Комната страха

— А силёнок, Долорес, тебе хватит, что бы тягаться со мной? — отпустив планшет на вытянутую вдоль тела руке, Зейн ухмыльнулся белоснежной идеальной улыбкой и поправил второй свободной рукой волосы. — Даже Аврора стала в разы лучше, а ты только взрастил корону за все эти годы. Не давит, не мешается? — Мию явно уносило от всех смешанных чувств внутри неё, она слабо контролировала себя и единственное что сейчас могла выдать в массы это тонны агрессии, которую та подолгу сдерживала в себе. — Да и ты я посмотрю не ликом шита… Рем лучший из всех возможных для тебя вариантов здесь. Чем же ты его зацепила? Рем, неужели она так хороша в постели? Кулаки Рема вмиг сжались, а тело затряслось от напряжения и агрессии, комком которой сейчас был сам парень. Испуская пар изо рта Рем только и думал о том, что его кулак соприкасается с его лицом, разбивает нос, наносит увечья на кожу. Он не смел так говорить! Перед ним стоит его родная по обеим родителям сестра, а он утаптывает её в землю на глазах у всей верхушки «Клетки» с ухмылкой на губах, смакуя вкус своей победы, ощущая превосходство. Он всегда таким был, и Рем всегда помнил Зейна таким. Они когда-то в детстве, давным давно общались. Док понимал Рема и потому стал его лучшим другом, а вот Зейна навязал ему отец, ведь когда-то они вместе будут делить одно место, принимать совместные решения и вершить судьбы. Но характер Зейна был далеко не сладок и даже сейчас парень не показывал его во всей красе, демонстрируя публике лишь малую часть. Но он был старше на два года. Он уже как год занимает место правой руки «Вершителя» и, так или иначе, Рем ему сейчас не ровня. Он не может размазать его по стенке, не может на него даже замахнуться. Впервые в жизни Рем ощущал свою беспомощность и слабость. — Неужели убегать от вопросов и лезть в чужую личную жизнь — твой удел? Я вызвала тебя на поединок за власть, но так и не дождалась от тебя ответа. Не хочу дальше продолжать бессмысленную беседу у всех на глазах и жду твой ответ, — ох, Мия ни на йоту не собиралась уступать старшему брату. Мия видела как Рем едва держит себя в руках, как сильно напряжены мышцы на открытых участках кожи и знала, что устраивать бойню тут при всех было бы слищком большой ошибкой в первую очередь для Рема. Пускай Ми и была довольно далека от всей этой системы «Клетки», но банальные законы касаемо неприкасаемости тех, кто был выше тебя по статусу, однозначно были ясны для девушки. Зейн перегибал палку, унижая Мию при всех здесь собравшихся, и людей стало значительно больше, поскольку здесь собралась немалая часть бойцов из основных, так называемых «элитных» отрядов. Но делали ли Зейна подобные высказывание в сторону девушки и тем более его сестры выше? Лучше? Почтительней? Нисколько. И Мия это понимала. И потому Мия даже не давила в себе лёгкую ухмылку, демонстрируя её каждому, кто заглядывал на её лицо в надежде прочитать эмоции блондинки после подобного в её адрес. Сейчас Мия чувствовала себя выше своего брата. А может это так и было? — Ты хочешь, что бы я не только словестно размазал тебя по земле, но и продемонстрировал подобное действие в его физическом воплощении? — парень не собирался уступать младшей сестре и то же язвил и ухмылялся в ответ. Родство в данный момент можно было доказать даже без генетического теста. — Ты настолько в себе уверен, что даже в детстве никогда не думал о том, что мог проиграть. Да, тактика однозначно имеет место быть, но ты проигрывал. Тебя втаптывали в землю лишь благодаря своей самоуверенности, потому что задавить морально тебя было проще простого с такой-то установкой в голове. Может стоит хоть иногда допускать шанс того, что ты можешь быть слабее? — Мия сбавляла обороты, чувствуя как накаляется обстановка вокруг, как метает искры из глаз отец Рема Бернианд и как её собственный отец Малик смотрит на всё происходящее даже не зная как это остановить. — Мия, не стоит. Он в первую очередь мужчина и тут хочешь признавать это или нет, но уже одним этим фактом он сильнее тебя. Во-вторых, у него подготовка шла годами, если уже не измеряется десятками лет. По всем фронтам на данном этапе он будет лучше тебя, — Рем приобнял девушку за талию видя, как та даёт отпор брату, понимая, что в данный момент у неё хватает сил на личностную оборону, но при этом останавливая излишний напор Ми. — Рем смышлёный парень, слушай его Долорес. Не стоит тягаться с теми, кто гораздо сильнее тебя по всем аспектам. Мне даже жалко тебя будет. — Ответа ты односложного давать не собираешься… Окей, пусть так. Пускай мой выброс повиснет в воздухе на неопределённое время. Я от своих слов не отрекаюсь. А ваше решение Бернианд и Малик я принимаю. Если я бросила вызов на борьбу за трон, то мне нужно будет подтянуть свои навыки и сделать лучше это чем в составе «Основного отряда «Т» мне нигде не удастся. Благодарю за возможность, — Мия прижала одну руку к груди и слегка склонила голову в благодарственном жесте, слегка улыбнувшись.

