Амнезия

SineSpace – Вынимай моё сердце Лучик солнца тихо играл на бледной стене палаты под номером девять. Город за окном пробуждался, автострада наполнялась движением, на тротуарах мелькало всё больше силуэтов, работники метрополитена туманными взглядами встречали жаворонков, в окнах домов появлялись сонные лица, раздвигающие тяжёлые шторы и впускающие в свои комнаты ранее солнышко. Пациент, спавший на кровати, слегка нахмурился и дёрнул головой, после чего аккуратно разлепил тяжёлые веки. Голова у Жени гудела, кости ломило, как после недельной попойки. Парень чувствовал, как громко кровь перетекает в его венах, гонимая сердцем по кругу, он буквально слышал это. Он слегка повернул шею и зажмурился, от пронзающей всё тело боли. День явно начался не с улыбки. Калинкин облизнул сухие губы, громко сглотнул и вновь разлепил сонные глаза. Найдя в себе силы, он повернул голову налево, где взглядом наткнулся на тоненькую трубочку, соединённую с катетером. Лекарство быстро поступало в кровь парня. Слегка пошевелив пальцами левой руки, он почувствовал как сильно она замёрзла во время сна. Женя поймал себя на мысли, что правая куда теплее. Он вновь, сквозь адскую боль, развернул голову на 180 градусов. Перед его взором предстала чудесная картина. Вася, согнувшись в три погибели на неудобном стуле и уронив голову на одеяло, крепко зажал ладонь парня в своих руках. На секунду Женя умилился этому, но тут же пришёл в себя и резко, насколько ему позволяли силы, выдернул свою руку из ладоней незнакомого человека. Шакулин слегка дёрнувшись поднял голову, открывая красные глаза. Дав несколько секунд разуму до конца проснуться, Вася сфокусировал взгляд на своём друге. — Жень, — прошептал тот расплываясь в лёгкой улыбке, на что получил лишь недовольный взгляд в ответ, — доброе утро, — парень вновь подал голас, но уже без улыбки. Женя продолжал неодобрительно смотреть на молодого человека, сидящего напротив него. Шакулин уставился на друга, ища хоть огонёк былого тепла, но наткнулся лишь на холодные голубые, как лёд на лазурном озере, глаза. Вновь адская боль где-то внутри. — Кто ты? — выдавил из себя Женя немного морщась из-за боли в горле. Ему было тяжело даже просто дышать, не то что думать и пытаться сформулировать мысли. Состояние было помятое, как после долгого запоя. Этот вопрос, как лезвие очередного ножа, прошёлся по сердцу Васи. Парень печально опустил глаза в пол, не спеша давать ответ. Он никак не мог свыкнуться с мыслью, что для Жени, на данный момент, он никто. — Мне повторить вопрос? — вновь подал голос худощавый парень в кровати. — Зовут Вася, — всё же ответил он и поднял глаза, — мы… — парень запнулся, он не мог подобрать слово, чтобы описать кем сейчас он является Калинкину, — мы очень близкие друг другу люди, — всё же выдал тот первую нормальную мысль, пришедшую в голову. — Я так понимаю, мы были друзьями? — Жене не нравилась вся эта ситуация, но видя взгляд уже и без того разбитого Шакулина, он не мог нагрубить ему. — Да, — поникшим голосом ответил тот, — хотя, знаешь, мы не просто друзья, мы практически братья, — добавил Вася удобнее усаживаясь на твёрдом стуле. Женя недовольно прищурился. — Ты что, тут ночевал? — его немного пугало поведение этого незнакомца. «И почему именно он?» никак не мог уняться Калинкин, прокручивая всё в голове. — И где вообще моя мама? Разве ко мне могут пускать кого угодно? Врач говорил, что состояние у меня сейчас так себе, — не дал он ответить на предыдущий вопрос. — Не заводись, — Вася на автомате накрыл руку Жени своей ладонью. Он узнал этот взгляд Калинкина. Он знал этого парня всего наизусть. Достаточно было просто увидеть, что тот начинает беситься. Женя медленно поднял бровь и вопросительно посмотрел на свою ладонь. — Извини, — протараторил Шакулин быстро отдёргивая свою руку, — привычка. Твоя мама тоже здесь. — В смысле «тоже здесь»? Мы вместе попали в аварию? — вновь оборвал он своего собеседника. — Я тебе сейчас всё расскажу, только не