4-781-533-300

Исак знал, что рано или поздно ему придется пересечься с родителями Юнаса, но он все равно неоправданно сильно нервничал, когда с утра они завтракали вместе с мамой Юнаса. Может быть, дело было в том, что она не была тем человеком, который предпочитал молчать о проблемах других. Едва он успел ответить на стандартный ряд безобидных вопросов о его самочувствии, женщина села с другого края обеденного стола и сложила руки перед собой. Всепонимающее непоколебимое сожаление отразилось на ее лице. - Исак, ты можешь оставаться у нас до тех пор, пока о твоей маме не станет что-либо известно. В смысле, после этого мы все вместе решим, что тебе делать. Твой папа знает, что ты у нас? Юнас отвел глаза, когда Исак мельком взглянул на него. - Да, - соврал он. - Он не против... то есть, его почти не бывает дома, так что он не стал возражать, что я, эм... Он облизнул губы в смятении, не зная, стоит ли продолжать, потому что Юнас смотрел на него тем взглядом, когда сигналил ему, чтобы он заткнулся. Мама Юнаса понимающе улыбнулась. Если бы руки Исака лежали на столе, она бы точно накрыла их своими. Ему было неловко от этой мысли. - Не расстраивайся, с ней все будет в порядке. Люди продолжали говорить это, чтобы утешить его, но Исаку хотелось, чтобы они заткнулись. Ему хотелось, чтобы мама Юнаса заткнулась. Она была доброй, умной и знала его с семи лет. Она знала его маму, а Исаку хотелось, чтобы никто не знал про его маму. Почему они жалеют его? Почему они готовы помочь ему, когда помощь нужна его маме? Почему люди думают, что он вообще заслуживает их поддержки, когда он не оказал поддержки женщине, которая больше всего нуждалась в этом? Исак натянуто улыбнулся. - Спасибо. Спустя минут сорок они с Юнасом расстались на автобусной остановке. Исак странно ощущал себя в чужой обуви, даже несмотря на то, что у них с Юнасом был одинаковый размер ноги. Юнас внимательно посмотрел на него, когда заметил, что автобус подъезжает. - Встретимся в школе? - не слишком уверенно спросил он. Исак кивнул. Юнас добавил: - Надеюсь, твой папа не лежит сейчас в твоей кровати в обнимку с подушкой и не рыдает, что его прекрасный сын пропал. Это была глупая шутка, даже не смешная, но Исак все равно коротко рассмеялся. Юнас облегченно улыбнулся ему в ответ, и в груди Исака вдруг возникла щемящая благодарность. Исак открыл рот. Спасибо. Я правда не знаю, что бы делал без тебя. - Увидимся в школе, - сказал он и, стукнувшись с Юнасом ладонями, сел в автобус.

***

Дом пустовал. Исак торопливо собрал рюкзак, скинув туда учебники и кое-какую сменную одежду. Он не собирался отсутствовать долго, так что обошелся по минимуму, прихватив с собой еще деньги и зарядное устройство для телефона вместе с наушниками. Он планировал вернуться завтра. Или послезавтра. По пути он заглянул в мамину спальню. Там было так чисто, будто не было всех этих кошмарных месяцев. Он ничего не чувствовал.

