Что наша жизнь? Игра?

      — Добро пожаловать, как говорится. Или лучше сказать «с возвращением»? Что-то я запутался, — Никитин в притворном смущении почесал затылок.       Немудрёная шутка помогла мне стряхнуть оцепенение. И правда, чего это я?       — Спасибо.       — Да всегда пожалуйста.       Перебрасываясь такими вот простыми фразами, мы наблюдали за входом в бухту конвоя. Народ на берегу, понятное дело, занимался тем же самым. И вот дождались. «Купцы» отвалили в сторону, направляясь в бухту Золотой Рог, а народу предстало наконец-то зрелище, ради которого все здесь и собрались.       В одном строю, в кильватере, в бухту входили канмусу, Глубинные и наш с Хоппо ни на что не похожий Док, с которого на подходе к порту убрали жилой шатёр. Увидев сестрёнок, народ просто взвыл. Сколько эмоций… Я вглядывался в лица людей. Скажу откровенно, в этот момент мне было страшно. Очень страшно. Я боялся увидеть гнев, ненависть, отвращение, злобу… Я искал на лицах встречающих именно такие эмоции — и не находил их. Вернее, не так. Они, эти эмоции, безусловно присутствовали, но куда больше было любопытства, радости, даже сочувствия.       «Сочувствия? — спросите вы. — Как такое вообще может быть?» А ответ довольно прост. Вот он, стоит рядом и довольно улыбается. Ребята Никитина провели нехилую такую подготовительную работу среди населения. Ну и не только они, понятное дело. Сам масштаб проведённых мероприятий я осознал, когда над человеческим морем взмыли громадные транспаранты с надписями «Добро пожаловать домой» и «С прибытием, Вторая эскадра».       До жителей Владивостока, как и, впрочем, всей остальной страны, довели информацию о походе эскадры Рожественского, напомнили о Цусимской катастрофе, а также о том, что вот конкретно эти Глубинные — это те самые, что прорывались сюда, во Владивосток, под градом японских снарядов. Короче аншлаг нам был обеспечен.       Как я потом узнал, как раз в это время Первый телеканал выпустил пилотную серию нового исторического сериала, посвящённого — какое совпадение! — именно этим событиям русско-японской войны. Над моделями кораблей поработала известная Питерская студия, а роль Адмирала исполнил знаменитый актёр. Конечно, историческая достоверность там была весьма условная, к примеру, в кино Рожественский стал вдруг сорокалетним красавцем с атлетичной фигурой, у него появилась красавица возлюбленная (также актриса из звёзд первой величины), любовь, трогательное расставание на фоне заката, робкий поцелуй на прощание… Ну и так далее. Но силуэты Орла, Бородино, Александра и Суворова мелькали постоянно. Вместо тяжелейшего перехода через полмира продемонстрировали экшен с погонями, боями, предательством и превозмоганием. Особо подчеркнули роли «англичанки» в тех событиях, запрет русским кораблям входить в порты… В общем, намёк был такой толстый, что даже самый недогадливый поймёт. Но снято было отменно. Зрители встретили картину вполне благосклонно. И вот на головы млеющей от экранных страстей публики вывалили новость о том, что история-то, оказывается, не закончилась! И что героически погибшие корабли Второй Тихоокеанской эскадры (история «Орла» была так мастерски заретуширована, что я только головой покачал) спустя сотню лет таки закончат свой поход.       По поводу этого фильма у меня состоялся занимательный такой диалог с Никитиным:       — Андреич! Я, блин, всё понимаю, пропаганда и всё такое, но! Скажи: как? Мы же буквально пару дней назад решение о перебазирования приняли?!       — Ну, положим, не пару…       — Ладно — неделю назад. Но сериал? Это же сколько работы? Сценарий, съёмки, всё остальное… Тут же минимум на полгода работы!       — Ну ты сказал тоже — «полгода». А впрочем, я и сам поначалу удивлялся. Оказывается, при мощном финансовом вливании, ну и после пары разговоров с серьёзными людьми «с верхов» отечественная синема способна творить чудеса оперативности. Быстренько договорились, быстренько организовались. Модельки кораблей уже почти готовые были, ну а сценарий… Сценарий этого «шедевра» как раз сейчас и пишется.       — Это как?       — А вот так. На пару-тройку серий пока насочиняли. А остальное в процессе.       — Ничего себе…       — Ну, говоря откровенно, кампания по «отбеливанию» наших Глубинных готовилась давно.       — В каком смысле «давно»?       — Как только стало известно, что эти самые Глубинные у тебя есть. Сам подумай, как народу объяснить такое явление? Просто поставить перед фактом? Так начнутся слухи, пересуды, домыслы всякие… Оно нам надо? Правильно. Оно нам НЕ надо. Проще сформировать нужное общественное мнение заранее.       — Ну… довольно логично.       — Во-о-от. Это ещё ладно, ты пока не видел, чего они для «легализации» твоей дочурки придумали… Нет. Не скажу. И не проси, сам увидишь!