перебивай, хорошо? — Вася на секунду улыбнулся своим воспоминаниям о Жене, — я был первым, кто к тебе приехал, и именно я сообщил твоей маме, что произошло. Она примчалась сюда так быстро, как смогла. Но увидев тебя в таком состоянии, она просто не выдержала. Ей стало плохо, у неё была остановка сердца, от сильной нагрузки, — уловив шокированный взгляд парня Вася поспешил продолжить, — но сейчас с ней всё хорошо не волнуйся. Она лежит в шестой палате и идёт на поправку. — Почему я сюда попал? — в который раз он оборвал рассказ друга. Женя разглядел в глазах Шакулина что-то похожее на вину. Было видно, что он не хочет вновь прокручивать случившуюся ситуацию. — Ты пьяный возвращался из бара, мы болтали по скайпу. Ты решил перебежать дорогу, чтобы сходить в магазин за морковкой, а там..— парень резко замолчал. Закрыв лицо руками, он протёр глаза и вновь продолжил рассказывать, — там была машина, которая тебя и сбила. Я не знаю, кто вызвал скорую, но когда я туда приехал, я застал лишь следы страшной аварии, — Вася слегка скривился в лице, вспоминая ту кровавую лужу. — После я поехал искать тебя по больницам, и, как видишь, я тебя нашёл. — Почему я позвонил именно тебе? — Калинкин слегка массировал тонкими пальцами гудящий от боли висок. — Потому что ты всегда мне звонишь, — не скрывая ответил парень. Он посмотрел на Женю, пытаясь найти в его взгляде хоть искорку тепла, но снова наткнулся лишь на ледяные голубые глаза, которые выражали недоверие. Это просто убивало его. С каждым разом становилось всё невыносимее. Сознание никак не могло до конца состыковать картинку с воспоминаниями. — Во всяком случае, как бы мы там не были близки, меня пугает и напрягает твоё поведение. Так что будь добр, про.. — Доброе утро, — слова парня резко прервал голос врача, входящего быстрым шагом в палату. Вася бросил мимолётный взгляд в окно, и понял, что в больнице уже начался утренний обход, так как солнце стремительно поднималось ввысь. Мужчина быстро осмотрел пациента. — Так, сейчас поедем на перевязку, там я тебе и задам все интересующие меня вопросы, если понял моргни, — врач как всегда был в приподнятом настроении. Такое расположение духа в палате было только у него. — Девочки, — обратился он к двум медсёстрам, стоявшим позади. Одна из них вышла из-за его спины, выкатывая инвалидное кресло. — Зачем оно? — непонимающе вступил Шакулин, уверенно делая шаг вперёд. — Всё нормально, — тут же успокоил его доктор, — просто Евгений навряд ли осилит дорогу до перевязочной сам. — Я и сам вполне могу передвигаться, — негромко сказал Калинкин, не переставая массировать не успокаивающийся висок. — А ты вставать вообще хоть пробовал? — иронично обратился к нему рядом стоящий мужчина, — то-то и оно, — улыбнулся тот, не получив ответа. Медсёстры быстро помогли Жене сесть в кресло и медленно направились к выходу, захватывая с собой капельницу. — Могу ли я присутствовать на перевязке? — спросил Вася двигаясь за медсёстрами, который до этого молча наблюдал за всей картиной. — Нет. Как гром средь ясного неба. Женя неожиданно для всех подал голос. Удивился даже врач, вопросительно смотря то на Калинкина, то на Шакулина. Пока у тех двоих вовсю шёл зрительный контакт, Васю будто окатили ледяной водой, это заставило его замереть на месте. Он потерянно смотрел в глаза Жени и вот опять этот убийственный холод с его стороны. Холод, который заставлял Шакулина ёжиться и раз за разом ощущать свою ненужность. Калинкин же с неким безразличием смотрел в зелёно-карие и мутные глаза Васи. — Девочки, — тихо обратился доктор к работницам. Он кивнул в сторону двери, показывая что лучше выдвигаться сейчас, пока обстановка не накалилась ещё больше. Две медсестры в белоснежных халатах быстро вывезли коляску. Шакулин не отрывал взгляда от Калинкина пока тот не скрылся в тёмном коридоре. Врач постояв ещё несколько секунд, так и не нашёл подходящих слов, поэтому просто поспешил покинуть палату. Вася вновь остался наедине с добивающими его психику мыслями.