***

Сейчас играет: Nas - Affirmative Action Исак вспомнил, что забыл переодеть обувь, только когда оказался возле школы. - Черт, - выдохнул он с досадой, на секунду закрыв глаза. Любая мелочь выводила его из себя, и это было дерьмово. Ладно. Ладно, он отдаст Юнасу его обувь позже. Не проблема. Урок еще не закончился, когда Исак появился в школе, но ему не было смысла появляться на оставшиеся пять или десять минут, так что он решил отсидеться на одном из лестничных пролетов. Устроившись на широком подоконнике, Исак уставился в окно. В школьном дворе было пусто и ничего не происходило. Один наушник был вынут из уха, поэтому он услышал, когда сверху на лестнице послышались чьи-то шаги. Исак насторожился и выдернул второй наушник, обрывая музыку. Не то чтобы у него будут проблемы, если он наткнется на кого-нибудь из учителей, но ему лучше сделать вид, что он идет куда-то, а не прогуливает занятия. Он напрягся, лихорадочно пытаясь понять, нужно ли ему вставать или нет, потому что шаги были слишком торопливыми и небрежными для учителя, когда Эвен появился сверху. Заметив Исака, он вскинул брови и остановился рядом, все еще держась за перила. - Эй, - удивленно улыбнулся он. - Привет. Исак криво улыбнулся в ответ. - Привет. Взгляд Эвена скользнул по рюкзаку, валяющемуся на полу возле окна, а потом снова по самому Исаку. Оглянувшись себе за спину, словно проверяя, нет ли кого поблизости, Эвен подошел ближе к нему и прислонился к стене рядом. Какое-то время он молча смотрел на Исака исподлобья, с укоризненным видом выгнув брови. Не вытерпев, Исак проворчал: - Что? - Не говори мне, что ты прогуливаешь уроки, - Эвен скрестил руки на груди. Исак фыркнул. - Ты тоже прогуливаешь. - Я иду в туалет, - возразил Эвен. - С рюкзаком? Ты что, девчонка? Эвен обезоруживающе улыбнулся. Расцепив руки, он зацепился пальцами за подоконник совсем близко от ног Исака. - Ты был бы разочарован? Если бы я был девчонкой. Возможно, Исак закатил глаза только потому, что Эвен смотрел на него. - Ты был бы страшной девчонкой. Типа, слишком высокой и плоской. Кому нравится, когда девчонки выше тебя на две головы? Эвен состроил оскорбленный вид. Пытаясь не смеяться, он хмуро проговорил: - Исак Вальтерсен, от имени всех высоких плоскогрудых девчонок заявляю тебе, что ты самый ужасный парень, который не умеет делать комплименты. Неудивительно, что ты все еще одинок. Исак фыркнул от возмущения и, кажется, случайно плюнул в Эвена. Тот сделал вид, что не заметил это. Исак тоже. Облизнув губы, он с показушным нетерпением согласился: - Да-да-да. Я собираюсь умереть в одиночестве, совершенно один в холодной темной комнате, и никто не напишет мне в фейсбуке, что ждет меня в пятницу на вечеринку. Эвен наморщил лоб, все еще умудряясь улыбаться. - Я буду тем, кто напишет тебе, что в пятницу вечеринка. - У меня не будет телефона, потому что мне некому будет звонить. Видишь? Ты бы не смог спасти ситуацию. Эвен впервые поморщился с искренней досадой и, чуть развернувшись, ударился затылком о стену. - Ты такой пессимист, - пожаловался он. - И комедии, наверное, совсем не смотришь. - Причем тут комедии? - Только слушаешь грустную музыку типа Radiohead или ColdPlay и пишешь в твиттер, как всех ненавидишь. - У меня нет твиттера. - А потом отбираешь воздушные шарики у детей в парке и отпускаешь в небо, наблюдая, как они плачут. Тебе правда нравится доводить детей до слез, Исак? - Прекрати выставлять меня злодеем, - с раздражением возмутился Исак. - Я не отбираю у детей воздушные шарики, ясно? Стая разгневанных мамаш давно бы прибила меня, если бы я так делал. Эвен рассмеялся. - Так тебя беспокоит расправа над тобой, а не чувства детей? - Людей в первую очередь беспокоит их сохранность, и только потом всех остальных. - Не говори за всех. Есть еще альтруисты и солдаты, и матери, которые кинутся спасать своих детей первым делом, и просто люди, которые жертвуют собой ради других. Исаку начал надоедать этот разговор. Отвернувшись к окну, он пробормотал: - Ну, а я не альтруист. И не солдат и не чья-то мама, - добавил он, состроив рожу. - Значит, гипотетически ты можешь быть злодеем, - помолчав, произнес Эвен, и Исак повернул к нему голову так быстро, что тот отступил назад, подняв ладони. - Думаю, самое время исчезнуть, чтобы ты не испытал на мне свой гениальный злодейский план. Исак только вздохнул, наблюдая, как Эвен, подмигнув ему, в три шага перемахнул лестницу и скрылся внизу. Хотел бы Исак иметь хоть какой-то план. Даже злодейский.