***

— Ты слишком хорошо сглаживаешь углы, — стоя на балконе второго этажа с удивительно шикарным видом на ночной хвойный лес, Рем наконец-то смог уединиться с девушкой после долгих часов общения со всеми с кем только мог из-за своего нового и будущего статуса. — Что бы выжить в моём прошлом «мире» приходилось обучиться многому, здесь же среди всех этих «гиен» нужно ещё больше подтягивать различные навыки, — облокотившись на перила руками, Мия склонилась над пропастью балкона, вдыхая чистейший запах елей. — Ты права. Никогда не знаешь, какой навык тебе пригодится завтра. Но из всего что сегодня было… Всё могло кончиться куда хуже. Хорошо продержалась, — вторя позе девушки, Рем похвалил девушку не глядя на неё. — Сама удивлена. Хотя мне стоит извиниться за моё поведение перед Карлосом. Весь оставшийся вечер он пилил меня взглядом так, что я даже это кожей ощущала, — опустив голову, девушка слегка поникла, понимая, как ужасно себя повела с ним. Не имела права, не того статуса она, что бы себя так гордовато и резковато вести с Карлосом. — В прочем, Карлос тоже показал себя далеко не с лучшей стороны. Он ведь слышал большую часть той первой перепалки между тобой и Маликом. Как наставник и руководитель он мог бы войти в твоё положение и понять насколько трудный моральный момент сейчас переживает твоя психика. Да и тот выброс был далеко не самой худшей вещью которую мог вытворить больной мозг человека в тот момент, уж поверь мне, я многое видел и ты, если посмотреть на всё и учесть то, что ты ещё не дотягиваешь даже до рядового бойца, то за твою выдержку могу дать десять из десяти, — поправив одной рукой чёлку, которая начала лезть Рему в глаза, он заглянул в лицо девушки впервые так открыто после тех слов, что сказал тогда на веранде. Нет, он ни грамма не жалел то что сказал. И дело даже было не в том, что вылетевшие слова уже не поймать и не запихнуть себе обратно в глотку, сделав вид, что ничего не было, да и за минутную слабость себя не карал он. Но всё же не по себе было ему с того момента, как адреналин выветрился из крови и бурный вечер встреч перешёл в самое обычное светское мероприятие их «Клетки». Рем никогда даже не заикался у себя в голове о подобных словах, никогда не ловил себя на подобной мысли даже пропущенной ненароком, что крайне редко, но могло встречаться у натренированного до мозга костей бойца. Но и до недавнего времени он и подумать не мог о том, что будет вот так вот лежать с девушкой в кровати и испытывать что-то похожее на платонические чувства, даже не ловя себя на мыслях о плотских утехах с ней. Но он уже поджёг мосты. Все, что было там на той стороне, вся его прошлая холодная, беспристрастная и холостяцкая жизнь в комнате страха осталась там. А что ждёт его здесь, на этой стороне, где он уже стоит на земле обеими ногами вместе с Мией ему только предстоит узнать… — Спасибо. Думаю, что получить похвалу от самого Рема Альтреста достоин далеко не каждый, поэтому мне приятно слышать это от тебя, — искренье улыбнувшись, девушка не отводила взгляда от парня всё ещё не осознавая, как умудрилась снова войти в эти зыбучие пески чувств, хотя только пару недель назад клялась совершенно о другом. — Ох, далеко не каждый, — Рем издал небольшой смешок, что было сравнимо самому настоящему человеческому смеху. Мия за всё то время рядом с Ремом изучила парня и понимала это, поэтому поддержала того своим звонким смехом, наконец-то сумев опустить плечи, слегка ссутулиться и расслабиться хотя бы телом. Весь вечер к ней были пригвождены десятки взглядов, кажется, ни один присутствующий не смотрел на ту суммарно меньше