мгновение, два, и теперь уже Кита прижимают к жёсткому полу. Руки синего паладина прижимают к полу разведённые руки Когане по бокам от его головы. И от всей ситуации, и от того, как его прижимают, Кит забывает, как дышать, как думать, это слишком похоже на то, как было раньше, и Лэнс, Лэнс, Лэнс, Лэнс.              — Опа, попался, — радуется МакКлейн так невинно по-детски и счастливо улыбается, что сердце просто замирает от наплыва теплоты.              Лэнс столь ослепительно ухмыляется и наслаждается от того, что сделал самого Когане, и…              И в следующую секунду глаза Лэнса становятся стеклянными, будто он снова видит один из своих миражей.              Кит удивлённо подскакивает и начинает с тревогой хлопать того по щекам.              — Лэнс, эй, эй, эй, Лэнс, эй… — Когане продолжает хлопать его, но всё безрезультатно. — Эй, эй.              Подойдя поближе, начала щёлкать у парня перед глазами и Пидж. Аллура же не решалась стаскивать его с Кита, чтобы не потревожить МакКлейна, пребывающего сейчас неизвестно где и находящегося явно не в самом лучшем своём психологическом расположении. В итоге красный паладин просто устало прорычал что-то и откинулся на пол от безысходности.              — Что-то он долго, — сказала Гандерсон спустя минуты.              — Действительно, — хмурилась Аллура.              В душе закрадывалось неприятное предчувствие, и чем больше проходило времени, тем больше оно было, ведь это были уже неприлично долгие мгновения. Минута, две, три?              Это было слишком долго для простого миража.              — А?              Но Лэнс рано или поздно должен был проснуться. Прошла ещё пара минут, и взгляд из пустого резко становится удивлённым и потерянным. Парень промаргивается.              — С добром утром, Лэнс, — говорит Кит, всё ещё лёжа под ним.              — А! — МакКлейн распахивает глаза. — А?! — и он мигом отскакивает.              Синий паладин отшатывается с таким рывком, что снова падает на пол и ударяется копчиком. Болезненно ойкая и айкая, парень потирал место ушиба, а потом стал озираться по сторонам. Лэнс почти взвизгнул, когда увидел подползающего к нему Кита.              — Что, что, ннне… — судорожно тараторил МакКлейн, впадая в панику и сам уже отползая от приближающегося красного паладина.              — Лэнс, с тобой точно вс..? — говорил Кит в смятении.              — Всё в порядке! — крикнул синий паладин и выставил руку вперёд, пытаясь так остановить Когане.              Когане же действительно остановился от того вскрика.              — Просто не подходи, нет, что, что? — надорвано бормотал Лэнс в какой-то своей растерянности.              — Ээ, что? — Кит недоумённо посмотрел на него, потому что происходило нечто странное, и почему Лэнс только пугался ещё больше? — Лэнс, давай позовём Корана, и…              — Не надо Корана, — МакКлейн замотал головой с такой силой, что короткие волосы разметались в разные стороны. — Он же говорил, что… нет-нет, я пойду, я лучше пойду, что…              Лэнс подскочил и, дёргано пятясь от Кита, уходил, сбегал из этого коридора, подальше, куда-нибудь, словно спасаясь.              Оставшаяся троица лишь недоумённо посмотрела друг на друга.