***

Исак был благодарен Юнасу за то, что он не сказал парням, что у него дома проблемы. Он не знал, что сказал бы, если бы парни знали. Ему не хотелось обсуждать это. Даже в Конфе, потому что Магнус обычно слал тысячу дурацких гифок, когда пытался поддержать кого-то. К тому же Исак уже вечность не заходил в их беседу. Там накопилось почти четыреста с лишним сообщений, вызывая у Исака приступ утомленности только одним своим видом. На лице Махди отразилось нечто среднее между облегчением и недовольством, когда Исак все же тайком передал ему дурь прямо в столовой. Настороженно посмотрев по сторонам, Махди пробурчал: - Я уж думал, ты никогда не вернешь. Никто не ответил ему хотя бы потому, что Магс довольно громко изнывал от своей любви к Вильде. Это продолжалось уже не первый день, и даже Юнас выглядел так, будто нытье друга достало его. - Чувак, просто подойди к ней, - поморщился Махди. Магнус уставился на него с таким видом, будто тот послал его в пасть к огнедышащему дракону. - Она сказала, что мы не подходим друг другу! Я пытался! - Подойди еще раз, - подключился Юнас. - Девчонки любят настойчивость. Как она поймет, что действительно нравится тебе, если ты опускаешь руки сразу же, как она отшила тебя? Магс непонимающе нахмурился. - Но она не выглядела так, будто хочет, чтобы я пытался снова. Махди закатил глаза. - Конечно, она не покажет тебе вида, бро. В этом суть. Ты должен угадать, что она тебя проверяет, и тогда она расколется. Серьезно. Так всегда и бывает. Тяжело выдохнув, Магнус со страдающим видом зарылся пальцами в волосы. В кармане Исака раздалась вибрация.

______________________

Эвен Бэк Насхайм Вт, 11:47

Эвен Ты совсем не болтаешь со своими друзьями. Думаешь о том, как уничтожить мир?

______________________

Вскинув глаза, Исак пробежался взглядом по столам перед ним. Заметив Эвена в компании парня и двух девушек, он демонстративно засунул телефон обратно в карман. Эвен состроил удивленно-обвиняющее лицо.

______________________

Эвен Бэк Насхайм Вт, 11:48

Эвен Не будь таким жестоким! >:о Эвен Я ведь вижу, как ты читаешь мои сообщения Эвен Ты только что писал мне что-то, я видел это.

Исак Почему ты пристаешь ко мне, а не к своим друзьям

Эвен Блять, только не говори мне, что я тебя обидел Эвен :(

Исак Что? Ты не обидел меня

Эвен Черт, прости, Исак

Исак Эвен, я не обиделся.

Эвен Мне нравятся злодеи, а ты так подходишь на роль плохиша, я просто не удержался

Исак Эвен Исак Просто прекрати.

Эвен Так ты не собираешься придумывать план, чтобы уничтожить меня?

Исак ?

Исак Я собираюсь перестать отвечать тебе прямо сейчас.

______________________

Эвен флиртовал с ним. Руки Исака тряслись.

***

Юнас благотворно влиял на него. В его компании Исак впервые за долгое время полностью сделал домашку, не бросив на половине. Он также поел домашней еды, которая не являлась пастой. И они играли с Юнасом в приставку целых два часа. Исак проиграл все четыре раза - вообще-то всего два, но он заметил, что Юнас поддавался ему, так что победа не была честной. Удушающее оцепенение не давило его, пока Юнас был рядом. В горле Исака вставал комок, когда он думал об этом. Конечно, может, комок в его горле был всего лишь последствием его нервного истощения, но Исак не был слепым. Юнас действительно беспокоился о нем. Исак пытался не чувствовать вины из-за того, что не сказал другу раньше. Это было... Ему действительно было лучше. А потом он все испортил.

