X
21 января 2019 г., 16:51
— Тэхён-а? — тихий стук в закрытую дверь. Он не надеется, что мальчишка откроет. Но...
Толкнув дверь вперёд, заставляя открыться, брюнет проходит в комнату. Пусто. Если бы не одежда в шкафу и игрушки, которые периодически обнимают хрупкие руки, Чону показалось бы, что здесь никто не живёт.
— Куда ты ушёл?.. — вопрос в никуда.
Он проходит к кровати, проводя пальцами по покрывалу, идёт к столу. Конверт, точь-в-точь как те, в которых шатен пишет письма матери, лежит на ноутбуке белым пятном. Чонгук читает.
Чонгук-хён, я не знал, когда ты вернешься, поэтому решил оставить письмо. Мне очень неловко, что я посмел лезть в твою личную жизнь, я виноват. Извини меня.
Мы с Намджун-хёном уехали в город, не волнуйся за меня, всё будет хорошо.
Тэхён-и
Сердце пропускает пару ударов. Тэ писем ему никогда не оставлял, даже записок, всё передавал Чону Намджун. Лично, если у младшего не было времени. Взгляд падает на изящно выведенные имена, в особенности, Чонгука. Старший улыбается. Но что-то заставляет быстро эту улыбку убрать. Уехал не с ним, а с Джуном. Куда? Когда он приедет? Решил отблагодарить защитника? Гук сжимает челюсти. Ревнует. Он хорошо это чувство знает, но сейчас что-то изменилось... Ревность не та. Тэхён не вещь, не друг, а потому и ревность не собственническая.***
Смех. Чонгук отчётливо слышит его, находясь в другом конце дома. Тэхёну весело с Намджуном, тот его смешит. Брюнет неторопливо поднимается из-за своего стола и идёт в гостиную, знает, что Ким в первую очередь зайдёт туда. — Намджун-хён, вовсе это не так! Не смущай меня! — улыбается младший. На нём кофта — одна из чонгуковых, чёрная водолазка, а на голове шапка, хотя на улице тепло. Джун заходит следом, садится на диван, рядом с пакетами, что Тэ притащил. Гук хмыкает. — Где ты был? — Тэ-Тэ такой резкости даже пугается, а улыбка мигом покидает милое личико, — Ты не мог дождаться меня? Куда вы ездили? — Мальчишка всего лишь захотел... — начинает блондин. Лучше бы молчал. Чонгук слышать не хочет, что там Тэхён захотел с Намджуном. Он подходит к юноше, парой шагов пересекая огромную комнату, снимает шапку с того и... Золото. Мягкое, словно шёлк, рассыпается из-под вязаной шапки и тонкой резинки. Заставляет медово-ореховые глаза засиять по-новому. — Блондин? — нежно, с лаской, спрашивает старший, проводя ладонью по золотым волосам подопечного, — Поэтому ты в город ездил? Тэхён взгляд в пол тупит, отвечать на очевидное не видит смысла. — Он попросил меня отвезти его за новой одеждой, потому что решил сменить гардероб, — Намджун кивает на пакеты и встаёт, — Ладно, я поехал к твоей маме, Тэхён-и. — Почему ты решил сменить гардероб? — брюнет рассматривает все эти невесомые, легкие рубашки, свитера и кардиганы пастельных цветов, но сам Ким внимания привлекает больше. Особенно сейчас. — Захотелось, хён, — пожав хрупкими плечиками, блондин надевает очередную рубашку с кардиганом цвета кофе с молоком. — А волосы? Чонгук уже давно понял, почему такие изменения. У этого религиозного мальчишки все на лице написано. Ревность, трепет, любовь... Он всего лишь хочет услышать признание устами Тэ. — Ты не будешь смеяться? — А я должен? — Мне обидно, что ты постоянно с Юнги... — Ким садится в пол оборота к столу, — Я подумал, что если я осветлю волосы, как у него, ты обратишь внимание, я заменю его. — Ты такой глупый, — брюнет усмехается, подходя к юноше, — Цвет волос не заставит меня обращать на тебя ещё больше внимания, ведь ты давно уже заменил для меня Юнги или кого-либо вообще. Мин и рядом с тобой не стоял, особенно сейчас, когда ты осветлил свои волосы. Ты прекраснее, чем он. Был и будешь. — он присаживается на корточки перед Кимом. — Но ты же постоянно проводил с ним время, днём и ночью. Почему ты говоришь, что я заменил его? — Тэхён-и хмурит бровки. — Ждал вот этого. — Чего? — Твоей ревности. Как легко иногда даются слова, как легко совершаются поступки. Стоит лишь податься вперёд, как все твои тревоги о моменте и лучшем его проведении рассеиваются. Тэхён и не заметил, как Чонгук встал на колени, а сам он наклонился навстречу. Он почувствовал лишь тепло чужих губ на своих, нежные касания шеи и боль в груди, приятную, дающую понять, что твои надежды и чувства взаимны. Длинные пальцы коснулись щеки, провели по коже. Взамен Тэ получил всю нежность и ласку, что были в Чонгуке, когда он накрыл его ладонь своей. С детства маленький Тэхён-и не знал иной любви, кроме любви к Богу. Сегодня, на своём восемнадцатом году жизни, он понял, что есть другая любовь, более верная, взаимная. И Господь Бог никогда бы не ответил взаимностью, а Чонгук отвечает. Отдаёт всего себя Тэхёну во владение. И Тэхён больше не вверяет себя в руки Господа, не хочет принадлежать ему. Он принадлежит теперь Гуку, целиком и полностью, телом и разумом.
