Амнезия

nicebeatzprod. – обiйми Первые лучи солнца медленно прокрадывались сквозь стёкла, проливая свет на тёмные уголки комнаты. Движение за окном потихоньку оживлялось, приводя город в чувство после тёмной ночи. На улицах мелькали оранжевые жилеты дворников, подметавших проспекты рано утром, подготавливая город к очередному рабочему дню. Вася зажмурился и слегка мотнул головой, когда свет добрался до лица. Разлепив сонные глаза, он отвернулся из-за ослепляющих лучей. Тяжело выдохнув, парень приподнялся, и две бутылки виски, выпитые вчера, тут же дали о себе знать резкой болью в висках. Голова вновь упала на колени Калинкина. Вася издал лишь тихое мычание и повторил попытку, в этот раз увенчавшуюся успехом. Парень перевел тело в сидячее положение и, протерев глаза левой рукой, быстро осмотрел палату, которая наполнялась солнечным светом. Вася взглянул на пустую бутылку в руке и попытался вспомнить, как добрался обратно до больницы, но голова совсем не соображала, и в воспоминаниях были лишь маленькие отрывки происходящего вчерашним вечером. Шакулин сполз с кровати и направился в уборную, по пути зашвыривая бутылку в мусорное ведро. Вытащив из спортивной сумки щётку Вася взглянул в зеркало. В отражении он увидел лицо незнакомца, щёки которого втянулись, в глазах была пустота, а под ними красовались огромные синяки. Начинала появляться легкая щетина, а взъерошенные волосы лишь придавали образу еще более болезненный и мрачный вид. Задержавшись с минуту, рассматривая своё отражение в зеркале, Васю привлёк звук за стенкой. В больнице был уже подъём, поэтому парень быстро, более менее, привёл себя в порядок и вернулся к Жене, неизменно лежавшему на кровати. Шакулин замёл следы своего вчерашнего состояния, выбрасывая вторую бутылку. Голова ходила ходуном, всё тело просто ломало, а во рту была пустыня. Но всё это мелочи, по сравнению с состоянием души, которое не исправишь таблеткой аспирина и бутылкой минералки. Через несколько минут в палату вошёл медбрат. Лицо парня было незнакомо Васе, он не запомнил ни единого человека, которые меняли капельницу Жене, он никогда и не смотрел на них. Для него в палате существовал лишь один человек. — Извините, — прохрипел Вася за спиной парня, — а когда будет обход? — тот медленно повернулся к Шакулину. — В девять начинается обход, — вежливо ответил он и слегка улыбнулся. Вася лишь буркнул тому в ответ «спасибо» и занял привычное место на стуле возле кровати. Парень хотел спросить что-то ещё, но так и не решился. Врачи пришли достаточно быстро, хотя Васе было не понятно, много ли времени прошло или нет. Он не следил за этим. Он просто сидел молча рядом с Женей держа того за руку. В голове не было мыслей совершенно. Палата номер девять была словно параллельной реальностью, где ты отключаешься, ни о чем не думаешь, ничего не чувствуешь, тебя ничего не беспокоит, ты ничего не слышишь и не замечаешь. И это пугало до безумия. Ведь человек, который ничего не чувствует и не хочет - это потерянный человек, и немногие могут выбраться из такого состояния. Эти потерянные души навсегда застревают во вселенной «Палата номер девять» и просто существуют на этой земле, ожидая своего конца. Вернул Васю в реальность звук открывающейся двери. На пороге стоял уже знакомый врач с двумя женщинами за спиной. — Здравствуйте, — бодро протянул мужчина, заходя в палату и обращаясь к Васе, который в ответ лишь слегка кивнул и поднялся со стула, — как наши дела? — бодрость в голосе мужчины начинала действовать Васе на нервы. — Плохо, — выпалил Шакулин, резко меняя атмосферу начавшегося разговора. Врач изменился в лице, взгляд его стал тяжелее, а две медсестры лишь грустно переглянулись между собой. — Не стоит сразу рубить с плеча, — продолжил мужчина уже не таким бодрым голосом, но всё ещё с весёлым настроем, подходя к пациенту. — Показатели не падают, состояние Жени стабильно, так что это очень даже хорошо. — Что хорошего? — холодно задал вопрос Шакулин. Взгляд врача поймал две