***

Юнас вошел в комнату, прикрыв за собой дверь и недовольно наморщился, увидев Исака на полу. Он как раз пытался застелить надувной матрас возле кровати Юнаса, чтобы ему было где спать ночью. Юнас застонал. - Исак, я же сказал тебе, чтобы ты бросил этот матрас. - Все в порядке, - с нажимом повторил Исак, ползая по матрасу, чтобы заправить снова сбившуюся простынь. - Чувак, он сдуется, - со скептицизмом отозвался Юнас и, взяв подушку с матраса, бросил ее обратно на кровать и поморщился. - Давай, залезай на кровать. В чем дело? Мы ведь спали вместе, когда нам было по десять. Исак раздраженно выдохнул. Да. Вот именно. Они спали вместе, когда им было по десять. Он не хотел случайно проснуться в кровати Юнаса с утренним стояком, пока Юнас все еще в кровати. Боже. - Я не хочу стеснять тебя, - сказал он все же так, чтобы это не было неловким для них обоих. Брови Юнаса невпечатленно сошлись друг с другом. Плюхнувшись на кровать и завалившись на спину, он слегка пнул Исака в бок. Исак не видел его лица, но голос друга был недовольным: - Слушай, ты все равно залезешь ночью ко мне, потому что эта херня сдуется, пока ты будешь ворочаться. Мы же спали вместе этой ночью, что не так? Исак вздохнул. Он мог бы продолжить спорить, и, в конце концов, Юнас наверняка психанул бы и сказал ему спать хоть на коврике возле входной двери, но на самом деле Исак не хотел спорить. Сдавшись, он перелез на кровать и лег рядом на спину. Их локти соприкасались. Юнас хмыкнул. - Так-то лучше. Они полежали немного вместе, смотря в потолок. Было еще слишком рано, всего около восьми часов вечера, но шторы были уже задвинуты, а свет включен. Исак как раз хотел предложить заняться чем-нибудь еще, хотя ему совсем не хотелось ничего делать, когда Юнас вдруг сказал: - Твой папа только что звонил. Помолчав, Исак молча повернул голову к Юнасу. Тот взглянул на него краем глаза. - Ты ответил? - Да. - Что он сказал? Юнас пожал плечами. - Он спрашивал про тебя. Сказал, что ты ушел вчера вечером и не отвечаешь на звонки. Исак действительно не отвечал. Отец звонил ему сегодня два раза, и в конце концов он просто выключил телефон. Юнас повернулся боком к нему и подпер голову рукой. - Я соврал, что не видел тебя, и чувствую себя паршиво. Ты бы слышал его голос, он правда тебя потерял. Ты бы позвонил ему. Типа, - задумчиво скривил Юнас губы, - это, конечно, херово, что он поймал тебя с дурью, но если он подаст заявление еще и о твоей пропаже, это с ума его сведет. Исак отвел глаза. Он не хотел, чтобы Юнас видел, что слова задели его, но его кадык все равно дернулся, когда он сглотнул. Он неопределенно дернул плечами. - Ладно. Может, я позвоню ему завтра. Мне все равно придется вернуться домой, так что... Юнас поджал губы и вздохнул. Пожевав губы, Исак добавил: - Спасибо. Брови Юнаса удивленно приподнялись. Он неуверенно усмехнулся одним уголком губ. - Эм, за что? Я ничего не сделал. - Ну, ты пустил меня к себе на кровать. Ты же вечно жалуешься, что я много ворочаюсь и заснуть тебе мешаю. Юнас фыркнул, подавив смешок. - Думаю, пока ты здесь, я одинаково буду спать плохо, даже если бы ты спал на матрасе. Ты же знаешь, у меня чуткий сон, а этот мусор постоянно скрипит на полу. Исак только демонстративно закатил глаза и тоже перевернулся набок, оказавшись лицом к лицу с Юнасом. Закрыв глаза, он проворчал: - Поверить не могу, ты стал такой неженкой. Может, ты еще в берушах спишь и напяливаешь эти дурацкие маски себе на глаза, чтобы солнце не светило. - Придурок. Исак