* * *

      Мда. Надо ли говорить, что эффект был сравним с хорошей такой бомбардировкой? Новость обсуждали не только российские телеканалы, но и зарубежные. А уж что творилось в остатках Интернета… Мнения, как водится, разделились на диаметрально противоположные. Одни горячо приветствовали возвращение легендарных кораблей, другие же… Ну, эти самые «другие» есть всегда. Напомню, даже тогда, в пятом году, нашлись те, кто слал в Японию поздравительные телеграммы. Слов нет. Но об этом позже.       Сейчас же, узрев обстановку на берегу, сестрёнки малость ошалели. К такому их жизнь явно не готовила. Однако непоседливая природа быстро взяла своё.       Сначала Су робко помахала народу ручкой, вызвав на берегу буквально шквал эмоций, потом оживились и остальные. Пришлось в срочном порядке отправлять к ним Славу, пока заход в порт не превратился в выездное дефиле какого-нибудь кабаре. Я ещё не забыл, как эти паршивки морячкам свои прелести демонстрировали…       С помощью броненосицы удалось восстановить порядок. По крайней мере, в её присутствии сестрёнки вели себя более-менее пристойно. Ручками махали, но не более того. К счастью, наш проход длился недолго. Взяв левее, мы прошли к Безымянной бухте, прошли Канал и свернули к мысу Ермолаева. Тут толп встречающих уже не было, район плотно оцепили военные и заворачивали всех любопытствующих восвояси. Народ в целом такие действия воспринимал как само собой разумеющееся, хотя без инцидентов не обошлось.       Во-первых, разумеется, дети. О, я, оказывается, умудрился забыть, насколько они пронырливы и настырны. А если добавить к этому превосходное знание местности, то перед комендантскими патрулями стояла просто-таки нереальная задача.       Впрочем, «официальных» встречающих лиц тоже хватало. Ну разумеется, ведь никто же не думал, что прибытие нашего бравого «кагала» пройдёт совсем без официоза?       На причале выстроился небольшой такой, сотни на полторы душ, комитет по встрече. Маленький военно-морской оркестр под управлением какого-то пузатенького дядьки с погонами капитана третьего ранга жахнул «Встречный марш», встречающие вскинули руки к вискам, потому пришлось соответствовать. Встал, благодаря про себя всех святых и отдельно Акаши за то, что пошила мне вполне официального вида шинель (с соответствующими погонами, между прочим) и фуражку, вытянулся «во фрунт» и отзеркалил приветствие. Девчата, повинуясь негромкой команде броненосицы, перестроились в две кильватерные колонны и подравнялись. В общем нормальная такая военная ситуация. Нас торжественно встречают, мы торжественно встречаемся… тьфу ты, что-то из меня сарказм попёр. Волнуюсь, чего уж там. И вот в этот несомненно важный, торжественный (да, повторяюсь, знаю) и даже в какой-то мере исторический момент слышу рядом полувздох-полувсхлип и подозрительное сопенье, и сдавленный голос сбоку произносит сакраментальную фразу: «Вот сволочи…» Не понял?!       Скосил глаза — и точно. Слева от меня и чуть позади, вытянувшись по стойке «смирно», наша неугомонная подводная лодка Александра шмыгает носом и усиленно моргает. На мой немой вопрос мелкая вымученно улыбнулась и едва заметно кивнула на причал:       — Ты посмотри, Адмирал, что творят-то! По всем традициям встречают… даже меня.       Я принялся вновь разглядывать стоящих на берегу. О чём это она? Оркестр. Строй моряков. Офицеры… Стоп. А что там за дебелая тётка в белоснежном халате? На берегу чуть за спиной у военно-морского люда стояла такая каноничная «тётя Клава» и без видимых усилий держала в своих мощных дланях массивный поднос с… поросёнком?       — Ты про свина? — рискнул уточнить у расчувствовавшейся субмарины.       В ответ получил кивок и новую порцию шмыганья носом. А ещё успел заметить довольную улыбку одного хренова конспиратора. Да уж. Контора бдит.       Но сюрпризы на этом не закончились. Теперь нас всех удивила Слава. Броненосица, всё это время с невозмутимым лицом поддерживающая порядок среди своих неугомонных сестёр, убедившись, что посторонних в округе нет, вдруг показала, что она всё-таки живой человек, а не «статуя коммодора». Девушка вдруг сгорбилась, словно из неё вынули стержень, с каким-то судорожным вздохом обернулась и с не свойственными ей, прямо скажем, «бабьими» причитаниями кинулась к Глубинным и сгребла всех троих в объятья:       — Сестрички… милые… добрались-таки, голубушки…       Её горячий шёпот прерывался судорожными всхлипами.       От такого зрелища в глазах защипало, да и не только у меня. Я вдруг обнаружил что Никитин очень внимательно рассматривает причудливой формы облако, как раз проплывающее над нами. Канмусу же быстренько рассосались по акватории, весьма резво найдя себе ну очень неотложные дела. Даже Варвара, вот уж образец нездорового любопытства и научной бесцеремонности — и та вдруг заинтересовалась количеством листочков на растущем на берегу деревце. Ах, как же она потом себя проклинала за это! «Тупая, слюнтявая овца в грёбаных розовых очках» было самым слабым её определением для самой себя. И надо сказать, причины у неё для этого были.       Пока мы все тактично притворялись крайне занятыми, сёстры решили, видимо, что пришёл подходящий момент для трансформации. Ну или кто там решил это за них, не знаю, но суть не в том. Просто за нашими спинами вдруг раздался изумлённый вскрик. Разумеется, все резко развернулись к источнику. И посмотреть было на что.       Ошарашенная Слава бестолково металась вокруг трёх коконов угольно-чёрного цвета, а с учётом того, что никаких сестрёнок в окрестностях не наблюдалось, то выводы напрашивались сами собой. Эти дамы выбрали, самый «удобный» момент для своего преображения. Благо ещё, что коконы мирно покачивались на волне, погрузившись в воду примерно наполовину, и тонуть дальше не собирались. Не хватало ещё искать их на дне с помощью субмарин.       Но вообще странно. Если Орёл преобразилась почти мгновенно, то вот её товарки из оболочек вылезать явно не спешили. И какого, спрашивается, фига? Самую правдоподобную гипотезу выдвинула Варя:       — Скорее всего, — вещала она с умным видом, — метаморфоза Орла, — тут она ткнула пальчиком в означенную особу, — ещё не завершилась. В пользу этой теории говорит и недоразвитый пока симбионт, — новый тычок пальцем не оставил сомнения, что речь идёт о демоне, вернее, демонёнке (уж больно он был маленьким), примостившемся в данный момент на голове Глубинной. — Думаю, уже очевидно, что развитие Орла пошло по иному пути, чем у Су, Али и Боры. Я предполагаю, что они «вылупятся» из коконов уже вполне созревшими особями, в то время как Орёл в «окукливании» не нуждается.       — И почему такое произошло? Разве существа одного вида не должны развиваться одинаково?       — Сложный вопрос, — признала наша лектор, — и ответ на него… — тут она выдержала драматическую паузу и бухнула: — А хрен его знает, товарищ Адмирал!       Полюбовавшись на офигевшие лица слушателей Варвара пояснила:       — Просто до сего момента никто как-то не смог изучить Глубинных в их естественной среде обитания. Попытки, разумеется, делались, но единственным результатом подобных экспериментов было разнообразие меню у наблюдаемых. Так что у меня есть уникальный шанс стать первым в истории Человечества учёным, которому такое удалось!       