минуты. Все подолгу задерживали взгляды, изучали, ставили оценки, обсуждали. По коже снова прошлись мурашки и девушка поежилась. Самый трудный вечер за последние годы… — Спасибо за те слова… Они скрасили этот ужасный вечер. Даже не вспомню, когда в последний раз ощущала себя настолько дерьмово… — Мия закрыла лицо руками, потирая виски большими пальцами: головная боль за всё напряжение за целый вечер давала о себе знать. — Я сказал их не только потому, что ощутил, что тебе нужна поддержка, но и по той причине, что эти мысли впервые за всю мою жизнь завертелись в моей голове, подобно урагану. И если бы я это не сказал в скором времени, то они бы банально сожрали меня, — пусть девушка и не смотрела в эти секунды на парня, но в голосе ощутила полную уверенность в словах, что в сказанное была вложена лишь истина. Рема отличало от многих наемников некая странная, своеобразная, но всё-таки открытость. Сам парень с детства перестал испытывать, что либо, и его выражение лица редко показывало что-то кроме нейтральности. Даже взгляд никогда нельзя было прочесть. И для его будущей должности, казалось бы, это скорее даже очень большой плюс, чем минус, но у Рема были свои взгляды. Он не был чёрствым до глубины своей души, он живое существо, как и другие высшие организмы, он имеет чувства. Только с одной поправкой: они не мешали ему жить. Он не пропускал их через себя, не давал себе их проживать, не крутил в голове и потому, по факту, именно это позволяло оставаться тому непробиваемой личностью. Но он говорил о том, что ощущал людям, которых хотел сам посвятить в это с разными причинами и мотивами на то. И сейчас Рем понимал, что никогда не подарит Мие тех самых чувств, о которых изредка читал в книжках, где девушку любят, где она каждой клеточкой тела ощущает то тепло, исходящее от её второй половинки. Он не сможет говорить с теплотой в голосе или смотреть на неё как на самое прекрасное, что только видел в этот мире. Он может её обнять, когда они будут сидеть на диване или поцеловать в лоб, но Рем никогда не сможет в них вложить те самые чувства, от которых по коже Мии пролетит табун мурашек. Но она должна знать о том, что происходит там, глубоко в мрачной душе Рема. Она достойна любви, и после всех сегодняшних событий для Рема наконец приоткрылось то самое закулисье её прошлого. И, к сожалению, даже её прошлое, детство, которое должно быть у каждого ребёнка, ведь дети, ещё ни в чём не повинные заслуживают на то, чтобы прожить этот период жизни счастливо, и то было отнято. Им движет далеко не жалость к этой девушке. Рем всегда был за справедливость. Мия уже заплатила свою цену. Теперь Вселенная должна отплатить ей. И он начнёт этот путь. — Поехали домой в Комплекс «ТЗ», — тихо произнесла девушка, устало вздохнув, продолжая лежать на руке Рема. — Это будет едва ли не последняя наша ночь там. Сразу после объявления «Верхушкой» о том, что мы теперь сформированы в новый «Основной отряд» мы и стали ним официально. Завтра поутру мы будем собираться, и переезжать в новое общежитие, — поправив волосы на голове у Мии, Рем слегка коснулся губами её макушки. — Плевать, где жить. У меня никогда не было настоящего места, которое я бы называла своим домом. Сейчас мне просто важно, что бы ты бал рядом. Ну и утереть нос брату с отцом заодно, который закинул меня в мясорубку, желая услышать звук ломающихся костей. Но я обломаю его желания. — Никогда на моём пути не встречались столь решительные девушки, как ты. Я обязательно помогу тебе и посмотрю за этим шоу со стороны, поставив на кон все, что имею на тебя, пускай буду и единственным, кто это сделает.

