Амнезия

Аддис Абеба - Лето Из крепкого сна Женю выдернул вибрирующий телефон, лежащий на тумбочке рядом. Аппарат разрывался от сообщений, неугомонно издавая неприятный звук. — Какого хрена? — выругался парень как можно тише и взял в ладонь мобильный. Сообщения летели одно за одним, потерев глаза, Калинкин смог разобрать имя отправителя. Это была Гришечкина, на которую этим солнечным утром видимо нахлынули эмоции, и она поспешила поделиться ими со своим молодым человеком. Женя бросил взгляд на спящего Васю, быстро зажал в руке телефон и удалился из комнаты. Парень не хотел будить друга, который вчера явно перебрал. В глазах всё потемнело из-за резкого подъема, но парень не обратил на это внимание. Он бросил телефон на диван и отправился в ванную комнату. Пациент на несколько минут завис возле зеркала, внимательно рассматривая человека в отражении. Впалые щеки, чётко очерченная линия скул, симметричные тёмные брови и щетина - всё это выглядело так модельно. Калинкин удивился, потому что не замечал своей привлекательности раньше. Даже курносый нос, который так раздражал Женю в детстве, сейчас ему начинал нравиться. В голове висел лишь один вопрос: «Кто я такой?», Женя помнил себя только в юном возрасте. А теперь его личность потерялась в пелене беспамятства, не давая молодому человеку покоя. Внезапно из спальни начал доноситься хриплый голос. Слова походили больше на невнятные стоны. Товарищ проснулся и осознал свою вчерашнюю ошибку, как только попытался встать. Юноша поспешил к другу, захватив с собой из кухни кружку с водой. Калинкин остановился посреди комнаты, оглядываясь на рабочий стол. Взгляд упал на уже знакомые ящики, которые до сих пор не давали покоя. Женя на секунду замер, но жалобные мычание заставили его поспешить в комнату. — Доброе утро, алкашня, — резво произнёс Калинкин, распахивая дверь. Шакулин схватился за виски и пробормотал что-то в подушку, — держи, — сказал с улыбкой Женя, ковыляя к кровати и протягивая кружку. Вася опустошил её залпом, делая большие глотки. — Как-то нехорошо, — выдавил тот охрипшим голосом. Его взъерошенные волосы стояли ежиком, лицо немного опухло, а правая щека покраснела, видимо он на ней спал. Но даже в подобном состоянии Шакулин умудрялся оставаться милым. — Меньше нужно было пить вчера, — усмехнулся в ответ Калинкин, смотря на опухшего и лохматого друга, — ну что, какие планы у нас на сегодня? — весело выдал парнишка. Сегодня Женя находился, на удивление, в приподнятом настроении. Вася понял, что вчерашний вечер был устроен не зря, ведь после него пациент оживился, даже бледный цвет кожи сменился на здоровый румянец. — Лежать в кровати и ни черта не делать? — ответил юноша, падая головой на подушку. — Эй, я не собираюсь целый день провести дома, — Женя поковылял к окну, — посмотри какая хорошая погода, — с этими словами парень отдёрнул штору, позволяя ярким лучам осветить комнату. — Неет, — наигранно простонал Вася, укутываясь обратно в одеяло и прячась от яркого света. — Даа, — протянул Женя, пытаясь отобрать у Шакулина предмет его объятий. — Ладно, ладно, я встаю, — сдался парень, отрываясь от мягкой поверхности, — слушай, я же вчера вспомнил, но потом забыл, — оттарабанил юноша, слез с кровати и медленно уполз в зал, оставляя Калинкина в полном непонимании. Парень зашёл обратно буквально через минуту. В руках его красовались ярко фиолетовые костыли. —  Откуда это? — с удивлением спросил пациент. — Да, было дело, я с переломом лежал, скука смертная, вот, сидел раскрашивал, — улыбнулся Шакулин, передав костыли Жене. Парень аккуратно взял их в руки. На фиолетовом фоне были разбросаны маленькие зарисовки и узоры, плавно переходящие один в другой. — Это мне? — улыбнулся парнишка детской улыбкой, пробегая тонкими пальцами по холодной поверхности, обводя каждый маленький рисунок. — Ну, конечно, ты же у нас пират, — ответил Вася, умиляясь такой реакции, — а пойдём мы сегодня в одно очень хорошее место, — кинул тот, выходя из комнаты. Женя же остался сидеть на кровати и продолжил изучать приятный подарок. Через два часа парни наконец были собраны и готовы к выходу. Калинкин довольно подхватил костыли и, опираясь на них, зашагал к двери. Загипсованная рука неприятно отдавала болью в плечо, но это было терпимо, к тому же обезболивающее, которое