Да уж, а самодовольство так и льёт через край. Зато теперь очевидно, почему эта вундеркинд (или вундеркиндша, чёрт его знает, как правильно) рвалась на нашу Базу. Что ж, надо сказать, её план пока вполне успешен. Сама героиня была довольна аки слон, ну или кот, которому достался целый ящик сметаны. А уж как счастливы были офицеры штаба флота… Мне тут как-то Андреич с таинственным видом презентовал литровую бутылку настоящего Шустова. Сказал, что от «благодарных людей»… Кхм. Ну, это к делу не относится.       Так вот, как говорилось выше, лекция Вари, конечно, многое объяснила, кроме одного — а почему, собственно, Орёл эволюционирует по-другому? Впрочем, и тут без гипотезы не обошлось.       — Возможно, подчёркиваю — возможно, на Орла подействовал какой-то внешний фактор? Что-то такое, на что мы не обратили внимания, но на организм Глубинной он, этот самый фактор, подействовал решающим образом?       Забегая наперед, скажу, что Варя оказалась права. И этим самым фактором оказалась никто иная как… Хоппо.       А началось всё ещё на островке. Напомню, отношение Глубинных к юной Принцессе было… сродни поклонению, наверно, её слова и действия воспринимались как откровение свыше. Поэтому ничего удивительного не было в том, что сестры старались как можно больше времени проводить рядом со своим маленьким кумиром (между прочим, Слава даже ревновать начала, совсем немного, но всё же. Но я этого вам не говорил!). Поэтому картина, когда кто-то из Глубинных, уютно расположившись на мелководье, не сводит восторженного взгляда с Хоппо была довольно привычной. Смотрит и смотрит, чего тут такого? Или, говоря другими словам: «что может пойти не так»?       И да, вы верно подумали, именно «не так» и пошло. Трудно сказать, что сыграло решающую роль, но одна из сестёр, а именно Орёл, в какой-то момент стала не только любоваться, но и делать выводы. Может, повлияло имя? Есть ведь куча теорий, что имя влияет на характер человека, к тому же помните бессмертное: «как вы яхту назовёте так она и поплывёт»? Может, в душу Глубинной запала сцена, когда Хоппо зачарованно наблюдает за тренировками Каги? А может, сыграло ещё что-то? Но факт остаётся фактом. Орёл принялась анализировать поведение малышки. Ну а та никогда особенно и не скрывалась. И увлечённость юной Химе авиацией тоже секретом не была. И все это знали, но вот выводы, как выяснилось позже, сделала только Орёл.       Ну да, чего же проще: раз Высшей нравятся самолёты, что должна сделать порядочная Глубинная? Правильно! Эти самые самолёты Повелительнице предоставить! И если на крейсере, ну или линкоре авиакрыло не предусмотрено (разведывательные звенья не в счёт, мы же все понимаем, что это другое?), то это проблема именно Глубинной, а уж никак не её Повелительницы.       Вероятно именно в этом ключе Орёл и мыслила. И, что характерно, догадками своими она не поделилась ни с кем, даже с сёстрами! Из-за чего, кстати, впоследствии имела очень бледный вид, когда до остальных троих дошло, что всё-таки случилось. Мда, женская драка — это то ещё зрелище, а уж когда трое метелят одну… Семейные разборки, одним словом. Ну так вот, пока все остальные традиционно превращались из лёгких крейсеров в тяжёлые, эта оригиналша мутировала в авианосец! Вернее, не сразу в авианосец, а во что-то промежуточное, типа ни рыба, ни мясо: вроде и пушки есть, но мало, и авиация, но тоже с гулькин нос. Авианесущий крейсер это, кажется, называется? Но, как меня уверила наша умница, это только пока. Орёл перла к своей цели с упорством броненосца.