***

Ранним утром чемоданы и сумки были собраны, среди которых Мии принадлежала только одна сумка среднего размера, в то время как остальные были заполнены вещами Рема. На этой почве у Рема тут же зароилась навязчивая мысль обжить новую комнату вместе с Мией. Что бы на полочках стояли всякие крема, женские штучки, названия которым парень дать не мог, что бы он делил с ней шкаф не двадцать на восемьдесят, а пополам. Рему хотелось дать тот максимум, который он бы мог и услышать наконец-то от Мии, что она нашла «Свой дом». Мию же этот факт волновал не слишком сильно, несмотря на то, что она много вещей оставила в своей прошлой жизни, что у неё всегда был забит шкаф, и тумбочки были наполнены всем, чем только себя может порадовать женщина. Это всё равно не приносило того самого «счастья» за которым Мия гонялась всю жизнь, проигрывая гонку. Да, шоппинг однозначно поднимал уровень эндорфина в крови, но лишь на время и, попадая в стены своей обители, он тут же снижался к привычному минимуму. Апатия — вот в чём прожигала жизнь Мия. — Кажется, это всё, — застегнув замок на последней сумке, Мия поднялась с колен и осмотрела опустевшую комнату. Она всегда казалась ей слишком пустой, необжитой, словно номером в гостинице, но сейчас от всей пустой мебели и белых стен начинало веять холодом. Рем молча подошёл к девушке и обнял ту за плечи. Он до одури не хотел ехать сюда. Он взял девушку обманом к себе сюда в развлечение, совершенно не представляя то, что через три месяца он будет стоять с ней в руках и переходить в «Основной отряд» с некой радостью и гордостью. Раньше ненавистное место стало тем, что скрашивает его будни, место в которое он вернётся не в пустую холодную кровать, да и в каком-то роде ему нравилось чувствовать ответственность за Мию. Весь мир сейчас для них обоих был перевернут вверх тормашками, что из карманов начало выпадать всё старое, мешающее, тормозящее и надоевшее. Все старые убеждения и принципы вылетали как мусор из карманов, мешающийся, но до этого времени лежащий там, через отсутствие урны или банальной лени в её поисках. Да, примерно так можно было описать произошедшее за последнюю неделю. Но никто не жалел… Мия прижалась к парню спиной, ощутив крепкие руки на своей талии. Внутри что-то сделало кульбит, и девушка слегка дёрнулась от этого непривычного ей чувства. Тепло после этого начало стремительно разливаться по телу, принося невиданное ранее спокойствие и расслабление. Только сейчас к Мией стала понимать, что ни с кем другим не ощущала себя так: маленькой девочкой, которую будут любить и защищать, которой не придётся самой ломать стену, что бы двигаться дальше — это сделают за неё. Мия так боялась быть слабой, дать себе расслабиться хотя бы на минуту, боясь, что этим мгновением воспользуются, что она вновь будет разбита и брошена. Но не сейчас. Сейчас всё это она делала произвольно, словно рефлекторно. Когда Рем был рядом, она опускала плечи, переставая держать осанку, выдыхала и перестала контролировать всё вокруг. Неужели вот он, тот человек, который открыл ей двери из её комнаты страха? — Пора грузиться в автобус, — нехотя проговорил парень, слегка коснувшись подбородком плеча девушки. Мия развернулась в руках парня и, положив руки на его плечи, приподнялась на носочки и поцеловала Рема. Рем тут же подхватил девушку за талию, практически вжав её тело в себя, отвечая на поцелуй в своей манере: грубо, дерзко и с напором ворвался языком в её рот. А Мия от этого всего только ловила кайф. Ей нравилось, что её подчиняют, что не она ведёт игру, а мужчина, и конечно, ей нравилось то, как парень реагировал на неё. Она уже ощущала его возбуждение, знала, как действует на него и конечно не могла не воспользоваться этим, чтобы не подразнить. С улыбкой прервав поцелуй, отпустила шею парня, сделав шаг назад отступила от Рема не убирая улыбки. А Рему нравилось, что она так играет с ним. Игра перешла на новый уровень, где оба вышли победителями, продолжая кайфовать, как в покере на ривере в «аll in». Никто не ожидал такого исхода, но этот поворот судьбы нравился обоим. Подхватив сумки, для Мии Рем оставил лишь один чемодан на колёсах. Пропустив девушку вперёд, Рем покинул пределы комнаты, переступив через порог, и оглянулся на секунду назад, оглядывая опустевшую комнату. В такую он заехал в самом начале, гневно раскидав свои вещи полностью быв уверенным в том, что через неделю-вторую покинет это место. Но так заигрался с Мией, что перебивание здесь заставило кровь, застывшую в венах вновь бурлить в жилах. Теперь с девушкой рядом ему хотелось становиться лучше, ставить и добиваться целей. Может, вот именно сейчас он наконец-то «проживает жизнь»? Они быстро погрузили сумки в багажный отсек и сразу же заняли свои места. Рем пропустил Мию к окну, а та в благодарность улыбнулась. Такие простые вещи делали девушку счастливой, и Рем всё никак не переставал видеть в ней ту маленькую десятилетнюю девочку. Он знает лишь часть и полностью уверен, что впереди перед ним откроется ещё больше подводных камней из прошлого Ми, которые вновь и вновь будут ломать восприятие о девушке в глазах Рема и вносить понимание о том, почему сейчас она такая, и почему уже во взрослом возрасте поступает так, как не поступил бы никто другой.