Калинкин принимает с множеством других лекарств за завтраком, обедом и ужином, должно было скоро подействовать. Женя увидел солнцезащитные очки лежавшие на полке и тут же нацепил их себе на нос. — Как я тебе? — обратился он к другу, играя бровями и принимая позу дивы. Очки были широки и съезжали с носа. — Шикарно, — ответил тот сквозь смех, после чего парни покинули квартиру. Женя не знал куда ведёт его Вася, хотя он даже и не спрашивал. Парень знал, куда бы его не повёл Шакулин, это будет приятное место, потому что, кажется, тот знал друга вдоль и поперёк. Идти пришлось недолго, через двадцать минут парни уже стояли возле местной кофейни с большой неоновой вывеской «NYcoffee». По дороге Шакулин всё время спрашивал не больно ли Жене, не сильно ли он напрягает руку. Калинкин лишь улыбался в ответ и повторял, что всё хорошо. — Мы пришли? — спросил пациент, вертя головой по сторонам и пытаясь понять какое заведение им нужно. — Да, мы здесь часто зависали раньше, особенно по утрам, когда нужно было поработать со сценариями для видео, — проговорил Вася, поднимаясь по ступенькам и помогая другу войти. Дверь открылась и в нос ударил приятный запах . Помещение наполняли лучи солнца, светящие в большие окна, глянцевый фиолетовый потолок придавал некий уют заведению. На фоне играла негромкая заряжающая музыка, где-то за столиком слышался задорный смех компании. Вся мебель, столики, кресла и стеллажи с книгами были тёмного цвета, но несмотря на это помещение казалось очень ярким. Женя внимательно рассматривал все детали, наслаждаясь обстановкой. — Какао будешь? — спросил Вася у Калинкина, который с горящими глазами пялился на огромную доску-меню. — Буду- буду. Смотри-ка, в точку, — Калинкин остановился и приподнял один из костылей, который соответствовал цвету стен. — Ребята! — из-за барной стойки послышался радостный голос. — Хэй, Олежа, — Женя переключил внимание на человека, подбегающего к бару. К ним направлялась молодая девушка в чёрной футболке с логотипом кафе. На лице её сияла улыбка, а в глазах горела неподдельная радость. Ярко-рыжие волосы были собраны в небольшой пучок и словно светились. Задорный смех девушки будто в одну секунду стал глухим, отражаясь в голове эхом, а время замедлилось. Женя смотрел на развивающиеся волосы, которые отражали солнечный свет. Они прожигали радужку голубых глаз Калинкина, заставляя опустить веки. В момент перед глазами всё начало тускнеть, а на затылке начала гореть ещё не остывшая рана. Парень слышал, как бьётся его сердце, чувствовал как вены на висках вспухли, как ускорилась кровь, гонимая по телу учащённым сердцебиением. Ничего кроме собственного дыхания глухого смеха бариста, а перед глазами лишь до чёртиков знакомые рыжие пряди. Калинкин схватился за голову. Костыли с грохотом рухнули на холодный пол, привлекая внимание всех находящихся в кафе. В памяти словно кадрами из фильма воспроизвелся один из дней до аварии. Женя сидел на мягком диване возле окна в любимом кафе, в привычной обстановке, вдыхая запах кофе и шоколада, листая ленту инстаграма. Парню была приятна вся эта атмосфера и казалась родной. Вася сидел напротив с небольшим блокнотом, усердно выводя карандашом чёрные линии на белом листе и изредка поглядывая на товарища. Из игровой зоны доносился смех и знакомые звуки Mortal Cоmbat'a. К их столику шагала радостная девушка в клетчатой рубашке, на которой висел бейджик с именем Олег, она держала в руках две кружки кофе. На лице её была милая улыбка, а огненные волосы аккуратно собраны в хвост и лишь одна прядь выбивалась, падая ей на лицо и развивающаяся из-за лёгкого сквозняка. Эта яркая прядь и была той самой ниточкой между сознанием Жени и воспоминаниями. После кадр резко оборвался, сменяясь леденящей душу темнотой. Смех оборвался в ту же секунду как и звук биения сердца. Осталась лишь пустота и мрак, окутывающие сознание парня и полностью поглощающие разум в свои липкие объятия. Глаза пациента закатились и тело, потеряв равновесие, упало на холодную плитку. Женя даже не успел понять, что произошло, но в сознании отпечаталось одно. В том кафе в тот самый день он не запоминал лица людей и не обращал внимание на окружающих. За одним исключением. Он до мелочей запомнил поведение и внешний вид того, кто сидел напротив.