Сириус как отец, Сириус как любовник

— Рим, почему я не могу пойти в школу под своей фамилией? Или хотя бы как Блэк? Он же мой крестный? — Гарри с самого утра донимал вопросами. — Тебя не устраиваю я в виде отца на день или моя фамилия? — Римус спокойно положил стопку тетрадей в корзину, направляясь к кассам супермаркета. — Мне нравишься и ты, и твоя фамилия! Просто не понимаю! — Гарри, мы вот с тобой знаем, что Сириус хороший, — тихо произнес Люпин, склоняясь к ребенку, — а все остальные считают, что он плохой волшебник, злой. Поэтому ты не должен быть никак связан с ним. А Поттером ты быть не можешь, потому что мы же не хотим, чтобы тебя узнали? — Почему? Я им покажу, как много могу! — возмущался ребенок. — Об этом мы с Сириусом и хотели поговорить с тобой.., — обреченно вздохнул Римус, беря Гарри за руку, — но о магии дома. Надо купить тебе форму.

***

Младший Поттер был ужасно недоволен тем, что не сможет похвастаться в школе волшебством, которое умеет вытворять, но строгость в голосе Сириуса убедила его слушаться. Гарри знал, что крестный всегда поддержит его, но в этот раз он встал на сторону строгого Римуса. Были в этом переезде для ребенка и положительные стороны — его новая комната. Кровать была намного меньше и не такой мягкой, зато без жутких змей на ножках. Шкаф стал походить на шкаф, а не на склад опасного антиквариата. А еще Сириус разрешил выходить на пустырь за домом, взяв с ребенка обещание далеко не убегать. Пока мальчик исследовал местность за домом, на кухне Римус пытался что-то доказать Блэку. — Я не буду брать с тебя денег, это мой дом! Сириус закатил глаза и повторил еще раз: — Нас живет тут трое. Стула два. Принимать пищу все вместе мы не можем! Да и крыльцо реально скоро рухнет, если ты просто купишь мне доски, я все починю, как и эту дурацкую люстру! — У меня через неделю зарплата, я все куплю, — Римус смущенно опустил глаза. — Я не хочу ждать неделю, у меня, Мерлин тебя побери, есть эти деньги. — Мне так неудобно. Сириус встал с дивана, подлетел к другу и немного зло выпалил, глядя тому в глаза: — Если ты еще не понял: Ты и Гарри — моя семья. Римус, удивленный внезапным порывом чувств, смутился еще сильнее. За годы жизни практически вместе с Блэком и Поттером они действительно почти породнились. «Мы с Сириусом даже спим вместе», — с усмешкой пронеслось в голове оборотня.

***

С первого дня учеба Гарри не задалась. Первого сентября он пришел домой и с порога заявил, что общаться с «этими маглами» не намерен. Сириус и Римус настороженно переглянулись. — Не выражайся как моя мать, пожалуйста. Что случилось? — Они называли меня калекой из-за этого, — мальчик с раздражением ткнул пальцем в свой шрам на лбу и тут же умчался в свою комнату. — Пусть привыкает, — обреченно произнес Римус другу, поднимаясь вслед за ребенком. Во всем остальном Гарри делал успехи, что неудивительно, учитывая, что у Блэка было слишком много времени, чтобы многому научить ребенка. Учителя хвалили его, но одноклассники по прежнему старались либо не замечать Поттера, либо как-нибудь подколоть. Римус постоянно объяснял мальчику, что его вины в этом нет и отметина на лбу ничуть не делает его хуже остальных,а Сириус ограничивался фразой «дети — ублюдки». Все трое часто гуляли по вечерам на пустыре за домом. Бродяга катал Гарри на спине, а Римус с улыбкой наблюдал за ними, стараясь следить, чтобы к ним не приближались маглы. Его волнение за друга немного поутихло, но соблюдать осторожность было не лишним. По ночам, когда Гарри отправлялся спать, мародеры пили чай прямо в спальне и разговаривали. Небольшая традиция переехала из дома на площади Гриммо вместе с обитателями. Эта комната была небольшой, что еще сильнее связывало двух людей в ней. Сириус по старой привычке сидел на подоконнике и курил, в то время как Люпин кутался в плед в другом углу комнаты, стараясь скрыться от холодного ветра, тянувшегося из окна. — Извини, за такой вопрос, но.., — Римус сделал большой глоток чая, — если бы тебя не искало министерство, я все равно был бы твоим другом? Сириус возмущенно повернулся к оборотню: — Конечно. Люпин смущенно уткнулся носом в кружку, но продолжал чувствовать на себе взгляд Блэка. — Просто... в школе мы как-то мало общались. Вот я и подумал, что, если бы ты мог, то проводил бы время с кем-нибудь еще. — В школе ты больше любил общаться с книгами, чем с людьми, — усмехнулся Сириус, пробегая взглядом по различным пособиям, лежащим стопками на полу, — но ты все равно мой лучший друг. Подумай, я бы стал рисковать экспериментами с анимагией ради человека, который мне безразличен? — Ты... Ну может и стал бы. Мародеры еще некоторое время просидели в успокаивающей тишине, прерываемой лишь шевелением травы да окном. — Лунатик, я чувствую... К тебе, — необычно смущенным голосом произнес Сириус. — Что-что? — Как будто я влюбляюсь в тебя. Римус настороженно смотрел на друга, не зная, что сказать. — Не выгонишь меня из дома после такого? — горькая улыбка совершенно странно смотрелась на лице Сириуса. — Никуда я тебя не выгоню. Ты... Я думаю, это многолетняя отдаленность от всех на тебя влияет. — Возможно. Думаю даже да, ты прав, — мародер закрыл окно и лег в кровать, — спокойной ночи, Лунатик. — Спокойной ночи, Бродяга, — Римус лег рядом, по привычке не обращая внимания на руку Сириуса, прижимающую его к "другу".