невнятно хмыкнул. Какое-то время они молчали, и он чувствовал дыхание Юнаса на своем лице. - Ты что, рассматриваешь меня? Юнас фыркнул. - Нет. Просто пытаюсь понять, спишь ты или нет. - Я не сплю. - Неудивительно. Еще девяти нет. Вздохнув, Исак открыл глаза. - Ты такой занудный. - А ты много жалуешься. - А ты врешь моему папе. Это не было честно, так что Юнас едва не задохнулся от обиды. - Что? Чувак, ну ты и мудак! Я ведь ради тебя тут распинаюсь. Не удержавшись, Исак вяло улыбнулся. - Знаю. Ну извини, - Юнас все еще выглядел надутым, так что пришлось повторить: - Ну прости меня. Фигню сказал. А ты крутой. - Конечно, я крутой, - недовольно проворчал Юнас. - А ты мудак, раз не ценишь это. - Блять, Юнас, ты пиздец какой крутой, и я пиздец как ценю это. Доволен? Сдавшись, Юнас рассмеялся. Его глаза мягко поблескивали, и он казался таким домашним и довольным, что в Исаке все взволновалось. Исак так любил его. Черт, серьезно, он так любил его, что это почти душило. - Что? - с шутливой подозрительностью спросил Юнас, все еще улыбаясь. - Чувак, у тебя лицо тупое, знаешь, это жут... Исак сдвинулся на подушках, прижавшись к губам Юнаса своими. Его губы были теплыми, мягкими и приоткрытыми. И они не двигались. Юнас оцепенел. И Исак оцепенел следом. Отстранившись, Исак с нарастающей паникой уставился на друга. - Я... - запнулся он и глотнул воздуха, нервно улыбнувшись. - Черт, прости, я просто... ты выглядел так, будто... Юнас молча смотрел на него. Он не улыбался. Исак рывком сел, ощущая, как его лицо горит. Его сердце яростно стучало о ребра. Он слез с кровати. Черт. Черт. Исак не стал разбирать свой рюкзак, и он так и валялся возле стола на полу. Он поднял его за лямку, когда Юнас подал голос: - Исак... - Все в порядке, - перебил его Исак, старательно избегая смотреть в сторону кровати. - Я просто ошибся, Юнас. Я лучше пойду. Юнас не стал останавливать его. Исак вышел из комнаты и, пытаясь не дышать так, будто его сердце собирается вылезти наружу через глотку, добрался до прихожей. Он торопился, и его руки подрагивали, пока он натягивал на себя кроссовки Юнаса и свою куртку. Блять, он так облажался. Он так облажался. Привлеченный шумом, отец Юнаса выглянул из кухни. Такие же кустистые брови недоуменно сошлись на переносице. - Исак, ты уходишь? Вздрогнув, Исак повернулся. Напряженно улыбнувшись, он соврал: - Эм, да. Мне позвонил папа. Маму нашли, так что я должен... - он ткнул пальцем на дверь. Мужчина с радостным облегчением произнес: - Конечно! Это очень хорошо. Давай я подброшу тебя? Исак панически замотал головой и уже взялся за дверную ручку. - Нет, спасибо! Тут недалеко. До свидания! Он вышел до того, как мужчина успел сказать ему что-нибудь в ответ. Отойдя достаточно далеко, Исак слегка успокоил шаг. На улице было светлее, чем ему казалось в комнате Юнаса. Он зажмурился, тяжело выдохнув. - Блять, - пробормотал он себе под нос. - Черт. Дерьмо. Блять. Он такой идиот. Он все испортил. Он все испортил, как обычно. Подняв глаза к небу, Исак уговорил себя не разводить сырость. Шмыгнув носом, он насильно успокоил себя, пытаясь контролировать свое дыхание, и включил телефон, достав его из кармана. Рюкзак оттягивал плечи. Семь пропущенных вызовов: Папа Смахнув оповещения, Исак зашел в контакты. Он сгрыз ноготь на большом пальце, пока с сомнением гипнотизировал контакт Эвена взглядом. Наконец, ему хватило смелости прижать телефон к уху. Спустя несколько гудков раздался удивленный голос Эвена: - Алло? Исак?