стеклянные бутылки, которые поблёскивали в мусорном ведре. Он взглянул на Васю. И вот опять этот взгляд наполненный жалостью. На несколько секунд комнату заполнила мрачная тишина. — Олечка, — прорезал давящую на всех тишину голос врача, — я думаю мы можем уже отменять капельницы, раз состояние его стабильно. — А что с Людмилой? Я могу её навестить? — раздался голос парня за спинами работников. — Да, конечно можете. Я буквально несколько минут назад был в её палате. Состояние её уже получше, — в голосе опять прорезались нотки бодрости, — но сейчас её нужно огородить от всех тяжёлых мыслей, никакой нагрузки на сердце быть не должно. Постарайтесь как можно меньше обсуждать эту ситуацию, — врач показал кончиком ручки в сторону кровати. — Я понял, спасибо, — тихо ответил Шакулин и вновь упал на стул. Медработники быстро обсудили что-то ещё и покинули палату. Вася потянулся к руке Жени. В памяти всплыли все прикосновения парня. Как его тонкие и почти всегда холодные пальцы, прикасались к коже и словно оставляли лёгкие, но приятные ожоги. Как тощие руки обвивались вокруг шеи при каждой встрече. Вася понял, что сильно скучает по таким моментам. Сильно скучает по этим физическим контактам. Когда они только познакомились, Вася отметил для себя, что объятья этого тощего и высокого парня какие-то особенные, какие-то другие. Они всегда были безумно тёплыми и искренними. Когда Женя обнимал Шакулина, было ощущение будто Вася дома. Что-то приятное и родное разливалось по телу. От нахлынувшего становилось паршиво на душе. Шакулин резко вскочил со стула и вылетел из палаты. Успокоив свою память и дыхание, которое сбилось, Вася направился туда, где лежала Людмила. Оказавшись перед нужной ему дверью, Вася в очередной раз успокоил свои нервы и потряс головой, входя в светлую комнату. Там было четыре кровати, три из которых пустовали, небольшой столик и несколько стульев. — Вася, — протянувши улыбнулась женщина, увидев на пороге парня, — привет мой хороший, — Шакулин через силу натянул на лицо улыбку и подошёл к ней, присаживаясь на край кровати. — Как вы себя чувствуете? — заботливо спросил парень, обнимая женщину. В голове вновь промелькнули мысли и воспоминания об объятиях Калинкина. Кажется теперь любые объятья будут напоминать Васе о том, что Женя особенный. — Более менее, — ответила женщина не прекращая улыбаться, а парень лишь хмуро сидел и задумчиво сверлил пол взглядом. — Вась, — рука женщины легла на плечо парня, — я знаю насколько вы были близки с Женей, и я вижу как он тебе дорог, но ты не должен сейчас поддаваться этой тоске. Ведь когда Женя проснётся ему нужна будет твоя помощь, — Вася поднял глаза на женщину, — ему нужен будешь ты, понимаешь? Это не конец жизни. К тому же не смей его хоронить, это просто кома. «Просто кома?» пролетело эхом в голове Васи. «Как можно так спокойно об этом говорить?» не унимался тот. — Процент того что он проснётся куда больше нежели, — она запнулась. Показалось будто на секунду образ стойкой женщины улетучился и вернулась паника, но вот на лице вновь улыбка и Людмила продолжает давать наставления Васе, который так усердно сдерживает слёзы, из-за нежелания беспокоить женщину, но она конечно замечает его мокрые глаза. — Вася, не бойся быть слабым, но не смей сдаваться, — слёзы непроизвольно покатились по щекам, а голова рухнула на плечо женщины. Людмила прижала Васю к себе, гладя того по спине, как маленького мальчика и говоря, что всё будет хорошо. У Васи не укладывалось в голове, как эта женщина может оставаться такой сильной, как она может улыбаться после всего этого. Ведь её сын сейчас лежит в соседней палате с проломленным, мать его, черепом. Немного успокоившись Вася поднял свою голову, вытирая остатки слез. Людмила посмотрела на парня и одарила его тёплой и поддерживающей улыбкой. Тот просто не смог сдержаться и улыбнулся в ответ. Это был первый раз за всё то время, как Женя попал в аварию. Видимо ему нужна была эта искренняя улыбка, чтобы он смог на неё ответить.