***

На месте ребят сразу расселили по комнатам в одном крыле, чтобы те были рядом. Это было одно из отличающих правил в «Клетке» в отличие от Комплекса «Т3», где будущих наёмников расселяли абсолютно рандомно на свободные места. Так же теперь всех селили до двое-трое человек, а не до восьми на одну комнату, что конечно превращало условия перебивания в более или менее человеческие. Рему и Мие, конечно же, по указаниям Рема выделили отдельную комнату, вновь нарушив все правила проживания, но Бернианд был готов идти на такие мелкие прихоти сына, только бы он стал достойным наследником его чина. — Она больше предыдущей, — заходя в новую обитель, Мия тут же осмтрела комнату, которая была раза в два больше прошлой. Большие окна, один большой шкаф под потолок и комод, которого в прошлой комнате не было, да и негде его было бы там поставить. Опять же кресло, только теперь с кофейным столиком и пуф, скорее всего предназначающийся под ноги. Ванная ещё больше покорила девушку, ведь там взамен небольшой душевой кабинки перед ними предстала целая ванная, но и душевая для быстрого освежения под прохладными струями воды тоже имелась. — Сюда попадает по статистике каждый сотый боец, поэтому условия здесь для наёмников гораздо лучше, да и питание куда более разнообразное и часто повара даже подстраиваются под бойцов, готовя отдельные сбалансированные рационы. Но здесь надо быть готовым распрощаться с жизнью в любую секунду, — всю дорогу и даже при заселении Рем был очень серьезным и задумчивым, говоря холодным тоном даже с Мией. — Впрочем, к смерти нужно быть готовым с самого первого глотка воздуха при рождении. Тромб в артерии, пьяный водитель, несчастный случай… да в принципе всё что угодно, причин не перечесть. Смерть всегда дышит в затылок, мне ли не знать… — последнюю фразу Мия сказала едва слышимо, и даже не потому что хотела что-то скрыть от Рема, а просто потому что прошлое она так и не отпустила целиком. Последняя страница её биографии была утаена от всех, покрыта чёрной пеленой. Это не то что бы сломало девушку, но определённо перекроило её разум наизнанку, простроив того человека, который теперь предстал перед всеми. Не будь, конечно, всей этот ситуации с Маликом, который отправил дочь на другой конец света, где она так раз таки встретилась с этой ситуацией лоб в лоб, всё было бы гораздо проще. Она бы выросла совершенно другим человеком. Но время вспять не возвращается. — Мудрые слова конечно, но ты теперь моя обязанность, хочешь того или нет. Плевать. Я вижу в тебе бойца, того, кто сможет жить в таких условиях, и если мне предстоит стать «Вершителем» в ближайшем будущем, то я хочу такого бойца к себе. С мужчинами под одну гребёнку тебя ровнять никто не будет, но научиться уворачиваться от пуль, выбивать оружие в рукопашном бою, что бы обезопасить себя, пока тебе не придут на помощь, задерживать нападающего. Всему этому будет моя обязанность обучить тебя, потому что я взял ответственность за твою жизнь и она в прямом смысле в моих руках. А с недавних пор, я готов стать твоим бронежилетом, — скинув сумки на пол, Рем развернулся к девушке, заглядывая в её глаза говоря максимально серьёзно, да так, что если бы осязаемыми, то летели бы в девушку, рассекая воздух подобно клинкам. — Ты не пожалеешь о своём выборе. Я согласна учиться и выживать, особенно с учётом того, что со вчерашнего дня у меня есть и свои цели. Надо, я пойду по головам, — Рем резко изменился в лице после слов девушки, которая говорила тоном вторящим парню. Рем улыбнулся уголком губ Мие и эта улыбка отразилась в глазах, сменив стеклянный строгий взгляд. Это была его партия. Подобная ему. Он не ошибся. Противоположные полюса, конечно, по законам физики притягиваются, но это был не его случай. Ему надо такая, что будет идти рядом, ловя ритм его шага и не сотрясаться от каждого хруста костей под ботинками. И вот перед ним стоит та, кем рулит месть, обида и злость вперемешку с чувством собственного достоинства, которое не позволяет ей опускать себя. Именно с этим коктейлем внутри наёмники добиваются в «Клетке» высот, недосягаемых для остальных жаждущих денег. Идеал во плоти. И она его. «Как приятно смаковать эти слова, крутя их на языке».